Установление коммунистического режима в Румынии

Сразу после событий 23 августа 1944 г. вопрос о приходе к власти компартии еще не стоял открыто на повестке дня. На своем пути к власти коммунистам с самого начала пришлось преодолеть три важных препятствия. Во‑первых, у них не было поддержки со стороны избирателей. В те дни нельзя было отрицать, что государственный переворот был осуществлен королем. Во‑вторых, у КПР отсутствовал «революционный опыт» и, в‑третьих, Красной Армии требовалась стабильно налаженная связь с центральноевропейской частью фронта.^{245} В отличие от компартий других восточноевропейских стран, румынские коммунисты не могли сослаться на какие‑либо заслуги в организации антифашистского сопротивления. Безусловно, многие деятели компартии провели долгие годы в заключении, но никто из них не пользовался авторитетом в масштабах всей страны. В целом населению Румынии были свойственны антикоммунистические настроения. Единственным из руководства КПР, который сумел более или менее положительно себя зарекомендовать, был Лукрециу Пэтрэшкану, представлявший коммунистов на межпартийных переговорах о создании антифашистского блока, которое проходили накануне 23 августа 1944 г.^{246} В дальнейшем внутри самой КПР образовались три группировки: «бухарестцы» во главе с Л. Пэтрэшкану, освобожденные из заключения и представленные Георгием Георгиу‑Дежем, а также вернувшиеся из Москвы деятели во главе с Анной Паукер и Василе Лукой. Каждая из них вступила в состязание с остальными за лидерство в партии. Для укрепления своих позиций руководство КПР применило при поддержке с советской стороны хорошо известную тактику: использование различных политических партий, как, скажем, Фронт земледельцев, для пополнения своих рядов. Анна Паукер сыграла самую активную роль в осуществлении политики открытых дверей для каждого желающего вступить в ряды компартии. Развитие политической линии КПР шло тремя этапами: беспрепятственное пополнение рядов партии, захват власти, внутрипартийная чистка и выработка идеологии.^{247}

Опираясь на поддержку патриотических военизированных отрядов и командования советских частей, румынские коммунисты /594/ начали кампанию против правительства генерала Сэнэтеску, выдвинув ряд требований и тяжелых обвинений в адрес «традиционных» партий. На фоне происходивших событий 5 декабря 1944 г. в Бухарест прибыл заместитель наркома иностранных дел СССР А. Я. Вышинский. Под давлением с его стороны король согласился на отставку второго правительства Сэнэтеску, сумев, однако, сформировать кабинет, в котором не оказалось коммунистического большинства. На этот раз глава государства добился создания правительства под председательством генерала Николая Рэдеску, который оказался по сравнению со своим предшественником гораздо более твердым сторонником конституционной демократии.^{248}

Период с 6 декабря 1944 г. по 9 марта 1945 г. был отмечен особым драматизмом, агитационные кампании набирали силу под жестким контролем со стороны коммунистов над средствами массовой информации. Ссылаясь на решения Ялтинской конференции, которые на первый взгляд благоприятствовали восточноевропейским демократиям, Н. Рэдеску на‑ чал противиться усилению роли военизированных рабочих отрядов (подчиненных компартии) и сумел сохранить отношения с лидерами Национал‑цэрэни‑ стской и Национал‑либеральной партий, удостоившихся неприязненного отношения со стороны советского командования.^{249} Напряжение достигло кульминации в феврале 1945 г., когда Н. Рэдеску в своей речи в кинотеатре «Аро», переданной по радио, заявил, что Анна Паукер, Василе Лука и остальные руководители компартии действуют по указанию извне и вовсе не думают о благе страны.^{250} 25 февраля 1945 г. коммунисты организовали в Бухаресте и во многих других городах массовые демонстрации, завершившиеся кровавыми столкновениями, а 27 февраля А. Я. Вышинский вновь прилетел в Румынию. Заявив о неспособности правительства обеспечить порядок, он потребовал от короля передачи власти другому лицу. Монарх предпринял попытку сформировать правительство под председательством князя Б. Штирбея, однако оказанное на него давление со стороны представителя советского руководства, вынудило короля согласиться на создание 6 марта 1945 г. кабинета коммунистического большинства во главе с доктором Петру Гроза, лидером Фронта земледельцев. Чтобы обеспечить себе необходимую популярность, правительство П. Гро‑ зы выступило с рядом предложений, в том числе касавшихся аграрной реформы, эффективность которой /595/ оказалась весьма слабой. В правительство были допущены и представители других политических сил для создания видимости многопартийности его состава, а также с целью получения одобрения со стороны западных союзников и создания видимости демократического правления. В декабре 1945 г. под давлением представителей западных стран на Московской конференции министров иностранных дел СССР, США и Великобритании было принято соответствующее решение, в результате которого советская сторона согласилась с необходимостью расширения состава румынского правительства в целях обеспечения проведения парламентских выборов, намеченных на 1946 г. На протяжении избирательной кампании вплоть до ноября 1946 г. компартия применяла все возможные средства для запугивания и устрашения населения. Но на состоявшихся 19 ноября 1946 г. выборах демократические партии (особенно Национал‑цэрэнистская партия) добились значительного успеха, они получили почти 80 % от общего числа голосов избирателей, однако коммунисты сфальсифицировали эти результаты, что привело к протестам со стороны демократических партий.

