42. Такой

    

    системой, как буд­то бы на­це­лен­ной на тож­дес­т­во как ди­алек­ти­чес­кое един­с­т­во про­ти­во­по­лож­нос­тей­, но так его и не дос­ти­га­ющей­, яв­ля­ет­ся, сог­лас­но Ге­ге­лю, уче­ние Фих­те.

    Речь идет в дан­ном слу­чае о тож­дес­т­ве субъ­ек­та и объ­ек­та, ко­то­рое Ге­гель вслед за Шел­лин­гом счи­та­ет не­об­хо­ди­мым по­ло­жить в ос­но­ва­ние сис­те­мы. Фих­те то­же пре­тен­ду­ет на то, что ко­рень его сис­те­мы - тож­дес­т­во субъ­ек­та и объ­ек­та, из ко­то­ро­го за­тем и раз­вер­ты­ва­ет­ся их ди­алек­ти­ка.

    Однако Фих­те, рас­суж­да­ет Ге­гель, не за­ме­ча­ет по край­ней ме­ре двух ог­ра­ни­чен­нос­тей сво­ей сис­те­мы. Во-пер­вых, ис­ход­ным пун­к­том сис­тем­но­го дви­же­ния у не­го ре­аль­но яв­ля­ет­ся не под­лин­ное тож­дес­т­во субъ­ек­тив­но­го и объ­ек­тив­но­го, а толь­ко субъ­ек­тив­ное, в ко­то­ром объ­ек­тив­ное яв­ля­ет­ся не пол­ноп­рав­ной сто­ро­ной ди­алек­ти­чес­ко­го про­ти­во­ре75 чия, а все­го лишь ас­пек­том субъ­ек­тив­но­го Я. По­это­му, вов­то­рых, при пер­вом же ис­ход­но­го фих­тев­с­ко­го псев­до­тож­дес­т­ва - а не рас­па­дать­ся оно не мо­жет, ибо ина­че не бы­ло бы сис­те­мы, не бы­ло бы фи­ло­соф­с­т­во­ва­ния, - объ­ект, стро­го рас­суж­дая, не мо­жет вер­нуть­ся в ло­но тож­дес­т­ва. Как бы Фих­те ни стре­мил­ся про­бить­ся к объ­ек­тив­но­му, это ему уже не уда­ет­ся - столь мощ­ный зас­лон пос­тав­лен не­вер­ным вы­бо­ром ис­ход­но­го прин­ци­па фи­ло­соф­с­т­во­ва­ния.. В ре­зуль­та­те сис­тем­ность дви­же­ния и его ис­ход­ный прин­цип у Фих­те по­би­ва­ют друг дру­га:.

    Напротив, шел­лин­гов­с­кая фи­ло­со­фия об­ла­да­ет тем дос­то­ин­с­т­вом, что в ней ста­но­вит­ся прин­цип тож­дес­т­ва; 43. Прой­дет нес­коль­ко лет, и Ге­гель ина­че оце­нит фи­ло­со­фию Шел­лин­га. Од­на­ко дан­ная фор­му­ли­ров­ка весь­ма су­щес­т­вен­на, ибо суд над шел­лин­ги­ан­с­т­вом бу­дет осу­щес­т­в­лять­ся на ос­но­ве той же статьи ко­дек­са - о не­об­хо­ди­мос­ти пос­ле­до­ва­тель­но­го, про­ве­де­ния фи­ло­соф­с­кой сис­те­мы прин­ци­па тож­дес­т­ва. По­это­му-то рас­суж­де­ния о тож­дес­т­ве су­щес­т­вен­но важ­ны для по­ни­ма­ния даль­ней­шей судь­бы сис­те­мы са­мо­го Ге­ге­ля.

    Гегель в хо­де кри­ти­ки дей­ст­ви­тель­ной сла­бос­ти фих­тев­с­кой сис­те­мы ста­вит воп­рос, име­ющий не­ма­лое зна­че­ние для по­ни­ма­ния ди­алек­ти­ки поз­на­ния и пос­т­ро­ения сис­тем.

