Аникст А.А. Шекспир. Ремесло драматурга

314 Конфликт

Кассирер определил этот принцип в общей форме. Один из создателей школы «истории идей», американский ученый Артур О. Лавджой, раскрыл эту идею вплоть до деталей. Он исследовал историю этой концепции и показал, что идея ступенчатости вселенной существовала с глубокой древности до XVIII века1. Ее признавал еще английский поэт-просветитель Александр Поп, развивавший ее в дидактической поэме «Опыт о человеке». В первом послании (1732) Поп описывает «обширную цепь бытия» (Vast chain of Being), началом которой является божество; эта цепь охватывает бестелесные существа, человека, животных, птиц, рыб, насекомых. Достаточно нарушить одно мельчайшее звено в цепи, как она разрушится. Поп тоже придерживается принципа ступенчатости. «Сломай ступень — вся лестница разбита», — уверяет он. Название концепции Лавджой заимствовал у Попа, заменив одно слово, — «великая цепь бытия» (the great chain of being) 2.

Обратимся, однако, к тем произведениям, которые принадлежат эпохе Возрождения. В некоторых из них представление о всеобщей связи вещей и живых существ получило очень ясную формулировку. Историк английской литературы Э. М. У. Тильярд нашел характеристику цепи бытия в одном латинском сочинении английского юриста XV века Джона Фортескью. «Порядок вещей таков,— писал он, — что горячее находится в гармонии с холодным, сухое — с мокрым, тяжелое — с легким, великое— с малым, высокое — с низким. Согласно этому порядку в небесном царстве один ангел выше другого, и

выше других, одни рыбы выше других; нет такого червя, ползающего по земле, птицы, летающей в вышине, рыбы, плавающей в глубинах, которых бы этот порядок не связывал в единое гармоничное согласие. Только ад, населенный исключительно грешниками, гордится тем, что не повинуется этому порядку [...]. Господь создал великое множество вещей и существ, и каждое хоть в каком-ни-

315 Великая цепь бытия

б у дь отношении отличается от других, и благодаря этому

ч е р в я, всякое существо выше или ниже какого-нибудь

телей Западной Европы эпохи Возрождения. В XVI веке она приобрела большую популярность. Ее излагал, например, итальянский гуманист Аннибале Ромеи в «Ака-

встречается в «Священной неделе» француза Дю Барта и в «Королеве фей» англичанина Спенсера. Можно было бы привести большой список произведений гуманисти-

жить, в чем конкретно заключалась система великой цепи бытия.

Как мы уже знаем, два крайних полюса мироздания — высшая духовность и низменная материя. Самая примитивная форма бытия — простое существование. Таково состояние мертвой природы. К ней принадлежат первичные элементы — земля и вода, камни и металлы. Уже на этой ступени существуют свои различия: вода благороднее земли, бриллиант ценнее булыжника, золото и серебро — благородные металлы (до сих пор их считают таковыми), а медь и олово — неблагородные.

На следующей ступени бытия у предметов обнаруживается первый признак жизни: они не только существуют, но и растут. В растительном мире есть свои градации:

316 Конфликт

чия. Самый благородный цветок — роза, среди деревьев на первом месте дуб.

В животном мире к простому существованию и росту добавляется чувство. Животные обладают ощущениями и чувствами. В царстве рыб первенствующее значение принадлежит киту, а у зверей царем является лев.

Человек — высшее из существ материального мира. Он существует, растет, чувствует и — мыслит. Разум есть то, что возвышает человека над всем прочим земным миром. Вместе с тем именно разум связывает его с миром высшей духовности.

В мире людей также установлены различия по положению: самое низшее положение занимают крестьяне и горожане, люди без звания и потому неблагородные; в общем все неблагородные составляют одну темную массу. Зато среди благородных множество степеней, отражающих структуру феодального общества. Есть своя градация благородства у духовенства — простой священник, настоятель, епископ, архиепископ, кардинал, папа римский; своя иерархия у дворянства — оруженосец, рыцарь, граф, барон, герцог, король.

Небесный мир делится на несколько сфер, и чем выше сфера, тем выше степень духовности. В этом мире существуют свои степени среди ангелов — от серафимов и херувимов до архангелов. В небесном мире ангелы воплощают чистый интеллект, а бог — чистое бытие.

