3. Оправдание идеала свободы, осуждение сис­тем по­ли­ти­чес­ко­го дес­по­тиз­ма и (пе­ре­пис­ка с Шел­лин­гом - бер­н­с­кий пе­ри­од, 1793 - 1796 гг.)

Цен­ность всех цен­нос­тей­, прин­цип всех прин­ци­пов для мо­ло­до­го Ге­ге­ля и его быв­ших со­уче­ни­ков Шел­лин­га и Гёль­дер­ли­на - сво­бо­да. Сло­во бук­валь­но гос­под­с­т­ву­ет в про­из­ве­де­ни­ях и пе­ре­пис­ке мо­ло­до­го Ге­ге­ля. Мно­гое, ра­зу­ме­ет­ся, за­ви­сит от то­го, как оно тол­ку­ет­ся, и из­ме­не­ния в по­ни­ма­нии, ос­мыс­ле­нии иде­ала сво­бо­ды сос­та­вят раз­лич­ные эта­пы раз­ви­тия ге­ге­лев­с­кой сис­те­мы. Очень важ­но иметь в ви­ду: са­мос­то­ятель­ное ду­хов­ное раз­ви­тие Ге­ге­ля на­чи­на­ет­ся с от­с­та­ива­ния иде­ала сво­бо­ды, но по­ни­ма­ние прин­ци­па сво­бо­ды скла­ды­ва­ет­ся в Гер­ма­нии, при­чем за сте­на­ми те­оло­ги­чес­ко­го ин­с­ти­ту­та. Это не мог­ло не ска­зать­ся как на со­дер­жа­нии пер­вых ра­бот фи­ло­со­фа, так и на его даль­ней­шем идей­ном раз­ви­тии.

    

26

    

    За ка­кую же сво­бо­ду ра­ту­ет мо­ло­дой Ге­гель и вмес­те с ним выс­ту­па­ют его друзья? Со­дер­жа­ние, ко­то­рое при­да­ет­ся прин­ци­пу сво­бо­ды сту­ден­та­ми, а по­том и вы­пус­к­ни­ка­ми Тю­бин­ген­с­ко­го те­оло­ги­чес­ко­го ин­с­ти­ту­та, в ря­де пун­к­тов оп­ре­де­ле­но вли­яни­ем фран­цуз­с­кой ре­во­лю­ции и ее иде­оло­гии. Преж­де все­го име­ет­ся в ви­ду - от ти­ра­нии, уг­не­те­ния, про­из­во­ла власть пре­дер­жа­щих, от их над­зо­ра за дей­ст­ви­ями и ума­ми граж­дан. В пись­ме Ге­ге­ля к Шел­лин­гу от 30 ав­гус­та 1795 г., где выс­ка­зы­ва­ют­ся вос­тор­жен­ные оцен­ки и суж­де­ния по по­во­ду шел­лин­гов­с­кой ра­бо­ты, есть цен­ное сви­де­тель­с­т­во: Ге­гель сра­зу уз­на­ет в со­ци­аль­но-кри­ти­чес­ком опи­са­нии дес­по­тиз­ма. Ха­рак­тер­но: Ге­гель и Шел­линг да­же в пе­ре­пис­ке ре­ша­ют­ся го­во­рить раз­ве что о пра­ви­тель­с­т­ве (пись­ма прос­мат­ри­ва­ют­ся, о чем друзь­ям хо­ро­шо из­вес­т­но). Но их не­на­висть имен­но к по­ли­ти­чес­ко­му и иде­оло­ги­чес­ко­му дес­по­тиз­му то и де­ло на­хо­дит свое вы­ра­же­ние (в пись­мах бо­лее яс­ное, а в под­го­тав­ли­ва­емых для пе­ча­ти про­из­ве­де­ни­ях бо­лее за­мас­ки­ро­ван­ное).

    Противоядие про­тив дес­по­тиз­ма - ува­же­ние дос­то­ин­с­т­ва че­ло­ве­ка. Прос­лав­ле­ние и от­с­та­ива­ние дос­то­ин­с­т­ва че­ло­ве­ка для Ге­ге­ля - 22. Важ­ную цель Ге­гель ус­мат­ри­ва­ет в кри­ти­ке мо­ра­лис­ти­чес­ких при­тя­за­ний по­ли­ти­чес­ко­го дес­по­тиз­ма: ведь дес­по­ты ря­дят­ся в то­гу по­пе­чи­те­лей о нрав­с­т­вен­нос­ти, бла­гон­ра­вии, ре­ли­ги­оз­нос­ти под­дан­ных. Соз­да­ет­ся по­ли­ти­чес­кая ат­мос­фе­ра, при ко­то­рой­, как вер­но под­ме­ча­ет Ге­гель, дес­по­тизм ко­ре­нит­ся в ли­це­ме­рии, тру­сос­ти и 23.

    Доносившийся до Гер­ма­нии гул фран­цуз­с­кой ре­во­лю­ции, выз­вав в сер­д­цах пе­ре­до­вых не­мец­ких юно­шей сво­бо­до­лю­би­вые по­ры­вы, в не­ко­то­рых из них про­бу­дил ес­ли не

    

27

    

    прямые на­деж­ды на по­ли­ти­чес­кую карь­еру, то во вся­ком слу­чае же­ла­ние мыс­лью и сло­вом учас­т­во­вать в по­ли­ти­чес­ких пре­об­ра­зо­ва­ни­ях сво­ей стра­ны. Ре­аль­ная жизнь ох­лаж­да­ла го­ря­чие го­ло­вы. Шел­линг пи­шет Ге­ге­лю из Штут­гар­та в ян­ва­ре 1796 г.: 24.

