25. Хозяйство и материальная культура народов Центральной и Восточной Азии.

Хозяйственно-культурные типы. Многооб¬разие хозяйственной деятельности и связан¬ных с нею особенностей культуры населения Восточной Азии может быть сведено к не¬скольким хозяйственно-культурным типам, имеющим как пространственные, так и хроно¬логические рамки.

В Восточной Азии весьма отчетливо про¬слеживается непосредственная связь хозяйственно-культурных типов с географической средой, прежде всего с природно-климатической зональностью, характером ландшафта.

С этой точки зрения в данном регионе пред¬ставлены различные хозяйственно-культурные типы двух географических поясов — теплого (субтропического и отчасти тропического) и умеренного. Существенное влияние на фор¬мирование хозяйственно-культурных типов оказывает степень увлажненности: в аридной зоне умеренного пояса исторически сложи¬лись совершенно иные типы хозяйственной деятельности, нежели в других зонах того же пояса. Большое значение имеет в этом отно¬шении и вертикальная зональность (в высоко¬горных районах складываются специфические хозяйственно-культурные типы).

С другой стороны, мы можем проследить, как на протяжении истории народов Восточ-ной Азии в одном и том же районе по мере развития производительных сил общества происходит смена одного хозяйственно-куль¬турного типа другим, основанным на более продуктивных формах хозяйства. При этом, однако, многие черты прежнего хозяйственно-культурного типа зачастую продолжают со¬храняться в трансформированном виде, опре¬деляя специфику культуры и быта населения данного района.

В целом большинство хозяйственно-куль¬турных типов, распространенных в прошлом у народов Восточной Азии, претерпели в на¬ше время значительные изменения, а часть из них сохранилась лишь в виде пережитков. Они могут быть объединены в четыре группы.

Хозяйственно-культурные типы охотников, рыболовов и собирателей — исторически са-мые древние на территории Восточной Азии. Они возникли здесь еще в эпоху мезолита и в чистом виде не сохранились ни у одного народа этого региона. Тем не менее отдель¬ные черты хозяйственно-культурных типов лесных собирателей и охотников теплого поя¬са можно и в наши дни обнаружить, напри¬мер у мон-кхмерских народов КНР (кава, бэнлун, булан). В северо-восточной части ре¬гиона вплоть до сравнительно недавнего вре¬мени существовал хозяйственно-культурный тип собирателей и рыболовов умеренного пояса (у айнов, отчасти — у японцев; в специ¬фическом варианте — у хэчжэ). В качестве пережитка у некоторых тунгусо-маньчжурских народов КНР прослеживаются отдельные чер¬ты хозяйственно-культурного типа пеших таежных охотников.

С эпохой неолита связано формирование второй группы хозяйственно-культурных типов связанных с ручным (или «мотыжным», как принято в этнографической литературе, хотя это не вполне точно) земледелием. Хозяйст¬венно-культурный тип ручных земледельцев умеренного пояса сложился на Средне-Китай¬ской равнине еще в конце 5 тысячелетия до н. э. Выращивание в поймах рек таких относительно засухоустойчивых культур, как чумиза и просо, осуществлялось с помощью копательных орудий типа лэй (двузубая де¬ревянная палка с упором для ноги). Для сбо¬ра урожая использовались каменные или ке¬рамические жатвенные ножи. С земледелием было связано разведение свиней и собак (мясо и тех и других шло в пищу). Если на севере Китая ручное земледелие просущест¬вовало вплоть до середины 1 тысячелетия до н. э., когда оно сменилось пашенным, то в южных районах Восточной Азии не менее древний хозяйственно-культурный тип ручных земледельцев теплого пояса вплоть до наших дней представлен некоторыми хозяйственны¬ми и культурными особенностями у таких на¬родов, как тайваньские гаошань, а также хай-наньские ли, отчасти — мяо и яо. Для этого хо-зяйственно-культурного типа характерно возде¬лывание различных клубнеплодов и корнепло-дов (главным образом таро и ямса, позднее — сладкого картофеля). Наряду с этим с глубо¬кой древности здесь было распространено рисосеяние. Практиковалась подсечно-огневая система земледелия. Основными орудиями служили палка-копалка и мотыга, кроме того, У некоторых народов землю перед посевом рыхлили, прогоняя по полю буйволов. У ицзу и отчасти у тибетцев сформировался специ¬фический хозяйственно-культурный тип руч¬ных земледельцев высокогорий, основанный на возделывании холодоустойчивых культур — овсе, ячменя, гречихи.

