§ 6. Критика

Переходя к критике представленной теории, мы должны прежде всего спросить: чего она достигает и чего она хочет до­стичь. Очевидно, движется она не на той основе, которую мы ю выявили как необходимую для феноменологического анализа сознания времени: она работает с трансцендентными предпо­сылками, с существующими временными объектами, которые посредством раздражения вызывают в нас ощущения и т. п. Она, таким образом, являет себя в качестве теории психологи- 15 ческого происхождения представления времени. Одновре­менно, однако, она содержит в себе частично теоретико-позна­вательные соображения об условиях возможности сознания объективной временности, которое само является и должно быть способно являться как временное. Сюда же относится и 2 о критическое рассмотрение своеобразий предикатов времени, которые должны соотноситься с психологическими и феноме­нологическими предикатами. Эти отношения, однако, не про­слеживаются далее.

Брентано говорит о законе первичной ассоциации, сог- 25 ласно которому к соответствующим восприятиям присоединя­ются представления мгновенной памяти. При этом полагает­ся, очевидно, психологический закон новообразований пси­хических переживаний на основе данных психических пере­живаний. Эти переживания принадлежат к сфере психичес- з° кого, они объективированы, они имеют свое время, и речь идет об их становлении и порождении в этом становлении. Все это принадлежит к сфере психологии, и нас здесь не интересу­ет. И все же в этом рассмотрении имеется феноменологичес­кое ядро, и только его мы будем придерживаться в последую- з 5 щих рассуждениях. Длительность, последовательность, изме­нения являются. Что же заключено в этом явлении (Ershei-nen)? В последовательности, например, является некоторое «Теперь» и в единстве с ним — «прошлое». Единство созна­ния, которое интенционально охватывает настоящее и прош-

лое, есть феноменологическое данное. Вопрос теперь в том, действительно ли, как утверждает Брентано, прошлое являет­ся в этом сознании в модусе фантазии.

Там, где Брентано говорит о получении будущего, он различает первичный интуитивный опыт времени (Zeitan- 5 schauung), который он считает творением первичной ассоциа­ции, и более широкую интуицию времени, которая также воз­никает из фантазии ', но не из первичной ассоциации. Мы мо­жем так же сказать: интуитивному опыту времени противосто­ит несобственное представление времени, представление бес- ю конечного времени, времен и= временных отношений, которые не реализованы созерцательно. Здесь в высшей степени уди­вительно, что в своей теории интуитивного опыта времени Брентано совершенно не принял в рассчет бросающиеся в гла­за различия между восприятием времени и фантазией време- 15 ни, различия, которых он не мог не увидеть. Пусть он даже от­казывается говорить о восприятии временного (за исключени­ем Теперь-точки как границы между прошлым и будущим): но все же нельзя отрицать различия, которое дает нам воз­можность говорить о восприятии последовательности и о во- 2 о споминании некогда воспринятой последовательности (или так же фантазии последовательности), и это различие нужно как-то обьяснить. Если уже первичная интуиция времени есть продукт фантазии, что же отличает тогда эту фантазию вре­менного от той фантазии, в которой осознается бывшее вре- 25 менное (Zeitliches), т. е. такое, которое не принадлежит к сфере первичной ассоциации, не соединено в одном сознании с текущим восприятием, но которое некогда составляло един­ство с прошедшим восприятием? Если воспроизведение вчера пережитой последовательности означает воспроизведение з° первично пережитого вчера временного поля, и это последнее уже предстает как континуум первично ассоциированных фантазий, то мы бы должны теперь иметь дело с фантазией фантазии. Мы наталкиваемся здесь на непреодоленные труд­ности брентановской теории, которые ставят под вопрос вер- 35 ность его анализа первичного сознания времени." На то, что

* Фантазия охватывает здесь все воспроизводящие акты, не употребляется в качестве противоположности полагающим актам. Соответствующий позитивный подробный анализ ср. §19, с. 49 ел.

21

ким образом, что осуществляется отнесенность сознания Те­перь к не-Теперь.

Весьма сомнительной является так же попытка предста­вить прошедшее как нереальное, несуществующее. Привходя­щий психический момент не может все же создавать ирреаль- $ ность, не может устранять существование в настоящем. В са­мом деле, вся область первичных ассоциаций есть настоящее и реальное (reell) переживание. К этой области принадлежит весь ряд произведенных первичной ассоциацией первичных временных моментов вместе с прочими моментами, которые ю принадлежат к временному предмету.

Таким образом, мы не можем считать удовлетворитель­ным анализ сознания времени, который стремится прояснить интуитивную временную протяженность только через непре­рывные градации новых моментов, которые каким-то образом i j прибавляются или вплавляются в те моменты содержания, ко­торые конституируют темпорально локализованную предмет­ность. Короче говоря, сама временная форма не есть ни вре­менное содержание, ни комплекс новых содержаний, каким-либо образом присоединяющихся к временному содержанию. 2о И если Брентано все же не впал в ошибку, на манер сенсуализ­ма, сведения всех переживаний к простым первичным содер­жаниям, и даже был первым, кто усмотрел радикальное раз­личие первичных содержаний и свойств актов, то все же, как показывает его теория времени, он как раз не принял в рассчет г •> свойства актов, которые являются решающими для этой тео­рии.,Вопрос о том, как возможно сознание времени, и как его следует понимать, остается нерешенным.

Второй раздел АНАЛИЗ СОЗНАНИЯ ВРЕМЕНИ