    То, что по­ли­ти­чес­кие ам­би­ции вла­де­ли и Ге­ге­лем, вид­но из его даль­ней­шей жиз­ни. Ког­да пред­с­тав­ля­ет­ся со­от­вет­с­т­ву­ющая воз­мож­ность - Ге­ге­лю пред­ла­га­ют пост ре­дак­то­ра бам­бер­г­с­кой га­зе­ты, - он го­тов вклю­чить­ся в по­ли­ти­чес­кую борь­бу в очень важ­ной для Гер­ма­нии фор­ме жур­на­лис­т­с­кой де­ятель­нос­ти. Все­го пол­то­ра го­да (март 1807 - но­ябрь 1808 г.) Ге­гель был ре­дак­то­ром - ти­пич­но­го ба­вар­с­ко­го про­вин­ци­аль­но­го из­да­ния; он не по­ся­гал и вряд ли мог по­ся­гать на на­ру­ше­ние офи­ци­аль­ных пред­пи­са­ний. И все-та­ки га­зе­та из-за су­ще­го пус­тя­ка25 бы­ла зап­ре­ще­на - как раз тог­да, ког­да Ге­гель уже и сам стал тя­го­тить­ся жур­на­лис­т­с­кой. И впос­лед­с­т­вии по­ли­ти­чес­кая жизнь и борь­ба Гер­ма­нии бу­дут вы­тал­ки­вать из сво­ей не­пос­ред­с­т­вен­ной сфе­ры лю­дей ти­па Ге­ге­ля - с их глу­бо­ко­мыс­ли­ем, та­лан­том и не­ис­ку­шен­нос­тью в слож­ных по­ли­ти­чес­ких ин­т­ри­гах. Но нуж­но сно­ва при­нять во вни­ма­ние так­же и ха­рак­тер не­мец­ко­го по­ли­ти­чес­ко­го и иде­оло­ги­чес­ко­го ра­ди­ка­лиз­ма, ко­то­ро­му от­да­ли дань мо­ло­дые Ге­гель и Шел­линг.

    Это был, бес­спор­но, ра­ди­ка­лизм, но ра­ди­ка­лизм в его не­мец­ком ва­ри­ан­те: ра­ди­ка­лизм и сво­бо­до­мыс­лие под­дан­ных дес­по­ти­чес­ко­го по­ли­цей­ско­го го­су­дар­с­т­ва, граж­дан эко­но­ми­чес­ки и по­ли­ти­чес­ки от­с­та­ло­го об­щес­т­ва, с его силь­ней­шим ре­ли­ги­оз­но-иде­оло­ги­чес­ким кон­т­ро­лем; ра­ди­ка­лизм ин­тел­лек­ту­алов, чья склон­ность к ана­ли­зу, реф­лек­сии пре­доп­ре­де­ля­ла не­ма­лую ос­то­рож­ность их от­к­ры­тых дей­ст­вий по от­но­ше­нию к гос­под­с­т­ву­ющей реп­рес­сив­ной со­ци­аль­ной сис­те­ме. В гер­ман­с­ких го­су­дар­с­т­вах то­го вре­ме­ни, нес­мот­ря на раз­д­роб­лен­ность, ха­ос, ца­рив­ший в стра­не, су­щес­т­во­ва­ла еди­ная и дос­та­точ­но эф­фек­тив­ная сис­те­ма реп­рес­сий­: она вклю­ча­ла за­ко­но­да­тель­ные ус­та­нов­ле­ния и зап­ре­ты, цен­зур­ные ог­ра­ни­че­ния, дей­ст­вия сыс­к­ных, над­зи­ра­ющих и ка­ра­ющих ин­с­тан­ций. Цель сис­те­мы сос­то­яла в сох­ра­не­нии со­ци­аль­но­го sta­tus quo и в пре­дот­в­ра­ще­нии - бла­го­да­ря не­усып­но­му кон­т­ро­лю за дей­ст­ви­ями, мыс­ля­ми и сло­ва­ми граж­дан - вся­ких по­пы­ток осу­щес­т­в­лять, оп­рав­ды­вать ре­во­лю­ци­он­ные или во­об­ще сколь­ко-ни­будь кар­ди­наль­ные со­ци­аль­ные пре­об­ра­зо­ва­ния.

    

28

    

    Радикально нас­т­ро­ен­ные ин­тел­лек­ту­алы, ко­то­рым про­ти­вос­то­яла та­кая дей­ст­ви­тель­но мощ­ная сис­те­ма, не мог­ли не пе­ре­жи­вать глу­бо­кий - час­то скры­ва­емый от се­бя и дру­гих лю­дей - страх пе­ред реп­рес­сив­ным ап­па­ра­том го­су­дар­с­т­ва и цер­к­ви, по­рой да­же и не ис­пы­тав на се­бе его воз­дей­ст­вия. в уме воз­мож­ные опас­нос­ти ак­тив­но­го по­ли­ти­чес­ко­го дей­ст­вия в поль­зу сво­бо­ды, в поль­зу наз­рев­ших об­щес­т­вен­ных пе­ре­мен, они ча­ще все­го на­хо­ди­ли ос­но­ва­ния, и при­том до­воль­но вес­кие, что­бы не ввя­зы­вать­ся в боль­шую по­ли­ти­ку. Не ли­шен убе­ди­тель­нос­ти ар­гу­мент, ко­то­рый на­шел Шел­линг: мыс­ля­щих ра­ди­ка­лов сра­зу же на­тол­к­ну­лась бы на про­ти­во­дей­ст­вия, быть мо­жет, на пря­мые реп­рес­сии го­су­дар­с­т­ва, и она - не слу­чай­но - пред­с­тав­ля­лась без­на­деж­ной­, не­осу­щес­т­ви­мой.

    Без тру­да мож­но бы­ло бы ука­зать так­же и на ошиб­ки тех ра­ди­ка­лов-экстре­мис­тов, ко­то­рые ввя­зы­ва­лись в по­ли­ти­ку; нап­ри­мер, мно­гих не­мец­ких мыс­ли­те­лей­, вклю­чая Ге­ге­ля и Шел­лин­га, от­тол­к­ну­ли дей­ст­вия яко­бин­цев, пред­с­тав­ляв­ших на­ибо­лее ра­ди­каль­ное кры­ло фран­цуз­с­кой ре­во­лю­ции.

    Они по­ка не по­ко­ле­ба­ли в та­ких лю­дях, как Ге­гель, ве­ры в об­нов­ля­ющее зна­че­ние ре­во­лю­ции, но зас­та­ви­ли не­мец­ких ин­тел­лек­ту­алов за­ду­мать­ся над воп­ро­сом о со­от­но­ше­нии ре­во­лю­ции и тер­ро­ра. (Ге­гель по­том све­дет с яко­бин­ца­ми идей­но-нрав­с­т­вен­ные сче­ты в.) Од­ним сло­вом, в ар­гу­мен­тах про­тив ре­во­лю­ци­он­но­го дей­ст­вия не бы­ло не­дос­тат­ка. От­сю­да - глу­бо­кий кри­ти­цизм умо­нас­т­ро­ений и ос­то­рож­ность в ре­аль­ном по­ли­ти­чес­ком по­ве­де­нии - пос­те­пен­но фор­ми­ру­ющий­ся спо­соб жиз­ни мо­ло­до­го Ге­ге­ля и его дру­зей.

