Характеристика источника и историографии.

Среди подлинных свидетельств поразительного по своей насыщенности героического и жестокого XVI века – века открытия и завоевания Нового Света, нет более ярких и значимых, чем так называемые американские хроники. К ним относятся произведения испанских первооткрывателей Нового Света, священников, а также людей, которые оценивали происходящие события в своих трудах, не выезжая за пределы Испании. К этим хроникам относится и «История Индии» Бартоломе де Лас Касаса, которая и станет главным источником, на котором будет основана наша работа.

«История Индий» («Historia de las Indias», первое издание - 1875-1876 гг.) – произведение, в котором сошлись все стороны дарования Бартоломе де Лас Касаса как историка, публициста, писателя.

Идейные противники Лас Касаса отрицали значение «Истории Индий» как исторического труда, однако у серьезных исследователей таких сомнений сегодня не возникает. «История Индий» - это собственно историческое сочинение, но отмеченное всеми типичными для американских хроник XVI в. чертами жанрового и стилистического синкретизма. В тоже время важная особенность «Истории Индий», связанная с неукротимым темпераментом и цельностью исканий Лас Касаса, состоит в ее ярко выраженной полемической природе. «История Индий» была еще одним и, видимо, самым важным для Лас Касаса аргументом в споре всей его жизни по отношению к конкисте¹⁷. «История Индий» была написана в полемике с апологетами конкисты, и прежде всего с главным хронистом Индий Гонсало Фернандесом Овьедо-и-Вальдесом¹⁸.

Лас Касас был самым подготовленным из всех испанских хронистов к созданию подлинной истории конкисты. В отличие от Овьедо, пользовавшегося непроверенными донесениями конкистадоров, которые он получал в качестве главного хрониста Индии, Лас Касас был крайне строг в отборе источников. Основными источниками Лас Касаса были личные впечатления (наблюдения на Эспаньоле, Кубе, Ямайке, в Мексике, Гватемале, Никарагуа, Венесуэле), свидетельства участников открытий и конкисты, знакомых ему лично (он был знаком с сыновьями и братьями Колумба, со многими руководителями конкисты, среди которых Алонсо де Охеда и Понсе де Леон, Кортес и Диего Веласкес и многие другие); архивы «Библиотеки коломбиана», созданной в Севилье сыном первооткрывателя историком Э. Колоном; архивы Совета Индий; сочинения и записки первых историков и наблюдателей, как Педро Мартир, Америго Веспуччи, Нобрега (в части, касающейся Бразилии); наконец, сообщения и сочинения монахов, которые в отличие от донесений конкистадоров содержали критическую интерпретацию событий¹⁹.

Строгий обор и обилие материала превратили «Историю Индий» в едва ли не самый достоверный с фактической стороны источник сведений о раннем периоде конкисты. Три книги его труда охватывали события с открытия Нового Света до 1520 г., а заключительные слова последней указывали на намерение продолжить повествование, что осуществить ему не удалось²⁰.

Основную задачу труда Лас Касас излагал в «Прологе», написанном в год полемики с Сепульведой, и его неизменные позиции в индейском вопросе были высказаны здесь с ясностью завещательного текста: конкиста, совершенная вопреки главной цели присутствия Испании в Новом Свете, состоящей в христианизации индейцев, является преступлением против «естественного, божественного и человеческого законов» и попранием «достоинства разумных существ»²¹.

Первую книгу Лас Касас начинал с самого начала – с открытия, исходя из провиденциальной идеи божественного дара Америки человечеству как своего рода прообраза идеального христианского мира²², который воплотился бы наяву, если бы осуществились цели христианизации «природных» христиан-индейцев. Соответственно Колумб рассматривался как божественный избранник, а его «Дневник» - как документ, освещенный светом провидения²³. Здесь сюжет открытия и завоевания Нового Света предстает как история грехопадения, как крушение земного рая, уничтоженного европейцами.

