Развитие идей Авиценны в современной медицине. Исхаки Ю.Б

Ю. Н. Нуралиев. Представления Авиценны о простых и сложных лекарствах и их значение для развития современного лекарствоведения

и фармакологические свойства простых препаратов, а также ряд других причин, непосредственно связанных с физиологическими особенностями самого организма. Поэтому врачи стали искать другой выход: необходимо было приготовить сложное лекарство, содержащее больше двух веществ. Так появились сложные порошки, пилюли, лепешки (прототипы современных таблеток) и другие лекарственные формы.

Пятая книга «Канона» целиком посвящена сложным лекарствам и способам их приготовления. О необходимости назначения сложных лекарств ибни Сино писал: «Иногда для каждого заболевания, особенно для сложного (заболевание, лечение которого требует применения нескольких действий), мы не находим какого-либо простого лекарства, которое противоборствовало бы ему, но если бы даже мы нашли таковое, то не отдали бы ему предпочтение...» [3]. Он считал, что при составлении сложных прописей необходимо, чтобы одна из составных частей обладала большей силой. Например, в ромашке лекарственной растворяющая сила больше, а вяжущая — меньше, поэтому вяжущую силу ромашки усиливают, добавляя к ней какое-нибудь простое вяжущее средство.

Всовременной фармакологии принято считать: если вводимые в организм лекарственные вещества действуют в одном направлении, то такой эффект называется синергизмом [9] (от греч. sino — вместе с...; ergo — работа). Если комбинированное действие назначаемых веществ равно сумме действий каждого из них отдельно взятого, то такой синергизм называется суммационным (аддитивным). Ибни Сино, назначая ромашку с любым другим вяжущим средством, рассчитывал на получение суммационного эффекта, так как почти всем вяжущим веществам свойствен одинаковый механизм действия. Современной фармакологией установлено, что суммационным синергизмом в основном обладают лекарственные средства, имеющие одинаковый механизм фармакологического действия. Если при комбинации двух или более фармакологических агентов общая сила фармакологического эффекта превосходит сумму отдельных эффектов, то такое действие называется потенцирующим.

Ибни Сино описывал, например, комбинации веществ с различными механизмами действия: в ряд сложных прописей входит опий, вино или опий в сочетании с беленой, а также дурманом. В настоящее время известно, что в составе белены и дурмана содержатся алкалоиды скополамин, атропин, платифиллин и другие вещества, которые относятся к периферическим, а некоторые из них (скополамин) — даже к центральным холинолитикам. При совместном введении этих растений с опийсодержащими препаратами возникает потенцирующий эффект. Подобная комбинация указанных средств нашла широкое применение в составлении литических или потенцирующих смесей

[8].

Вкачестве противоядия при отравлении опием ибни Сино назначал белену. При такой комбинации, например в отношении угнетенного под действием опия дыхательного центра, он прежде всего рассчитывал на возбуждение дыхательного центра.

Современными фармакологами установлено, что указанный эффект белены связан с наличием алкалоида атропина. Доказано, что препараты белены, угнетая М-холинореактивные структуры бронхиол, т. е. проявляя периферическое М-холинолитическое действие [4], расширяют их просвет. В результате расширения бронхов и возбуждения дыхательного центра облегчается акт дыхания и улучшается циркуляция воздуха в легких. Комбинация опия с беленой как болеутоляющее связана с их синергизмом, а по отношению к функциям гладкомышечных органов они ведут себя как антагонисты. Под действием белены хорошо снимается спазмогенное действие опийсодержащих препаратов на внутрикишечные сфинктеры и сфинктеры мочевого пузыря. Механизм возникновения запоров или задержки процесса мочеиспускания связан с тем, что опий повышает тонус соответствующих сфинктеров. Белена, отстраняя данное нежелательное действие опия, вызывает явное противоморфийное действие. На примере совместного назначения опия с беленой видно, что ибни Сино на основании наблюдений умело и очень тонко подходил к практическому использованию различных сторон действия препаратов.

Так, если у назначаемого препарата основной эффект выражен достаточно, но лекарство оказывает отрицательное действие на функции отдельных внутренних органов, ученый рекомендует: «...смешать его (рекомендуемое лекарство) с таким, которое уничтожало бы его (вредную) силу» [3, с. 10]. Это говорит о том, что ибни Сино знал не только о синергических и потенцирующих видах взаимодействия лекарств, но и о возможности антагонистического влияния одного из них на эффект другого. Далее он пишет: «Порою (лекарство) бывает противно натуре и желудку, они питают к нему отвращение, извергают его, тогда (приходится) добавлять того, что делает его приятным» [3, с. 13], т. е. корригирующие средства (слизи, сироп, мед, сахар, варенье и др.), чтобы устранить неприятный цвет, запах или вкус препаратов. Такой прием широко применяется и в современной фармации. Авиценна рекомендует комбинировать мочегонные средства с шпанскими мушками, «дабы отвлечь (лекарство) от сосудов в сторону почек и мочевого пузыря». При этом действие шпанских мушек он называет отвлекающим.

Внастоящее время установлено, что шпанские мушки содержат алкалоид кантаридин, который выводится из организма через почки мочевыделительными путями и на пути выделения резко раздражает их, усиливая кровоток на всем протяжении мочеиспускательного канала. Кантаридин разрушает почечную паренхиму и этим вызывает тяжелое поражение типа нефрита и нефроза. Поэтому ни кантаридин, ни шпанские мушки в современной медицине как лекарство не применяются. Механизм действия ряда мочегонных веществ связан в основном с замедлением обратного всасывания. Исходя из этого, совместное действие шпанских мушек и мочегонных средств можно называть не отвлекающим, как считал Авиценна, а проявлением прямого синергизма.

При составлении сложных прописей ибни Сино рекомендует исходить из следующих правил: «...если четыре вещества назначаются в одинаковых дозах, то дозу каждого компонента нужно брать из расчета 1/4 питьевой (разовой) дозы. Если потребности одного больше, а другого меньше, то действуй по домыслу, подсказанному врачебным искусством, определи степень необходимости (каждой из простых составных частей)... увеличивай количество одной (простой части), а количество другой умаляй в соответствии с надобностью, а потом соедини их

71

«Канон» ибни Сино и современная медицинская наука

вместе» [3, с. 14].

