Глава 33

Шизофреноподобные психозы при эпилепсии.

Вопрос, вынесенный в название главы, заслуживает вни­мания в силу схожести клинической картины психозов при двух заболеваниях и "эндогенного" происхождения обоих процессов (см. далее, в главе 41).

Пароксизмальные расстройства, доминирующие в клини­ке эпилептической болезни, не исчерпывают ее и не нахо­дятся, как считалось ранее, в антагонизме с аффективными, галлюцинаторными и бредовыми нарушениями. Кроме того, острые эпилептические психозы с признаками помраченного сознания (сумерки, онейроид и др.) расцениваются в качестве "эквивалентов" пароксизмам. Остро протекающие психозы с сохраненным сознанием (больные ориентированы в месте, во времени, собственной личности и кататимно воспринимают ситуацию) увязаны с пароксизмальной активностью намного меньше. Но и они больше напоминают "реакции экзогенного типа", т.к. в виде острого параноида, например, наполнены иллюзорным восприятием ("бред восприятия" по К.Ясперсу), истинными слуховыми и зрительными галлюцинациями. По­следние окрашены в яркие тона, а реальные предметы имеют радужную окантовку. Очень характерны т.н. метаморфопсии (макропсии, микропсии) - искажения форм и величин предме­тов и пространства. Пациенты резко возбуждены, склонны к разрушительным действиям, спасаются от "преследователей", либо агрессивны к ним. Больные видят в окружающих врагов, которые хотят уничтожить их самым жестоким образом, слы­шат угрозы и брань, реагируют соответствующим аффектом -от боязливого до злобного. Особенность острого эпилепти­ческого параноида состоит в том, что всегда сложно квалифи­цировать статус с помраченным и непомраченным сознанием.

Разновидностью острых состояний с сохранным созна­нием являются острые аффективные психозы у эпилептиков, которые чаще представлены монополярными, депрессивными и маниакальными, расстройствами с разнообразной психо-

145

патологической структурой. Депрессии обычно включают дисфорический оттенок, но могут быть и витальными с раптоидными суицидальными действиями. Маниакальные состояния часто сопровождаются экзальтацией, но без дви­гательного и ассоциативного ускорения.

"Эндоформные" (шизофреноподобные), т.е. хронические расстройства психотического уровня без помрачения созна­ния при эпилепсии, как правило, бывают на поздних этапах заболевания, через 10-15 лет после его начала и, нередко, на фоне нормализации ЭЭГ, с исчезновением, либо с урежением судорожных припадков.

Паранойяльные состояния относятся к наиболее ярким и красочным психозам при "божественной болезни". Такое название, возможно, эпилепсия получила когда-то в т.ч. из-за специфичной для нее формы и фабулы бреда религиозного содержания. По сути, отмеченные психозы можно называть "паранойяльными" лишь условно, так как наряду с системно-бредовыми идеями религиозно-мистического (сектантского) и религиозно-мегаломанического (мессианского) характера в их структуре присутствуют эмоции экстаза (одержимости), гал­люцинаторные эпизоды ("видения") и симптомы смешанных аффективных расстройств. Последние колеблются от "истово­го" покаяния с идеями "греховности" и самобичеванием, до гипоманиакальной и "парафренной" по содержанию (т.е. не­критичной) тенденцией выступать в роли "пророков". Такими остались в истории знаменитые эпилептики Магомет, Иван Грозный и Нострадамус. Такой, видимо, была и Жанна д'Арк. Довольно часто религиозная экзальтация у эпилептиков пре­бывает в тесной связи с болезненным сексуальным возбуж­дением, жестокостью и садизмом, о чем писал еще в 1901 г. П.Б.Ганнушкин в своей знаменитой статье "Сладострастие, жестокость и религия".

В отличие от шизофреников, паранойяльные эпилептики чрезвычайно откровенны, обстоятельно излагают свои идеи, иронично-ласкательно называют своих врагов и недоброже-

146

лателей, пользуются уменьшительными суффиксами. О себе и о единомышленниках отзываются некритично и высокопарно как о "самых достойных людях". Верят в собственную право­ту и в "торжество справедливости". Отличаются оптимизмом вне зависимости от реальной ситуации и обстоятельств. Фон настроения, как правило, экстатически-восторженный, а при противодействии окружающих - с тревожно-злобным аффек­том и с фанатичной неустрашимостью. Описывая т.н. "эпи-лептоидный тип реакции", П.Б.Ганнушкин указывал, что при нем "ситуационный и конституционный факторы не только не исключают друг друга, но даже действуют в одном направ­лении", что больной "...не погружается в самого себя, как шизоид или шизофреник, он ведет борьбу".

Хронические эпилептические психозы, галлюцинаторно-параноидные, парафренные и с кататонической симптомати­кой, по форме мало различаются с таковыми при шизофрени­ческой болезни. Их дифференциальная диагностика обычно строится на содержании психопродуктивных расстройств. К ним относится фантастически-устрашающая или религиозная тематика галлюцинаторных и бредовых переживаний, связь бредовых построений с фабулой вербальных галлюцинаций, а также легкая трансформация параноидных состояний в пара­френные. Расстройства чаще протекают на фоне сниженного настроения с дисфорической аффективной напряженностью, что также считается критерием дифдиагностики с шизофре­нией. Однако главным отличием эпилептических психозов и критерием их нозологической принадлежности по-прежнему остаются достоверные анамнестические сведения об имевших место пароксизмальных явлениях и психопатологический ана­лиз "негативных" эпилептических расстройств: эгоцентризма, торпидности и обстоятельности; напряженного и ригидного внутреннего эмоционального настроения с облегченной переменой внешнего аффекта - от слащавости, до брутально-злобной агрессивности. Патопсихологическим же доказатель­ством служат признаки т.н. "концентрической" деменции.

147