    С точ­ки зре­ния от­но­ше­ния к про­ти­во­ре­чи­ям ис­сле­ду­емой об­лас­ти сис­те­мы (сис­те­мы на­уч­но­го поз­на­ния, сис­те­мы фи­ло­со­фии) мо­гут быть раз­де­ле­ны на два ти­па. Сис­те­мы пер­во­го ти­па (соз­на­тель­но или бес­соз­на­тель­но) от­в­ле­ка­ют­ся от про­ти­во­ре­чий изу­ча­емых объ­ек­тов или объ­ек­т­ных об­лас­тей.

    Они не фо­ку­си­ру­ют­ся, та­ким об­ра­зом, на проб­ле­мах ди­алек­ти­ки, на ис­сле­до­ва­нии раз­ви­тия. Сис­те­мы вто­ро­го ти­па в центр вни­ма­ния по­ме­ща­ют ди­алек­ти­ку, т. е. соб­с­т­вен­но про­ти­во­ре­чия изу­ча­емой об­лас­ти. Соз­дать та­ко­го ро­да сис­те­му фи­ло­со­фии (охва­ты­ва­ющую ди­алек­ти­ку те­оре­ти­чес­ко­го и прак­ти­чес­ко­го ра­зу­ма) уже стре­мил­ся Кант. Фих­те еще бо­лее де­таль­но, чем Кант, ис­сле­до­вал воп­рос о ди­алек­ти­ке фи­ло­соф­с­ко­го сис­тем­но­го мыш­ле­ния. Од­на­ко Ге­гель в ана­ли­зи­ру­емой ра­бо­те объ­яв­ля­ет по­пыт­ку Фих­те в це­лом

    

76

    

    неудавшейся. По­че­му? Да по­то­му, что Фих­те, по убеж­де­нию Ге­ге­ля, все же из­ме­нил ди­алек­ти­ке, вслед­с­т­вие че­го он, бо­рец про­тив, по­пал в объ­ятия дог­ма­тиз­ма! 44.

    Оставим в сто­ро­не то об­с­то­ятель­с­т­во, что Ге­гель в ра­бо­те (как, впро­чем, и впос­лед­с­т­вии) пре­уве­ли­чи­ва­ет субъ­ек­ти­визм фих­тев­с­кой фи­ло­со­фии. Здесь су­щес­т­вен­но, что Ге­гель фор­му­ли­ру­ет цен­т­раль­ное ди­алек­ти­чес­кое тре­бо­ва­ние к ори­ги­наль­но­му фи­ло­соф­с­ко­му (в бо­лее ши­ро­ком смыс­ле - те­оре­ти­чес­ко­му) сис­тем­но­му пос­т­ро­ению: сле­ду­ет ис­хо­дить из един­с­т­ва про­ти­во­по­лож­нос­тей­; на­до дви­гать­ся к рас­к­ры­тию их тож­дес­т­ва; но нель­зя до­пус­тить, что­бы од­на из про­ти­во­по­лож­нос­тей под­мя­ла под се­бя дру­гую. Так, в фи­ло­соф­с­ком поз­на­нии не­об­хо­ди­мо, сог­лас­но Ге­ге­лю, иметь в ви­ду про­ти­во­по­лож­ность субъ­ек­тив­но­го и объ­ек­тив­но­го, ко­то­рая в из­вес­т­ном смыс­ле ста­но­вит­ся от­п­рав­ным пун­к­том, на­ча­лом сис­тем­но­го дви­же­ния. В про­ти­во­вес фих­тев­с­ко­му объ­ек­тив­но­го субъ­ек­тив­ным Ге­гель выд­ви­га­ет ини­ци­иро­ван­ный шел­лин­ги­ан­с­т­вом прин­цип их тож­дес­т­ва. Для Ге­ге­ля ос­нов­ной по­ка что смысл тож­дес­т­ва - рав­ноп­ра­вие, рав­но­су­щес­т­вен­ность, не­раз­де­ли­мость, под­лин­ное един­с­т­во про­ти­во­по­лож­нос­тей.

    Иной под­ход к сис­тем­но­му изу­че­нию свя­зи субъ­ек­тив­но­го и объ­ек­тив­но­го - к од­ной из про­ти­во­по­лож­нос­тей - зак­лей­мен Ге­ге­лем как фи­ло­соф­с­кий дог­ма­тизм.

