история немецкой литературы билеты / нем литература-1 / 34 Теория Готтшеда и классицизм

Одним из зачинателей немецкого Просвещения является Иоганн Готшед (Johann Christoph Gottsched, 1700—1766) — профессор Лейпцигского университета, писатель и критик, деятельность которого содействовала оживлению немецкой литературы. Готшед был рационалистом, сторонником философии Вольфа, считавшего разум основным двигателем общественной жизни и рекомендовавшего начинать ее улучшение с усовершенствования разума, с просвещения общества. И Готшед приложил немало усилий для ознакомления бюргерства с культурными ценностями различных народов. Хотя деятельность Готшеда носила умеренный характер и не подрывала устоев существующего порядка, она вызвала враждебную реакцию церковных мракобесов, опасавшихся ослабления своего влияния на умы верующих. Из всех деятелей той поры Готшед наиболее ясно понимал глубокий упадок немецкой литературы и культуры в целом, и постепенно у пего возникает замысел реформы литературы и языка.

Наиболее полное и систематическое изложение взглядов Готшеда на литературу и театр содержится в его «Опыте критической поэтики для немцев» (Versuch einer kritischen Dichtkunst von die Deutschen..., 1730). В своем труде Готшед предстает как убежденный сторонник и популяризатор эстетики классицизма, основные принципы и правила которого он считает незыблемыми и обязательными для писателей. Книга Готшеда представляла собой систематическое изложение положений, заимствованных им у различных теоретиков классицизма, главным образом у французских.

Поэтика Готшеда носила строго нормативный характер. Излагаемые им правила он считал разумными, проверенными опытом «образцовых» писателей классицизма, и требовал их неукоснительного выполнения. Несмотря на определенную ограниченность поэтики Готшеда, на первых порах сказывалось ее благотворное воздействие на литературу, в которой еще не были преодолены барочные и прециозные традиции.

Прогрессивный характер реформы Готшеда был наиболее ощутим в области языка. Готшед призывал к созданию единого литературного языка, к преодолению языковой пестроты, характерной для различных земель Германии. В качестве нормы он предлагал разговорный язык образованных людей Верхней Саксонии. Борьба Готшеда за чистоту языка, за очищение его от диалектизмов, варваризмов, канцелярско-бюрократической лексики была составной частью проводимой им реформы театра и литературы. Стремясь повысить воспитательное воздействие литературы и искусства, он ратовал за поэзию гражданского пафоса, за драматургию Корнеля, Расина, Мольера. Однако он игнорировал значение исторических, национальных и демократических традиций. Готшед неодобрительно относился к народному театру, считая его грубым и нелепым. За незнание правил ему не нравился Ганс Сакс. Он не принимал даже Шекспира, полагая, что у него нет «хорошего вкуса».

Односторонняя ориентация на «образцовые» произведения французского классицизма помешала Готшеду найти правильное решение вопроса о путях развития немецкой литературы. Догматический характер его поэтики со временем становится помехой для развития национальной литературы. Вот почему в 60—70-е гг. вождь просветителей Лессинг занимает резко отрицательную позицию в отношении Готшеда.

Готшед написал три трагедии —«Умирающий Катон» (Der sterbende Cato, 1731), «Парижская кровавая свадьба» (Die Pariser Bluthochzeit, 1744) и «Агис» (Agis, 1745), созданные по всем канонам классицизма. Художественное мастерство этих пьес невысоко, хотя «Умирающий Катон» в свое время пользовался успехом у публики, что в немалой степени объяснялось гражданским пафосом трагедии. В ней нарисован образ благородного тираноборца и патриота Катона, преданного идеалам республики и свободы. Он ведет борьбу с Юлием Цезарем, стремящимся стать правителем Рима. В этой борьбе Катон терпит поражение. Не желая примириться с победой тирана, он предпочитает смерть, бросившись на собственный меч.

Однако республиканский пафос этой трагедии был расплывчатым и абстрактным. Сам Готшед не являлся сторонником республиканизма. Он был послушным верноподданным своих князей и ни о каких политических преобразованиях не помышлял. Склоняясь к принципам просвещенной монархии, Готшед в своей трагедии акцентировал внимание не на содержании политических идеалов Катона, а восхищался его мужеством и добродетелью.

Первыми критиками эстетики Готшеда выступили швейцарские писатели Иоганн Брейтингер (Johann Jacob Breilinger, 1701 —1. 776) и Иоганн Якоб Бодмер (Johann Jacob Bodmer, 1698—1783), тесно связанные с немецкой литературой. Их критика не отличалась последовательностью и цельностью. Они даже не оспаривали полностью рационалистической поэтики Готшеда, не отрицали авторитета Аристотеля и Буало. Расхождения проявились с самого начала по вопросу о том, что является решающим в поэтическом творчестве. В отличие от Готшеда, считавшего разум главной силой в творческом акте, «швейцарцы» решающее значение придавали воображению, фантазии.. Важнейшим для поэта, по Готшеду, было знание правил, а «швейцарцы» на первое место ставят талант, поэтическую одаренность.

«Швейцарцы» возрождают интерес к средневековой литературе, издавая «Образцы швабской поэзии XIII в.» (1747), «Собрание песен миннезингеров» (1758—1759). Большое значение имели и опубликованные ими отрывки из героического эпоса «Песнь о Нибелунгах» (1757).

Полемика «швейцарцев» привела к умалению авторитета Готшеда, к подрыву популярности эстетики классицизма, ставшей помехой на пути новых веяний в литературе. Правда, сами «швейцарцы» далеко не во всем занимали передовые позиции. Готшед был более прав, требуя внимания к общественно-значительной, гражданской тематике и изгоняя из литературы религиозно-мистические мотивы. Бодмер и Брейтингер, наоборот, увлекались религиозной, библейской тематикой. Отставание «швейцарцев» от передовых течений эпохи еще сильнее проявилось позднее, в полемике с Лессингом, Гердером и Гете.

Тоже самое в др книжке стр 245

http://imwerden.de/pdf/istoriya_nemetskoj_literatury_tom1_1985.pdf