tom1

ского, Оргеевского и Сорокского уездов и Подольской губернии – А.И. Погибко (1857– 1939). Филлоксерная комиссия издавала подробные отчеты по обследованию виноградников в Бессарабии, Херсонской и Подольской губерниях. Афанасий Иванович Погибко стал основоположником мелиорации в Приднестровье, написал более 60 научных работ по проблематике плодоводства и виноградарства, мелиорации и метеорологии, защиты растений от болезней и вредителей.

В борьбу с филлоксерой, которую в 1886 г. в регионе возглавил А.И. Погибко, активно включились известные биологи, воспитанники Новороссийского университета Е.Л. Рекало, И.М. Красильщик, А.А. Околович. Под руководством академика А.О. Ковалевского они тщательно обследовали виноградники, провели различные мероприятия по уничтожению филлоксеры и лечению виноградных кустов. Следует особо отметить заслуги А.И. Погибко, который в 1885 г. написал популярную брошюру «Филлоксера (Phylloxera va statrix) – истребительница виноградников». Уже в 1886 г. ее перевели на молдавский язык. Она и теперь не утратила своей практической значимости как руководство по распознаванию вредителей виноградников.

Первое знакомство А.И. Погибко с днестровской долиной состоялось в конце XIX в. Уже тогда он оценил перспективы края и стал родоначальником значительных преобразований на приднестровской земле. Его недаром называют «патриархом мелиорации Приднестровья», первым мелиоратором республики. По его инициативе было начато обвалование Днестра и созданы очаги плавневого садоводства и овощеводства. Большое внимание ученый уделял изучению метеорологических условий края. Научная и общественная работа А.И. Погибко была тесно связана с деятельностью таких выдающихся людей России, как И.И. Мечников, А.О. Ковалевский, М.М. Коцюбинский.

По инициативе профессора А.В. Клоссовского была организована в 1886 г. метеорологическая сеть юго-запада России, в задачу которой входило детальное изучение климата и подготовка материалов для прогнозирования погоды. Она финансировалась

ручев четко определил зависимость земледельческой культуры от климата местности: «Культура в основных частях своих регулируется климатом, и высшее знание, которое прежде всего необходимо хозяину, есть основательное знание климата. Каким удивительным светом озарились бы многие – теперь темные – стороны нашей земледельческой техники, если бы мы стояли в большем знании наших климатических условий». Главным условием успешного развития виноградарства Неручев считал выбор сортов, соответствующих местным условиям, а в виноделии – строительство современного погребного хозяйства. Проблемы сушения фруктов волновали М.В. Неручева не менее, чем борьба с филлоксерой. Он предлагал для производства сухофруктов применить артельный метод, что позволило бы сельскому населению получать доходы и привлекло бы их внимание к занятиям садоводством.

Одним из первых М.В. Неручев обнаружил бесперспективность возделывания яровой пшеницы на юге страны, доказав выгоду посева озимой. Академик В.Р. Вильямс очень высоко ценил работы М.В. Неручева. Он указывал, что труды В.В. Докучаева, А.А. Измаильского, К.А. Тимирязева, П.А. Костычева, А.Н. Энгельгарда, М.В. Неру- чева – это те научные основы, на которых в течение нескольких десятилетий строилась исследовательская работа всех опытных учреждений степной полосы.

Âсвоих воззрениях на природу М.В. Неручев был материалистом. Он пропагандировал материалистическую концепцию природы, приветствовал демократические идеи. Среди русских книг в библиотеке К. Маркса была и неручевская работа «Русское землевладение и земледелие» (1877). Она числится в списке Маркса «Русское в моей библиотеке» под ¹ 50. На ней есть пометки Маркса, свидетельствующие об основательном изучении им книги. Прогрессивные идеи М.В. Неручева сыграли большую роль в укреплении русско-молдавских культурных связей и в борьбе идей материализма с идеализмом в крае.

Âконце века в регионе широко развиваются энтомологические исследования. Их проводили работники земского краеведческого музея, а также сотрудники биоэнтомологической станции, основанной в 1911 г. в Кишиневе. Заметную роль в этом направлении сыграл доктор естественных наук энтомолог И.М. Красильщик (1857–1921), ученик и друг великого русского ученого И.И. Мечникова. Воспитанник Новороссийского университета, он уже в первых своих научных работах заявил о себе как о серьезном исследователе-материалисте. По предложению И.И. Мечникова, ученый в 1884 г. приступил к изучению вопроса об эффективности применения грибка в борьбе с вредными насекомыми. Его опыты показали, что необходимо в самой природе искать естественных врагов насекомых. И.М. Красильщик и И.И. Мечников на собственные средства основали небольшой завод по изготовлению мюскардины – грибка, убивающего вредителей сельского хозяйства. Однако царские власти не поддержали это полезное начинание, и опыт отечественных ученых внедрили у себя французы.

