3 / История литературы национальных меньшинств / учебные пособия / 19 век часть 2

обнадеживающая нота звучит даже в одном из наиболее мрачных по своему тону поздних рассказов Лескова «Зимний день» (1894), в котором обличается дух «гадостности», бесстыдного цинизма, проникающий во все сферы общества.

Впоследние годы жизни Лесков оказывается гораздо ближе к тому общественному лагерю, с которым он так резко враждовал в начале своего писательского пути. Досадуя на отсутствие «руководящей критики», он с уважением вспоминает высокое подвижничество Белинского и Добролюбова. Не раз сочувственно цитирует в письмах и художественных произведениях Салтыкова-Щедрина.

В1895 г. Лесков умирает от болезни сердца. Причиной ее сам он считал те волнения, которые пришлось испытать при выходе первого собрания сочинений, когда был арестован том, в котором печатались «Мелочи архиерейской жизни». «Думаю и верю, что „весь я не умру»,— писал Лесков незадолго до своей смерти. «Лесков — писатель будущего»,— говорил Л. Толстой.

При всей очевидности резкого идеологического расхождения Лескова с революционными демократами в общественно-литературном самоопределении писателя в начале 60-х годов был своего рода парадокс, который заслуживает самого пристального внимания. Критикуя «теоретиков-нетерпеливцев» с позиций «стихийного» демократизма, Лесков обращается к многостороннему и углубленному изучению народной жизни, на необходимости которого последовательнее всего настаивала именно революцинно-демократическая критика. Первые очерки и повести Лескова («Житие одной бабы», 1863; «Леди Макбет Мценского уезда», 1865; «Воительница», 1866) непосредственно подхватывают традицию русской литературы 40-х годов, прежде всего «Записок охотника» Тургенева и повести Григоровича «Антон Горемыка», которые Лесков любил и порой полемически противопоставлял более поздним произведениям народнической беллетристики. Подобно Тургеневу, он проявляет особый интерес к ярким, талантливым натурам, отмеченным печатью артистизма. В то же время Лесков значительно расширяет круг своих наблюдений. Его взгляд останавливается не только на тех, кто воплощает лучшие порывы к красоте и свету, но и на тех, кто в силу тех. или иных причин оказывается бессилен сбросить с себя путы «духовного крепостничества». Лескова-художника все более влекут к себе сложные, противоречивые характеры, таящие в себе немало загадочного и неожиданного. Расширяя сферу действительности, подлежащей художественному исследованию, он смело вводит в свое повествование реалии грубого простонародного быта, изображает его таким, каков он есть, во всем кричащем его неблагообразии.

Рассказывая в повести «Леди Макбет Мценского уезда» о страшных злодеяниях купеческой жены Катерины Измайловой, Лесков не желает видеть в ней только преступницу. Она

вего художественной трактовке и молодая женщина, «совершающая драму любви». В бездуховной атмосфере купеческого терема любовь не может не принять страшной, изуверской формы слепой, безудержной, разрушительной страсти. Автор улавливает проблески человечности

вдуше героини, впервые охваченной большим чувством и готовой претерпеть во имя него любые муки. Любовь-страсть порождает у Катерины Львовны новое душевное состояние. Она восторгается не замечаемой ею прежде красотой мира: красотой яблонь, осыпающих сад своим белым цветом, лунного света, дробящегося в их листве, соловьиной песней. Но в своем отчаянном бунте против домостроевских законов, регламентирующих семейный купеческий быт, Катерина Львовна не поднимается нравственно над окружающей средой. В сущности, она продолжает жить по ее законам, отвечая на зло еще большей жестокостью. Собственническое, хищническое начало глубоко проникло в ее существо и не исчезает ни в момент душевного взлета, ни в несчастье и страдании, которые ей довелось изведать в пути на каторгу. Ее гибель представлена в финале повести как акт еще одного последнего насилия и убийства. Мстя своей сопернице, легкомысленной Сонетке, отбившей у нее Сергея, Катерина Львовна во время переправы через сибирскую реку внезапным ударом сбивает ее с края парома и вместе с ней бросается за борт.

Лесков видит в своей героине характер трагической мощи и силы, вызывающий у него ассоциации с шекспировскими героями. Вместе с тем, в отличие от Островского («Гроза»), он склонен весьма критически оценивать возможности пусть даже недюжинной личности, сформированной в обстановке «темного царства»: ее бунт не несет в себе ничего просветляющего, он трагически безысходен.