По мнению ибни Сино, «о каждом сложном лекарстве имеется суждение по его простым составным частям и суждение по их совокупности. Неиспытанное (сложное) лекарство может принести пользу (если судить) лишь только по его простым составным частям, а мы не знаем, что обязательно вызовет (вызывает) их смешение; станут ли они сильнее в своем качестве или слабее... Зачастую польза (от средств), когда они находятся в сочетании, бывает больше, чем это ожидается от их простых составных частей (по отдельности)» [3, с. 15].

Сложные лекарства состоят из основного (базис) и вспомогательных веществ. «Если изъять основное вещество, то полезность (сложного лекарства) пропадает». При изъятии вспомогательных веществ действие препарата не меняется. «Знай, что многие составы приводят к расстройству (действия) лекарств» [3, 15]. Здесь ибни Сино напоминает о возможности проявления антагонистической несовместимости между назначаемыми лекарствами. Последний процесс, по данным современной фармакологии, бывает химическим, физическим и физиологическим.

Пятая книга «Канона» посвящена магистральным (авторским) лекарственным средствам, рецепты которых были составлены знаменитыми медиками — представителями древней греко-римской, древнеиндийской, тибетской медицины. Анализ магистральных прописей (рецептов) ясно свидетельствует о том, насколько глубоко и всесторонне ибни Сино знал наследие предшественников и уровень медицины своей эпохи. Пропись сложных лекарств расположена не в алфавитном порядке, а начинается с описания наиболее сложных лекарств, состоящих из более чем 70 компонентов, например тарьяки и кашки. Затем идет последовательное описание более простых рецептов и способов их приготовления.

Первая глава пятой книги называется «О сложных лекарствах, включенных в фармакопею» [3, с. 19-162]. Она является наиболее обширной и состоит из 12 самостоятельных статей, характеризующих все применявшиеся до X в. сложные лекарства (большие тарьяки и лепешки для тарьяков; большие и малые кашки; послабляющие и непослабляющие джуваршины; порошки, камиха (порошки для нанесения под язык); лекарства для детей; лекарство для лизания; сиропы и сгущенные соки; варенья и анабаджат (варенье медь); лепешечки, отвары; пилюли; масла; пластыри и лекарственные повязки и т. д. В общей сложности здесь описаны составы и способы приготовления 508 сложных лекарств.

Глава вторая «Испытанные лекарства для каждого отдельного заболевания» [3, с. 170] состоит из 8 статей. В целом она представлена в виде справочника «Симптомы и их лечение» и содержит рецепты лекарств, назначаемых при болезнях: головы — 17 прописей; глаз — 59; уха — 13; зубов — 9; рта, горла и верхней полости (тела) — 29; нижних полостей (тела, видимо, органов брюшной полости) — 51; при боли в суставах, подагре и ишиасе — 6; лисьей болезни

— 2 прописи. Всего в данной главе описано 186 прописей. Далее приведены меры объема и весов, взятые из сборника Иуханны ибни Сарафийуна.

Внекоторых рукописях «Канона» имеется статья о таких винных напитках, как медовое вино, вино с девясилом, вино с диким сумбулом, вино с петрушкой и тому подобное, всего описано 16 разновидностей вин. Там же приведены сведения о лечебных сиропах (как гранатовый, медовая вода, сироп из цветков дикого винограда, сироп из розы).

Таким образом, пятая книга или фармакопея «Канона» содержит сведения о 716 рецептах сложных лекарств, в том числе лечебных вин и сиропов.

Ибни Сино, с целью облегчения труда фармацевтов и врачей, впервые разделил сведения о простых и сложных лекарствах на две группы и описал их в двух отдельных книгах: во вторую книгу «Канона» он включил вопросы, относящиеся в основном к общей фармакологии и сведения о простых лекарствах, а в пятую — все сложные лекарства и способы их приготовления, а также виды комбинированного действия лекарств.

Естественно, фармакопея «Канона» по своей структуре и содержанию резко отличается от современной фармакопеи. Так, ибни Сино при описании отдельных лекарственных форм прежде всего останавливается на их лечебном значении и применении. Затем описывается общая схема данного состава с указанием основных (обязательных или необязательных) компонентов. Например, характеризуя большие тарьяки, он пишет: «Тарьяк — самое лучшее и наиболее совершенное сложное лекарство, потому что оно обладает множеством полезностей, особенно против ядов от укуса змей, скорпиона и бешеной собаки, а также против выпитых смертельных ядов...» [3, с. 19].

Встатье, посвященной сиропам и сгущенным сокам, автор подчеркивает: «Разница между сиропами и сгущенными соками заключается в том, что сгущенные соки — это выжатые соки, сгущенные сами по себе; а сиропы — это отвары или выжатые соки, сгущенные со сладостями» [3, с. 108]. При характеристике лекарства для лизания (статья пятая) ибни Сино пишет: «Лекарство для лизания в большинстве случаев приготавливается для держания во рту, чтобы (лекарство) текло в легкие понемногу и не сразу устремилось в желудок, в последнем случае увеличилось бы расстояние (прохождения) лекарства от желудка в легкие» [3, с. 105].

Ученый последовательно перечисляет компоненты и их общие дозы и описывает способы приготовления. В конце рецепта в большинстве случаев он указывает способ применения лекарства. В отношении применения неядовитых веществ, например, ряда отваров, он рекомендует: «(Все это) варят и дают пить по мере надобности». Для пилюль и лепешечек чаще всего сигнатура заполнена подобными фразами: «За один раз принимают два дирхама с теплой водой», а в отношении приема пилюль ибни Хубайры указано: «За один раз принимают их шесть мискалов с горячей водой в полночь». В тех случаях, когда следуют прописи, сходные с предыдущими, ибни Сино, не повторяя сигнатуру, отмечает: «...употребляют, как нами описано (выше)». Анализ фармакопеи «Канона» показывает, что ученый весьма серьезно относился к применению сложных лекарств. Так, если во втором томе «Канона» при описании простых лекарств автор только в отдельных случаях останавливался на способах применения и точной дозе веществ, то при описании сложных веществ он почти всегда указывал, как применяется данное лекарство.