Создатель и первый заведующий биоэнтомологической станцией И.М. Красильщик был одним из пионеров биологического метода борьбы с вредителями зерновых и пло- дово-ягодных культур. Он изучил методы борьбы с саранчой, установив, что источником распространения этого вредителя на юге России является дельта Дуная. В середине 80-х годов он дважды выезжал в Румынию, где организовывал мероприятия по унич- тожению саранчи. Результатам своей деятельности ученый посвятил работы «Саранча

âдельте Дуная» (1886), «Когда и как бороться с саранчой» (1890) и др. В Бессарабии и Приднестровье, на Украине и Кавказе им были проведены энтомологические исследования. И.М. Красильщик изучал действие различных ядов на насекомых, открыл бактерии, губящие вредителя свеклы лугового мотылька.

Свою лепту в развитие биологической науки внес магистр зоологии, молдавский ученый А.Ф. Стуарт. Еще в 60-е годы он совместно с И.И. Мечниковым и А.О. Кова-

левским заложил основы сравнительной эмбриологии, способствовал творческому развитию дарвинизма. Его научные труды не утратили своего значения и в настоящее время. Велика заслуга А.Ф. Стуарт и в развитии губернского земского музея в Кишиневе. Под его редакцией вышел капитальный труд о виноградарстве Бендерского уезда. Наиболее полные данные о состоянии виноградарства и виноделия в Приднестровье содержат труды М. Балласа, А.И. Погибко, Т.И. Осадчего. В них указаны площади виноградных плантаций и их распределение по волостям, селам и городам, валовой сбор винограда и объем произведенного вина; товарность производства; освещены порядок владения виноградниками, взаимоотношения между мелкими и крупными владельцами.

Флору и фауну края изучали русские и украинские ученые: Н.А. Окиншевич, автор книги «Леса Бессарабии в их отношении к рельефу местности» (1908); И.К. Пачосский, опубликовавший в 1910 г. труд «Основные черты развития флоры юго-западной России»; уроженец Бендер Л.С. Берг, автор книги «Рыбы пресных вод России» (1916),

âкоторой описаны 74 вида рыб, обитавших в водах Днестра.

ÂXIX в. геологические исследования проводились русскими и некоторыми иностранными учеными, предпринимавшими многочисленные экспедиции в европейскую часть России (Г.К. Бледе, Н.П. Барбот де Марни и др.). В 1883 г. профессор Новороссийского университета И.Ф. Синцов составил первую крупномасштабную геологическую карту с объяснительной запиской, которая систематизировала накопившийся геологический материал и сохранила научную ценность вплоть до начала в 1946 г. работ по глубокому бурению на территории Молдавии. Значительный вклад в изучение геологического строения края внесли в конце XIX и начале XX в. русские ученые, члены Геологического комитета Н.И. Андрусов, Н.А. Соколов, Н.А. Григорович-Березовский, В.Д. Ласкаров, В.И. Крокос, О.К. Ланге и др. В 1916 г. Ф.С. Поручик опубликовал свои книги «Записки о некоторых результатах гидрологического исследования Приднестровья и о распространении водоносных горизонтов в Бессарабии» и «Геология Бессарабии», сделав выводы об образовании силурийских пластов Поднестровья.

Трудно назвать фигуру более крупную, более заметную среди местных агрономи- ческих деятелей дореволюционного периода, чем Н.К. Могилянский (1877–1966). Поражает энциклопедичность его знаний, широта и глубина охвата изучаемых явлений и процессов. Библиография его работ включает более 150 наименований по экономической географии, статистике, плодоводству, виноградарству и виноделию. Н.К. Могилянский был редактором журналов «Листок виноградарства, виноделия и плодоводства» (1902–1903), «Виноградарство и виноделие» (1904–1907), «Бессарабское сельское хозяйство» (1908–1917), привлек к участию в этих изданиях видных русских и украинских ученых. Им были изданы книги краеведческого характера: «Беседы о плодовом и ягодном виноделии» (1904), «Бессарабское виноградарство и виноделие и их нужды» (1910), «Географический и статистический очерк Бессарабской губернии» (1912), «Плодовые сортименты для Бессарабии» (1912), «Чем объяснить дождливость последних лет» (1912), «Материалы для географии и статистики Бессарабии» (1913) и др. Богатый фактологи- ческий материал его трудов помогает воссоздать широкую картину развития в дореволюционное время как Пруто-Днестровского междуречья, так и всего Приднестровья.