Вцентре повести Лескова «Воительница» также яркий и самобытный женский характер, озадачивающий причудливым совмещением, казалось бы, исключающих друг друга качеств. Кружевница Домна Платоновна, недавняя мценская мещанка, переехавшая в столицу, на первый взгляд, существо доброе, простое и кроткое. Однако с первых же слов собственного рассказа

92

Домны Платоновны о ее «прекратительной жизни» в облике этой женщины вдруг проступают совсем иные черты: матерая житейская опытность, цепкость жизненной хватки, азартная поглощенность меркантильной игрой. Но автор дорожит и тем неиссякаемым остатком человечности, который не дает ей до конца превратиться в ловкого торгаша, человека выгоды и расчета. В одушевляющей Домну Платоновну предпринимательской энергии, какими бы низменными делами она ни занималась, постоянно дает себя знать своего рода артистизм. «Главное дело,— замечает рассказчик, - что Домна Платоновна была художница — увлекалась своими произведениями...»

К теме богатой многосторонней одаренности русского человека Лесков обратился еще в ранних произведениях, а затем многообразно и интенсивно разрабатывал ее на всем протяжении своей деятельности. Именно с творческой личностью связывает писатель свои надежды на русского человека, «который все может», и на будущее России. Человек художнического склада, по убеждению писателя, способен не только проявить необыкновенную отзывчивость на многие явления жизни, но, что еще более важно, он может сообщить энергию движения самой действительности. Наиболее глубоко и всесторонне эта тема прирожденного артистизма, свойственного русскому человеку, разрабатывается в повести «Очарованный странник» (1873).

Герой повести — крепостной крестьянин, выросший на графской конюшне. В начале своей жизни это щедро одаренный «дичок», своего рода «естественный человек», изнемогающий под бременем неуемной жизненной энергии, которая толкает его порой на самые безрассудные поступки. Огромная природная силушка, которая «так живчиком и переливается» по его жилам, роднит молодого Ивана Северьяныча с легендарными героями русских былин Ильей

Муромцем и Васькой Буслаевым. Сходство с первым из них автор отмечает на первых же страницах повести. Таким образом, сразу дается понять, что перед нами характер «почвенный», имеющий глубокие корни в русской жизни и русской истории.

Долгое время богатырская сила Ивана Северьяныча как бы дремлет в нем. Пребывая во власти младенческой непосредственности, он до поры до времени живет вне категорий добра и зла, проявляя в своих рискованных поступках крайнюю беспечность, безоглядную дерзостность, чреватую самыми драматическими последствиями. В азарте быстрой езды, сам того не желая, он губит случайно повстречавшегося ему старика монаха, заснувшего на возу с сеном. При этом молодой Иван не особенно тяготится произошедшим несчастьем, но убиенный монах то и дело является ему в сновидениях и донимает его своими вопросами, предсказывая герою те испытания, которые ему еще предстоит пережить.

Однако свойственный «очарованному богатырю» прирожденный артистизм со временем выводит его на новый, более высокий уровень существования. Органически свойственное Ивану Северьянычу чувство прекрасного, развиваясь, постепенно перестает быть только эстетическим переживанием — оно все более обогащается чувством горячей привязанности к тем, кто вызывает у него любование, дарует ему новые связи с миром, позволяет встать с ним в собственно человеческие отношения.

Диалектика этих чувств — эстетического и нравственного — зримо представлена в одном из центральных эпизодов повести, изображающем встречу Ивана Северьяныча с цыганкой Грушей. Лесковскому герою, долгое время всецело увлеченному красотой коня, неожиданно открывается новая красота — красота женщины, таланта, человеческой души. Пережитое им очарование Грушей — это новая фаза роста души Ивана, в ней раскрываются новые способности: не только возгореться художественным восторгом, но ощутить строй другой души, внять чужому страданию, явить братскую самоотверженную любовь и преданность. Гибель Груши, не вынесшей измены любовника-князя, была так сильно пережита Иваном Северьянычем, что, по существу, снова сделала его «другим» человеком, а того, прежнего, всего «зачеркнула». Он поднимается на новую нравственную высоту: на смену своеволию, случайности поступков приходит целеустремленность всех действий, подчиненных теперь высокому нравственному побуждению. Иван Северьяныч думает только о том, как бы ему «постраждовать» и тем самым отмолить грех. Повинуясь этому внеличному влечению, он отправляется на Кавказ вместо молодого новобранца. За воинский подвиг его представляют к награде, производят в офицеры, но сам Иван Северьяныч в эту пору своей жизни не доволен собой. Наоборот, в нем все более и более пробуждается голос совести, который толкает его творить суровый суд над прошлой жизнью и сознавать себя «великим грешником».