Одновременно с действиями по укреплению своих внутренних позиций правительство уделило особое внимание Парижской мирной конференции. Румынская делегация во главе с либералом Г. Тэтэреску приехала в Париж 29 июля 1946 г. и в ходе состоявшихся дискуссий отстаивала необходимость признания для Румынии статуса как одной из воюющих держав и полного устранения для нее последствий Венского диктата 1940 г. Были также затронуты экономические и политические вопросы. Согласно подписанному 10 февраля 1947 г. мирному договору ^{251} Румынии была возвращена вся территория Трансильвании, однако Бессарабия и северная часть Буковины были переданы Советскому Союзу. Румынии были навязаны обязательства по выплате высоких военных репараций (в основном в пользу СССР), она была также вынуждена согласиться на присутствие на своей территории союзных (советских) войск в течение 90 дней – якобы для налаживания линии связи с частями Красной Армии, дислоцированными в центре Европы. В действительности советские войска находились на территории Румынии до 1958 г.

Мирным договором предусматривалось также обязательство ликвидации профашистских организаций и наказания военных преступников. Это положение обеспечивало коммунистам воз‑ /596/ можность злоупотреблений и произвола в ходе беспрецедентной кампании, поддержанной советским руководством и направленной против оппозиции. В ходе кампании преследовалась цель физического устранения политических противников и всех тех, кто проявил себя во время предыдущих режимов (политические деятели, служащие, представители интеллигенции и т. д.). Решением Совета Министров от 30 июля 1947 г. Национал‑цэрэнистская партия, наиболее популярная партия того времени, была объявлена вне закона, а осенью того же года ее руководители во главе с Юлием Маниу были арестованы и преданы суду. Национал‑либеральная партия самораспустилась, а Социал‑демократическая партия слилась с Коммунистической партией Румынии. Почти все руководители ликвидированных партий были уничтожены в тюрьмах коммунистического режима.^{252}

Помимо действий по устранению политической оппозиции, в период 1945–1947 гг. начался и постепенно усиливался процесс советизации Румынии, особенно в области экономики. Национальный банк – традиционная цитадель либералов – был национализирован, за этим последовало создание централизованной экономики по советской модели.

После физического устранения основных политических противников единственным препятствием, которое оставалось на пути коммунистов, стремившихся к полному захвату власти, был король Михай. Румынские коммунисты, исходя из чисто стратегических соображений, сохранили монархию, учитывая при этом символический смысл и традицию монархических настроений в стране, а также принимая во внимание популярность, которой пользовался молодой король Михай. Устранение Г. Тэтэреску из правительства привело к усилению противоречий между кабинетом министров и главой государства, чьи полномочия все более ограничивались. В ноябре 1947 г. Михай вылетел в Лондон, чтобы присутствовать на церемонии бракосочетания будущей королевы Великобритании Елизаветы II. Будучи в английской столице он связался с наиболее влиятельными западными политическими деятелями, однако никакой поддержки с их стороны добиться не смог.^{253} По возвращении короля в страну к нему 30 декабря 1947 г. явились П. Гроза и Г. Георгиу‑Деж и в ультимативной форме потребовали подписать за себя и своих наследников акт об отречении от престола. Под давлением и не ощущая какой‑либо поддержки, король вынужден был подписать акт об отречении и по‑ /597/ кинуть страну вместе королевой‑матерью в сопровождении нескольких членов его свиты. Вечером того же дня Румыния была провозглашена республикой. Был образован Президиум Народной Республики Румынии, роль которого была номинальной, ибо последнее слово оставалась за компартией.^{254} /598/‑/601/

X. Коммунистический режим в

Румынии 1948–1989 гг.

(Космин Попа)

Специфический коммунизм?

Немногим политическим доктринам, появление которых было обусловлено конкретными потребностями общества и которые рассматривались в качестве «национальных программ», удавалось утвердиться в Румынии. Ориентированные на западные или восточные модели развития румыны давали себя убедить в правильности выбранного пути, задумываясь только об одном: как приспособить эти модели к румынским реалиям. Не стало исключением и отношение к новой для Румынии коммунистической концепции, которая провозглашала нехарактерную для политической ментальности страны политику насилия. Официально представленный как окончательный разрыв с прошлым, коммунизм унаследовал от этого прошлого значительно больше, нежели предполагали его лидеры.