72

Ю. Н. Нуралиев. Представления Авиценны о простых и сложных лекарствах и их значение для развития современного лекарствоведения

Вэпоху ибни Сино при приготовлении лепешечек в качестве клеющих средств широко применялись различные виды камеди и крахмал. Часто использовались соки различных ягод и фруктов, к которым добавлялись медь, розовая вода или розовое варенье, обладающие, как это доказано современной медициной, противомикробными и консервирующими свойствами. Сиропы, сгущенные соки и варенье применялись также в качестве самостоятельных лекарств, лечебное действие которых связано с содержанием в них ряда водоили жирорастворимых витаминов и органических веществ. Еще чаще они применялись в качестве корригирующих средств. Как видно из «Канона», в древности применялись как внутрь, так и наружно различные растительные масла, получаемые либо из семян (укропное, тыквенное, кунжутное и др.), либо из лепестков цветов (розы, ромашки и др.). Современной наукой установлено, что многие из описанных Авиценной растительных масел относятся к эфирным маслам, среди которых в настоящее время очень широко применяется розовое масло (розелин).

Детально разработанные и описанные в «Каноне» вопросы, связанные с общей и частной фармакологией, фармакопеей, сыграли доминирующую роль в развитии целого ряда отраслей науки, связанных с проблемами лекарствоведения.

Высказывание Авиценны о том, что «испытанное (лекарство) лучше неиспытанного», приобретает особое значение

внаш век. В погоне за прибылью в ряде капиталистических стран всячески рекламируют и реализуют новые, порою фармакологически малоизученные препараты. Молодым врачам и особенно больным — любителям самолечения необходимо помнить, что в рекламном ярлыке любого нового лекарства не всегда с первого дня их применения отражены отрицательные эффекты, которые обычно обнаруживаются только впоследствии.

Абуали ибни Сино в отличие от многих древних врачей при характеристике фармакологической активности лекарственных веществ особое внимание уделял индивидуальной чувствительности самого организма: «...Когда мы говорим, что лекарство горячее или холодное, мы не разумеем, что лекарство по всей субстанции является предельно горячим или холодным или же что оно по субстанции своей холоднее или горячее человеческого тела. Нет, мы подразумеваем под этим, что от такого лекарства в теле человека возникает теплота или холод, превосходящие теплоту или холод человеческого тела. Поэтому лекарство бывает холодным по отношению к телу человека и горячим по отношению к телу скорпиона; горячим по отношению к телу человека и холодным по отношению к телу змей. Больше того, одно и то же лекарство бывает горячим по отношению к телу Амра, чем по отношению к телу Зайда, поэтому лечащимся больным велят не употреблять постоянно одно и то же лекарство для изменения натуры, если оно не полезно» [1, с. 16].

Мнение Авиценны о том, что не следует «употреблять постоянно одно и то же лекарство» для лечения одного и того же больного свидетельствует о том, что он уже знал о привыкании организма к лекарствам. Современная фармакология под термином «привыкание» понимает такое явление, когда повторное введение лекарства вызывает меньший эффект, чем предыдущие дозы. Опасность этого явления заключается в том, что на данной почве часто возникают лекарственно-устойчивые формы заболевания, которые легко переходят в хроническую, а в случае инфекционного процесса не полностью вылеченный больной становится бациллоносителем и источником распространения болезни.

Внастоящее время в медицинской практике применяется более 70 лекарственных средств, описание которых дано в «Каноне». Большинство из них вошли в состав фармакопей СССР [5].

Кчислу так называемых «каноно-фармакопейных» средств относятся 45 растений: анис, белена, дурман, дуб, аир, алое, алтей, боярышник, полынь горькая, полынь щитоварная, можжевеловые ягоды, снотворный мак, клещевина, безвременник, ромашка, льняное семя, водяной перец, миндаль, тмин, абрикос, мята, папоротник мужской, солодка, валериана, ревень, горчица черная, кассия слабительная, персиковое дерево и др. Из состава указанных растений современная медицина получает десятки простых, галеновых, новогаленовых препаратов, а также индивидуальные вещества — алкалоиды (например, колхицин из безвременника), гликозиды, кумарины, эфирные масла и др. Широко применяются аптечные растения, различные растительные масла, шиповник, семена тыквы, чеснок, барбарис, салат, горчица, девясил, мать-и-мачеха, горечавка, крапива и некоторые другие.

Кчислу «каноно-фармакопейных» минеральных и ископаемых соединений относятся: свинцовые, ртутные, мышьяковистые, медные, железосодержащие и другие средства.

Кживотным средствам, описанным в «Каноне» и применяемым в современной медицине, относятся желчь, мед, ланолин. Высказывания ибни Сино об использовании мяса ядовитых змей и насекомых (скорпионов и пчел) служило первоначальной информацией для получения ряда органопрепаратов из змеиного яда.

Советские ученые [6] провели комплексные исследования вопросов фармакологии и токсикологии яда гюрзы, разработали показания к практическому применению очищенного яда змей в различных лекарственных формах. На базе Таджикского госмединститута им. Абуали ибни Сино впервые в истории лекарствоведения был разработан (Ю. Б. Исхаки, 1956) метод стерилизации змеиного яда, что дало возможность рекомендовать гюрзотоксин для широкого применения в качестве кровоостанавливающего средства.

Сведения, описываемые в «Каноне», помогли нам в выборе отдельных стимуляторов желудочной секреции, а также

ввыявлении некоторых растений, обладающих ранозаживляющими, желчегонными или сахароснижающими свойствами.

Заслуга Абуали ибни Сино состоит в том, что он впервые в истории медицины разработал ряд вопросов, связанных с проблемой общей фармакологии и фармакодинамики более чем двух тысяч простых и сложных лекарственных средств.

Глубокое изучение каждой статьи «Канона» в соответствии с современным уровнем медицинской науки раскрывает величие бессмертного наследия Абуали ибни Сино.

73

«Канон» ибни Сино и современная медицинская наука

ЛИТЕРАТУРА

1.Абуали ибни Сино. Канон врачебной науки. Ташкент: Изд-во АН УзССР, 1956, кн. 1.