93

В конце жизни Иван Северьяныч одержим идеей героического самопожертвования во имя отечества. Он готовится пойти на войну. Спокойно и просто говорит он своим случайным попутчикам, что ему «за народ очень помереть хочется».

Созданный писателем образ «очарованного богатыря» содержит в себе широкое обобщение, позволяющее осмыслить настоящее и будущее народа. По мысли автора, народ — это младенец-богатырь, только выходящий на сцену исторического действия, но имеющий необходимый для этого неисчерпаемый запас сил.

Другие произведения Лескова, посвященные талантливым русским людям («Запечатленный ангел», «Левша», «Тупейный художник»), отличаются той же гуманистической направленностью. Из них явствует, что понятие «артистизм» сопряжено у Лескова не только с природной одаренностью человека, но с пробуждением его души, с крепостью характера. Истинный художник, в представлении писателя,— это человек, одолевший в себе «зверя», примитивный эгоизм своего «я».

Возвеличивая людей подобного склада, писатель в то же время ясно сознает меру их незащищенности перед силой социально-исторических обстоятельств. Поэтому в его повествовании чаще всего органически соединяются проникновенный лиризм и едкий сарказм, таящийся до поры до времени под маской неторопливой и благодушной сказовой речи. Эта оригинальная «коварная» манера Лескова-сатирика, немало озадачивавшая современных ему критиков, с особым блеском реализует себя в «Левше». Рассказ о даровитом тульском самородке, сумевшем превзойти англичан дерзостью и затейливостью своей артистической фантазии, искусно стилизован писателем под народную легенду. В таком повороте сюжета воплощается излюбленная мысль писателя о «маленьких великих людях», которые, стоя в стороне от исторических событий, тем не менее, определяют исторические судьбы страны.

Вместе с тем теплое и уважительное отношение Лескова к тульским мастерам окрашено в сказе мягкой иронией. Он «трезвомысленно» учитывает власть реальных исторических условий, сковывающих творческие силы народа, накладывающих на многие русские изобретения печать шутовской эксцентричности или практической бесполезности. Результат «безотдышной» и вдохновенной работы тульских мастеров таит в себе «коварную» двойственность: им удалось сотворить чудо — подковать почти невидимую «нимфозорию». Но их превосходство над англичанами не абсолютно: подкованная на глазок блоха не может более «дансе танцевать». Так выражает себя в сказе горькая, тревожная мысль Лескова о русской отсталости.

Вопрос о том, что может русский человек, неотделим в сказе от другого вопроса, который постепенно приобретает в нем все больший драматизм и остроту: как этот человек живет, имеет ли он, подобно английским мастерам, «абсолютные обстоятельства» для развития своего таланта, с каким отношением к себе он сталкивается? Для того чтобы подвести читателя к правильным ответам на эти больные вопросы, Лесков использует в сказе принципы поэтики «мелочей». Он вводит в свое повествование множество подробностей, которые, на первый взгляд, не несут в себе какого-либо обличительного заряда, а имеют только лишь «обстановочный» смысл. Однако постепенно они все больше завладевают вниманием читателя и оказываются не менее значимыми, чем движущие сюжет крупные события. Все эти «мелочи» русского быта аккумулируют в себе общий дух русской жизни николаевских времен с ее разнузданным самовластьем одних и полным бесправием других. Насыщенные щемящими подробностями сцены предсмертных мытарств Левши и его гибели еще более настойчиво привлекают внимание читателя к положению личности в России, где «за человека страшно». Мысль о беззащитности в России талантливой личности была одной из самых неотступных дум писателя, представая в разных вариациях в его художественном творчестве, статьях и письмах.

Одной из важных особенностей поэтики Лескова-сатирика является подвижность художественных акцентов при обрисовке лиц и событий, подрывающая обычную иерархию главного и второстепенного и подчас кардинально преобразующая общий смысл изображаемого. Благодаря компрометирующим деталям, побуждающим читателя иначе взглянуть на вещи, чем это делает простодушный повествователь, слово у Лескова сплошь и рядом становится «коварным», лукавым, двуголосым. Эти живые переливы тональности повествования особенно значительны в поздних рассказах писателя, в частности в тех, где речь идет о видных русских владыках. За импозантностью облика этих отцов церкви, важной медлительностью движений, невозмутимой ровностью голоса («тихоструй»!) неожиданно обнаруживаются непозволительные для духовного пастыря равнодушие к добру и злу, притупленность этического инстинкта, спекуляция высокими евангельскими речениями («Инженеры-бессребреники», «Человек на

94

часах»). Сам Лесков ценил эту присущую многим его произведениям «тихую язвительность», которую не всегда улавливала современная ему критика.