    Вспомним, что в на­шем ве­ке мно­гие мыс­ли­те­ли За­па­да об­ви­ня­ли клас­си­чес­кую фи­ло­со­фию (вклю­чая фи­ло­со­фию Ге­ге­ля) в том, что ею не бы­ло дос­тиг­ну­то имен­но един­с­т­во субъ­ек­та и объ­ек­та. В хо­де этой кри­ти­ки, нап­рав­лен­ной­, прав­да, на поз­д­нюю ге­ге­лев­с­кую фи­ло­со­фию, не без ос­но­ва­ний под­чер­ки­ва­лось, что ге­ге­лев­с­кий аб­со­лют­ный ДУХ про­ти­во­по­лож­нос­ти - при­ро­ду и жиз­не­де­ятель­ность ин­ди­ви­да. За­кон­чен­ная ге­ге­лев­с­кая сис­те­ма впа­ла в грех дог­ма­тиз­ма и ан­ти­ди­алек­ти­ки, ко­то­ро­го так опа­сал­ся мо­ло­дой Ге­гель. Впро­чем, мо­ло­дой фи­ло­соф хо­ро­шо по­ни­мал, сколь ве­ли­ка опас­ность по­доб­но­го дог­ма­ти­чес­ко­го, ан­ти­ди­алек­ти­чес­ко­го гре­хо­па­де­ния; ма­ло кто, приз­на­ет Ге­гель, мо­жет про­ти­вос­то­ять ду­ху, от­чуж­да­ющей­, а не ин­тег­ри­ру­ющей эпо­хи.

    

77

    

    Одна из проб­лем, ко­то­рую, по убеж­де­нию Ге­ге­ля, так и не уда­лось раз­ре­шить Фих­те, - воп­рос о соп­ря­же­нии те­оре­ти­чес­ко­го и прак­ти­чес­ко­го ра­зу­ма, т. е. те­ории, фи­ло­со­фии, на­уки, с од­ной сто­ро­ны, и нрав­с­т­вен­нос­ти, пра­ва, го­су­дар­с­т­вен­ной жиз­ни - с дру­гой. Под­лин­ная фи­ло­соф­с­кая сис­те­ма та, ко­то­рая бу­дет ох­ва­ты­вать субъ­ек­тив­ное и объ­ек­тив­ное, или, вы­ра­жа­ясь по­ня­ти­ями фих­тев­с­кой фи­ло­со­фии, сфе­ры Я и не-Я, ко­то­рая най­дет спо­со­бы пе­ре­хо­да от пер­вой об­лас­ти ко вто­рой. Ге­гель тут сог­ла­сен с Фих­те. Но он ут­вер­ж­да­ет, что эти пе­ре­хо­ды как раз и не уда­лись Фих­те. 45.

    Здесь - один из цен­т­раль­ных пун­к­тов рас­хож­де­ния с Фих­те, где уже как бы за­ме­ши­ва­ет­ся рас­т­вор, ко­то­рый впос­лед­с­т­вии пой­дет на стро­итель­с­т­во фун­да­мен­та соб­с­т­вен­ной фи­ло­соф­с­кой сис­те­мы Ге­ге­ля. Неп­ри­ем­ле­мо для Ге­ге­ля не то, что объ­ек­тив­ный мир в сис­те­ме Фих­те стал те­оре­ти­чес­кой спо­соб­нос­ти. Су­щес­т­вен­но дру­гое: са­ма эта спо­соб­ность ис­тол­ко­ва­на так, что она ока­зы­ва­ет­ся не в си­лах объ­ек­тив­ный мир. Ины­ми сло­ва­ми, Ге­гель кри­ти­ку­ет сис­те­му Фих­те не за то, что она ис­хо­дит из иде­алис­ти­чес­ких пос­ту­ла­тов, а за то, что эк­с­пан­си­онис­т­с­кие при­тя­за­ния ин­тел­ли­ген­ции, нап­рав­лен­ные на пол­ное ов­ла­де­ние объ­ек­тив­ным ми­ром, ока­за­лись не­ре­али­зо­ван­ны­ми. Объ­ек­тив­ный мир ос­тал­ся неп­ро­ни­ца­емым для фих­тев­с­ко­го Я, . Иде­аль­ное, про­дол­жа­ет Ге­гель, тем са­мым обо­соб­ля­ет­ся у Фих­те от ре­аль­но­го, при­чем на сме­ну на­чаль­но­му - и пра­виль­но­му - сти­лю по­зи­тив­но ут­вер­ж­да­емо­го тож­дес­т­ва Я = Я (Я есть Я) не слу­чай­но при­хо­дит ме­нее уве­рен­ное,: Я дол­ж­но быть рав­но Я. По­это­му в сис­те­ме Фих­те не увя­зы­ва­ют­ся кон­цы с кон­ца­ми: 46.