2.Абуали ибни Сино. Канон врачебной науки. Ташкент: Изд-во АН УзССР, 1956, кн. 2.

3.Абуали ибни Сино. Канон врачебной науки. Ташкент: Изд-во АН УзССР, 1960, кн. 5.

4.Аничков С. В. Учебник фармакологии. М.: «Медицина», 1970, с. 70-80.

5.Государственная фармакопея СССР. Изд. 10, М.: 1968

6.Исхаки Ю. Б., Жаворонков А. А. Яд змеи гюрзы. Душанбе: «Ирфон», 1968.

7.Канавати. Муаллифати ибни Сино. Каир: 1950.

8.Машковский М. Д. Лекарственные средства. М.: «Медицина», 1977, ч. 2, с. 116-117.

9.Николаев М. П. Учебник фармакологии. М.: 1948, с. 6-20.

10.Руководство по фармакологии. Л.: «Медгиз», 1961, с. 61-110.

11.Нафиси С. Пури Сино. Техрон, 1331, 2. X., с. 9-38.

74

Я. А. Рахимов. «Канон» ибни Сино и современная морфология

«КАНОН» ИБНИ СИНО И СОВРЕМЕННАЯ МОРФОЛОГИЯ

Я. А. РАХИМОВ, член-корреспондент АН Таджикской ССР, заслуженный деятель науки, профессор (Таджикский госмединститут)

Ибни Сино принадлежал к тем мастерам, труды которых оказались у истоков многих сторон познаний когда-то общей, а ныне весьма дифференцированной медицины.

Великий ученый благодаря постоянным практическим занятиям медициной смог познать сущность человеческого организма как в условиях нормального функционирования, так и при многочисленных заболеваниях. Он взял лучшее из работ предшественников и, основываясь на достаточно ясном понимании окружающего, создал произведения, выдержавшие испытание временем. Преимущество ибни Сино перед современными ему врачами состояло также в том, что он был анатомом, непревзойденным в свое время знатоком строения человеческого тела.

Успех деятельности ученого заключался не только в конкретных результатах, полученных ибни Сино, а в методах их достижения и осмысления. За вполне реальными и, на первый взгляд, разрозненными фактами он старался видеть общие закономерности. Если вначале врачебная деятельность ибни Сино была чисто практической, то со временем, накопив эмпиричный материал, он пытался предсказать результат того или иного процесса, вывести какие-то общие закономерности. Тем самым ибни Сино стремился выйти за пределы фактологии, понять и объяснить устройство и функции человеческого организма.

Вглавах «Канона врачебной науки» Абуали ибни Сино не только собрал, систематизировал современные ему сведения по анатомии, но дополнил и критически оценил их. Тело человека объясняется им с точки зрения целесообразности, «полезности» составляющих его органов и тканей. Приведенные подробности строения некоторых органов, костей, мышц, нервов и сосудов позволяют сделать предположение, что ибни Сино, несмотря на религиозные запреты, проводил анатомические наблюдения. По существу, он выполнил необходимое условие современной морфологии и физиологии, заключающееся в установлении связи между структурой органов и их функцией при разноплановости выяснения этой связи.

Ибни Сино объясняет появление органов в связи с их необходимостью. Наряду с анатомическим описанием великий клиницист дает и краткую физиологию того или иного органа. Приведем несколько образцов анатомофизиологического описания: «Запястье создано из многих костей, чтобы в случае повреждения оно не распространялось на весь (этот сустав). В запястье семь костей и одна добавочная кость. Что касается семи основных костей, то они (расположены) в два ряда. Один ряд прилегает к предплечью и в нем три кости. Поскольку он прилегает к предплечью, то должен быть уже. Костей второго ряда четыре; поскольку этот ряд прилегает к пясти и к пальцам, ему надлежит быть шире... Что касается восьмой кости, то она не участвует в укреплении двух рядов пясти и создана, чтобы защищать нерв, прилегающий к ладони» [1, с. 66].

«Плечевая кость создана округлой, дабы она меньше подвергалась повреждениям. Ее верхний конец выпуклый и входит во впадину лопатки (образуя) слабое, не очень тугое сочленение. Вследствие слабости этого сочленения, с ним часто случаются вывихи, а польза такой слабости (обусловлена) двумя моментами: необходимостью и безопасностью. Что до необходимости, то это (необходимость) свободно двигаться в любом направлении, а касательно безопасности дело в том, что хотя плечевая кость и нуждается в возможности совершать различные движения в разные стороны, но эти движения не (слишком) многочисленны и не происходят постоянно, так что нечего бояться разрыва связок. Наоборот, плечевая кость чаще всего остается неподвижной, а остальная часть руки движется. Поэтому прочие сочленения руки укреплены в большей степени, чем сочленение плеча» [1, с. 64].

«(Анатомия носа есть также) анатомия орудия, которым осуществляется обоняние. Это (орудие) — сосцевидные отростки в передней части мозга, которые тянутся из двух передних желудочков мозга. В (упомянутые выше) отверстия просачиваются также излишки. Через них мозг и выступающие из него отростки воспринимают запах, втягивая воздух... Что же касается того, как осуществляется обоняние, то об этом уже было упомянуто... Возникает ли запах в воздухе от того, что (воздух) подвергается некоему воздействию, или вследствие перенесения, или от рассеивающего пара — (судить об этом) дело философа. Врачу же должно принять, что обоняние в основе осуществляется вследствие некоего изменения воздуха, путем перенесения; затем (обонянию) способствует распространение пара от носителя запаха» (2, с. 321].

Наследие ибни Сино является неотъемлемой частью современной культуры. Причина этого в том, что с учетом данных науки на современном этапе содержание «Канона» получает новое звучание.

Именно в этом труде впервые отражены широта и многообразие анатомии. Так, обнаружилось, что в основе каждого страдания лежат структурные особенности. До этого открытия многие годы функциональные процессы искусственно отделялись от структуры.