Во второй книге, охватывающей период с 1501 по 1510 г. (когда и сам Лас Касас приехал на Эспаньолу), основное место занимала уже собственно конкиста, о которой рассказывалось в хронологическом порядке (деятельность второго адмирала – сына первооткрывателя Диего Колона, колонизация Антильских островов и континентальных районов под руководством Алонсо де Охеды, Понсе де Леона, Овандо, Васко Нуньеса де Бальбоа и др.). Концептуальной основой изображения конфликта встретившихся миров было противостояние индейского мира социально-природной гармонии и алчных испанцев, поправших божественные цели открытия²⁴.

Однако в глубине понимания социального смысла конкисты и побуждений конкистадоров, в остроте критики Лас Касас не имел себе равных.

С ясным пониманием глубинного содержания исторического конфликта, вопиющего разрыва между официальной идеологией экспансии (цели христианизации) и реальностью связан у Лас Касаса самый метод изображения конкистадоров. Если апологеты имперской Испании героизировали завоевателей, изображая их в роли рыцарей крестоносцев, то Лас Касас последовательно и неумолимо дегероизировал конкистадора, обнаруживая под его доспехами «рыцаря наживы». Его излюбленный прием состоял в том, чтобы, перечислив некоторые положительные черты того или иного персонажа, затем саркастически указать на его низменную алчность, едкой и злой иронией выявить за официальной маской подлинную сущность человека и его дел²⁵. В таком ключе, например, изображены Кортес и «апостольское вступление» его «святой братии» в Мексику, где они проповедают Евангелие с помощью меча и огня.

Иной эмоционально-образный полюс образует в описаниях Лас Касаса мир «природных» христиан – индейцев, которые либо выступают в роли беззащитных жертв, либо ведут против испанцев справедливую войну. Дегероизируя конкистадоров – «людей с сердцами животных», Лас Касас одновременно облагораживает и героизирует жертв разбоя. Всякую попытку индейцев, всякую редкую победу Лас Касас сопровождает замечаниями о справедливости их борьбы, а гибель испанцев каждый раз – повод для злорадного комментария о неотвратимости божьего наказания.

Третья книга «Истории Индий» занимает особое место, т.к. в повествование входил автобиографический пласт и в сюжете появлялся новый герой – клирик Лас Касас, которого автор вводил в панораму истории в объективно-отстраненной манере средневековых летописцев²⁶. Ничего не скрывая, Лас Касас рассказывал о своем участии в конкисте, в угнетении индейцев на рудниках и на сельскохозяйственных работах.

Противники Лас Касаса обвиняли его в том, что он, преувеличив масштаб ущерба, нанесенного конкистадорами коренному населению Америки, их жестокость, положил начало так называемой «черной легенде» об Испании²⁷.

Первым, кто после смерти Лас Касаса обратился к «Истории Индий». Причем в целях, враждебных ее автору, был назначенный в 1596 г. главным хронистом Индий Антонио де Эррера и Тордесильяс. Выполняя требования короны нейтрализовать уже беспокоившую ее «черную легенду» о роли Испании и Америки, он среди прочих материалов, привлеченных для своей «Всеобщей истории деяний кастильцев на островах и на материковой земле Моря-Океана», переработал апологетическом духе и сведения из сочинения Лас Касаса. Он же составил каталог его работ и похоронил «Историю Индий» в архивах. Впоследствии к главному труду Лас Касаса обращались некоторые историки, писатели и деятели науки (среди них был американский писатель В. Ирвинг и А. Гумбольдт), однако и на протяжении большей части XIXв. Испанская корона категорически противилась требованиям (прежде всего испаноамериканцев) опубликовать «Историю Индий», которая увидела свет только в 70-х годах XIX в., т. е. через 300 лет после ее создания²⁸.

Что касается того издания «Истории Индий», с которым мы будем работать, то в нем события описываются с момента получения Лас Касасом от умершего отца энкомьенды на о. Эспаньола, т.е. со второй книги.