«Коварная» манера Лескова-сатирика таила в себе большие возможности в обличении русской действительности. Однако отрицание в его сатире обычно не принимает категорических и абсолютных форм. Не случайно сам писатель говорил о ее «незлобивости», а однажды повторил то парадоксальное определение, которое дал ей в ту пору, когда печаталась сатирическая хроника «Смех и горе» — «добрая сатира», писал Горький. Очевидно, этот особый тон сатиры Лескова связан с характером его общего мировоззрения, родственного народному ощущению. Современный ему мир русской жизни писатель воспринимает не столько в раздирающих его социально-исторических противоречиях, сколько в его целостности. Он не перестает слышать в ней отголоски родового единства, восходящего к эпохе «твердых» былинных и сказочных времен.

С верой писателя в преодолимость нарастающего отчуждения, раздробленности жизни связана и излюбленная форма его повествования, предполагающая живую обращенность к другому человеку. Именно в искусстве сказа в наибольшей степени проявилась народная основа творческого дара писателя, сумевшего, подобно Некрасову, как бы изнутри раскрыть многообразные характеры русских людей. В искусном плетении «нервного кружева разговорной речи» Лесков, по убеждению Горького, не имеет равного себе. Сам Лесков придавал большое значение «постановке голоса» у писателя. «Человек живет словами, и надо знать, в какие моменты своей психологической жизни у кого из нас какие найдутся слова», — говорил он. Яркой выразительности речи своих героев Лесков добивался целенаправленно, по его собственному признанию, она давалась ему ценой «огромного труда». Колоритный язык своих книг он собирал «много лет по словечкам, по пословицам и отдельным выражениям, схваченным на лету, в толпе на барках, в рекрутских присутствиях и монастырях», заимствовал его также из любовно собираемых им старинных книг, летописей, сочинений раскольников, усваивал его из общения с различными людьми.

Влюбленный в живое народное слово, Лесков артистически обыгрывает его в своих произведениях и в то же время охотно сочиняет новые слова, переосмысляя иностранные в духе и стиле «народной этимологии». Насыщенность его сочинений неологизмами и непривычными разговорными речениями так велика, что порой она вызывала нарекания со стороны современников, которые находили ее избыточной и «чрезмерной».

Творчество Лескова, сумевшего по-своему глубоко осознать противоречия современной ему русской жизни, проникнуть в особенности национального характера, живо запечатлеть черты духовной красоты народа, открыло новые перспективы перед русской литературой. Новую актуальность оно приобрело в период революционного сдвига русской жизни, повклекшего за собой активное участие в исторических свершениях самых широких народных масс. В эту пору М. Горький, К. Федин, Вс. Иванов и другие писатели, стоящие у истоков советской литературы, с большой заинтересованностью обращаются к изучению лесковского творчества и признают свою преемственную связь с ним.

95

ЛИТЕРАТУРА

Основная

Тексты

1.Герцен А.И. Кто виноват? Доктор Крупов. Сорока-воровка. С того берега. Былое и думы. О развитииреволюционныхидейвРоссии.

2.Григорович Д.В. Деревня. Антон-Горемыка.

3.Тургенев И.С. Параша. Разговор. Помещик. Петушков. Записки охотника. Дневник лишнего человека. Ася. Фауст. Первая любовь. Рудин. Дворянское гнездо. Накануне. Отцы и дети. Дым. Новь. Стихотворениявпрозе.

4.ГончаровИ.А. Обыкновеннаяистория. Обломов. Обрыв.

5.Островский А.И. Свои люди - сочтемся. Бедность не порок. Доходное место. Гроза. На всякого мудреца довольно простоты.Горячее сердце. Бешеные деньги. Лес. Волки и овцы. Бесприданница. Безвинывиноватые. Снегурочка.

6.Тютчев Ф.И. Стихотворения.

7.Стихотворения.

8.Стихотворения. Коробейники. Мороз - Красный нос. В.Г.Белинский. Саша. Кому на Руси житьхорошо? Дедушка. Русскиеженщины. Современники.

9.ПомяловскийН.Г. Мещанскоесчастье. Очеркибурсы. Молотов.

Ю.РешетниковФ.М. Подлиповцы. И.СлепцовВ.А. Трудное время. 12.ЧернышевскийН.Г. Чтоделать?