    В чем, од­на­ко, нель­зя от­ка­зать Ге­ге­лю и его еди­но­мыш­лен­ни­кам, так это в воль­но­лю­би­вом ха­рак­те­ре их мыс­лей и нас­т­ро­ений. По­ли­ти­ка от­ны­не ста­но­вит­ся для них при­тя­га­тель­ным объ­ек­том серь­ез­ных, все бо­лее глу­бо­ких и ос­но­ва­тель­ных раз­мыш­ле­ний. Прав­да, с те­че­ни­ем вре­ме­ни - вмес­те с эпо­хи - Ге­гель ста­но­вит­ся и бо­лее сдер­жан­ным в эмо­ци­ональ­ной фор­ме сво­их кри­ти­чес­ких ин­век­тив в ад­рес дес­по­тиз­ма, сис­те­мы по­дав­ле­ния сво­бо­ды.

    Однако как по­ли­ти­чес­кий мыс­ли­тель, он, до кон­ца жиз­ни раз­мыш­ляя над проб­ле­ма­ми по­ли­ти­ки, го­су­дар­с­т­ва, по край­ней ме­ре те­оре­ти­чес­ки не из­ме­нял прин­ци­пу сво­бо­ды, пре­дан­ность ко­то­ро­му он об­рел в Тю­бин­ге­не, впи­тав дух фран­цуз­с­ко­го и не­мец­ко­го сво­бо­до­лю­би­во­го гу­ма­низ­ма. По­ли­ти­чес­кий ра­ди­ка­лизм, из­г­нан­ный из сфе­ры кон­к­рет­но­го

    

29

    

    политико-государственного дей­ст­вия, пе­ре­но­сит­ся в сфе­ру мыс­ли. Бла­го­да­ря это­му по­ли­ти­чес­кая прак­ти­ка Гер­ма­нии ос­та­ва­лась оп­ло­том кон­сер­ва­тиз­ма, при­бе­жи­щем ум­с­т­вен­ной се­рос­ти, не­мед­лен­но рас­п­рав­ляв­шей­ся с ма­лей­шей лич­нос­т­ной ода­рен­нос­тью и бла­го­род­с­т­вом ха­рак­те­ра как с . Ку­да бы­ло де­вать­ся та­лан­т­ли­вым и сво­бо­до­лю­би­вым лю­дям, все же тя­го­тев­шим к по­ли­ти­ке?

    Они час­то ухо­ди­ли в сфе­ру твор­чес­т­ва, куль­ту­ры. А это на­сы­ща­ло не­мец­кую те­оре­ти­чес­кую и ху­до­жес­т­вен­ную куль­ту­ру ис­тин­ны­ми та­лан­та­ми и бла­го­род­ны­ми страс­тя­ми, ко­то­рые бы­ли за­ря­же­ны энер­ги­ей по­ли­ти­чес­ко­го про­тес­та. Пусть про­тест и шиф­ро­вал­ся в аб­с­т­рак­т­ную сим­во­ли­ку фи­ло­соф­с­ких рас­суж­де­ний­, оку­ты­вал­ся в ткань ху­до­жес­т­вен­но-ли­те­ра­тур­ных об­ра­зов. Нем­цы на­лов­чи­лись ис­поль­зо­вать для со­ци­аль­но-по­ли­ти­чес­ко­го, иде­оло­ги­чес­ко­го кри­ти­циз­ма да­же те­оло­ги­чес­кую те­ма­ти­ку, бо­гос­лов­с­кий язык, чем и вос­поль­зо­вал­ся мо­ло­дой Ге­гель.

    Общественное соз­на­ние дол­гое вре­мя бы­ло та­ким, и чи­та­ющая пуб­ли­ка, осо­бен­но оп­по­зи­ци­он­ная, под­на­то­ре­ла в быс­т­рой рас­шиф­ров­ке по­ли­ти­чес­ко­го под­тек­с­та рас­суж­де­ний­, ка­за­лось бы весь­ма да­ле­ких от по­ли­ти­ки. Не­мец­кая куль­ту­ра бы­ла вы­нуж­де­на для вы­ра­же­ния глу­бо­ко наз­рев­ших нас­т­ро­ений со­ци­аль­но-по­ли­ти­чес­ко­го про­тес­та из­би­рать те­мы и проб­ле­мы, на ко­то­рые по тем или иным при­чи­нам не рас­п­рос­т­ра­нял­ся го­су­дар­с­т­вен­но-цен­зур­ный или цер­ков­но-мо­ра­лис­ти­чес­кий зап­рет. Бла­го­да­ря это­му и по уз­ко­му рус­лу раз­ре­шен­но­го рас­суж­де­ния на­чи­на­ет течь, раз­мы­вая ус­та­нов­лен­ные гра­ни­цы, дос­та­точ­но мощ­ный по­ток, пи­та­емый со­ци­аль­ным кри­ти­циз­мом. Та­ки­ми раз­ре­шен­ны­ми, да­же весь­ма поч­тен­ны­ми объ­ек­та­ми рас­суж­де­ний в стра­не по­ли­ти­чес­ко­го мо­ра­лиз­ма и офи­ци­аль­ной ре­ли­ги­оз­нос­ти бы­ли ре­ли­гия и мо­раль. Но не­вер­но бы­ло бы ду­мать, что Ге­ге­ля и Шел­лин­га прив­ле­ка­ет к ним толь­ко од­но со­об­ра­же­ние - при по­мо­щи внеш­не бла­го­чес­ти­вых те­оло­ги­чес­ких и мо­ра­лис­ти­чес­ких рас­суж­де­ний за­мас­ки­ро­вать свой по­ли­ти­чес­кий ра­ди­ка­лизм. Де­ло об­с­то­ит ку­да слож­нее. Проб­ле­мы ре­ли­гии и мо­ра­ли глу­бо­ко и ис­к­рен­не вол­ну­ют во вто­рой по­ло­ви­не XVI­II в. твор­чес­ких лю­дей Гер­ма­нии и дру­гих стран Ев­ро­пы.

    

Острая кри­ти­ка ре­ли­гии и цер­к­ви - зна­ме­ние вре­ме­ни.

    Официальная ре­ли­гия и дей­ст­вия цер­к­ви вы­зы­ва­ют не­на­висть пе­ре­до­вых сту­ден­тов и вы­пус­к­ни­ков те­оло­ги­чес­ко­го ин­с­ти­ту­та - это мно­го зна­чит, да еще!