    Обратим вни­ма­ние на тре­бо­ва­ние свя­зать на­ча­ло и ре­зуль78 тат сис­те­мы: оно так­же бу­дет раз­ви­то да­лее в бо­лее поз­д­них ге­ге­лев­с­ких рас­суж­де­ни­ях о сис­тем­нос­ти.

    Другая фун­да­мен­таль­ная проб­ле­ма, ко­то­рая, как счи­та­ет Ге­гель, ос­та­ет­ся у Фих­те не­ре­шен­ной из-за по­ро­ков его сис­те­мы: это от­но­ше­ние Я к при­ро­де. Для Ге­ге­ля здесь до­воль­но су­щес­т­вен­ный пункт преж­де все­го в си­лу его тог­даш­них шел­лин­ги­ан­с­ких ори­ен­та­ций. Но де­ло не толь­ко в них. Для все­го ми­ро­воз­зре­ния, ми­ро­ощу­ще­ния фи­ло­со­фа, глу­бо­ко ко­ре­ня­ще­го­ся в иде­алах мо­ло­дых лет, весь­ма су­щес­т­вен­но, что­бы при­ро­да, с од­ной сто­ро­ны, не бы­ла ос­тав­ле­на в ее про­ти­во­по­лож­нос­ти по от­но­ше­нию к че­ло­ве­ку, по от­но­ше­нию к ду­ху и что­бы, с дру­гой сто­ро­ны, объ­еди­не­ние че­ло­ве­ка и при­ро­ды не бы­ло по­лу­че­но це­ной при­не­се­ния в жер­т­ву че­ло­ве­чес­кой сво­бо­ды.

    Фихте, ко­неч­но, ру­ко­вод­с­т­во­вал­ся ана­ло­гич­ны­ми по­буж­де­ни­ями, что Ге­гель по­ни­ма­ет, при­во­дя со­от­вет­с­т­ву­ющие фих­тев­с­кие раз­мыш­ле­ния о. Но, за­яв­ля­ет Ге­гель, при­ро­да ос­та­ет­ся у Фих­те 47. Та же судь­ба - омер­т­в­ле­ние, не­ре­али­зу­емость - пос­ти­га­ет сво­бо­ду в ее фих­тев­с­ком тол­ко­ва­нии48. Не удал­ся Фих­те и дру­гой сис­тем­ный за­мы­сел - соз­дать те­оре­ти­чес­кую плат­фор­му для един­с­т­ва на­ук49. Та­ков жес­т­кий при­го­вор, вы­но­си­мый Ге­ге­лем фих­тев­с­кой сис­те­ме, а че­рез нее и кан­ти­ан­с­т­ву50.

    Что же Ге­гель в ра­бо­те про­ти­во­пос­тав­ля­ет фих­те­ан­с­т­ву? Как мыс­лит он от­ве­тить на ди­алек­ти­чес­кие тре­бо­ва­ния, выд­ви­га­емые пе­ред но­ва­тор­с­кой фи­ло­соф­с­кой сис­те­мой­? Увы, един­с­т­вен­ный от­вет - об­щая апел­ля­ция к тож­дес­т­ву. За­им­с­т­во­ван­ный из фи­ло­со­фии Шел­лин­га и выр­ван­ный из слож­но­го кон­тек­с­та шел­лин­гов­с­ких рас­суж­де­ний­, прин­цип тож­дес­т­ва здесь не бо­лее чем при­зыв до­бить­ся един­с­т­ва про­ти­во­по­лож­нос­тей субъ­ек­тив­но­го и объ­ек­тив­но­го, сво­бо­ды и не­об­хо­ди­мос­ти: 51.