Немалой известностью пользовался и уроженец края ученый-агроном П.С. Боканча (1889–1956). Книга ученого «Практические указания по возделыванию кукурузы и озимой пшеницы в американском пару» (1912), изданная на его личные средства, была удостоена золотой медали. Другие его труды – «Агрикультура и кооперация» и «Агрономи- ческие центры в Бессарабии» – были высоко оценены научной общественностью. Имя П.С. Боканчи вошло в историю края благодаря не только его научным изысканиям, но и замечательному автобиографическому рукописному труду «Записки бессарабца (По-

весть жизни и работы)», который до сих пор ждет своего издателя. Двухтомник содержит фрагменты журналов и газет, уникальные фотографии, удивительно острые и проницательные наблюдения автора. Он представляет большую ценность для историков, агрономов, географов, этнографов, педагогов, краеведов и когда-нибудь, несомненно, станет доступен широкому кругу читателей.

Весомый вклад в развитие сельскохозяйственной науки и практики Приднестровья внесла Плотянская опытная станция. Основная работа станции велась в направлении преодоления зависимости высоты урожая от засушливого климата. Станция объединяла опытное поле, химическую лабораторию, метеостанцию, виноградник. В течение 20 лет коллектив ученых-энтузиастов проводил самые разнообразные изыскания в области закономерностей роста и развития сельскохозяйственных растений, исследовал агротехнику полевых культур (предшественники, система обработки почвы, эффективность органи- ческих и минеральных удобрений, семеновод-

Ф.Б. Яновчик ство, семеноведение). На станции большое внимание уделялось изучению агротехники возделывания пшеницы, кукурузы, сахарной свеклы, кормовых трав, винограда.

За время работы станции (1894–1914) издано 18 годовых отчетов, сводный отчет за десятилетие, большое количество статей и монографий. Ученые публиковали свои труды не только на русском, но и на иностранных языках, что позволяло широко информировать западноевропейских и американских ученых о достижениях станции. Проведенные на станции исследования доказали большое значение многолетних трав для степного земледелия, необходимость удобрений для черноземных почв юга.

На Плотянской станции впервые в России для проведения опытов использовались лизиметры, изучалось влияние качества обработки почвы на образование нитратов, были основаны опытный виноградник и энольная лаборатория. Экспериментаторы пропагандировали свои научные достижения путем демонстрации различных опытов на показательном поле большой площади, что привлекало внимание местных земледельцев. Заслуга

г. Бендеры. Дом, где родился Л.С. Берг

ской школы химиков-органиков, один из основоположников учения об органическом катализе, автор более 600 научных трудов.

Тираспольчанином был и Д.Н. Зейлигер (1864–1936), выдающийся математик и механик, заслуженный деятель науки РСФСР, основные исследования которого посвящены линейной геометрии. Он получил звание профессора Казанского университета, а в дальнейшем был ректором Казанского политехнического института.

Академика Л.С. Берга (1876–1950), родина которого – г. Бендеры, с полным основанием можно назвать ученым-энциклопедистом (ихтиолог, зоолог, геоморфолог, основатель отечественного озероведения (лимнологии), климатолог, популяризатор географической науки). Он являлся президентом Географического общества СССР и автором почти 700 научных трудов, в том числе работ по географии Молдавии. Дань родному краю он отдал в первой печатной работе «Коллекция рыб Бессарабской губернии» (1897), посвященной ихтиофауне рек края, в монографии «Бессарабия. Страна–люди– хозяйство» (1918) и работе «Население Бессарабии. Этнографический состав и численность» (1923). Берг первым предложил название «Кодры» для центральной возвышенной лесистой части Бессарабии. Более 60 латинских названий растений и животных связаны с его именем.

Бендеры – родина академика К.К. Гедройца (1872–1932), агрохимика и почвоведа, обогатившего отечественную и мировую науку исследованиями в области почвенных коллоидов, поглотительной способности почв, питания растений, мелиорации кислых и засоленных почв. К.К. Гедройц был президентом Международной ассоциации поч- воведов, руководил Почвенным институтом АН СССР, за работы в области почвоведения и агрохимии удостоен премии имени В.И. Ленина.