Передовые анатомы всех периодов понимали, что изучение лишь формы и строения не может дать полноценного ответа на различные вопросы. Поэтому они брали у предшественников самое ценное и прогрессивное, развивая и дополняя его. Именно в таком ключе воспринял А. Везалий [3] данные ибни Сино, а после него — ряд выдающихся исследователей, среди которых необходимо назвать русского ученого Н. И. Пирогова.

Внашем веке наиболее полное воплощение подобные воззрения нашли в трудах И. П. Павлова, П. Ф. Лесгафта и В. П. Воробьева — основателя функционального направления в советской науке.

К сожалению, ряд современных исследователей-анатомов, подробно касаясь деталей строения, делают функциональную оценку добытых фактов не на должном уровне. Я разделяю мнение академика АМН СССР В. В. Куприянова о том, что при изучении организма, идя от формы к функции или наоборот, надо стремиться к синтезу морфологических и физиологических знаний как к высшему этапу познания живой материи.

75

«Канон» ибни Сино и современная медицинская наука

Уровень современной техники позволяет проводить исследования уже не только на органном, тканевом и клеточном уровнях, но и на молекулярном. Причем многочисленные факторы воздействия исследуются с учетом биологической и особенно социальной среды, при все более активном влиянии человека на природу, изменяющего ее в полезном для себя направлении.

По мнению Абуали ибни Сино, влияние климата на здоровье человека весьма значительно. Оно может оказаться вредным по причинам, исходящим от земли или от неба. Солнце не везде посылает свои лучи под одним углом, свойства лучей меняются в зависимости от местонахождения планеты. Нахождение или ненахождение на одной линии нескольких планет может оказать то или иное влияние на здоровье человека. Высокорасположенные города и селения в горах бывают более чистыми. Окружающие горы влияют на климат города. Горы, не допускающие северных ветров, отепляют город. Расположение гор действует также на выпадение осадков.

Некоторые из высказанных Авиценной взглядов о влиянии климата могут показаться на первый взгляд наивными, но подобная оценка преждевременна. Данная проблема в настоящее время актуальна. Около 10 лет под нашим руководством проводятся исследования влияния горного климата на организм человека. Планомерно осуществляемые эксперименты имеют своей целью:

1)проведение различных серий опытов на однородных по возрасту, весу и полу группах животных, находящихся в одинаковых условиях содержания, общем рационе питания и обладающих практически одинаковым уровнем обмена веществ. Все это позволяет сравнить результаты, полученные в разных вариантах опытов;

2)определение динамики морфо-физиологических процессов при различных экстремальных воздействиях;

3)изучение и оценку наряду с функциональным» показателями состояния на данный конкретный момент различных органов и тканей организма при применении морфологических методов, т. е. стремление «остановить процесс». Исследуя в таком плане влияние горного климата, а всего было проведено 8 комплексных экспедиций на высоту 4-7 тыс. м, мы получили ряд весьма ценных фактов.

Уже сейчас можно утверждать, что существуют «ножницы» адаптации, когда при наличии стабилизации или компенсации внешних физиологических параметров наблюдаются выраженные структурные изменения. По мере подъема на высоту расхождение только усиливается и наиболее отчетливо выражено на высоте свыше 5000 м над уровнем моря.

Таким образом, изучив динамику морфо-физиологических процессов, можно выработать соответствующие меры устойчивости.

Ряд анатомических фактов представлен в «Каноне» чисто описательно. Условия эпохи не позволили автору перейти на вторую ступень обобщения фактов — к их синтезу.

Появление трудов А. Везалия привело к созданию, говоря словами И. П. Павлова, первой анатомии человека в новейшей истории человечества.

Но только в нашем столетии, в эпоху, когда налицо колоссальные свершения в области науки и техники, мировое значение ибни Сино и влияние его трудов на развитие медицины очевидно. Однако концепции ибни Сино нельзя привязывать лишь к конкретной исторической эпохе. В свое время он попытался гармонично слить представления о структуре и функции.

По ряду причин ибни Сино не смог подняться до рассмотрения тела человека как системы. Современная биология рассматривает последнюю как мультикомпонентное образование. На повестку дня медицинской науки выдвинут вопрос о соотносительности структуры и функции различных органов человека.

Было бы явно неправомочно считать, что морфология пребывала в застое на протяжении веков, следующих после появления «Канона». Постепенно мистицизм, страх перед мертвым телом уступали место истине. Конкретные факты уничтожали религиозные догмы, пробивая дорогу прогрессу. Способствовало этому и такое дополнение к простому расчленению и рассечению, как результаты многочисленных клинических наблюдений, постановка целенаправленных экспериментов.

Морфология не только поставляла практической медицине факты и «очищалась» от сведений, переносимых с изучения животных на человека, но и параллельно систематизировалась. Ибни Сино своими трудами расшатал «неприкосновенность» ряда бытовавших со времен Галена [4] знаний.

Внастоящее время анатомия, взяв на вооружение методологию диалектического материализма, исторический метод, стала в первую очередь экспериментальной, овладевающей движущими силами формообразовательных процессов наукой. Анатомия сегодняшнего дня описывает форму, строение и топографическое положение органов с учетом пола, возраста, индивидуальной изменчивости, профессии, Добытые анатомами факты интерпретируются с позиции фило- и онтогенеза. Уместно в связи с этим привести высказывание академика Д. А. Жданова (1971) о том, что анатомия не только наука о строении организма в целом и его частей, но и об их динамике.

Если функциональное значение многих из описанных морфологических образований установлено самим ибни Сино, то роль ряда образований была выяснена лишь в последующем, а значение некоторых структур не ясно и в настоящее время. Так, к примеру, все еще остаются загадкой механизмы координации различных процессов, совершающихся в клетке. Нам предстоит еще многое выяснить в строении нервной системы и ее интегративной функции, а в будущем

—детали морфологического субстрата памяти и мышления. Много неизвестного в организме происходит на протяжении космического полета, при гипокинезии, вибрация, изменении газового состава среды, при воздействии профессиональных вредностей, лекарственных веществ и т. п.

Все это свидетельствует о том, что морфология, и в частности ее раздел анатомия, является не застывшей, а творческой научной дисциплиной.