При изучении труда Лас Касаса нужно постоянно иметь в виду, что «История Индий» писалась спустя многие годы и десятилетия после того, как свершились описанные в ней события. «История Индий» - не дневник и не написанный по горячим следам отчет, а исторический труд, созданный на основе многолетних личных впечатлений и наблюдений, с использованием сведений, полученных от других лиц, и различных документов²⁹. События оцениваются здесь с тех позиций, к которым Лас Касас пришел к концу жизненного и творческого пути, после многих раздумий, колебаний и переоценок. События поэтому изображены не так, как они непосредственно воспринимались сравнительно молодым лиценциатом, а уже преломленным сквозь призму долгих и трудных лет, прожитых Лас Касасом в наиболее ответственный период его жизни – период перехода от физической и духовной молодости к зрелости, период превращения мало чем примечательного саламанского лиценциата в смелого обличителя своих братьев по классу, в горячего и бескомпромиссного защитника угнетенных и обездоленных³⁰.

Лас Касас рассказывает в своей «Истории Индий» о событиях, свидетелем и участником которых по большей части был он сам. Этот факт он неоднократно подчеркивает в своем труде. «Я видел все то, о чем рассказываю, и многое другое», — эти слова постоянно звучат на страницах «Истории Индий». Столь настойчивая характеристика своего повествования как свидетельства очевидца важна для Лас Касаса не только как доказательство достоверности сообщаемых им фактов; в не меньшей мере это служит объяснением того, что личность автора, его собственные симпатии и антипатии неизменно присутствуют в историческом повествовании, придавая ему отчетливую эмоциональную окраску.

Повествуя об эпизодах, в которых он сам принимал непосредственное участие, Лас Касас иногда прибегает к своеобразному приему самоотчуждения, рассказывая о себе как бы в третьем лице. Таковы, например, главы, посвященные участию Лас Касаса в походе Нарваэса в кубинскую провинцию Камагуэй и рассказывающие об отказе Лас Касаса от принад- лежавших ему индейцев. В этих «автобиографических» эпизодах, где личность автора выдвигается на передний план, Лас Касас всячески стремится подчеркнуть «объективность» повествования, что и достигается изображением этих событий как бы со стороны. Во всех остальных случаях, когда Лас Касас выступает не в роли центрального персонажа, а лишь в качестве свидетеля и очевидца, он не только не пытается скрыть, но даже выпячивает свое личное, субъективное отношение к изображаемому. Гнев и презрение, любовь и ненависть, — все человеческие страсти бушуют на страницах его книги, определяя самый тон повествования³¹.

Лас Касас не просто излагает факты истории конкисты, но страстно отстаивает свою точку зрения на важнейшую проблему, поднимаемую им в книге: проблему свободы индейцев, которая для него равнозначна проблеме свободы человеческой личности вообще. Страстный, полемический характер книги усиливается еще и тем обстоятельством, что работа над ней завершалась тогда, когда уже были позади несколько десятилетий упорной и бесплодной борьбы за признание прав индейского населения Америки на свободное существование.

Также важно учесть то, что не все, что описывает Лас Касас, следует принимать на веру. Вполне вероятно, что описываю леденящие душу зверства испанцев, автор не избегает преувеличений. Это может быть связано со степенью достоверности источников, на которые Бартоломе опирался при написании своего труда, но также большую роль здесь играют его гуманистические взгляды а также приверженность к религиозной вере. До конца своих дней Лас Касас оставался фанатически верующим человеком, верным сыном католической церкви.

Помимо самого текста «Истории Индий» в издание включена статья В.Л. Афанасьева «Бартоломе де Лас Касас и его время». В ней дана биография гуманиста, обзор Великих географических открытий, описан ход конкисты.

Помимо статьи В.Л. Афанасьева источником для материала биографии Лас Касас большое значение имеет энциклопедия «Культура Возрождения», в которой находится информативная и содержательная статья кандидата исторических наук В.А. Ведюшкина.

Вообще в России интерес к изучению Великих географических открытий появился в XVIII в. под воздействием французских просветителей, причем в это время укоренилась только «Черная легенда». Некоторые русские писатели даже посвятили конкисте несколько стихотворений. Среди этих писателей можно выделить М. В. Ломоносов и А.П. Сумароков.

Самым мощным противовесом «черной легенде» в России стал изданный в 1985 г. первый том «Истории литератур Латинской Америки» под редакцией В.Земскова. И не случайно таким противовесом явился вовсе не исторический, а литературоведческий труд: именно изучение хроник конкисты как художественно-документальных произведений позволило глубоко понять духовную составляющую испанского завоевания Америки.