    Как кон­к­рет­но фи­ло­соф мо­жет до­бить­ся это­го един­с­т­ва?

    Гегель вслед за Шел­лин­гом выд­ви­га­ет на пер­вый план , а кан­ти­ан­цев и фих­те­ан79 цев кри­ти­ку­ет за. Лю­бо­пыт­ный кон­т­раст по срав­не­нию с бо­лее поз­д­ним ге­ге­лев­с­ким ло­ги­циз­мом! 52. Апо­ло­гия тран­с­цен­ден­таль­но­го со­зер­ца­ния, ко­то­рое так рез­ко кри­ти­чес­ки (зна­чит, и са­мок­ри­ти­чес­ки) бу­дет оце­ни­вать­ся в, - од­но из сви­де­тельств то­го, нас­коль­ко ма­ло Ге­гель в на­ча­ле ве­ка прод­ви­нул­ся в раз­ра­бот­ке по­зи­тив­ных ос­но­ва­ний соб­с­т­вен­ной фи­ло­соф­с­кой сис­те­мы. Ее еще нет, хо­тя не­ко­то­рые кон­ту­ры бу­ду­ще­го сис­тем­но­го зда­ния на­чи­на­ют про­ри­со­вы­вать­ся.

    Оценивая ра­бо­ту 1801 г. с точ­ки зре­ния ин­те­ре­су­ющих нас проб­лем сис­тем­нос­ти и ис­то­риз­ма (в свя­зи с идей­ным раз­ви­ти­ем фи­ло­соф­с­ко­го со­об­щес­т­ва), мы впра­ве сде­лать сле­ду­ющие вы­во­ды.

    1. Ге­гель по­ка еще не го­тов раз­ра­бо­тать соб­с­т­вен­ную фи­ло­соф­с­кую сис­те­му. Но мыс­ли­тель уве­рен: но­вая фи­ло­соф­с­кая сис­те­ма дол­ж­на быть соз­да­на; бо­лее то­го, она обя­за­тель­но бу­дет соз­да­на, по­буж­да­емая и про­буж­да­емая фи­ло­соф­с­т­во­ва­ния. Им­ма­нен­т­ная цель сис­те­мы - обес­пе­чить внут­рен­нее един­с­т­во мно­го­мер­ной фи­ло­соф­с­кой проб­ле­ма­ти­ки. Пред­ва­ри­тель­но дол­ж­ны быть, как по­ла­га­ет Ге­гель, вы­яв­ле­ны ос­нов­ные кри­те­рии фи­ло­соф­с­ко­го сис­тем­но­го мыш­ле­ния. Мыс­ли­тель фор­му­ли­ру­ет тре­бо­ва­ния к сис­те­ме фи­ло­со­фии, ко­то­рые пред­с­тав­ля­ют­ся не­ма­ло­важ­ны­ми. Не­да­ром же и впос­лед­с­т­вии Ге­гель не из­ме­нит не­ко­то­рым из них. В ос­но­ва­ние сис­те­мы на­до по­ло­жить, сог­лас­но Ге­ге­лю, ди­алек­ти­чес­кий прин­цип про­ти­во­ре­чия, един­с­т­ва про­ти­во­по­лож­нос­тей в фор­ме тож­дес­т­ва субъ­ек­тив­но­го и объ­ек­тив­но­го, ко­то­рый кон­к­ре­ти­зи­ру­ет­ся че­рез един­с­т­во 53.

    Итак, Ге­гель стал про­ду­мы­вать кри­те­рии фи­ло­соф­с­кой сис­те­мы, ди­алек­ти­чес­кие тре­бо­ва­ния к ней. Ра­бо­та яв­ля­ет­ся ша­гом на пу­ти фор­му­ли­ро­ва­ния Ге­ге­лем прин­ци­пи­аль­ных для не­го иде­алов сис­тем­но­го фи­ло­соф­с­ко­го мыш80 ле­ния. Воз­ни­ка­ет один из пер­вых про­ек­тов чле­не­ния фи­ло­соф­с­кой сис­те­мы.