С именем бендерчанина академика Е.К. Федорова (1910–1981) связаны полярные исследования Арктики. Он принимал участие в экспедициях на Землю Франца-Иоси-

фа, на полуостров Таймыр, во второй зимовке на полярной станции мыса Челюскин; работал вместе с Д. Папаниным на первой советской дрейфующей станции «Северный полюс-1»; возглавлял главное управление гидрометеослужбы страны; был вице-прези- дентом Всемирной метеорологической организации.

В Дубоссарах родился выдающийся русский хирург, профессор Московского университета И.В. Склифосовский (1836–1904). Его труды по хирургии обогатили отече- ственную медицину, а внедренные им методы операций в военно-полевой хирургии и принципы асептики и антисептики способствовали спасению тысяч человеческих жизней.

Таким образом, в XIX – начале ХХ в. духовность и культура развивались в Приднестровье достаточно интенсивно и его территория, оставаясь провинцией Российской Империи, вовсе не представляла собой глубокого захолустья и «медвежьего угла», как это иногда представляется. Находясь под мощным влиянием силового поля культурного притяжения России, духовная атмосфера в Приднестровье определялась общими со всей Новороссией историческими судьбами. В такой атмосфере могли творить многие выдающиеся деятели науки и искусства, составившие славу и гордость Отечества.

Образование. Присоединение края к России в конкретных исторических условиях обусловило более благоприятные предпосылки для развития экономики, культуры, образования и общественной мысли.

К моменту присоединения к России (конец XVIII в.) в Приднестровье не было ни одного учебного заведения. Лишь 1 августа 1812 г. открылось уездное училище с низшим его отделением в Тирасполе, подчинявшееся правилам народного просвещения, утвержденным 24 января 1803 г. императором Александром I. В них говорилось: «Главная идея учебной организации высказывается в следующих постановлениях. Для нравственного образования граждан соответственно обязанностям и пользам каждого состояния определяются четыре рода училищ: 1) училища приходские, 2) уездные, 3) губернские или гимназии и 4) университеты… В каждом уездном городе должно быть по крайне мере одно уездное училище». Согласно учебному плану в Тираспольском уездном училище преподавали закон божий, священную историю, катехизис, евангелие,

Тирасполь. Женская гимназия. Фото начала ХХ в.

стали учреждаться школы и пансионы для воспитания девочек из привилегированных семей, т. е. к образованию приобщали и женщин. В 1842 г. в Бендерах женой отставного поручика Келмаша был основан первый женский пансион. Как и в других частных пансионах для девиц высшего сословия, в этих неполных средних учебных заведениях главное внимание уделялось преподаванию рукоделия и французского языка.

В 40–50-е годы некоторые священники стали открывать церковно-приходские школы грамоты. До середины 60-х годов преподавание в этих школах велось на русском и молдавском языках, а впоследствии – только на русском.

До 70-х годов в Приднестровье не было средних учебных заведений. Учреждение гимназий началось лишь с 70-х годов XIX столетия, а наибольшее их количество появилось в последнее десятилетие. Тем не менее школ региону явно не хватало.

25 мая 1889 г. в Тирасполе были открыты четырехклассные частные мужские прогимназии, что явилось крупным шагом к просвещению городского населения. А через четыре года, 24 февраля 1893 г., открылась женская прогимназия, которая 1 августа 1900 г. была преобразована в гимназию, в восьми основных и одном подготовительном классе которой трудились 23 преподавателя. 1 июля 1904 г. начало функционировать реальное шестиклассное училище с седьмым дополнительным классом, а также коммерческим отделением. После включения в учебный план латинского и греческого языков (1914) его выпускники получили право поступать в университет. Доступ в указанное учебное заведение был практически возможен только для детей состоятельных людей – землевладельцев, торговцев, чиновников и священников, изредка сюда могли попасть и дети зажиточных крестьян. Начальная школа предназначалась лишь для бед-

нейших трудящихся и крестьян, но и она далеко не всем была доступна. В таких учебных заведениях обучалось не более двадцати процентов детей школьного возраста.

Таким образом, система школьного обу- чения носила сословный характер. Об этом свидетельствует наличие двух образовательных систем: для господствующих классов и для народа, а также значительное многообразие типов школ, работающих по разным программам.