«История литератур Латинской Америки» - это сборник статей, посвященных литературному творчеству коренного населения Америки и произведениям, возникшим в эпоху конкисты и после нее вплоть но начала XIX в. в данном сборнике для нас имеет большое значение статья В. Б. Земского «Творчество Бартоломе ле Лас Касаса». В ней автор дает краткую биографию Лас Касаса, раскрывает роль, которую Бартоломе играл в ходе Конкисты, прослеживает ход формирования мировоззрения Лас Касаса и его отношение к происходящему.

Среди других русских специалистов в области изучения Великих географических открытий важно отметить Андрея Кофмана. Кофман Андрей Федорович – доктор филологических наук, автор многочисленных публикаций о фольклоре, литературе, истории Латинской Америки, в том числе монографии «Латиноамериканский художественный образ мира» (1988), научно-популярных книг «Америка несбывшихся чудес» (2001), «Кортес и его капитаны» (2007). Лауреат национальной премии в области детской литературы (2006) за роман «Тьерра аделанте!» (2003).

При изучении нашей темы нам понадобятся две его книги: «Конкистадоры: три хроники завоевания Америки» и «Рыцари Нового Света».

В книгу «Конкистадоры: три хроники завоевания Америки» вошли три документа, повествующие о покорении Мексики Эрнаном Кортесом в 1519-1521 гг., о Франсиско Писарро и событиях в Перу в 1532-1548 гг. и о экспедиции Лопе де Агирре в Эльдорадо в 1560-1561 гг. Все хроники написаны очевидцами и участниками событий. По драматизму и накалу событий они могут поспорить с любым приключенческим романом. Особую ценность книге придает научный аппарат: предисловие, содержащее общий обзор истории открытия Америки, и подробные комментарии к каждой хронике, помещающие ее в исторический контекст, проводящие параллели с другими документами эпохи, показывающие, где и почему авторы – вольно или невольно – искажают факты. Нас в той книге будет интересовать только вступительная статья. В ней А. Кофман дает обзор эпохи Великих географических открытий, конкисты и все явлений, связанных с этими событиями.

Другая книга Андрея Кофмана «Рыцари Нового Света» посвящена эпохальному событию в истории человечества – завоеванию Америка. Книга представляет собой тщательно и детально разработанный материал, касающийся открытия Нового Света. В ней автор подробно излагает ход конкисты, а также все стороны этого процесса. Он исследует особенности испанского национального характера, этнические и юридические обоснования конкисты, организацию экспедиций и т.д. Книга переворачивает устоявшиеся представления об испанском завоевании Америки и о конкистадорах, которых раньше было принято малевать черными красками. В широком круге проблем поднимается главная – духовный облик испанского конкистадора, человека, рожденного на перекрестке эпох, пространств и культур. Данная книга может оказаться очень познавательной и увлекательной не только для профессиональных историков, но и для обыкновенных читателей, интересующихся историей Средних веков.

В книге «Хроники открытия Америки. Новая Испания» под редакцией С.А. Шмидта можно найти фрагменты американских хроник: письма Колумба, его сподвижников и другие. Но нас будет интересовать вступительная статья «Первооткрыватели Нового Света» В. Земскова. В ней автор рассуждает о мировоззрении европейцев и конкистадоров, оценивает значение американских хроник. По его мнению, «американские хроники XVI века – это выдающееся явление мировой культуры, подлинный автопортрет человека той эпохи, позволяющий понять ее смысл и дух, сущность процессов на переломе от средних веков к новому времени, и прежде всего их принципиальную содержательную, смысловую неоднозначность, а тем самым освободиться от стереотипов, долгое время довлевших в общественном сознании»³².

Также нас будут интересовать некоторые факты из книги Оливы де Коль Хосефины «Сопротивление индейцев испанским конкистадорам». В этой книге автор воссоздал панораму борьбы коренного населения Нового Света против испанских завоевателей и рассмотрел основные очаги этого противоборства на островах Карибского бассейна и в Северной, Центральной и Южной Америке. Автор убедительно опровергает утверждения о гуманности конкисты, о том, что индейцы не оказывали сопротивления конкистадорам и воспринимали установленную испанцами систему как должное.