И.Салтыков-ЩедринМ.Е. Губернскиеочерки. Помпадурыипомпадурши. Историяодногогорода. Благонамеренныеречи. Современнаяидиллия. ГосподаГоловлевы. УбежищеМонрепо. Зарубежом. Сказки. Пошехонская старина.

Учебныепособия

1.Историярусской литературы: в4-х томах. - М.-Л., Наука, 1980-1983. - Т.2-3.

2.Поспелов Г.Н. История русской литературы XIX века (1840-1860). -М., 1981.

3.История русской литературы XIX века (вторая половина) / Под ред. Н.Н. Скатова.

4.История русской литературы XIX века (вторая половина) / Под ред. С.М.Петрова

Дополнительная

1.БялыйГ.А. Тургеневирусскийреализм. -М.-Л., 1962.

2.Пруцков Н.И. Мастерство Гончарова-романиста.-М.-Л., 19632.

3.РевякинА.И. Островский: жизньитворчество. —М.-Л., 1949.

4.КорманБ.О. ЛирикаНекрасова(любыеиздания).

5.ПокусаевЕ.И. РеволюционнаясатираСалтыкова-Щедрина. -М., 1963.

96

Крайне нужной и полезной может оказаться книга: Бердяев Н. А. Русская идея. Основные проблемы русской мысли XIX и начала XX в. Эта работа опубликована в нескольких изданиях:

а) Мыслители русскою зарубежья. Бердяев, Федотов. – Спб., 1992. б) О России и русской философской культуре. - М., 1990.

В заключении укажем на книги справочною характера. Это прежде всею библиографические указатели и словари:

1. Русские писатели. Библиографический словарь / Под ред. П. А. Николаева. - В 2 т. - М.,

1990.

2.Найдич Э.Э. От Кантемира до Чехова. Основные советские издания сочинений русских писателей XVIII – нач. XX в. Спр. пособие. – М., 1984.

3.Сахарова Е.М., Семибратова И. В. Энциклопедия русской жизни. Роман и повесть в России второй половины XVIIIнач. XX века. Рекомендательный библиографический указатель / Под ред. В. И. Кулешова. – М., 1984.

4.Сахарова Е.М., Петровская В. И. Эхо русскою народа. Поэзия дореволюционной России. Рекоменд. библ. указ. – М., 1985.

Полезными могут быть хрестоматии литературно-критических, мемуарных и эпистолярных материалов, собранных в следующих изданиях:

1.Русская литература XIX века. Хрестоматия критических материалов. Сост. В.Н. Зельдович и Л.Я. Лившиц. - Изд. 4-е,

исправ. – М.,1975.

2.Русская литература XIX века. Хрестоматия литературоведческих материалов. Сост. В. Н. Азбукин, В. Н. Коновалов. – М.,1984.

3.Русская литература XIX века. Первая половина. Хрестоматия литературно-критических, мемуарных и эпистолярных материалов. Сост. И. Е. Коплан, И. Г. Пустовойт. – М., 1981.

4.Русская литература XIX века. Вторая половина. Хрестоматия историко-литературных, мемуарных и эпистолярных материалов. Сост. Е. В. Квятковский, Н. А. Кушаев. – М., 1986.

Сориентироваться в обилии исторических дат и событий помогут книги:

1.Хронология российской истории. Энцикл. справ. / Под ред. Ф. Конта. – М., 1994.

2.Рогов Е.Н. Атлас истории культуры России конца XVIIначала XX вв. – М., 1993.

ТЕМА 1. ЗАПАДНИКИ И СЛАВЯНОФИЛЫ Занятие 1(1)

Историософскис взгляды П. Я. Чаадаева.

Тексты: Чаадаев П. Я. Философические письма (1-8) Апология сумасшедшего.

Источники: 1. Чаадаев П. Я. Статьи и письма. М., 1987 (или 2-е изд., доп. –М.,1989.

2.Чаадаев П. Я. Полное собрание сочинений и избранные письма. В 2-х т. – Т.1. - М., 1991.

3.Россия глазами русского. Чаадаев, Леонтьев, Соловьев. – Спб., 1991. (сер. «Истоки отечественной мысли»)

Для конспектирования: 1-е философическое письмо, апология сумасшедшего. Критическая литература.

1.Рашковский Е. Б., Хорос В. Г. Проблема «Запад - Россия - Восток» в философском наследии П. Я. Чаадаева // Восток – Запад. Исследования, переводы, публикации. Вып. 3. –М., 1988. - С 110-142.

