Психология экстремальных и чрезвычайных состояний. Учебное пособие

транс являются феноменами, родственными состоянию пустого взора (Коган, 2010).

2) апперцепция становится возможна на какой-то ограниченный промежуток времени, но способность к запоминанию серьезно нарушена, вследствие чего никакое содержание не удерживается в памяти; 3) едва заметное воспоминание в условиях аномального состояния возможно, но материал, отложившийся в памяти, раз­рушается под воздействием органического процесса; чаще всего это наблюдается при ретроградных амнезиях, например, после травм головы, когда все, что было пережито в течение последних часов или дней перед получением травмы, совершенно угасает; 4) расстройство способности вспоминать. Содержание в полном объ­еме присутствует в памяти, но способность к его воспроизведению утрачена и успешное воспроизведение данного содержания воз­можно под действием гипноза. Этот вид амнезий были исследован Жане. Пациенты не могут вспомнить некоторые переживания (си­стематическая амнезия), или какие-то определенные периоды сво­ей жизни (локализованная амнезия), или свою жизнь в целом (об­щая амнезия). Они не кажутся субъективно пораженными амнези­ей. Эта амнезия может исчезнуть – либо сама собой (нередко она

ных подробностей, при котором ни их взаимоотношение во време­ни, ни их контекст не выявляются».

Методы, позволяющие выявлять целостные комплексы пере­живаний, целостные систематические контексты, среди которых гипноз, подходят, главным образом, к амнезиям, наступающим после особо сильных аффектов и истерическим амнезиям (Тараб­рина, 2001).

тивный процесс изолирует переживания психотравмирующих си­туаций, которые сопровождаются интенсивными негативными эмоциями. Психотравмирующая ситуация дробится на отдельные фрагменты, при этом восприятии. Фуги, амнестические эпизоды, реактивные преходящие диссоциативные эпизоды – это примеры диссоциативных состояний, которые служат цели изоляции трав­матических переживаний.

Аффекты, чувства, некоторые эмоции и импульсы, на пережива­ние которых в той или иной культуре наложено табу, могут выра­жаться только в контексте особых санкционированных ритуалов, обрядов, церемониалов и празднеств. Эти ритуалы для участников высвобождают и выражают табуированные чувства, эмоции и им­пульсы в контексте диссоциативного состояния, которое можно было бы уподобить своего рода «контейнеру», содержащему чув­ства, агрессивные импульсы, связанные с неисполнимыми жела­ниями или фрустрацией. Человек получает возможность выражать эти чувства в символической или непосредственной форме, не ис­пытывая при этом вину или страх в связи с нарушением рамок со­циальных ограничений или цензурой «Супер-Эго».

Диссоциация, как механизм психологической защиты, помо­гает индивиду справиться с сильными негативными эмоциями, вызванными воздействием события или факторов психотравмиру­ющей ситуации. Основной задачей диссоциации, как защитного механизма, указывает Агарков В.А., является учет требований ре­альности и сохранение с ней связи. Это достигается за счет един­ства структуры внутреннего мира и нарушения цельности. Он счи­тает, что диссоциация занимает особое место среди механизмов психологической защиты, поскольку основной ее функцией явля­ется не столько разрешение внутренних конфликтов, сколько со­владение с сильными негативными переживаниями, которые воз­никают при чрезвычайных обстоятельствах. Диссоциация – это нормальная реакция на травму; человек, попавший в психотравми­рующую ситуацию, может активизировать диссоциативный за­щитный механизм. Но не всегда, эта нормальная реакция приводит к «нормальным» последствиям. Интенсивная диссоциативная ак­тивность в момент переживания психотравмирующей ситуации может стать причиной развития диссоциативной или иной психо­патологии в будущем» (см.: Агарков, Тарабрина, 2010).

чрезвычайной ситуации и следует за ее первичной когнитивной оценкой. Она изолирует эмоциональные и сенсорные элементы переживания;

В заключение необходимо отметить, что диссоциация являет­ся, фундаментальным свойством психики и лежит в основе многих феноменов, имеющих место как при «нормальном» функциониро­вании психики, так и во многих видах психопатологии. Множе­ство форм диссоциативных состояний, а так же их распространен­ность, дают основание предполагать, что они занимают важное место в функционировании психики и обладают большой ценно­стью с точки зрения адаптации к меняющимся условиям окружа­ющей среды. Этим обстоятельством можно объяснить лавинооб­разный рост числа исследовательских работ, посвященных изуче­нию различных аспектов диссоциации, за рубежом за последние 30 лет. Накоплен и постоянно пополняется огромный эмпириче­ский материал, в который вошли результаты опросов, эксперимен­тов и клинических наблюдений.

нов, как на нормальной популяциях, так и на клинической. DES пе­реведена на многие языки, в том числе русский (Агарков, Тарабри­на., 1998) с использованием этой методики проведено более тысячи исследовательских работ. Данная шкала представляет собой адап­тированный вариант англоязычного опросника DES, разработанно­го американскими учеными Франком Патнемом и Евой Бернштейн в 1986 г. Предназначен опросник для оценки частоты переживания субъектом трансситуативных диссоциативных состояний. Шкала диссоциации (ШД) была сконструирована как инструмент для рабо­ты в клинике, который мог бы помочь определить пациентов с дис­социативной симптоматикой, а также как исследовательский ин­струмент, дающий возможность оценки выраженности диссоциа­тивных состояний и переживаний. Она представляет собой неболь­шой опросник, состоящий из 28 вопросов. Испытуемого просят оценить, как часто в повседневной жизни он переживает диссоциат­тивное состояние. Этот опросник предназначен для надежной, ва­лидной и удобной количественной оценки диссоциативных пережи­ваний. Шкала разрабатывалась для измерения диссоциации как по­стоянной черты в противоположность ситуативной. Предполага­лось, что ШД будет использована как для определения вклада дис­социации в клиническую картину различных психиатрических рас­стройств, так и для скрининговой оценки диссоциативных рас­стройств (или расстройств, значимой составляющей которых явля­ется диссоциация, например таких, как ПТСР).

Опросник перитравматической диссоциации (ОПД). В ос- нову опросника ОПД (Агарков, Тарабрина, 1998) легли вопросы, которые касались переживаний субъекта в то время, когда с ним происходило потенциально психотравмирующее событие. Испы­туемым предлагается ответить на 9 вопросов, в которых описаны различные диссоциативные состояния, такие, например, как де­персонализация, дереализация, опыт выхода из тела и др. Ответы на вопросы даются в формате пятибалльной шкалы Ликерта.

щиты в контексте последствий психологической травмы: дис. … канд. психол. наук. – М.: Институт психологии РАН, 2002. 201 с.