2.3. Процесс формирования публичной сферы

щественность. Предназначение общественности — постоянно способ­ствовать установлению широких, многомерных связей коммуникации, по отношению к которым политическая коммуникация есть одна, хотя и очень важная, их разновидность. Формы общественности истори­чески изменчивы: рамки и структуры коммуникации, совместности непрерывно изменяются как в отношении людей друг к другу, так и в отношении объема и содержания частной и публичной сфер. Если в период Средневековья и частично Нового времени частная сфера, как и вся жизнь человека, находилась под строгим надзором власти, то постепенно происходит все большая автономизация частной сферы и исключение ее из сферы компетенции государственных органов.

Так складывается, по Ю. Хабермасу, «буржуазная публичная сфера» — особое пространство «между» экономикой и государством, где формируется общественное мнение и общественный контроль за деятельностью правительств.

Хабермас показал, как на ранних этапах развития современного капитализма — в 17— 18 столетиях — возникает автономная сфера об­щественных дебатов, которую составляют отдельные индивиды, со­бирающиеся в кофейнях, салонах, пабах и обсуждающие злободнев­ные проблемы. Это означало вступление на историческую арену «ча­стных лиц», которые до того времени не принимались властью в рас­чет (каждый — либо одиночка, либо представитель гильдии, сосло­вия). Постепенно эти частные лица образуют в своем единении «пуб­лику», которая начинает вклиниваться в поле напряженных отноше­ний между государством и конкретными индивидами. Именно «пуб­лика» — совокупность людей, осознающих свои интересы, активно вовлеченных в процесс их осуществления и обладающих собственным публично выраженным мнением, — составляет основу «буржуазной публичной сферы». Появление этого нового и весьма влиятельного социального «актора» обусловили такие факторы, как экономическая независимость личности, связанная со стабилизацией частной соб­ственности и индивидуалистически-критическим настроем образо­ванных слоев общества, распространению которого способствовало развитие эпистолярного жанра и автобиографического романа как основной формы литературы конца XVIII — начала XIX вв. (Анна Лу­иза де Сталь, Джейн Остин, Мэри Рэндкофт, Лоренс Стерн и многие

81

Глава 2. Массовая коммуникация как социальный институт

другие). Началом этого процесса можно считать публикацию в 1570 г. «Опытов» Мишеля Монтеня, продемонстрировавшего тонкость и глу­бину душевной организации интравертной, частной личности.

Возникновение общественности, включенной в критические по­литические дискуссии, совпало по времени с возникновением неза­висимой, рыночно ориентированной прессы, ставшей рупором скла­дывающегося общественного мнения, и формированием идеальной модели взаимодействия общественности и прессы. Клубы и салоны, где собиралась публика, обладали неформальной монополией на пуб­ликации: каждый новый опус сначала должен был получить одобрение на этих форумах. В пределах публичной сферы люди коллективно, рав­ноправно, на основе рациональной аргументации решают, какими они хотят видеть пути развития своего общества, воздействуя на правитель­ственную политику через прессу. Последняя способствует этому двоя­ко: посредством обеспечения пространства для общественных дебатов и представления интересов частных граждан в виде некоторой сово­купности идей в форме доводимого до власти со страниц газет обще­ственного мнения. Это стало основой для формирования рационально сложившегося консенсуса между обществом и государством, который кардинально изменил сферу влияния последнего. Однако процесс «раз­растания» государства, принятия им на себя не просто функции обес­печения условий развития экономики, но организации максимально эффективного осуществления корпоративных государственно-эконо­мических интересов привел к тому, что публичная сфера оказалась под­чиненной этим интересам, а ее роль постоянно уменьшалась.

Процесс установления нового типа корпоративных отношений, при котором реализация организованных экономических интересов происходит непосредственно во взаимодействии между их носителя­ми и государством, начинается с конца XIX в., когда экономические функции последнего настолько возросли, что разделение на полити; ку и экономику потеряло четкие границы. Хабермас полагает, что «воз­растание роли государства, вызванное экономическими кризисами и социальной борьбой, состоит в поддержании социальной стабильно­сти, необходимой для получения прибыли (от капиталов)»¹, что при-

¹ HabermasJ. Theorie des Kommunikativen Handels. Frankfurt am Main: Rowolt. Bd. l.S. 512.

82