59. Прусская конституция 1850г.

Конституция, выработанная Национальным собранием Пруссии (1849 г.), содержала в себе некоторые элементы «либерализма», и потому король Фридрих-Вильгельм IV потребовал ее пересмотра. Было решено созвать новое собрание, избранное по особой системе, двустепенными и открытыми выборами.

Система эта получила название куриальной потому, что избиратели – все мужчины определенного возраста – делятся на три «класса» – курии.

Первые две курии составляют крупные Налогоплательщики. В последнюю зачисляются все остальные избиратели. Каждая курия выбирает одинаковое число выборщиков.

Таким образом, две первые курии – в численном отношении незначительная кучка – избирали две трети выборщиков. На долю последней, многомиллионной курии оставалась всего одна треть.

Выборы дали нужный правительству результат; из 350 членов Собрания 250 были чиновниками. Новая прусская конституция (1850 г.)стала, как и следовало ожидать, конституцией торжествующей контрреволюции. Уступки, сделанные буржуазии, были ничтожными.

Конституция 1850 г. создавала две палаты с законодательной властью. Нижняя из палат была выборной, верхняя составилась (по королевскому указу 1854 г.) из принцев крови, князей, а также из других назначенных короной пэров (ст. 62–68).

В 1852 г. прусский двор надумал превратить ее в полностью назначаемую – пожизненно или наследственно. По требованию короля Бисмарк, как министр, отстаивал этот план и добился его принятия (1853 г.).

Законодательная власть палат парализовалась абсолютным вето короля. По мысли последнего, сущность конституции 1850 г. состояла не в том, чтобы в данный момент или когда-либо в дальнейшем создать новую правительственную систему, а в том, чтобы благодаря «трем вето» – обеих палат и решающему королевскому – помешать «произвольным изменениям существующего положения».

Помимо абсолютного вето на постановления палат, конституция предоставляла прусскому королю законодательную инициативу. Он оставался непререкаемым главой исполнительной власти. Королю не возбранялось столько раз распускать парламент (ландтаг), сколько он сочтет нужным и когда он сочтет нужным.

Министры правительства не были подотчетны ландтагу, вотум недоверия был им не страшен. Они не знали, что такое коллективная ответственность. Их действительным главой являлся король, он их назначал и смещал (ст. 44).

Конституция 1850 г. не лишена некоторых деклараций насчет равенства граждан перед законом, свободы слова, собраний, союзов, неприкосновенности личности. Вместе с тем было сделано все для того, чтобы эти свободы оставались мнимыми.

Право на свободу собираться, например, была ограничено и обставлено условием: только в закрытом помещении (ст. 29). За этим странным требованием скрывалась простая хитрость: помешать тем, у кого недостает денег на то, чтобы нанять помещение. В отмену старого закона, согласно которому никакое учебное заведение не могло быть открыто без разрешения правительства, конституция провозгласила свободу обучения.

Обшитая парламентскими формами, прусская конституция оставалась по своему содержанию конституцией абсолютной монархии.

Таким образом, король, представлявший собою центральную власть в государстве и поддерживаемый многочисленным классом правительственных чиновников, гражданских и военных, имевший к тому же в своем распоряжении армию, мог держать в подчинении буржуазию с помощью дворянства, а дворянство – с помощью буржуазии, угождая интересам то одного, то другого класса и уравновешивая по возможности влияние обоих.