2.Черепанов И. В. Исторические судьбы России в «Философских письмах» П. Я. Чаадаева //Общеественная мысль: исследования и публикации. Вып. 4. – М., 1993. - С 47-59.

3.Кантор В. «Имя роковое» (Духовное наследие П. Я. Чаадаева и русская культура // Вопросы литературы, 1986, №3. – С. 62-85.

4.Щукин В. Г. Культурный мир русскою западника // Вопросы философии, 1992.- №5. – С.

74-91.

5.Лебедев А. А. Любовь без радости (опыты посильных прочтений Чаадаева) // Вопросы философии, 1992, № 7. – С. 77-91.

Дополнительная литература.

1.Мережковский Дм. Чаадаев // Мережковский Дм. Акрополь. избранные лит. - критические статьи. – М. , 1991. – С. 294-303.

98

2.Мандельштам О.Э. Петр Чаадаев // Мандельштам О.Э. Сочинения. - В 2-х томах. Т. 2. –

М., 1990. – С. 151-159.

3.Андреева В. Киреевский и Чаадаев (опыт традиционной гносеологии) // Антология гнозиса. В 2-х томах. Т. 1. - Спб.,1994. – С. 251-264.

Занятие 2 (2) Историософские взгляды славянофилов. Тексты: Хомяков А. С. О старом и новом. Киреевский И. В. В ответ А.С. Хомякову.

Источники: 1. Русская идея / Сост. М.А. Маслин. - М., 1992. – С. 52-72.

4.Киреевский И. В. Избр. статьи. – М. , 1984. – С. 117-126.

5.Хомяков А.С. О старом и новом. Статьи и очерки. - М., 1988. – С. 41-56. Для конспектирования - укачанные тексты.

Критическая литература

1.Бердяев Н.А АС Хомяков как философ // Бердяев Н.А. О русской философии. В 2-х

частях. Ч. 2. Свердловск, 1991. – С. 32-37.

2.Хоружий С. С. Хомяков и принцип соборности // Хоружий С. С. После перерыва. Пути русской философии. Спб., 1994. – С. 17-31.

3.Песков А. М. Германский комплекс славянофилов // Вопросы философии. - 1992, № 8. – С. 105-120. (или в кн.: Россия и Германия. Опыт философского диалога.- М., 1993.- С. 53-94.

4.Славянофильство и современность. Сб. статей.- Спб., 1994. (статьи Кондакова И. В. , Лурье В. М. , Благовой Т. М. , Уланова М. В.)

5.Кондаков И. В. «Раздвоение единого» (Две линии в развитии русской культуры) // Вопросы литературы. – 1991. – Июль. –С. 38 -83.

Дополнительная литература.

1.Самарин Ю.Ф. Предисловие (к статье А. С. Хомякова «Церковь одна») // Лит. учеба. – 1991. – Кн. 3. – С. 131-146.

2.Митрихин Л.И. Протестантизм как феномен европейской культуры // Протестантизм. Словарь атеиста. М., 1990. – С. 6-28.

3.Пашкова Р. Т. Место и роль католицизма в истории европейской цивилизации // Католицизм. Словарь атеиста. М., 1991. – С. 6-19.

4.Анненкова Е. И. Исторический путь и этика православия в концепции А.С. Хомякова и Н. В. Гоголя // Христианство и русская литература. Сб. статей. – Спб., 1994. – С. 209-223.

5.Кулешов В. И. Славянофилы и русская литература. – М., 1976. – С. 53-77.

ТЕМА 2. ПРОБЛЕМЫ ТЕОРИИ РЕАЛИЗМА В. Г. БЕЛИНСКОГО И «НАТУРАЛЬНАЯ ШКОЛА» (3)

Тексты. 1. Белинский В. Г. Взгляд на русскую литературу 1847г.

2. Белинский В. Г. Вступление // Физиология Петербурга. Источники: 1. Белинский В. Г. Собр. соч. В 9 т. - Т. 8. - М., 1982. - С. 337-411.

2.Белинский В. Г. Собр. соч. В 9 т. - Т. 1. - М., 1982 - С. 127-136.

3.Белинский В. Г. Вступление // Физиология Петербурга. – М., 1991. - С 6-13. Для конспектирования - указанные тексты.

Критическая литература.

1.Мезенцев П. А. Белинский и русская литература. – М., 1965. – С. 294-341.

2.Гей Н. К. Белинский и русская литература // Белинский В. Г. Собр. соч. В 9 т. – Т. 1. -

М., 1976. - С 35-43.

3.Недзвецкий В. А. Манифест социальной беллетристики // Физиология Петербурга. – М., 1984. – С. 5-28.