Подобно своим предшественникам межвоенного периода, которые ориентировались на Запад, коммунистическая элита находилась во власти комплекса провинциальной неполноценности по отношению к советскому коммунизму. Находившиеся во время войны в Румынии члены компартии с подозрением и страхом смотрели на своих «титулованных» товарищей, которые в эти годы работали в Коминтерне, Отделе внешних связей ЦК ВКП(б) или в управлениях Красной Армии и НКВД. Заботясь, прежде всего, о своем политическом выживании, являвшемся основным, по их мнению, условием достижения успехов, коммунисты Румынии проявили завидную последовательность в сохранении для Ру‑ /602/ мынии традиционной неспособности к политическим союзам. На протяжении 1948–1989 гг. КПР прошла этапы тесного сближения с Москвой и явно выраженного отдаления от нее. Румынские коммунисты проявили исключительную способность улавливать нюансы международной политики и использовать их в своекорыстных интересах.

Единственной чертой, отличавшей румынский вариант коммунизма от всех остальных, была приверженность сталинизму. В большей или меньшей степени, по убеждению или по принуждению, с незначительными оттенками, сталинизм оставался основой режима на всем протяжении коммунистического правления вплоть до 1989 г. Почему румынский коммунизм основывался на принципах сталинизма? Вопреки расхождениям с СССР во внешней политике после 1956 г., КПР, с особым пристрастием относившаяся к сохранению внутренней стабильности, не выходила за рамки строгой ортодоксальности, исключив, таким образом, возможность советского силового вмешательства. После смерти Сталина, преодолевая югославский кризис в 1953–1956 гг. и столкнувшись с взрывоопасными ситуациями в Восточной Германии, Чехословакии, Польше и Венгрии, Советский Союз практически перестал навязывать другим странам модели внутреннего развития, ограничиваясь охраной «внешней стены» лагеря. Обеспечение принадлежности к советской системе путем военного сотрудничества и стремление сохранить руководящую роль компартии служили единственной причиной советского военного вмешательства в Восточной Европе. Пока эти два принципа, лежавшие в основе социалистического лагеря, оставались незыблемыми, все вопросы можно было решить путем переговоров. Румыны хорошо усвоили этот урок и каждый раз успешно сдавали экзамены, действуя так, как этого требовала система.

Таким образом, попытка периодизации истории коммунистического режима в Румынии на основе анализа изменений в способах осуществления власти является практически невозможной. По сравнению с коммунистическими режимами Польши, Венгрии и Чехословакии, попытавшимися после смерти Сталина изменить отношения с народом, румынский режим «торговался» со своими подданными и преуспел в этом настолько, что смог оказаться в роли официального «диссидента», ни на миг при этом не подвергая себя опасности. Не общественность, а сама компартия Румынии стала носителем идей плюрализма, она оказывала со‑ /603/ противление советским угрозам, мнимым или, по крайней мере, не столь опасным, как пытались представить их румынскому обществу правящие круги.

В качестве основных критериев оценки деятельности коммунистического режима румынские и иностранные исследователи рассматривают процессы внутреннего развития находившихся у власти группировок, а также особенности их внешней политики. Если исходить из этих соображений, румынский режим может показаться весьма непостоянным. Тем не менее, все его действия не выходили за те рамки, которые были установлены югославским или китайским режимами сразу после смерти Сталина.

Борьба за власть в качестве основополагающего фактора коммунистического правления позволяет выделить четыре этапа. На каждом из них происходили коренные изменения в структурах и программах группировок, находившихся у власти вследствие занятия ключевых постов в партии и государстве.

Первый этап – этап «борьбы за право войти в доверие» охватывает период 1948–1952 гг. Он открылся началом процесса коммунистических реформ и завершился устранением «антипартийной группировки» во главе с Анной Паукер. В этот период две группировки, стоявшие на одинаковой платформе, но имевшие разное происхождение, вели скрытую борьбу за право применения на практике советской модели. Устранение Анны Паукер, Теохарие Джеорджеску и Василие Луки, оцениваемое большинством историков как победа «национальной группировки», означало как раз победу сталинизма в условиях развязывания в самом СССР борьбы против «космополитизма», ибо без этой победы их удаление от властных структур было бы невозможным.

Второй этап – этап укрепления «внутренней» группировки относится к периоду 1952–1965 гг., а точнее – с момента назначения (2 июня 1952 г.) Георгиу‑Дежа председателем Совета Министров и до принятия Декларации Румынской рабочей партии (РРП), посвященной международному коммунистическому и рабочему движению и смерти Дежа. На протяжении довольно длительного времени осторожная и всегда сохранявшая за собой возможность пересмотра своей политики победоносная группировка сумела добиться перехода от классической советской модели к режиму с внешними признаками национальной специфики.