    2. Ге­гель от­ны­не бу­дет счи­тать аль­фой и оме­гой сис­тем­ной ра­бо­ты соп­ря­же­ние те­оре­ти­чес­ко­го и прак­ти­чес­ко­го ра­зу­ма, на­ук о при­ро­де и на­ук о че­ло­ве­ке, в ко­неч­ном сче­те во имя объ­еди­не­ния не­об­хо­ди­мос­ти и сво­бо­ды. Иде­ал сво­бо­ды по-преж­не­му ста­вит­ся во гла­ву уг­ла, но уже бо­лее тес­но свя­зы­ва­ет­ся с не­об­хо­ди­мос­тью. Толь­ко бла­го­да­ря их ди­алек­ти­чес­ко­му объ­еди­не­нию, как по­ла­га­ет Ге­гель, фи­ло­соф и фи­ло­соф­с­кая сис­те­ма спо­соб­ны про­бить­ся сквозь ,, не­ми­ну­емо при­су­щие са­мо­му ду­ху сис­тем­нос­ти, - про­бить­ся к, це­лос­т­нос­ти, вклю­чить­ся в со­во­куп­ную ис­то­рию че­ло­ве­чес­кой куль­ту­ры, че­ло­ве­чес­ко­го ду­ха. Этот про­цесс столь же не­из­бе­жен, сколь и дра­ма­ти­чен.

    3. Из­б­ран, та­ким об­ра­зом, осо­бый стиль рас­суж­де­ния о сис­те­мах и сис­тем­нос­ти фи­ло­со­фии. Ис­пы­ты­вая на се­бе вли­яние тра­ди­ци­он­ной аб­с­т­рак­т­ной фи­ло­со­фии (с ее ме­та­фи­зи­чес­ки­ми, ло­ги­ко-гно­се­оло­ги­чес­ки­ми те­ма­ми и ме­то­да­ми), Ге­гель вмес­те с тем пред­по­чи­та­ет сво­е­об­раз­ный под­ход, при ко­то­ром фи­ло­соф­с­ко-ме­та­фи­зи­чес­кие, раз­мыш­ле­ния о кри­те­ри­ях, об их судь­бах пе­реп­ле­та­ют­ся с аб­с­т­рак­т­ны­ми ис­то­ри­чес­ки­ми со­пос­тав­ле­ни­ями и кон­к­рет­ной эпо­хи. В этом под­хо­де, в этом спла­ве есть еще один важ­ный ин­г­ре­ди­ент - чув­с­т­вен­ность в фор­ме пе­ре­жи­ва­ний­, ус­т­рем­ле­ний­, ра­зо­ча­ро­ва­ний фи­ло­со­фа, на но­ва­тор­с­кую фи­ло­соф­с­кую ра­бо­ту.

    4. Пе­ре­чис­лен­ные осо­бен­нос­ти фи­ло­со­фии Ге­ге­ля бы­ли в не­ма­лой сте­пе­ни свя­за­ны с ос­т­ры­ми раз­ме­же­ва­ни­ями внут­ри не­офи­ци­аль­но­го фи­ло­соф­с­ко­го со­об­щес­т­ва, в ста­не фи­ло­со­фов-но­ва­то­ров, в рам­ках то­го на пер­вый взгляд це­лос­т­но­го, но по су­ти де­ла весь­ма про­ти­во­ре­чи­во­го ис­то­ри­ко­фи­ло­соф­с­ко­го об­ра­зо­ва­ния, ко­то­рым бы­ла фор­ми­ру­юща­яся не­мец­кая клас­си­чес­кая фи­ло­со­фия. Это дис­кус­сии глу­бо­ко со­дер­жа­тель­ные - за каж­дым от­тен­ком кри­ти­чес­ко­го ана­ли­за скры­ва­ют­ся в даль­ней­шем бо­лее ос­но­ва­тель­но ис­сле­ду­емые уз­лы фи­ло­соф­с­ких проб­лем. Это дис­кус­сии внут­ри вы­со­кой фи­ло­соф­с­кой куль­ту­ры, что от­ли­ча­ет их от по­ле­ми­ки Ге­ге­ля с сис­те­мо­со­зи­да­ющей офи­ци­аль­ной фи­ло­со­фи­ей.

    

81