    Влияние фран­цуз­с­кой ре­во­лю­ции тут не­сом­нен­но. По­ли­ти­чес­ки ори­ен­ти­ро­ван­ная воль­но­лю­би­вая фран­цуз­с­кая идео30 ло­гия еще за­дол­го до ре­во­лю­ции ука­за­ла на связь меж­ду про­из­во­лом, дес­по­тиз­мом по­ли­ти­чес­кой влас­ти и офи­ци­аль­ной по­ли­ти­кой цер­к­ви как гос­под­с­т­ву­юще­го ин­с­ти­ту­та. Эта связь не­сом­нен­на и для мо­ло­до­го Ге­ге­ля, ко­то­рый пи­шет Шел­лин­гу: 26. Вы­ра­жа­ет­ся не­на­висть имен­но к сис­те­ме го­су­дар­с­т­вен­но-по­ли­ти­чес­ко­го дес­по­тиз­ма, а зна­чит, ко все­му, что ос­вя­ща­ет ее сим­во­ла­ми свя­тос­ти, мо­раль­нос­ти, прос­ве­щен­нос­ти. Зре­лость мыш­ле­ния мо­ло­до­го Ге­ге­ля зак­лю­ча­ет­ся как раз в том, что он вос­п­ри­ни­ма­ет по­ли­ти­чес­кое гос­под­с­т­во как раз­вет­в­лен­ную, еди­ную сис­те­му (что, кста­ти, так­же пи­та­ет страх пе­ред ее мощью и вез­де­су­щи­ем). По­это­му сло­ва, от­не­сен­ные и к со­ци­аль­но­му ус­т­рой­ст­ву, и к сфе­ре идей­, ста­но­вят­ся в пе­ре­пис­ке и пер­вых про­из­ве­де­ни­ях Ге­ге­ля, в сущ­нос­ти, та­ким же не­га­тив­ным сим­во­лом, что и дес­по­тизм. Да­лее мы уви­дим, к ка­ким те­оре­ти­чес­ким вы­во­дам на этой ос­но­ве при­хо­дит Ге­гель, ког­да в ран­них про­из­ве­де­ни­ях ана­ли­зи­ру­ет воп­рос о сис­те­ме и сис­тем­нос­ти.

    В чем спе­ци­фи­ка та­ко­го ана­ли­за в пер­вых са­мос­то­ятель­ных ра­бо­тах мо­ло­до­го Ге­ге­ля? Это не ло­ги­ко-гно­се­оло­ги­чес­кое ис­сле­до­ва­ние. По­ня­тие Ге­гель при­во­дит в связь с со­ци­аль­ным раз­ви­ти­ем, с пов­сед­нев­ной жиз­не­де­ятель­нос­тью че­ло­ве­ка - ас­пект проб­ле­мы сис­тем­нос­ти, с фик­си­ро­ва­ния и рас­смот­ре­ния ко­то­ро­го на­ча­лось идей­ное раз­ви­тие Ге­ге­ля, не по­те­рял сво­его зна­че­ния до се­год­няш­не­го дня. И ны­не ак­ту­аль­ным ос­та­ет­ся вы­яв­ле­ние Ге­ге­лем дес­по­тиз­ма. Итак, со­от­вет­с­т­вен­но то­му, что сис­тем­ные со­ци­аль­ные свя­зи рас­смат­ри­ва­ют­ся Ге­ге­лем глав­ным об­ра­зом в их не­га­тив­ном воз­дей­ст­вии на жиз­не­де­ятель­ность лич­нос­ти, в по­ня­тие вкла­ды­ва­ет­ся пре­иму­щес­т­вен­но кри­ти­чес­кий смысл. Цен­ный ре­зуль­тат, име­ющий­ся в еще нез­ре­лых, во мно­гом не­са­мос­то­ятель­ных фи­ло­соф­с­ких раз­мыш­ле­ни­ях Ге­ге­ля, - кри­ти­чес­кое по­ни­ма­ние мо­ло­дым мыс­ли­те­лем со­ци­аль­ной обус­лов­лен­нос­ти и со­ци­аль­но-по­ли­ти­чес­ких фун­к­ций ор­то­док­саль­ных сис­тем мыс­ли (нап­ри­мер, те­оло­ги­чес­ких сис­тем офи­ци­аль­ной цер­к­ви, сис­тем офи­ци­оз­ной фи­ло­со­фии), что осо­бен­но чет­ко вы­ра­же­но в пе­ре­пис­ке. И пос­коль­ку сво­бо­да по­ни­ма­ет­ся мо­ло­ды­ми Ге­ге­лем и Шел­лин­гом преж­де все­го как - от по­ли­ти­чес­ко­го дес­по­тиз­ма, про­из­во­ла, уни­же­ния че­ло­ве­чес­ко­го дос­то­ин­с­т­ва, то в един­с­т­во вклю­ча­ют­ся об­с­лу­жи­ва­ющие дес­по­ти­чес­кую сис­те­му не­ве­жес­т­во, кос­ность, ин­тел­лек­ту­аль­ная се­рость, ко­то­рые неп­ре­мен­но ста­вят се­бя на служ­бу сис­те­ме по­дав­ле­ния сво­бо­ды.

    Прозябание в Бер­не, вда­ли, тя­го­ти­ло мо­ло­до­го Ге­ге­ля. Он охот­но уехал бы в дру­гое мес­то, он меч­тал об ином по­ло­же­нии, но твер­до ого­ва­ри­вал:. Столь же ка­те­го­рич­на и оцен­ка ус­ло­вий фи­ло­соф­с­т­во­ва­ния в тю­бин­ген­с­ких учеб­ных за­ве­де­ни­ях: 27. И все-та­ки Ге­гель про­сит Шел­лин­га рас­ска­зать, что же де­ла­ет­ся в Тю­бин­ге­не. В от­вет­ном пись­ме Шел­линг пи­шет: 28. Прав­да, Шел­линг не мо­жет от­ка­зать в из­вес­т­ной лов­кос­ти: на что уж ка­за­лась им по­на­ча­лу неп­ри­ем­ле­мой кан­тов­с­кая фи­ло­со­фия, но по­том и ее они за­хо­те­ли пос­та­вить се­бе на служ­бу. Сна­ча­ла Кан­та за не­угод­ное уче­ние о ре­ли­гии бра­ни­ли, а по­том ре­ши­ли, что удоб­нее вос­поль­зо­вать­ся во­шед­шим в мо­ду кан­ти­ан­с­т­вом., - се­ту­ет Шел­линг29.