Третья группа хозяйственно-культурных ти¬пов связана с распространением пашенного земледелия. Применение железных орудий труда создало условия для появления в се¬редине 1 тысячелетия до н. э. на севере Ки¬тая хозяйственно-культурного типа пашенных земледельцев умеренного пояса, ставшего впоследствии господствующим у китайцев, ко¬рейцев, маньчжуров и т. д. Основой его яв¬ляется применение пахотных орудий типа ра¬ла (позже — плуга) с железными наконечни¬ками. В качестве тяглового животного чаще всего используются быки. Урожай зерновых Убирают железными серпами характерной формы (лезвие закрепляется перпендикуляр¬но рукоятке). Помимо зерновых культур (пшеницы, проса, чумизы, в меньшей мере — риса) для этого хозяйственно-культурного ти¬па характерно выращивание бобовых, в осо¬бенности соевых бобов, из которых готовят соленый соевый соус и соевый творог. Среди технических культур наибольшее значение имеет хлопчатник, рами, тутовое дерево. Значительную долю в рационе составляет батат. У многих народов юга Восточной Азии, а также в Японии и на юге Кореи распространен хозяйственно-культурный тип пашенных земледельцев теплого климата. Для выращивания заливного риса — главной сельскохозяйствен¬ной культуры — применяется бесполозный плуг, приводимый в движение буйволами. Значительна роль овощеводства и садовод¬ства (цитрусовые, личжи). Среди технических культур преобладают хлопчатник, масличные и чай. У народов, населяющих горные райо¬ны юга Восточной Азии (тибетцы, ну, дулун, ицзу) сложился хозяйственно-культурный тип пашенных земледельцев высокогорий. Он основан на возделывании гречихи, овса, ячме¬ня с применением в качестве основного па¬хотного орудия тяжелого плуга с полозом и широким лемехом.

Четвертая группа хозяйственно-культурных типов, экономической базой которых является скотоводство, сформировалась преимуще¬ственно у монгольских, тюркских и отчасти у тунгусо-маньчжурских народов. На террито¬рии современной МНР уже в 1 тысячелетии до н. э. начал складываться хозяйственно-культурный тип кочевников-скотоводов арид¬ной зоны умеренного пояса. Исторически с ним так или иначе связаны все народы, населявшие степи и полупустыни Монголии — сюнну, сяньби, древние тюрки, кидане, мон¬голы. Разведение овец и лошадей (в мень¬шей мере — крупного рогатого скота и вер¬блюдов) основано на сезонных перекочевках. Гораздо позднее на тибетском плато сформи¬ровался хозяйственно-культурный тип кочевни¬ков-скотоводов высокогорий, специфика ко¬торого состоит в преимущественном разведе¬нии яков (а также гибридов коровы с яком), хорошо приспособленных к суровым условиям местного климата. Наконец, на северо-востоке КНР у отдельных групп ороченов и эвенков может быть выделен особый хозяй¬ственно-культурный тип таежных оленеводов, возникший под влиянием восточноазиатского очага кочевого животноводства. Однако оленеводство возможно лишь в местах произ¬растания ягеля, что привело к локализации данного ХКТ в районе Большого Хингана.

Материальная культура. Разноообразие ти¬пов жилища у народов Восточной Азии определяется прежде всего особенностями хо¬зяйственно-культурного типа. Образ жизни оседлых земледельцев обусловил распрост¬ранение у них постоянных, долговременных жилищ, тогда как у кочевников-скотоводов преобладают различного рода разборные и переносные жилища. Специфика хозяйствен¬ного уклада и естественно-природной среды сказывается также в конструкции дома и тра¬диционном наборе строительных материалов.