Внастоящее время наблюдается интеграция анатомии с различными биологическими, медицинскими и

76

Я. А. Рахимов. «Канон» ибни Сино и современная морфология

немедицинскими дисциплинами. Много ценного дал метод стереологии, при котором на первый план выступает количественная характеристика конструкции органа. Расшифровка структуры клеточно-тканевых элементов, выяснение их изменений под влиянием функциональных условий работоспособности, кровоснабжения и лимфооттока, снабжения кислородом, действия фармакологических веществ ставят перед морфологами новые актуальные задачи. По существу, это путь, предначертанный еще Авиценной — не анатомия для анатомии, а знание строения тела человека для лучшего лечения его страданий, более быстрого их преодоления, предупреждения. Именно такой подход позволил гениальному таджикскому врачу создать собственное направление, с успехом выдержавшее испытание временем. К примеру, в описании строения глаза Абуали ибни Сино ввел термины, которые используются в настоящее время: влага, зрачок, радужная оболочка, хрусталик, глазной нерв и т. п. Именно он упомянул о главенствующей роли сетчатки, а не хрусталика в функции зрения.

На основе многолетних изысканий и последовавших после «Канона» обобщений современная медицина иначе воспринимает помещенные в нем данные по анатомии, предшествовавшие описаниям клиники. В настоящее время более полно определена роль морфологических фактов в патогенезе заболеваний. За истекшее тысячелетие морфология не только оформилась в науку, но и значительно шагнула вперед. Задача сегодняшнего дня уже отнюдь не описание, пусть даже самое подробное, а выяснение не подозреваемых ранее деталей. Лишь их познание обеспечит расшифровку процессов, обусловливающих жизнь как явление.

Как известно, «Канон врачебной науки» получил мировое признание именно потому, что оказал существенное влияние на развитие прогрессивных идей в медицине, на борьбу за объективный метод познания, против субъективизма и, до некоторой степени,— против идеалистических представлений. На примере «Канона» видно, как важны фундаментальные сводки, включающие большое количество морфологических данных, для воспитания многих поколений врачей. Приходится только удивляться прозорливости ибни Сино, проявившейся в разработке теории о лихорадке, в описании пульса, прописей ряда лекарственных препаратов и др. Некоторые проблемы спустя столетия стали ключевыми для многих зарубежных и отечественных исследователей.

С точки зрения современных знаний, конечно, у ибни Сино можно найти неточности и ошибки; о многих анатомических деталях он только догадывался. Так, весьма не полно приведено в «Каноне» описание мышц. Однако в эпоху средневековья сделать это без ошибок практически было невозможно хотя бы потому, что отсутствовала миологическая номенклатура. Последняя появилась лишь в XVII-XVIII вв. благодаря трудам Купера (1694), Дугласа (1707) и Альбина (1734). Все это, естественно, вело к неверной интерпретации ряда фактов. Характерен в этом отношений следующий пример. Так, Гален [4], ибни Сино [1] считали, что в стопе имеется 25 костей. Позднее Леонардо да Винчи доказал, что их 26. Последний выступил также против взглядов ибни Сино на локализацию психических функций мозга. Ибни Сино не упоминает и о щитовидной железе, хотя Галену она была известна. Кроме того, ибни Сино ошибочно полагал, что кровь из печени следует по полым венам и их ветвям вверх и вниз, что у желчного пузыря имеется два протока: один выходит в печень, другой — к желудку и кишечнику.

Однако ошибки не могут заслонить величие наследия ибни Сино. И не следует с позиций знаний XX в. высмеивать отдельные его представления. Он не только описывал какую-нибудь часть тела, что делали, правда, не так систематизированно, и до него, а стремился понять механизмы проявления функции. Именно это явилось новым и передовым.

Если ибни Сино мог сочетать в одном лице талант теоретика и практика медицины, то в последующие века такое «комплексирование» в силу дифференциации наук уже вряд ли возможно. Но именно ибни Сино смог показать последователям, как важно применение анатомии и физиологии в практической деятельности врача.

В наше время в морфологии появилось множество новых научных направлений.

Чисто описательный метод давно дополнился выяснением условий восстановления нарушенных структур, эволюционно-морфологическим подходом. Современную морфологию в плане общемедицинских задач интересуют не столько патоморфологические нарушения, сколько особенности функционирования здорового человека, механизмы обеспечения этого состояния, вопросы активного долголетия. Это и обусловливает функциональное и динамическое изучение анатомии вкупе с физиологией, биохимией, генетикой, иммунологией и другими областями биологии.

Научно-историческое значение ибни Сино заключается не только в его практической деятельности и рукописном наследии, проложившем путь ряду отраслей медицины, но и в огромном влиянии на анатомов и врачей средних веков. Мы должны помнить, что и в Европе господство церкви, по существу, душило всякую передовую научную мысль. Отступление от религиозной догмы, будь она взята из мусульманской или какой-либо иной религии, преследовалось вплоть до физического уничтожения. И в этих условиях запрет исследования тела человека — рассечение трупов — явился причиной застоя, продолжавшегося века. Булла папы Бонифация VIII (1300) запрещала даже приготовление мацерированных костей скелета. Лишь в Европе тех лет производились, да и то не часто, вскрытия; во время них профессора торжественно читали тексты Галена и ибни Сино, а служитель вскрывал труп.

Морфологические, физиологические и клинические наблюдения Абуали ибни Сино не только представляют исторический интерес, но и имеют определенное научно-практическое значение. Его медицинское наследие до последнего времени поражает оригинальностью и глубиной, вызывает всеобщий интерес.

ЛИТЕРАТУРА

1.Абуали ибни Сино. Канон врачебной науки. Ташкент: Изд-во АН УзССР, 1954, кн. 1.

2.Абуали ибни Сино. Канон врачебной науки. Ташкент: Изд-во АН УзССР, 1958, кн. 3, т. 1.

3.Везалий А. О строении человеческого тела. М.: 1950, т. 1, 1954.

4.Гален К. О назначении частей человеческого тела. М.: 1971.

77

«Канон» ибни Сино и современная медицинская наука

5.Джумаев В. К. Хирургия Абуали ибни Сино и ее исторические истоки. Ташкент: 1965.

6.Терновский В. Н. Ибн Сина (Авиценна). М: 1969.