    Гегель воз­му­щен не мень­ше Шел­лин­га и не ме­нее его яз­ви­те­лен. Пе­ре­пис­ка сви­де­тель­с­т­ву­ет: Ге­гель по­ни­ма­ет проб­ле­му глуб­же, чем его бо­лее пре­ус­пев­ший в фи­ло­со­фии друг. При­чи­на жиз­нен­ной стой­кос­ти ор­то­док­сии зак­лю­че­на не в не­ожи­дан­ной кан­ти­ан­с­т­ва. Проч­ность офи­ци­аль­ной­, в тот пе­ри­од неп­ре­мен­но те­оло­ги­чес­ки и мо­ра­лис­ти­чес­ки ори­ен­ти­ро­ван­ной фи­ло­со­фии - в ее со­ци­аль­ных кор­нях, в ее слу­жеб­ной ро­ли по от­но­ше­нию к со­ци­аль­ным сис­те­мам. 30. Ка­кая чет­кая и вер­ная мысль! Ге­гель при­зы­ва­ет Шел­лин­га - и это об­ду­ман­ное нрав­с­т­вен­ное пра­ви­ло дей­ст­вия - как мож­но боль­ше ме­шать ор­то­док­сов, выс­тав­лять их ду­хов­ную на­го­ту. Кро­ме то­го, он на­де­ет­ся, что для ор­то­док­сов не прой­дет бес­след­но и об­ра­ще­ние к кан­тов­с­кой фи­ло­со­фии: же­лая, они из кан­тов­с­ко­го кос­т­ра та­щат к се­бе уголья, из ко­то­рых, как на­де­ялись в то вре­мя Фих­те, Ге­гель, Шел­линг, дол­ж­но воз­го­реть­ся пла­мя но­вых фи­ло­соф­с­ких идей.

    Заметим, кста­ти, что вос­п­ри­ятие кан­тов­с­кой фи­ло­со­фии,

    

32

    

    которое мы в кни­гах, стать­ях, учеб­ни­ках прев­ра­ти­ли в сво­его ро­да без­лич­ную фи­ли­ацию идей­, в дей­ст­ви­тель­нос­ти бы­ло свя­за­но с глу­бо­чай­шим лич­нос­т­ным оду­шев­ле­ни­ем, с са­мы­ми сме­лы­ми на­деж­да­ми и ожи­да­ни­ями. Как по­том вы­яс­ни­лось, пос­лед­ние бы­ли со­еди­не­ны с из­ряд­ной до­лей ил­лю­зий­, ко­то­рым вско­ре суж­де­но бы­ло раз­ве­ять­ся. Но в кон­це XVI­II в. ус­во­ение кан­ти­ан­с­т­ва ра­ди­каль­ны­ми мыс­ли­те­ля­ми Гер­ма­нии мень­ше все­го на­по­ми­на­ло прос­тую ин­тел­лек­ту­аль­ную ре­цеп­цию - про­ис­хо­ди­ло имен­но ду­хов­ное пот­ря­се­ние: от пе­ре­ра­бот­ки кан­тов­с­кой фи­ло­со­фии ста­ли ожи­дать са­мых да­ле­ко иду­щих след­с­т­вий - ес­ли не сра­зу ре­во­лю­ци­он­но­го пре­об­ра­зо­ва­ния об­щес­т­ва, то во вся­ком слу­чае та­ко­го ре­во­лю­ци­они­зи­ро­ва­ния фи­ло­со­фии и всей ста­рой­, ко­то­рое бу­дет про­ло­гом гря­ду­щих со­ци­аль­ных пе­ре­во­ро­тов. Ка­за­лось, что вот-вот по­ко­леб­лет­ся цар­с­т­во (вы­ра­же­ние Шел­лин­га31). - так пи­сал Ге­ге­лю Шел­линг 32.

    Молодым та­лан­там тог­даш­ней не­мец­кой фи­ло­со­фии при­хо­ди­лось при­ла­гать не­ма­ло уси­лий­, что­бы не дать ядо­ви­тым ис­па­ре­ни­ям ор­то­док­саль­но­го фи­ло­соф­с­ко-те­оло­ги­чес­ко­го бо­ло­та пог­ло­тить от­к­рыв­ший­ся им ве­ли­ких идей­, обос­но­вы­вав­ших дос­то­ин­с­т­во и сво­бо­ду че­ло­ве­ка. Это бы­ла труд­ней­шая бит­ва прин­ци­пов, ус­та­но­вок, идей­, и в ней не ока­за­лось не­у­яз­в­лен­ных про­тив­ни­ком по­бе­ди­те­лей. В этой бит­ве та­лан­т­ли­вым мыс­ли­те­лям уже с са­мо­го на­ча­ла твор­чес­ко­го пу­ти на­но­си­лись тяж­кие ра­не­ния.

    Травля, об­ра­щен­ная офи­ци­аль­ны­ми фи­ло­со­фа­ми и те­оло­га­ми про­тив Фих­те, - слу­чай хо­ро­шо из­вес­т­ный­, мно­гок­рат­но опи­сан­ный и ин­тер­п­ре­ти­ро­ван­ный в ис­то­ри­ко-фи­ло­соф­с­кой ли­те­ра­ту­ре. Нас здесь ин­те­ре­су­ет, как на нее от­ре­аги­ро­ва­ли Шел­линг и Ге­гель. По­нят­но, что в це­лом они бы­ли на сто­ро­не Фих­те, кон­ф­ликт ко­то­ро­го со сту­ден­та­ми Йе­ны в 1795 г. был не бо­лее как про­ло­гом к серь­ез­но­му 1799 г.33 Шел­линг с воз­му­ще­ни­ем пи­шет Ге­ге­лю о том, как ис­поль­зо­ва­ла нас­т­ро­ения сту­ден­тов фи­ло­соф­с­кая сре­да, ко­то­рая тай­но их к выс­туп­ле­ни­ям про­тив та­лан­т­ли­во­го, яр­ко­го лек­то­ра, а са­ма - че­рез жур­на­лы - ус­т­ро­ила ему 34 (ка­кое точ­ное оп­ре­де­ле­ние!). Мне­ние Ге­ге­ля об этом скан­да­ле при­ме­ча­тель­но: ис­к­рен­не жа­лея

    

33

    

    Фихте ( - то­же очень яр­кий и ем­кий со­ци­аль­ный об­раз!), Ге­гель в то же вре­мя ос­то­рож­но и мяг­ко осуж­да­ет Фих­те. Гру­бость и не­ве­жес­т­во кор­по­ра­тив­ной сту­ден­чес­кой мас­сы вряд ли сво­ев­ре­мен­но ис­п­рав­лять; не луч­ше бы­ло бы прив­лечь к се­бе? Но в рас­суж­де­ни­ях и оцен­ках сво­их Ге­гель и Шел­линг, ко­неч­но же, чет­ко при­ни­ма­ют сто­ро­ну го­ни­мо­го та­лан­та. 35.