4.Кулешов В. И. Натуральная школа в русской литературе XIX века. – Изд. 2-е. – М., 1982.

–С. 46-70,77-86.

Дополнительная литература

1.Манн Ю. В. Философия и поэтика «натуральной школы» // Проблемы типологии русскою реализма. – М. , 1969. – С. 241-305.

2.Егоров Б. Ф. Литературно-критическая деятельность Белинского. – М. , 1982.

99

3.Манн Ю. В. Натуральная школа. Белинский и развитие литературной теории // История всемирной литературы. - В 9 т. - Т. 6. – М., 1989. – С. 384-403.

4.Поляков М. Я. Виссарион Белинский. Личность - идеи - эпоха. – М. , 1960. – С. 520 - 534.

ТЕМА_3. СПОРЫ ВОКРУГ «НАТУРАЛЬНОЙ ШКОЛЫ» (4).

Тексты. 1. Ю. Ф. Самарин. О мнениях «Современника» исторических и литературных. 2. А. С. Хомяков О возможностях русской художественной школы.

Источники. 1. Русская эстетика и критика 40-50 годов XIX века. – М., 1982. – С. 126-191. 2. Хомяков А.С. О старом и новом. Статьи и очерки. - М., 1988. – С. 135159. Конспектирование: в статье Самарина - только то, что относится к «натуральной школе»,

статья Хомякова.

Критическая литература.

1.Кулешов В. И. Славянофилы и русская литература. - М., 1976. - С. 198-232.

2.Кулешов В. И. Натуральная школа в русской литературе XIX века. - Изд. 2-е. – М., 1982.

–С. 70-76.

3.Кошелев В. И. Эстетические и литературные воззрения русских славянофилов 1840 - 1850-е годы – Л., 1984. – С. 92-95, 150-162.

4.Литературные взгляды и творчество славянофилов 1830-1850-е годы. – М., 1978. – С.

216-234.

5.Кантор В. Средь бурь гражданских и тревог // Борьба идей в русской литературе 40 - 70

годов XIX в. – М., 1988. – С. 58-85.

6.Кантор В., Осповат Ал. Русская эстетика 40 - 50-х годов XIX века. Теория в контексте литературного процесса // Вопросы литературы. – 1981. - № 3. – С. 167-198.

ТЕМА 4. СТАНОВЛЕНИЕ РЕАЛИЗМА В РОМАНЕ. Занятие 1.

Роман И. С. Тургенева «Отцы и дети» в русской критике (5) Тексты. 1. Антонович М. А. Асмодиий нашего времени.

2.Писарев Д. И. Базаров.

3.Писарев Д. И. Реалисты.

4.Страхов Н. Н. И. С. Тургенев. «Отцы и дети».

Источники: 1. Роман И. С. Тургенева «Отцы и дети» в русской критике. – Л., 1986. – С. 43-

101.

2.Писарев Д. И. Литературная критика. - В 3 т. – Т. 1. – Л., 1984. – С. 230-281.

3.Писарев Д. И. Литературная критика. - В 3 т. – Т. 2. – Л., 1981. – С. 6 – 165.

4.Страхов Н. Н. Литературная критика. - М., 1984. – С. 181-210.

5.Тургенев в русской критике. – М., 1953.

Конспектирование - указанные тексты. Критическая литература.

1.Егоров Б. Ф. Борьба эстетических идей в России 1860-х годов. – Л., 1991. - С 73-135.

2.Прозоров В. В. Д. И. Писарев – М., 1984. – С. 33-42, 60-70.

3.Мысляков В. А. Писарев: романтик реализма//Русская литература, 1980, № 4. - С 3-17.

4.Новиков А. И. Нигилизм и нигилисты. Опыт критической характеристики. – Л., 1975. –

С. 54-88.

5.Скатов Н. Н. Русский критик Николай Страхов // Скатов Н. Н. Литературные очерки. –

М. , 1985. - С 65-106.

Занятие 2.

Роман И. С. Тургенева «Отцы и дети» в современной интерпретации (6). Основные работы.

1.Бялый Г. А. Роман о новых людях. Добролюбов о Тургеневе.

2.Манн Ю. В. Базаров и другие.

3.Курляндская Г. Б. Проблема характера в романах Тургенева.

4.Маркович Вл. М. Человек в романах И. С. Тургенева.

5.Маркович Вл. М. Кто такой Базаров?

Источники: 1. Бялый Г. А. Тургенев и русский реализм. - М.; Л., 1962. – С. 142-170. 2. Манн Ю. В. Диалектика художественного образа. – М. , 1987. – С. 97-132.

