49. Изображение позднесоветского андеграунда в рассказе л.С. Петрушевской «Свой круг».

В рассказе Л. Петрушевской «Свой круг» показан результат, а в чем-то еще и процесс распада, разложения, деградации интеллигентской коммунальности.

«Свой круг» героини - круг друзей, что называется, «исторических», еще со студенческих лет, пришедшихся на 60-е. Прошли годы, и они по-прежнему собираются по пятницам, пьют сухое вино, танцуют, говорят. Размышление автора о плене мнимых сообществ, в данном случае рожденных романтикой 60-х. Людей по существу уже ничего не связывает, даже наоборот, они разобщены в истинном смысле, писательница намеренно усиливает личнуюзадетость членов компании разрушившимися семейными связями и странными поспешными новыми браками внутри клана. А компания держится, как ни парадоксально! Держится мифами, мнимостями. Снова оболочка важнее сути. Героиня совершенно точно спровоцировала сюжетную ситуацию, хорошо зная свое окружение: живого чувства, понимания в этом сообществе нет - это «свой круг». Зато под знаменем «романтической традиции» они совершат с готовностью и это доброе дело - призреют сироту (приютят, приглядят за ее сыном Алешей). Только лозунг им обязательно нужен, идея руководящая. Христианское милосердие им чуждо - климат «вечеринок» убедительно показывает его полное отсутствие в этом мини-социуме. Героиня принадлежит ему и разделяет всю ответственность за духовную пустоту и ничтожность жизни «своего круга». Но именно она, возможно, в силу трагической экстремальности ее жизненной ситуации своим «сценарным театральным ходом» обнажает эту распадающуюся, лишь формально существующую жизнь. Именно в силу подлинного своего страдания она как раз заслуживает наибольшего сострадания и пожелания духовного прозрения, которое к ней, кажется, уже приходит. Ее, можно сказать, последние мысли не о себе, а о сыне, о его нравственном и духовном здоровье, в основе которого и память о родителях, и способность прощать: «Алеша, я думаю, придет ко мне в первый день Пасхи, я с ним договорилась, показала ему дорожку и день, и там, среди крашеных яиц, среди пластмассовых венков и помятой, пьяной и доброй толпы, он меня простит, что я не дала ему попрощаться, а ударила его по лицу вместо благословения». Это трагический финал.

Сюжетная линия развенчивает миф о дружбе, а точнее – о прочности и благородстве студенческой дружбы. В повести круг давних, со студенческих лет, друзей собирается по пятницам. Друзья, зачастую со своими семьями, вместе проводят летние отпуска и отмечают праздники.Можно усмотреть в «своем кругу» портрет поколения, которое удивляет, особенно в перспективе сегодняшнего дня, не только своим унизительным материальным положением, но и своей нравственной, интеллектуальной и эмоциональной «закостенелостью».Члены «своего круга» демонстрируют далеко зашедшую нравственную индифферентность. Доносчик Андрей не осуждается в этом обществе за безнравственное поведение, наоборот, никто этим не удивлен: его публичное признание воспринимается приятелями как акт благорасположенности. На донос здесь смотрят, скорее, как на форму приспособления, как на один из видов «обменной торговли», как на облик, который можно принять на некоторое время и остаться незапятнанным.Что касается общих или интимных тем, то героиня утверждает, что ни политические темы, ни вопросы, связанные с сексуальностью, никогда не рассматривались в их кругу:

«(...) да и вообще это было у нас не принято –выражать свои взгляды, какое-то мальчишество, орать о своих взглядах...» .

«(...) не касались сферы пола, так как были слишком молоды и не знали, что нас ждет впереди...».Такое «неосмысленное», немое общество являет собой пространство, в некотором роде, мертвое для постановки и решения важнейших вопросов.

В микромасштабе повести Петрушевской, таким образом, была отображена эпоха брежневского застоя. Демонстрация существенных явлений и механизмов в микромасштабе также является одним из важных отличительных признаков таланта писательницы.