У земледельческих народов Восточной Азии жилище может быть дифференцирова¬но в зависимости от уровня пола относитель¬но поверхности земли. У ручных земледель¬цев умеренного пояса в 4 - 3 тысячелетиях-до н. э. были рапространены полуземлянки; позднее на смену им пришли наземные жилища. В то же время у земледельцев тепло¬го пояса преобладали свайные жилища с по¬лом, приподнятым над землей, что было весьма рационально в условиях влажного кли¬мата и обилия ядовитых пресмыкающихся.

Другой отличительной особенностью жилища у большинства народов Восточной Азии является так называемая каркасно-столрбовая конструкция (основная тяжесть кровли ложится на каркас из столбов и балочных пере¬крытий, а стены как таковые не несут сколь¬ко-нибудь значительной нагрузки и даже вообще могут отсутствовать). Каркасно-столбовая конструкция характерна как для углуб¬ленных и наземных, так и для свайных жи¬лищ древних и современных народов Восточ¬ной Азии — китайцев, корейцев, японцев, тай¬ских и мон-кхмерских народов. В противо¬положность этому, у уйгуров Синьцзяна, а также у тибетцев и ицзу имеют распростране¬ние дома с несущими стенами, возводимыми из сырцового кирпича или тесаного камня.

Определенное значение для классифика¬ции постоянных типов восточно-азиатского жилища имеет наличие и расположение очага. В свайных домах, типичных для теплого поя¬са, очаг служит лишь для приготовления пи¬щи (огонь чаще всего разводится здесь в плоском ящике, набитом землей). В наземных домах южных китайцев и японцев постоянный очаг отсутствует, и в холодное время года здесь обогреваются переносными жаровнями. У северных китайцев и корейцев получили распространение специальные отап¬ливаемые лежанки (кит. «кан»).

Переносные жилища кочевников-скотово¬дов не оставались неизменными по своей конструкции на протяжении истории этих наро¬дов. Сюнну, насколько можно судить по сообщениям китаеязычных источников, жили в шалашах, остов которых сооружался из ве¬ток ивы и покрывался сверху войлоком. В середине 1 тысячелетия н. э. у кочевников Восточной Азии появилась юрта с разборным деревянным каркасом, сохранившаяся в быту современных монгольских и тюркских народов. Основным типом жилища кочевников-скотово¬дов высокогорий является шатер из кошм Или грубой шерстяной ткани (чаще всего — черного цвета), натягиваемый на каркас из жердей.

На протяжении длительных этнических кон¬тактов между народами Восточной Азии происходил процесс заимствования отдельных элементов жилища, приводивший к трансформации его первоначальных типов. Под влия¬нием китайцев многие тайские народы пере¬шли от свайных к наземным жилищам, а ки¬тайцы, живущие на юге страны, стали широко использовать такой нехарактерный для севера строительный материал, как расщепленный бамбук. В процессе перехода некоторых групп кочевников к оседлому образу жизни у них стали распространяться постоянные на¬земные жилища, которые нередко еще со¬храняли некоторые черты традиционного раз¬борного дома типа юрты (например, круглую в плане форму). Кан, столь характерный для современного северокитайского жилища, был в действительности заимствован китайцами у тунгусо-маньчжурских народов в 10-—12 вв. и т. д.

Черты одежды кочевников-скотоводов из¬древле отражали специфику их хозяйственно-культурного уклада. В частности, «изобрете¬нием» кочевников были штаны, совершенно необходимые при верховой езде и лишь сравнительно поздно заимствованные земледельческими народами. Помимо штанов ос¬новным компонентом костюма кочевников Восточной Азии была наплечная распашная одежда типа халата, причем вплоть до позд¬него средневековья у них преобладала ма¬нера запахивать халат на левую сторону (правая пола наверху). Наконец, неотъемле¬мой частью костюма скотовода-кочевника бы¬ли высокие кожаные или войлочные сапоги.

В отличие от них у земледельцев уме¬ренного пояса наплечная одежда запахива¬лась направо, причем с точки зрения древних китайцев эта черта была главным признаком их отличия от «северных варваров» (правый запах сохранился у китайцев вплоть до насто¬ящего времени). Существенные изменения в костюме древних китайцев произошли в 4—3 вв. до н. э., когда они заимствовали такой элемент «варварской одежды», как шта¬ны, ранее им совершенно не известные. На первых порах их стали носить только воины, но затем они превратились в постоянный компонент как мужского, так и женского по¬вседневного костюма (для состава древней и средневековой китайской одежды вообще было характерно отсутствие резких различий по признаку пола).