В этой космической системе, конечно, отразилась сословная иерархия феодального мира, распространенная на всю вселенную. Интересно заметить, что в этой системе была, если угодно, своя диалектика. Различия устанавливались настолько строго, что переход из одного состояния в другое не мыслился. Но вместе с тем весь этот огромный мир был взаимно связан и находился в состоянии гармонии.

Всеобщая связь вещей состояла в том, что между отдельными ступенями бытия существовало соприкосновение. В «Полихрониконе» Хигдена (XV век) говорится: «Согласно всеобщему порядку вещей, вершина низшего класса касается нижней части класса высшего; так, например, улитки занимают, как известно, низшее место

319 Великая цепь бытия

голову короля, а только такой, которая «расщепляет дубы» (III, 2, 5), потому, что дуб — король среди деревьев. И если у Ричарда II «орлиный взор» (PII, III, 3, 71), то королю и положено иметь глаза только такие, как

уцаря птиц.

Впервой части «Генри IV» разбросаны всевозможные сравнения того же рода. Один из мятежных лордов так описывает короля и принцев, выступивших, чтобы подавить бунтовщиков:

В роскошных шлемах, в пышном блеске лат, Слетаясь умеете, как орлы с купанья, Они сверкали золотом кольчуг, Как воинство небес в иконостасах,

Ибыли молоды, как месяц май,

Игорячи, как середина лета. Они резвились в преизбытке сил.

не помышляет о том, чтобы стать королем. Его амбиция поскромнее, но достаточна велика, 'как это явствует из его знаменитой речи:

Клянусь душой, мне было б нипочем До лика бледного луны допрыгнуть, Чтоб яркой чести там добыть...

(I, 3, 201. ЕБ)

Как видим, он не посягает на солнце, с него достаточно более скромного светила — луны. Всем строем образов подчеркивается героический характер его личности. «Престола он достойнее, чем ты» (ITIV, III, 2, 98),— говорит Генри IV своему сыну, собутыльнику Фальстафа. Хотспер «не отступит перед оскаленною пастью льва» (III, 2, 101), пусть он молод, все же он «Марс в пеленках» (111,2, 112).

История принца Генри, будущего победителя при Азинкуре, раскрыта Шекспиром не только в комических и драматических сценах, она подкреплена образами цепи

320 Конфликт

что он проводит время в неподобающем обществе, якшаясь со всяким сбродом:

Право, я не знаю, Наверно, я так бога прогневил, Что он мне превращает в наказанье Родного сына, собственную плоть?

Меня ты убеждаешь с каждым шагом, Что избран для меня таким бичом. Иначе как понять, скажи на милость, Твой образ жизни, низменный разгул И эту неразборчивость во вкусах? Скажи мне, как все это примирить С твоей высокой королевской кровью?

(1Г1V, III, 2, 4. БП)

Эту же мысль в полном соответствии с понятиями цепи бытия выражает Фальстаф в пародийной сцене, когда он играет роль короля и попрекает принца: «Если ты мой сын и надежда Англии, то почему ты так безнадежно опустился? Может ли благодатное небесное светило стать бродягой и лакомиться придорожной ежевикой?» (lriV, II, 4, 447). Еще раз пользуется Фальстаф образами цепи бытия для оправдания. Фальстаф проявил трусость и убежал, когда на него напали переодетые принц и Пойнс. Чтобы отвести обвинение в трусости, толстый рыцарь врет: «Скажите сами, господа, мог ли я броситься с оружием на наследника престола? А вдруг я убил бы его? Ты знаешь, Гарри, я храбр, как Геркулес. Ничто не может остановить меня, когда я разойдусь. Кроме инстинкта. Лев чутьем всегда узнает настоящего принца и никогда не тронет его, вы подумайте? О, инстинкт— великая вещь! Сегодня я сробел, потому что инстинкт остановил меня. Я горжусь этим вдвойне. Горжусь тем, что львиный нюх не обманул меня, горжусь тем, что твоя королевская кровь не осталась неузнанной» (I Г IV, II, 4, 296. ЕБ).

Наконец, сам принц тоже помнит, какое место он занимает в цепи бытия. Ему понятно, что он унижает себя обществом трактирных забулдыг, но, где бы он ни был, он всегда остается царственным лицом; хотя сейчас царственность его скрыта, в нужный момент она обнаружится: