3.5.5. Крутой поворот Реформации

Решительное обновление договорных доктрин политики по­лучило развитие в 70-е гг. XX столетия. Это во многом связано с выходом в свет работы Джона Роулса «Теория справедливости». Он в этом обстоятельном произведении рассматривает Реформа­цию как ключевой момент предыстории современного полити­ческого либерализма. Д. Роулс указал на два основополагающих элемента современной политической мысли: во-первых, индивид как актер политики вступает в противоречие с естественным и коммунитарным основанием; во-вторых, «толерантность» необ­ходима в области ценностей внутри одного и того же политичес­кого общества, и она должна привести к аксиологически нейт­ральному теоретическому взгляду на государство, одной из важ­нейших функций которого является организация сожительства различных религиозных и этнических сообществ в перспективе утверждения политеизма ценностей. Поясним это.

Индивид

В эпицентре идейной основы Реформации оказался, как из­вестно, именно индивид. Как отмечает Майкл Уолцер, с Рефор­мацией мы переходим из пространства, в котором человек вос­принимался как член сообщества, в пространство, где он стано­вится актером или, точнее, гражданином²⁶*.

Такая постановка вопроса нуждается в некотором уточнении. Индивид не был создан в ходе Реформации. Толчком к его воз­никновению стало Возрождение, а провозвестником индивида, как мы уже отмечали, был У. Оккам.

Можно говорить и о том, что индивид в рамках представле­ний Реформации не выходит за пределы существовавшей целые столетия теолого-политической парадигмы, в соответствии с ко­торой проблематика власти в Церкви позволяла осмысливать «гражданскую» власть вне Церкви.

Реформация была вызвана к жизни множеством причин, рас­смотрение которых не входит в задачу нашего учебного пособия.

^{2 68} МгкегМ. Ьа Кёуо1и1юп йез каши. Р., 1987. Р. 20.

179

Обратимся только к проблеме власти, которая претерпела глубо­кие изменения в итоге Реформации. Протестантство, как извест­но, изменяет отношения верующих с Богом: исключается, по сути дела, посредничество между ними, что всегда было и остается за­дачей католической Церкви. В итоге, как утверждает М. Гоше, «религиозная легитимность поворачивается лицом к верующему индивиду, освобождая огромный потенциал разрушения, который даст результат за пределами Реформации и даже ее политических последствий»²⁶⁹.

Теологическое отдаление от Бога неизбежно приводило к уси­лению того, что мы называем автономизацией человека, 1? итоге чего индивид, с одной стороны, освобождается, а с другой - берет на себя ответственность. М. Уолцер в этой связи замечает, что каль­винизм, в частности, перемещает политическую проблематику от «государя» к «святому» и оправдывает независимое политическое действие. В то же время М. Уолцер добавляет: то, что кальвинисты говорят о святом, другие скажут о гражданине, так как гражданская добродетель составляет смысл дисциплины и долга²⁷⁰.

Постановка индивида в центр политики приводит к глубоким преобразованиям политической жизни. Они связаны с тем, что индивид отрывается от средневекового корпоративизма, и возни­кает противоречие между индивидом и корпорацией, в том числе религиозной, как формой социальной организации в Средние века. В итоге Реформация кладет начало переходу от политичес­кого общества корпусов к обществу индивидов.

Капитализм

К. Маркс, а потом М. Вебер в своих работах показали связь, существующую между протестантизмом и капитализмом. При этом они выявили тот факт, что Реформация связана со становле­нием капиталистической формы государства, иначе говоря, госу­дарства, обслуживающего буржуазию. В «Капитале» Маркс рас­сматривает протестантизм как некое духовное отражение обще-

²⁶⁹ СГ. ОаисШ М. Ьа Кёто1и1юп дез йгокз ее ГЬотте. Р., 1992; ВйИег].-С. Ор. сИ. Р. 153.

270

ПЬкег М. Ор. ск. Р. 16.

180

ства, в котором основным отношением между производителями является сравнение результатов труда. Основоположник марксиз­ма разделяет положение о том, что теологическая доктрина пре­допределения является лишь религиозной транспозицией просто­го социального факта, заключающегося в том, что коммерческий успех не зависит от воли и способности. Маркс и марксисты виде­ли в различного рода ересях католицизма только выражение же­лания средних классов стать добродетельными (откуда берут на­чало аскетические течения в теологии) для достижения успеха в делах и повышения социального статуса.

Уже после Маркса выявилось, что рекрутирование протестан­тов охватывало не только буржуазию, но и другие слои общества. М. Вебер настаивал на взаимодополняемости пуританской этики и подъема капитализма. При этом предприниматели видели в своем материальном успехе подтверждение правильности своего религиозного выбора.