Лучшие представители передовой педагогической мысли оказывали помощь народу края в развитии просвещения. Ярким примером является деятельность выдающегося русского ученого-медика и педагога Н.И. Пирогова (1810–1881). Будучи попечителем Новороссийского (Одесского) учебного округа (1856–1858), куда входило и Приднестровье, Н.И. Пирогов следовал принципам, из-

ложенным в его знаменитых «Вопросах жизни»: старался придать образованию народный и общедоступный характер, решить основную задачу школы – воспитание высоконравственной личности, формирование у юношества стремления к знаниям и твор- честву, – хотя сделать это в сложившихся условиях было крайне сложно. Н.И. Пирогов активно выступал за просвещение народа, был противником телесных наказаний в школе. Классическую гимназию он рассматривал как идеал среднего учебного заведения. Требуя развития просвещения не только для молдаван и русских, но и для других национальностей края, Пирогов полагал, что важнейшую роль в этом должен сыграть Новороссийский университет в Одессе, открытый в 1865 г. В годы педагогической деятельности Пирогова заметно расширилась сеть народных училищ в округе, в Бендерах в 1876 г. открылась женская гимназия.

Во второй половине XIX в. многие выпускники средних учебных заведений, в том числе и выходцы из Приднестровья, устремились в университеты и институты России (Петербургский, Московский, Киевский, Новороссийский и др.). Среди них неуклонно возрастал удельный вес детей из семей разночинцев – учителей, врачей, зажиточных мещан и крестьян. Идеи Н.И. Пирогова и его практическая деятельность оказали большое влияние на педагогическую мысль и прогресс народного образования в крае.

Âразвитии школьного образования определенную роль сыграло и земство. В

ñ.Слободзея (около 13 тысяч жителей) в 1907 г. были три школы – земская, министерская двухклассная и церковноприходская. В Бендерском уезде в 1912/13 учебном году насчитывалось 35 земских школ. Определенное развитие получало и среднее образование, особенно с конца XIX в. В 1905 г. в Бендерах начало действовать реальное учи- лище, в 1912 г. – частная женская гимназия, а в следующем году – еще одно женское среднее учебное заведение; в Тирасполе реальное училище было открыто в 1904 г.

Среди общеобразовательных средних учебных заведений преобладала классическая гимназия, готовившая учащихся к поступлению в университет и другие высшие учебные заведения. Учащиеся же реальных училищ могли поступать только на физико-математи- ческий факультет университета и в технические учебные заведения. В гимназии больше внимания уделяли гуманитарным наукам, особенно филологическим, а в реальных учи- лищах в основном изучались естественные и физико-математические дисциплины.

Тирасполь. Реальное училище. Фото начала ХХ в.

С 1913 по 1917 г. по инициативе уездного Бендерского земства издавался снача- ла в Одессе, а затем в Бендерах иллюстрированный периодический журнал «Школьные экскурсии и школьный музей», в виде приложения к нему выходила брошюра «Спутник натуралиста». Издание предназначалось в основном для оказания практи- ческой помощи учителям в организации школьной работы по изучению родного края. Среди авторов журнала были учителя и ученые, главным образом члены Бессарабского общества естествоиспытателей и любителей естествознания. Появление такого издания в крае свидетельствовало о проникновении сюда идей русских передовых педагогов.

Накануне мировой войны 1914–1918 гг. на территории современных Слободзейского, Тираспольского, Григориопольского и Дубоссарского районов насчитывалось 100 начальных школ всех типов: среди них земских – 31, общественных – 27, церковноприходских – 25, министерских – 15, других – 2. В этих начальных школах обучалось около 9,2 тыс. детей. Размещались они зачастую в неприспособленных помещениях, испытывали значительные трудности в обеспечении учебниками, литературой, наглядными пособиями, школьно-письменными принадлежностями. Ассигнования на народное образование выделялись крайне скудные. Поэтому и земские, и церковноприходские, и министерские школы находились в тяжелом положении.

Таким образом, несмотря на некоторое развитие системы народного просвещения, создание сети начальных школ и средних учебных заведений, большинство приднестровских детей, особенно из бедняцких, пролетарских и батрацких семей, и в начале ХХ в. оставались за пределами этой системы, не посещали школу и чаще всего были обречены на безграмотность. В этом плане положение народного образования в Приднестровье ничем не отличалось от большинства регионов обширной Империи. В.И. Ленин справедливо писал в это время (1913 г.): «Такой дикой страны, в которой бы массы народа настолько были о г р а б л е н ы в смысле образования, света и знания, – такой страны в Европе не осталось ни одной, кроме России. И эта одича-