78

М. М. Якубова. Влияние наследия ибни Сино на развитие педиатрии

ВЛИЯНИЕ НАСЛЕДИЯ ИБНИ СИНО НА РАЗВИТИЕ ПЕДИАТРИИ

М. М. ЯКУБОВА, профессор (Таджикский госмединститут)

Советские люди бережно относятся к классическому наследию величайшего медика, талантливого ученогоэнциклопедиста — Абуали ибни Сино. Изучением его творчества занимаются многие ведущие специалисты медицины и востоковеды. С особым вниманием отечественными учеными изучается «Канон врачебной науки».

Над «Каноном» ученый работал многие годы. В этом гениальном творении человеческой мысли ибни Сино один из первых объединил в стройную систему все имеющиеся в тот период (X в.) сведения по медицине и в частности по педиатрии. Позднее представители этой области медицины в основном придерживались его рекомендаций по уходу и лечению детей.

Ибни Сино придавал большое значение воспитанию ребенка, как здорового, так и больного. В «Каноне» этому вопросу он посвятил отдельные главы.

Ученый проявлял глубокое понимание природы ребенка и рассматривал личность последнего не только как медик, но и как педагог. Уделяя значительное внимание формированию характера ребенка, он утверждал, что ребенку должны быть чужды сильный гнев, острый страх, угрюмость, должны быть выявлены желания ребенка и то, к чему он стремится: «Ведь гнев сильно горячит, печаль сушит, а апатия — уменьшает жизненные силы и склоняет натуру к слизистости» [1, с. 295-319]. Следовательно, от надлежащего воспитания ребенка зависит его нравственное и физическое здоровье. Воспитание твердого характера у ребенка, учет взаимозависимости между физическим и духовным его развитием — основные концепции ибни Сино в области педиатрии. Известно, что хорошее физическое развитие ребенка зависит от ухода, режима и правильного вскармливания. Этим вопросам Абуали ибни Сино придавал первостепенное значение.

В «Каноне» подробно освещены вопросы ухода за новорожденным. Даны советы по пеленанию ребенка, соблюдению температурного режима в комнате, температуры воды для купания [1, с. 298—299]. Описывая вскармливание ребенка, ибни Сино придает первостепенное значение молоку матери, так как оно ближе всего подходит к той пище, которую ребенок получал внутриутробно, и поэтому легко воспринимается организмом. Высказывания ибни Сино о ценности грудного вскармливания [1, с. 299] подтвердились в дальнейшем в работах отечественных педиатров [2, 3] и не утратили своего значения и до настоящего времени.

При появлении передних зубов у ребенка ученый предлагает переходить к более плотной пище — хлебу с водой, с молоком. Ко времени отнятия от груди он рекомендует давать кашу и легко усвояемое мясо. Отнимать младенца от груди ученый рекомендует не сразу: в возрасте 5-6 месяцев постепенно вводится прикорм, так как одно грудное вскармливание уже не удовлетворяет потребности растущего организма. Рекомендация ибни Сино о постепенном отнятии от груди всецело применима в наши дни.

Кроме советов по уходу, режиму и вскармливанию здорового ребенка в специальной главе ибни Сино описал заболевания детей грудного возраста и их лечение.

Концепции великого ученого нашли отражение и повторение в трудах виднейших деятелей медицины, живших в последующие столетия после его смерти — Варфоломея Метлингера (XIV в.), Павла Багеллярда (XIV в.), Томаса Фера (XV в.) и др.

Так, в разделе о лечении поноса у грудных детей ибни Сино советует: «Если (понос) будет незначительным, то не следует им заниматься. При наличии опасности его усиления нужно сделать припарку на живот (ребенка) из семян розы или петрушки, или аниса, или кумина, или же прикладывать к его животу припарку, намоченную уксусом с кумином и розой, или с просом, кипяченным в воде с добавлением небольшого количества уксуса» [1, с. 306].

П. Багеллярд также считает, что пытаться прекратить понос у детей следует далеко не всегда, а лишь в тех случаях, когда появляется сильное вздутие живота, вызывающее состояние слабости, и рекомендует лечить понос наложением на желудок припарок из отвара розовых, тминовых и анисовых семян. Он тоже советует припарки из тмина и роз, настоенных и вываренных в уксусе. В описаниях симптомов поноса речь идет в сущности о симптомах и лечении простой и токсической диспепсии, которые вошли в основу клиники, диагностики и лечения, предложенных отечественными учеными М. С. Масловым, Г. Н. Сперанским и др. Современные методы интенсивной терапии при кишечных токсикозах основываются на принципах лечения поносов, предложенных ибни Сино.

Описывая заболевания ушей у детей, он указывает: «Иногда у детей из уха течет жидкость, это происходит от того, что их тело, в особенности их мозг, очень влажен. В таких случаях нужно всунуть в ухо немного шерсти, смоченной смесью меда и вина, в которую добавляется еще немного квасцов или шафрана, или природной соды» [1, с. 307].

Через несколько сотен лет Варфоломей Метлингер, в книге «Регламент малых детей. Как следует ухаживать за детьми — здоровыми и больными — от рождения до семилетнего возраста» будет утверждать, что «истечение из ушей происходит вследствие чрезмерной влажности головы» и рекомендовать при лечении использовать тампон, поглощающий гной [4, с. 327]. В данном случае дано описание отита и принцип его лечения. В настоящее время в основу диагностики и лечения отита легло описание, данное этой патологии ибни Сино.

Ибни Сино указывал на необходимость режима вскармливания ребенка для его нормального развития и профилактики желудочно-кишечных заболеваний. В «Каноне» мы находим следующие строки по этому поводу: «Иногда случается, что ребенок видит страшные сны: большей частью это происходит от переедания из-за чрезмерной жадности. Когда пища испортится в такой степени, что это ощущается желудком, то страдание передается силе воображения и в результате ребенку снятся дурные, страшные сны. Поэтому не нужно укладывать спать ребенка, обремененного пищей, а лучше дать ему меда, чтобы переварилось то, что находится в желудке, дабы оно спустилось» [1, с. 308].