100

3.Маркович Вл. М. Человек в романах И. С. Тургенева – Л. , 1975. – С. 106-125.

4.Маркович Вл. М. И. С. Тургенев и русский реалистический роман 20 - 30-х годов XIX

века. – Л. , 1982. – С. 186-202.

Дополнительная литература.

1. Пустовойт П. Г. Роман И. С. Тургенева «Отцы и дети». Комментарий – Изд. 3-е,

дораб. – М. , 1991.

2.Лебедев Ю. В. Роман И. С. Тургенева «Отцы и дети». – М. , 1982.

3.Шаталов С. Е. Роман И. С. Тургенева «Отцы и дети» в литературно-общественном движении // Литературные произведения в движении эпох. – М., 1979. - С 75-131.

4.Тирген П. К проблеме нигилизма в романе Тургенева «Отцы и дети» // Русская литература. - 1993, № 1. – С. 37-47.

Занятие 3.

Роман И. А. Гончарова «Обломов» в русской критике (7). Тексты: 1. Добролюбов Н. А. Что такое обломовщина.

2.Писарев Д. И. «Обломов». Роман И. А. Гончарова.

3.Дружинин А. В. «Обломов». Роман И. А. Гончарова.

4.Мережковский Дм. Гончаров.

5.Анненский И. Ф. Гончаров и его Обломов.

Источники: 1. Роман И. А. Гончарова в русской критике. Сб. статей. – Л. , 1991 (статьи Добролюбова, Писарева, Дружинина, Анненского).

2.Добролюбов И. А. Литературная критика – В 2 т. – Т. 1. - Л., 1984. - С. 337-377.

3.(а) Дружинин А. В. Литературная критика. – М. , 1983. - С. 290-313.

(б) Дружинин А. В. Прекрасное и вечное. - М. , 1988. - С. 441 -461.

4.Мережковский Дм. Акрополь. Избр. лит. – критич. ст. – М., 1991. - С. 127-143.

5.Анненский И. Ф. Книги отражений. - М., 1979. - С. 251-271. Конспектирование: статьи Добролюбова, Дружинина. Дополнительная литература.

1.Петрова Н. К. Творчество И. А. Гончарова: пособие по спецкурсу. – М., 1979. – С. 40-60.

2.Отрадин М. В. «Обломов» в зеркале времени // Роман И. А. Гончарова «Обломов» в

русской критике. Сб. статей. – Л., 1991. – С. 1-19.

3.Скатов Н. Н. Соmme il faut русской критики (А В Дружинин) // Скатов Н. Н. Литературные очерки. – М. , 1985. - С 31-64.

Занятие 4.

Роман И. А. Гончарова «Обломов» в современной интерпретации (8). Тексты: 1. Десницкий В. Трилогия Гончарова.

2.Краснощекова Е. «Обломов» И. А. Гончарова.

3.Мельник В. И. Тип и идеал.

4.Кантор В. Долгий навык к сну (Размышления о романе И. А. Гончарова «Обломов»).

Источники: 1. Десницкий В. И. Избранные статьи по русской литерауре XVIII -XIX вв. -

М.; Л., 1958. – С. 291-332.

2.Краснощекова Е. «Обломов» И. А. Гончарова. – М., 1970.

3.Мельник В. И. Реализм Гончарова. Владивосток, 1985. - С 45-108.

4.Кантор В. Долгий навык к сну (Размышления о романе И. А. Гончарова «Обломов») // Вопросы литературы, 1989, № 1. – С. 146-175.

Дополнительная литература.

1.Тирген П. Обломов как человек-обломок // Русская литература. - 1990, № 3. – С. 18-33 (ср. Орнатская Т. И. «Обломок» ли Илья Ильич Обломов? // Русская литература. - 1991, № 4. – С. 223-330).

2.Гейро Л. С. Роман И. А. Гончарова «Обломов» // Размышления о романе Обломов. – Л., 1987. – С. 527-551.

3.От Пушкина до Белого: проблемы поэтики русскою реализма XIX – нач. XX века. – Спб., 1992 (см. статьи М. В. Отрадина, К. И. Ляпушкиной, П. Е. Бухаркина).

4.Фаустов А. А. Роман И. А. Гончарова «Обломов»: художественная структура и концепция человека. – Автореф. канд. дисс. - Тарту, 1990.

ТЕМА 5. СТАНОВЛЕНИЕ РЕАЛИЗМА В ДРАМЕ. Занятие 1.

101