Однако капитализм — это не государство, которое является формой власти. Новизна в подходе к власти в период Реформации и после нее определяется тем, что власть стала рассматриваться за рамками формы государства. Это привело к тому, что Мартин Лю­тер (1483—1546) на основе тезиса об оправдании верой построил свою концепцию государства. Он фактически отверг целесообраз­ность и двух властей, и двух прав. В качестве альтернативы он сформулировал учение о «двух царствах». Как мы уже знаем, это не новая концепция. Она сформулирована Августином Блажен­ным. Но если идеологи католицизма делали из этой теории вывод о необходимости подчинения человека и общества в целом Церк­ви, то Лютер пришел к выводу о разграничении религиозной и светской сфер.

Светское правление должно осуществляться, по мысли Люте­ра, с помощью светской власти Он решительно отверг тезис като­лицизма о примате духовной власти над светской, чем освободил светскую власть от Церкви, а мирское право — от опеки канони­ческого права. Важнейшую роль в политической жизни общества Лютер отводил разуму, который он ставил выше закона и называл наставником закона

Лютеранская церковь, как отмечает М. Вебер, «в отличие от внутренне универсалистского (католического) учреждения по

181

спасению признает этическую самостоятельность порядков, уста­новленных мирской властью. Оттенок мистической религиознос­ти, присущий личностному христианству Лютера, привел к тому, чтобы были сделаны половинчатые выводы. Ибо подлинно мис­тическое или богодуховенное, харизматическое стремление к спа­сению, свойственное религиозным виртуозам, естественно, всегда оказывалось аполитичным или антиполитичным. На этом пути к спасению с готовностью признавалась самостоятельность земных порядков, но только для того, чтобы сделать радикальный вывод об их дьявольском характере или, по крайней мере, занять по отно­шению к ним ту совершенно индифферентную позицию, которая выражена в словах «Отдавайте кесарево кесарю» (ибо какое значе­ние имеет все это для спасения души?)»²⁷¹. Карл Барт идет еще дальше. Он утверждает, что гитлеризм был злобной мечтой немец­кого христианизированного язычника на манер лютеранства.

Реформация включала в себя и преобразования Церкви на ос­нове учения Жана Кальвина (1509—1564). Основополагающий те­зис лютеранства — учение об оправдании верой — Кальвин допол­нил учением о предопределении. Он доказывал, что если спасти че­ловека может только вера, а сама вера нисходит на него лишь вследствие Божьей благодати, то без помощи Бога человек не сможет спастись. Из этого следует, что как спасение, так и гибель зависят исключительно от Бога, что никакой свободы воли нет и быть не может, что допустить ее значило бы поставить Бога в за­висимость от грешного человека.

На учении об абсолютном божественном предопределении Кальвин выстроил и свою концепцию государства. В отличие от Лютера, разделившего Церковь и государство, Кальвин стремил­ся соединить их в единое целое, подчинив, по сути дела, госу­дарство Церкви. По мнению Кальвина, государство, независимо от того, какую форму оно принимает, установлено самим Богом, оно так же необходимо для человека, как воздух или пища. От­талкиваясь от такого понимания, Кальвин квалифицировал про­тест против власти, даже самой жестокой, как дерзость против Божьей воли.

^{2 71} Вебер М. Теория ступеней и направлений религиозного неприятия мира//М. Вебер. Избранное. Образ общества. М., 1994. С. 19.

Кальвин положил начало широкому развитию индив! и способствовал становлению либеральных режимов. Под кальвинизма в Голландии была успешно завершена буржуа' люция. На идеях кальвинизма выросли пресвитерианские Шотландии и Англии. Последователи Кальвина — пуритан вили основу антиабсолютистской армии Кромвеля, побе ходе английской буржуазной революции XVII в. Пуритане шись в Новой Англии, положили начало будущим США²⁷²

Как утверждает Дункан Форрестер, Кальвин и Лку показатель болезни в том случае, когда они вынужден] лять формы светского правления²⁷³. Для реформаторо оказывается вторичным: вне всякого сомнения, хороша ние может приносить людям благо, но самая жестока; оказывается беспомощной перед лицом веры в душе щ Как утверждал Кальвин, достаточно, чтобы государстве законы в соответствии с милосердием, с тем чтобы извь живать моральный закон

.274

Толерантность

Реформация открыла путь к формированию либерш щества, в котором сосуществуют различные ценности основания считать Реформацию вторым крупным раскс тории христианства. Первый, как известно, был связа! славием. Историческое развитие христианства, в части диция борьбы с ересью, потом многочисленные тео; споры неизбежно предрасполагали политическую теоло мышлениям о возможности сосуществования различи дов в понимании Божественного послания в рамках оде же политического сообщества. Реформация с еще болы той обозначила проблему терпимости в вопросах цен только в масштабах государства, но и в самой Церкви.

^{2 72} См.: Желтое В.В. История политических идей.

С. 160-163.

²⁷³ ШзКже <3е 1а рЬПозорЫе ро1Шяие. Зош сНг. йе Ь. ЗИашз I

Р., 1963. Р. 364, 378.

²⁷⁴В////ег/.-С Ор. ск. Р. 155-156.

182