    В тех же пись­мах, в ко­то­рых го­во­рит­ся о Фих­те, друзья в бо­лее серь­ез­ной и об­щей фор­ме об­суж­да­ют пос­то­ян­но тре­во­жа­щий их воп­рос о сво­ем от­но­ше­нии к сис­те­мам ор­то­док­саль­ной фи­ло­со­фии, к. Вмес­те с пись­мом от 21 июля 1795 г. Шел­линг вы­сы­ла­ет под­го­тов­лен­ную им для дис­пу­та ра­бо­ту (за­щи­ща­лась она в Тю­бин­ге­не 27 июля 1795 г.). Ра­бо­та на­пи­са­на быс­т­ро, и Шел­линг про­сит дру­га при проч­те­нии быть снис­хо­ди­тель­ным. Он со­об­ща­ет: охот­нее за­нял­ся бы дру­гой те­мой­, ко­то­рую по­на­ча­лу выб­рал, -. Наз­ва­ние по­ка­зы­ва­ет, что те­ма из­би­ра­лась с не­сом­нен­ным кри­ти­чес­ким при­це­лом. Но Шел­лин­гу ее 36.

    Сколько еще тем и проб­лем бы­ло в са­мом на­ча­ле или от­б­ро­ше­но мо­ло­ды­ми фи­ло­со­фа­ми по раз­мыш­ле­нию? На­пи­сан­ное то­же не удов­лет­во­ря­ет: что-то весь­ма су­щес­т­вен­ное..

    Гегель тща­тель­но изу­ча­ет и дис­пу­та­ци­он­ную ра­бо­ту, и прис­лан­ные од­нов­ре­мен­но дру­гие со­чи­не­ния Шел­лин­га*. Он оце­ни­ва­ет их чрез­вы­чай­но вы­со­ко, при­чем пря­мо приз­на­ет, что идеи, тес­нив­ши­еся в его уме, про­яс­ни­лись бла­го­да­ря ра­бо­там Шел­лин­га. Ге­ге­лю им­по­ни­ру­ет имен­но ра­ди­каль­ная нап­рав­лен­ность про­из­ве­де­ний дру­га про­тив дог­ма­тиз­ма ор­то­док­саль­ных сис­тем те­оло­гии и фи­ло­со­фии. Дис­пу­та­ци­он­ное со­чи­не­ние ра­ду­ет Ге­ге­ля: в ней нет стра­ха пе­ред и 37.

    Проходит нес­коль­ко ме­ся­цев, и в пись­мах, от­но­ся­щих­ся к ле­ту 1795 г., все бо­лее на­рас­та­ет тре­во­га. (пос­вя­ще­на разъ­яс­не­нию ос­но­ва­ний фи­ло­со­фии Фих­те),.

    

34

    

    мой, - пи­шет Шел­линг, - ре­во­лю­ция, ко­то­рую дол­ж­на выз­вать фи­ло­со­фия, еще да­ле­ка. Боль­шин­с­т­во из тех, кто, ка­за­лось, хо­те­ли ей спо­соб­с­т­во­вать, те­перь со стра­хом от­с­ту­па­ют. Это­го они не жда­ли!»38 Ге­гель охот­но под­х­ва­ты­ва­ет те­му - здесь уже он под­бад­ри­ва­ет дру­га. Ведь Шел­линг стал ори­ги­наль­ным мыс­ли­те­лем; он сме­ло бро­сил свои тво­ре­ния, през­рев се­год­няш­них су­дей. Ге­гель так­же уве­ще­ва­ет дру­га, да и са­мо­го се­бя, внут­рен­не под­го­то­вить­ся к са­мым край­ним фор­мам неп­ри­ятия, да­же трав­ли со сто­ро­ны офи­ци­аль­ной фи­ло­со­фии - ведь на­ча­ла же она раз­де­лы­вать­ся с Фих­те! Что дол­ж­но слу­жить опо­рой и уте­ше­ни­ем? 39.

    Сказанное поз­во­ля­ет сде­лать не­ко­то­рые вы­во­ды. Ос­нов­ная при­чи­на кри­ти­чес­ко­го от­но­ше­ния мо­ло­до­го Ге­ге­ля к ор­то­док­саль­ным фи­ло­соф­с­ким сис­те­мам ко­ре­нит­ся в страс­т­ном от­ри­ца­нии. И опос­ре­ду­ет­ся оно по­ни­ма­ни­ем внут­рен­ней свя­зи меж­ду со­ци­аль­но-по­ли­ти­чес­ким уг­не­те­ни­ем и ор­то­док­саль­но-дог­ма­ти­чес­ки­ми идей­ны­ми фор­мо­об­ра­зо­ва­ни­ями. На пер­вый план по­ка выс­ту­па­ет не твор­чес­кое со­зи­да­ние фи­ло­соф­с­кой сис­те­мы (и, сле­до­ва­тель­но, не фор­ми­ро­ва­ние но­вой ло­ги­ки, но­во­го прин­ци­па сис­тем­нос­ти), а ра­ди­каль­ное по сво­им ус­т­рем­ле­ни­ям (име­ющее пря­мые со­ци­аль­но-по­ли­ти­чес­кие пред­по­сыл­ки и дос­та­точ­но чет­кие ад­ре­са­ты кри­ти­ки) пре­одо­ле­ние ор­то­док­саль­но­го. И хо­тя Ге­гель, как вид­но из пе­ре­пис­ки, пред­по­ла­га­ет воз­мож­ность соз­да­ния и рас­п­рос­т­ра­не­ния не­ор­то­док­саль­ных, проч­но увя­зан­ных с прин­ци­пом сво­бо­ды фи­ло­соф­с­ких сис­тем, все же час по­зи­тив­ной ра­бо­ты над соб­с­т­вен­ной сис­те­мой мыс­ли еще не про­бил.

