Двукрылые

Для названия бабочки в лезгинском языке используется самостоятельная исконная лексема чепелукь (лит., исп., сал., ках., зиз., орт., юх.) – чепелыкь (ахт., джаб.).

Муха в лезгинском языке именуется тІветІ (лит., сал., ках., орт., юх.) – тІетІ (зиз.) – цІетІ (ахт.) – тІотІ (джаб.). Основа хорошо сохранилась во всех дагестанских языках [Хайдаков 1973: 20]. В ахтынском диалекте и в речи сел. Зизик наблюдаем бесследную утрату лабиализации. В джабинском диалекте делабиализация начального согласного оставила след в соседнем гласном.

Самостоятельная лексема тІветІ вступает в сочетания, образуя целый ряд сложно-составных слов, обозначающих разновидности мух: къацу тІветІ (исп., сал., орт., юх.) – къацы цІетІ (ахт.) букв. «зеленая муха», ветІ йагІадий тІотІар (джаб.) «синяя мясная муха», букв. «личинку оставляющие мухи»; кІвалин тІветІ (лит., исп., сал., ках., орт., юх.) – кІвалин тІетІ (зиз.) – кІвелин цІетІ (ахт.) – кІвелин тІотІ (джаб.) «комнатная муха»; цин тІветІ (орт.) «муха (которая бегает по воде свободно)» ,букв. «водяная муха»; йацра тІветІ «бычья муха», тІветІре кІуф (юх.), букв. «мухи рот»; цІетІре сух (ахт.) «хобот (мухи)», букв. «мухи жало»; балкІанди тІветІ (лит., исп., сал., орт., юх.), букв. «лошадиная муха» – хени цІетІ (ахт.) (значение первого компонента затемнено) -палканд тІотI (джаб.) «лошадиный овод», букв. «лошадиная муха».

Для обозначения овода в лезгинском языке употребляется и самостоятельная лексема бувун (лит.,исп.,сал.,зиз.,юх.) тюркского происхождения.

В значении «комар» используются разные по происхождению и составу лексемы: ветІ (лит., исп., сал., ках., орт., юх.) – мизмиз (зиз.) – мичек (ахт.) – мирчек (джаб.). Первая лексема, вероятно, собственно лезгинская. В зизикском говоре использована редуплицированная основа мизмиз, передающая подражание писку комара. В ахтынском и джабинском диалектах представлено заимствованное из азербайджанского языка слово мичек, мирчек, ср. азерб. милчэк. В ахтынском диалекте сонорный л выпал, а в джабинском диалекте он замещен вибрантом р. Азербайджанский термин зафиксирован также в лакском (мичІак), цахурском (мичак), удинском (моцІак) [Хайдаков 1973: 19].

Ночная бабочка обозначается простой самостоятельной лексемой руьгь (зиз.). Слово, видимо, является необычным семантическим развитием слова арабского происхождения со значением «дух, душа».

Для названия гусеницы и непарного шелкопряда используется самостоятельная исконная лексема цІарнах (лит., исп., орт., юх.) и производные от него наименования: вергед цІарнах (орт.) «гусеница, которая ест крапиву», букв. «крапивная гусеница»; келемди цІарнах (орт., юх.) «капустница», чІар алай цІарнах (орт.) «волосатая гусеница». Шелкопряд обозначается описательно: кІазун гъуьлаьгъ (зиз., юх.) – кІазын гъуьлаьгъ (ахт.) «гусеница шелкопряда», в то время как кокон шелкопряда обозначается самостоятельной лексемой кІаз.

Название москита агъкъинет (юх.) заимствовано из азербайджанского языка.

Слепень обозначается двумя самостоятельными терминами бугъубугъ (лит.) – бугъу (орт., юх.) – бугъубугъу (джаб.) – быгъабыгъ (ахт.), джугли -(зиз.) Первый термин представлен редуплицированной звукоподражательной основой.

Название ночной бабочки фарфалаг, видимо, звукоподражательное, осложненное деривационным суффиксом -аг.

Название таракана заимствовано из русского языка: таракан (исп., зиз.) – тІаракан (орт.) – тарун (юх.) – тІаракІан (ахт.).

Производными от данного термина являются: чІулав таракан (исп., зиз.) – чІулав тІаракан (орт.) – чІулав тарун (юх.) – чІылав тІаракІан (ахт.) «черный таракан»; рагъул тарун (юх.), букв. «бурый таракан»; йары тІаракІан (ахт.) «рыжий таракан», букв. «красный таракан».