У народов юга Восточной Азии, принадле¬жавших к ХКТ ручных земледельцев теплого пояса, первоначально были распространены набедренные повязки (у мужчин) и несши¬тые юбки типа саронга (у женщин), а на¬плечная одежда и обувь зачастую отсутство¬вали вовсе. Однако на протяжении веков одежда этих народов значительно изменилась (главным образом, под влиянием китайцев, чему способствовали эпохальные изменения климата — перемещение на юг северной гра¬ницы субтропиков). В настоящее время у большинства народов КНР распространена правозастежная наплечная одежда, сохраняю¬щая значительные локальные различия в по¬крое и орнаментации. Своеобразна традици¬онная одежда корейцев, в особенности жен¬ская, состоящая из короткой кофты, широких шаровар и юбки, подвязываемой выше талии длинным кушаком.

На фоне прогрессирующей нивелировки особенностей материальной культуры народов Восточной Азии обращает на себя внимание, прочное сохранение этнических традиции одежды в такой индустриально развитой стра¬не, как Япония.

В пище народов Восточной Азии противо¬поставлены друг другу два различных комплекса. Первый из них характерен для ското¬водов-кочевников, второй — для земледель¬цев. Основу рациона кочевых народов Во¬сточной Азии составляют мясные и молочные продукты. Согласно представлениям монго¬лов, лошади и бараны относятся к животным с «горячим дыханием», поэтому конина и баранина считаются наиболее полезными сор¬тами мяса и им отдается предпочтение перед говядиной. Молоко, которое, кстати, никогда не употребляется ими в сыром виде, исполь¬зуют для приготовления большого числа про¬дуктов — простокваши, кумыса, масла, сыров. Мучные блюда (монг. «борцог» — кусочки теста, сваренные в бараньем жире; «халь-маг» — поджаренное тесто, замешанное на пенках, и т. д.), хотя и популярны, но их удельный вес в общем рационе незначителен.

Напротив, практически у всех земледель¬ческих народов Восточной Азии в той или иной форме существует противопоставление «основной еды», приготовленной из крупы или муки (кит. «чжуши», япон. «сюсёку»), и «второстепенной еды», представляющей собой овощное, мясное или рыбное блюдо (кит. «фуши», япон. «фукусеку»). Среди различных видов «основной еды» абсолютно преоблада¬ет рис, сваренный на пару; у северных китай¬цев вместо риса часто употребляют вареные на пару несоленые хлебцы из пшеничной или кукурузной муки («маньтоу» и «вовотоу»), а также разнообразные лепешки. «Второсте¬пенная еда» готовится из мелко порезанных продуктов, приготавливаемых чаще всего пу¬тем жарения в глубокой полусферической сковороде. Особенностью японской кухни является употребление в пищу сырой рыбы, сдобренной различными приправами («саси-ми»). Вареный рис подается на стол обяза¬тельно в горячем виде и раскладывается по пиалам, а «дополнительное» блюдо (их по возможности стараются готовить несколько) ставится в одной большой чашке, откуда участвующие в трапезе достают его с помо¬щью деревянных палочек. Молоко и в осо¬бенности кисломолочные продукты большин¬ство восточноазиатских земледельческих на¬родов в пищу не употребляют.

Многие народы юга Восточной Азии (в частности, таи) предпочитают обычному рису клейкие сорта, которые на севере исполь¬зуются только в праздничной пище. Кроме того, в рационе народов юга Восточной Азии большую роль играет рыба. Из нее приго¬тавливают и специальный соус или пасту, широко используемые для заправки блюд. Несколько особняком стоит пища тибетцев, в которой элементы скотоводческого комплек¬са сочетаются с регулярным использованием мучных продуктов. Наиболее популярное блюдо тибетцев — «цзамба» (поджаренная ячменная мука), которую едят, смешивая с чаем или молоком. Из ячменя тибетцы гото¬вят и «чан» (подобие пива); у других восточ¬но-азиатских народов в настоящее время популярностью пользуются различные сорта ри¬совой водки.