    Радикальное фи­ло­соф­с­кое со­об­щес­т­во, на ко­то­рое ори­ен­ти­ру­ет­ся и в ко­то­рое вхо­дит Ге­гель, к се­ре­ди­не 90-х го­дов XVI­II в. на­хо­дит­ся в сос­то­янии ин­тел­лек­ту­аль­но­го бро­же­ния. Фран­цуз­с­кая ре­во­лю­ция обос­т­ри­ла мно­гие идей­ные про­цес­сы, про­ис­хо­див­шие в Гер­ма­нии, из­ме­нив их фор­му и со­об­щив им осо­бую нап­рав­лен­ность, но­вое ус­ко­ре­ние. В бо35 лее спо­кой­ное вре­мя ус­во­ение и пре­одо­ле­ние кан­ти­ан­с­т­ва бы­ли бы, воз­мож­но, бо­лее спе­ци­аль­ны­ми и бо­лее. Но в кон­це XVI­II сто­ле­тия сво­бо­до­лю­би­во нас­т­ро­ен­ные мыс­ли­те­ли под­хо­ди­ли к фи­ло­со­фии Кан­та, к тен­ден­ци­ям ее даль­ней­ше­го раз­ви­тия, к дру­гим сис­те­мам фи­ло­со­фии со стро­ги­ми ра­ди­каль­ны­ми мер­ка­ми. Не на внут­рен­них от­тен­ках фи­ло­соф­с­кой сис­те­мы по­ка скон­цен­т­ри­ро­ва­лось вни­ма­ние тех, кто, по­доб­но Ге­ге­лю, свя­зы­вал кан­тов­с­ко-фих­тев­с­кую фи­ло­со­фию с ре­во­лю­ци­он­ны­ми об­щес­т­вен­ны­ми пре­об­ра­зо­ва­ни­ями. Слу­же­ние фи­ло­со­фии и фи­ло­со­фов прин­ци­пу сво­бо­ды - вот тот глав­ный кри­те­рий­, в све­те ко­то­ро­го Ге­гель и Шел­линг оце­ни­ва­ют ве­ли­чие, дос­то­ин­с­т­во фи­ло­соф­с­ко­го уче­ния. Но как до­бить­ся, что­бы но­вая фи­ло­со­фия, но­ва­тор­с­кая фи­ло­соф­с­кая сис­те­ма дей­ст­ви­тель­но удов­лет­во­ря­ли та­ко­му кри­те­рию? Ге­гель му­чи­тель­но ищет от­вет на этот ко­рен­ной для не­го воп­рос. Ищет вмес­те с Шел­лин­гом, пос­те­пен­но всту­пая на путь при­дир­чи­вой кри­ти­чес­кой оцен­ки ре­зуль­та­тов, дос­тиг­ну­тых в луч­ших фи­ло­соф­с­ких уче­ни­ях его вре­ме­ни.

    Как бы ни бы­ло важ­но для по­ни­ма­ния идей­ной борь­бы в фи­ло­со­фии при­ни­мать во вни­ма­ние един­с­т­во мыс­ли­те­лей­но­ва­то­ров в их кри­ти­ке те­оло­гов и фи­ло­со­фов-орто­док­сов, не мень­шее, ес­ли не боль­шее зна­че­ние с точ­ки зре­ния со­дер­жа­ния име­ют раз­ли­чия твор­чес­ких пу­тей­, лич­нос­т­ных ори­ен­та­ций­, ко­то­рые на­ме­ча­ют­ся в не­ор­то­док­саль­ном фи­ло­соф­с­ком со­об­щес­т­ве. Ге­гель точ­но и ис­к­рен­не пи­шет Шел­лин­гу:, - и тут же го­во­рит о пу­ти, из­б­ран­ном им са­мим: 40. Для сво­бо­до­лю­би­во­го мо­ло­до­го ума, толь­ко что на­чав­ше­го уг­луб­лен­ную ра­бо­ту в фи­ло­со­фии, ес­тес­т­вен­но стрем­ле­ние при­со­еди­нить­ся к фи­ло­со­фии Кан­та. Пос­лед­няя об­ла­да­ла не­сом­нен­ны­ми гу­ма­нис­ти­чес­ки-нрав­с­т­вен­ны­ми пре­иму­щес­т­ва­ми по срав­не­нию с рет­рог­рад­но-орто­док­саль­ны­ми сис­те­ма­ми фи­ло­со­фии и в то же вре­мя вы­год­но от­ли­ча­лась от мно­гих, ес­ли не всех, ра­ди­каль­ных со­ци­аль­но-кри­ти­чес­ких воз­зре­ний тог­даш­ней Гер­ма­нии сво­ей на­иболь­шей те­оре­ти­чес­кой раз­ра­бо­тан­нос­тью.

* - по от­но­ше­нию к тю­бин­ген­с­ко­му пе­ри­оду.

С Ге­гель поз­на­ко­мил­ся в 1789 г., т. е. че­рез 8 лет пос­ле ее пер­вой пуб­ли­ка­ции, и, ви­ди­мо, чи­тал ее уже во вто­ром из­да­нии.

    

36

    

    Гегель по­ка скром­но по­ни­ма­ет за­да­чу сво­ей ра­бо­ты в фи­ло­со­фии - при­ме­нить к ин­те­ре­су­ющим его прин­ци­пы фи­ло­со­фии Кан­та. Шел­линг, ко­то­рый рань­ше Ге­ге­ля на­чал по­ис­ки са­мос­то­ятель­но­го пу­ти, от­но­сит­ся к фи­ло­со­фии ве­ли­ко­го Кан­та с поч­те­ни­ем, но уже и с не­ма­лой кри­тич­нос­тью., - пи­шет Шел­линг. По­это­му мо­ло­до­го мыс­ли­те­ля так раз­д­ра­жа­ют пра­во­вер­ные кан­ти­ан­цы, ко­то­рые со­ору­ди­ли из не­дав­но столь не­обыч­ной сис­те­мы но­вый идей­ный­, да­же ре­ли­ги­оз­ный фе­тиш41.

    Зимой 1795 г. у Шел­лин­га по­явил­ся но­вый фи­ло­соф­с­кий ку­мир - Фих­те. С де­ятель­нос­тью Фих­те свя­зы­ва­ют­ся боль­шие ожи­да­ния:. Ви­ди­мо, пись­мо бы­ло не­на­дол­го от­ло­же­но.

    Шеллинг за­кан­чи­ва­ет его че­рез не­ко­то­рое вре­мя со­об­ще­ни­ем, что им про­чи­та­но Фих­те. Вос­тор­жен­ное от­но­ше­ние к ав­то­ру сох­ра­ня­ет­ся:. Весь кон­текст пись­ма не ос­тав­ля­ет сом­не­ния в том, что на­уко­уче­ние Фих­те прив­ле­ка­ет Шел­лин­га преж­де все­го ра­ди­каль­нос­тью сво­их со­ци­аль­но-по­ли­ти­чес­ких пред­по­сы­лок и вы­во­дов. Ге­гель в об­щем и це­лом раз­де­ля­ет оцен­ку дру­га, он со­об­ща­ет так­же, что Гёль­дер­лин 42.