79

«Канон» ибни Сино и современная медицинская наука

У П. Багеллярда мы читаем: «Страшные сны (кошмары), беспокоящие детей, появляются от перекорма. Кормилица должна позаботиться о том, чтобы не укладывать ребенка спать после кормления. Затем нужно дать ребенку пригубить немного меду, чтобы облегчить пищеварение» [1, с. 319].

Отечественными учеными-педиатрами предложен ночной перерыв при кормлении ребенка. Этой установки придерживаются в рекомендациях молодым матерям все педиатры нашей страны. Нарушение данного режима приводит к симптомам заболевания, о которых говорил еще ибни Сино в описании «страшного сна» при перекорме ребенка.

При затрудненном дыхании ребенка Авиценна рекомендует вызвать рвоту, смазать оливковым маслом под ушами и заднюю часть языка [1].

Тех же советов придерживается Багеллярд: «Опустить средний палец в масло и смазать миндалины ребенка, затем нажать корень языка, чтобы вызвать рвоту, после чего дыхание вернется к норме» [1, с. 319]. В этом случае описаны основы клиники и методы экстренной терапии при дыхательной недостаточности. В связи с тем, что патология легких у детей встречается довольно часто, нередко возникает дыхательная недостаточность. Данная проблема была и остается на сегодняшний день актуальной в педиатрической практике.

Описание Авиценной гельминтозов у детей и их терапии [1, с. 310] легло в основу клиники и диагностики «абдоминального синдрома у детей», куда можно причислить холециститы, гастриты, пиелонефрит, гломерулонефрит, аппендицит и т. д.

Вчастности, ибни Сино указывает в «Каноне»: «В животе детей иногда появляются черви, которые беспокоят их. Большей частью они находятся в области заднего прохода. При появлении длинных червей лечат малым количеством настоя цитварной полыни, давая его пить соразмерно с силами ребенка» [1].

Томас Фер в «Книге о детях» пишет о том, что в животе водятся различные виды глистов: длинные, короткие, круглые, плоские, иные маленькие, величиной с вошь. Трава, растущая на морских побережьях, представляет собой превосходное средство для уничтожения глистов.

«Боли в животе» при всех состояниях тщательно изучаются советскими педиатрами, выявлен этиопатогенез каждого заболевания и выработаны методы диагностики.

Из приведенных примеров видно, что «Канон» в течение сотен лет служил ценнейшим источником для виднейших медиков и в частности, первых педиатров стран Западной Европы, широко использовавших в своих трудах концепции ибни Сино по вопросам ухода и вскармливания детей и при описании заболеваний у детей и их лечения.

Высказывания ибни Сино об уходе, вскармливании и лечении детей нашли отражение в европейских источниках, перевод которых на русский язык сыграл главную роль в появлении в России лечебников в XVII-XVIII вв. Как известно, текст медицинских книг до XVII-XVIII вв. сохранял неизменным изложение ряда вопросов, в частности, по уходу, кормлению и лечению детей.

Так, в «Каноне» в разделе «О режиме ребенка с момента его рождения» сказано: «После обрезания пуповины необходимо взять поровну чистотела большого, драконовой крови, анзарута, кумина, ушны и мирры и, растерев их, посыпать на пуповину... Затем нужно купать его в теплой воде. При этом нужно постоянно очищать его ноздри пальцами с остриженными ногтями. После этого нужно капнуть в глаза немного оливкового масла. Нужно также пощекотать задний проход мизинцем... Когда пуповина отпадет, что случается через три-четыре дня, то лучше всего следует посыпать (на пупок) золу раковины или золу сухожилия теленка, или сожженного олова, растертые в вине»

[1, с. 298-299].

Соответственно в «Лечебнике» второй половины XVII в. в главе «Как дитя новородившееся беречь» написано: «Когда дитя родится, тотчас ему пуповину отрезать и завязать, засыпать отрезанное место порошком глины арменские

исангвис драконис сарколя, мирры и тмину поровну столкшы, так гораздо завязать, чтобы не отпало... Дитя, омывши водою теплою, ноздри ему перстом отварити, а у перста ногти были бы обрезаны, вычистить в ноздрях легонько. Добро еще масла ему в очи пустити. Тако же около заднего прохода дитячьего щупать изгнетать... Как часть пупка, что оставленна, отпадет, что случается третьего или четвертого дни, тогда остаток засыпать пеплом, сжегши раковину речную, или сжегши копыто коровье, или сжегши олово гораздо на пепел, заутри гораздо вином размешав, и прикладывай» [7, с. 30-31].

Вглаве «О режиме кормления грудью и отнятия от груди» ибни Сино пишет: «По мере возможности подлежит кормить молоком матери, потому что оно как пища более похожа на вещество той пищи, которую (ребенок) получал в виде менструальной крови, будучи еще в чреве. Надо ограничиться кормлением два-три раза в день, притом вначале не кормить много... Не нужно в один раз кормить слишком много, а лучше всего кормить понемногу и многократно. Если сразу накормить досыта, это часто приводит к остолбенению, вздутию (живота), скоплению ветра... Если (ребенок) спит после кормления, то не следует сильно качать колыбель, ибо при этом молоко взбалтывается в его желудке, а нужно двигать колыбель легонько» [1, с. 299-305].

Втом же «Лечебнике» в разделе «О молоке и мамке» по поводу кормления детей, выбора кормилицы и прочего написано: «Всего лучше и здоровее дитяти, коле прямая мать своим молоком из груди кормит, потому что молоко прямой матери приложением дитяти ему потребно. Оприч того, что ему ни есть, то не столь добро. То потому здорово, что к нему, в животе будучи, привыкло, имея вскормило... Надобно беречь, чтобы дитя не было молоком опоено, чтобы ему от того едения дурно не случилось. Лучше чтобы понемногу кормить давать, нежели единожды или дважды. Матери неразумные опаивают, а такие дети телом пахнут, подымание (вздутие живота) имеют, щадения выпускают... (после кормления) дитя спати положить, не пригодится его добре вяхляти и качати и добре стряхивати, чтобы молоко, которым кормили дитя, в теле дитячьем не испортилося и не уразило (повредило). Для того качать легонько» [7, 8, 9].

80