Выработанный как ответ на реформаторскую политику Хрущева вариант румынского социализма – обеспеченный поддерж‑ /604/ кой Мао, который, в свою очередь, выступал против СССР со сталинистских позиций – за короткое время приобрел явно выраженную антисоветскую направленность. Учитывая ограниченный характер возможных изменений, а вернее, необходимость сохранения и укрепления своей власти, перемены в Румынии времен Дежа были, скорее, продолжением взятого до 1953 г. политического курса, но теперь уже по инициативе внутриполитических сил и с национальной окраской. Это был период, когда румынские коммунисты проявляли себя наследниками сталинизма. Как результат в 1958 г. они демонстрировали проявление самого жесткого режима Восточной Европы.

Ослабление административных структур советского происхождения, вывод советских войск из Румынии, сопротивление внедрению некоторых проектов по линии СЭВ и Декларация о независимости обеспечили Дежу положение абсолютного диктатора и позволили ему завоевать репутацию национального лидера.

Первые шаги по выходу из‑под советской опеки сопровождались несколькими волнами репрессий – в 1953, 1956 и 1958 гг. Начатый в 1961 г. робкий процесс либерализации достиг своей кульминации в 1963 г., когда многие репрессированные были амнистированы, освобождены из тюрем, но сам репрессивный аппарат не был затронут, была лишь ослаблена интенсивность его деятельности. Партия и государство имели все необходимое (учреждения, законы и принципы действия), чтобы вернуться к политике террора, если возникнет такая необходимость.

Третий этап охватывает период 1965–1974 гг. – он начался с прихода к власти Николае Чаушеску и закончился его назначением на пост президента Румынии. С точки зрения изменений внутри властных структур этот период коммунистического правления можно рассматривать следующим образом – была продолжена та же внутренняя и внешняя политика, усилия же новых лидеров были направлены на дискредитацию «отцов‑основателей» и создание базы для собственной власти. Фактически к руководству РРП–КПР пришли представители второго эшелона. Перемены внутри руководящих органов партии и попытки вступить в диалог с обществом не привели к изменению роли компартии, а лишь обострили ее «чутье», заставив быть внимательнее к предписаниям нового лидера. Сдержанная либерализация в сфере общественной и культурной жизни проводилась согласно положениям, взятым из выступлений лидера и официальных партийных /605/ документов без принятия соответствующих законов, которые могли бы обеспечить реальную независимость общества или деятелей культуры от партии.

Н. Чаушеску появился на международной арене, выступив с осуждением советского вторжения в Чехословакию в августе 1968 г., прозвучавшим как открытый вызов Советскому Союзу. С этого момента деятельность КПР приобрела двойственный характер: с одной стороны, проводилась макроэкономическая либерализация, с другой стороны, все более ужесточалась внутренняя политика.

Столкнувшись с внешней опасностью, которая на самом деле была весьма иллюзорной, Н. Чаушеску выбрал путь мобилизации партии и страны под руководством энергичного лидера, предлагавшего Румынии идеологическую смесь примитивного коммунизма с романтическим национализмом. Наступление на гражданское общество началось в чисто сталинском стиле – с требования призвать к порядку деятелей «культурного фронта», за которым последовало применение статей Уголовного кодекса, предписывавших гражданам в обязательном порядке сообщать о связях с иностранными гражданами, а также ставить на учет в милиции пишущие машинки. В тех условиях подобные меры объяснялись опасностями для режима, безусловно, мнимыми.

Учреждение должности президента Социалистической Республики Румыния (СРР) в 1974 г. явилось попыткой приспособить государственный строй к тем изменениям, что происходили в господствовавшей идеологии, проявлявшимся в слиянии коммунистических принципов с элементами румынского королевского патернализма. Кроме своего символического значения, вводимая должность президента с закреплением его полномочий в Конституции должна была стать свидетельством отказа от коммунистических догм. Впредь Н. Чаушеску считал себя вправе прибегать как к румынским традициям, так и к использованию коммунистических канонов для принятия решений по вопросам внутренней, и внешней политики.

Никаких изменений в руководящих органах в период 1974–1989 гг. фактически не произошло. Главной целью стало укрепление роли супруги диктатора в политической жизни. Н. Чаушеску никогда не приходилось сталкиваться с организованной оппозицией внутри партии. Вследствие ослабления позиций Румынии на международной арене и исчерпания благоприятных последствий /606/ макроэкономической политики предыдущего периода консервативные тенденции в области идеологии приобрели постоянный характер.