    В пе­ре­пис­ке 1795 г. боль­шей ра­ди­каль­нос­тью, глу­би­ной и зре­лос­тью кри­ти­чес­ких ус­т­рем­ле­ний от­ли­ча­ет­ся, ко­неч­но, Шел­линг. От не­го ис­хо­дит и не­ма­ло вли­я­ет на Ге­ге­ля умо­нас­т­ро­ение рез­кой неп­ри­ми­ри­мос­ти по от­но­ше­нию ко все­му ус­та­рев­ше­му, ор­то­док­саль­но­му. Он - за то, что­бы идей­ное нас­ле­дие, пе­ре­да­ва­емое бу­ду­ще­му, бы­ло об­ре­те­но 43. 44. Ра­ди­каль­ные нас­т­ро­ения Шел­лин­га пе­ре­да­ют­ся Ге­ге­лю. 16 ап­ре­ля он пи­шет дру­гу пись­мо, в ко­то­ром на­ибо­лее яр­ко и рез­ко вы­ра­зи­лись кри­ти­цизм его суж­де­ний о по­ли­ти­чес­ком дес­по­тиз­ме и по­ли­ти37 чес­ких ин­т­ри­гах, на­деж­ды на по­ис­ти­не уни­вер­саль­ное зна­че­ние фи­ло­соф­с­кой ре­во­лю­ции в Гер­ма­нии. Вот по­че­му каж­дый­, кто хо­чет под­чер­к­нуть по­ли­ти­чес­кий ра­ди­ка­лизм мо­ло­до­го Ге­ге­ля, так охот­но - и в ка­кой­-то ме­ре оп­рав­дан­но - ссы­ла­ет­ся на это пись­мо. И сло­ва в пе­ре­пис­ке 1795 г. еще встре­ча­ют­ся45. Но ско­ро на­деж­ды на ре­во­лю­цию в фи­ло­со­фии ста­нут та­ять.

    Начиная с ле­та 1795 и в 1796 г. Ге­гель - и, ви­ди­мо, не он один - пе­ре­жи­ва­ет, что име­ло раз­лич­ные при­чи­ны - об­щес­т­вен­ные и лич­ные. К об­щес­т­вен­ным мож­но от­нес­ти от­лив сво­бо­до­мыс­лия в Ев­ро­пе и, ко­неч­но же, ед­ва ли не рань­ше все­го в Гер­ма­нии. Ини­ци­иро­ван­ная кан­ти­ан­с­т­вом 46, ко­то­рая, ка­за­лось бы, вот-вот нис­п­ро­вер­г­нет дог­ма­тизм, как хо­те­ли не­тер­пе­ли­вые мо­ло­дые мыс­ли­те­ли, не ока­за­ла ожи­да­емо­го дей­ст­вия. сде­ла­лись еще нич­тож­нее, а не толь­ко удер­жа­ли, но и уп­ро­чи­ли свои при­ви­ле­гии. На по­вес­т­ке дня, как ни грус­т­но бы­ло взгля­нуть прав­де в ли­цо, сто­ял воп­рос о со­су­щес­т­во­ва­нии с пре­дан­ны­ми ор­то­док­саль­ной сис­те­ме ее адеп­та­ми. Где же мож­но еще бы­ло най­ти опо­ру? Ге­гель ищет уте­ше­ние и на­деж­ду в друж­бе с еди­но­мыш­лен­ни­ка­ми, что вид­но, нап­ри­мер, из пись­ма Гёль­дер­ли­ну, на­пи­сан­но­го в но­яб­ре 1796 г.47 В 1795 - 1796 гг. су­щес­т­во­ва­ло важ­ное раз­ли­чие меж­ду Шел­лин­гом и Ге­ге­лем: пер­вый об­рел опо­ру в твор­чес­кой фи­ло­соф­с­кой ра­бо­те, где уже ощу­щал се­бя ори­ги­наль­ным мыс­ли­те­лем, в то вре­мя как вто­рой чув­с­т­во­вал се­бя в фи­ло­со­фии весь­ма не­уве­рен­но. Его му­чи­ли сом­не­ния. 48. Ин­те­рес Ге­ге­ля к ра­бо­там, фор­маль­но пос­вя­щен­ным проб­ле­мам ре­ли­гии, и их нап­рав­лен­ность бы­ли ес­ли не про­буж­де­ны, то по край­ней ме­ре под­дер­жа­ны Шел­лин­гом. Имен­но под вли­яни­ем Шел­лин­га Ге­гель за­хо­тел взять­ся бо­лее серь­ез­но за кри­ти­чес­кое - в ду­хе иде­алов, цен­нос­тей­, ус­т­рем­ле­ний не­ор­то­док­саль­но­го фи­ло­соф­с­ко­го со­об­щес­т­ва - ос­ве­ще­ние ря­да проб­лем, свя­зан­ных с тол­ко­ва­ни­ем ре­ли­гии и нрав­с­т­вен­нос­ти. Но уве­рен­нос­ти в том, что дос­тиг­ну­ты цен­ные ре­зуль­та­ты, у не­го

    

38

    

    так и не по­яви­лось. Сов­ре­мен­ни­ки не уви­де­ли ра­бот Ге­ге­ля о ре­ли­гии; они бы­ли из­да­ны Г. Но­лем толь­ко в 1907 г. Наз­ва­ние бы­ло им да­но тен­ден­ци­оз­ное: 49. Эти фраг­мен­тар­ные, не­за­кон­чен­ные со­чи­не­ния пред­с­тав­ля­ют не­ма­лый ин­те­рес, так как они, рас­к­ры­вая ис­ход­ные по­зи­ции твор­чес­ко­го ста­нов­ле­ния Ге­ге­ля, не­ма­ло го­во­рят об от­но­ше­нии мо­ло­до­го фи­ло­со­фа к двум ин­те­ре­су­ющим нас те­мам: сис­тем­нос­ти и ис­то­риз­му, при­чем в свя­зи с пос­лед­ни­ми сво­е­об­раз­но вы­ра­жа­ют­ся Ге­ге­лем вы­во­ди­мые из прин­ци­па сво­бо­ды дру­гие иде­алы, цен­нос­ти, на­деж­ды.