Добавил:

ivanov666 Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.

Вуз:

Башкирский Государственный Аграрный Университет

Предмет:

[НЕСОРТИРОВАННОЕ]

Файл:

Психология исторической культурологии. Монография

.pdf

Скачиваний:

Добавлен:

08.09.2026

Размер:

2 Мб

Скачать

☆

<<< < Предыдущая 1 2 34 / 54 5 > Следующая >>>

католицизма и в цветовом архетипе лишь сместив акцент с фиолетовых на

Цв ет

Каноны

Компоненты АМИ

Пла н

Конфессии

София, Анна, Дева Мария

право- и сверхсознание (интуиция)

Православ ие

Ян, тела богов и воинов

бессознание, активность, мускулы

Тоталитари зм

К+Ж, совместный, общий

Физическое единение

Sа

Буддизм

Инь, тела богинь и женщин

бессознание, жена…

солнце

Синтоизм

Ян, Осирис, Магомет, Робин Гуд

самосознание, «Яконцепция»

Ислам  США

Инь, богини неба, «сердца дев»,

подсознание, романтичность

Idf

Иудаизм

С = Г+Ф, совместный, общий

Духовное единение

Idа

Протестант изм

Ян, Вишну, Кришна, Лель

подсознание, эстетство, творчество

Idm

Католициз м

«синие тона протестантизма»

100

, оппозиционные к золотой мишуре

Конкисты и церкви. Иначе говоря, в протестантизме осталась неизменной доминанта женственного и субдоминанта мужественного сознания при акцентированном характере маскулинных характеристик интеллекта. Быть может, это и объясняет высокий уровень креативности именно в протестантских научных исследованиях Запада.

Таблица 3. Семантика цветовых канонов АМИ и МИРа

Примечания к таблице 3:

В первом столбце приведены первые буквы цветообозначений: К –

красный, О – оранжевый, Ж – желтый и т.д.

Во втором столбце приведены основные каноны для каждого из цветов

первого столбца.

В третьем столбце указаны компоненты АМИ, тесно связанные с сутью

канонов второго столбца.

В четвертом столбце буквы M-, Id- и S- обозначают планы компонентов

АМИ в формальной записи. Нижние индексы планов f и m означают

гендерный характер, то есть фемининность (женственность) и

маскулинность (мужественность) планов. Буква «а» соответствует

андрогинности (обоеполости) данных канонов (см.рис.27).

В пятом столбце представлены примеры архетипов мировой религии для построения в цветовом теле ее модель имманентной религиозности (МИР).

Для лиц, заинтересовавшихся этим подходом, добавлю, что здесь сопоставлены исключительно репрезентативные эмпирические данные без каких-либо претензий на точность датировок, теоретическое обоснование выведенных архетипов и/или законченность оппозиционных сопоставлений. Все это, – лишь рабочая модель, которая, разумеется, при участии заинтересованных лиц вполне может быть доведена до логического конца.

Очевидно, при возможном объединении указанных архетипов (религий) человечество могло бы прийти (от существующего до сих пор религиозно-воинственного разъединения по различным региональным конфессиям) к объединяющей его Вере, образованной цветовыми канонами и архетипами своих предков, то есть культурно-религиозным опытом всего человечества.

Об этом говорит и глобализация экономики, и единство мировой культуры, и практически безграничный Интернет, и т.п. Поэтому можно полагать, что религия XXI века будет следовать за общественноженственными тенденциями к объединению, но никак не к разделению, которое всегда было выгодно лишь мужчинам-политиканам («Разделяй и властвуй»), своекорыстно насаждавшим расовую, национальную и религиозную дискриминацию.

В качестве выводов настоящего раздела можно провести гипотетическое сопоставление некоторых религиозных архетипов в противостоянии (  ) их дополнительных цветов. К примеру, схематически сопоставим определенные религиозные архетипы в противостоянии их цветов.

Красный цвет политеизма межрелигиозных войн где-то три тысячи лет тому назад сменился на голубой цвет иудаизма. На фоне синих тонов религий Шумера и Двуречья в середине первого тысячелетия до нашей эры возникли желто-оранжевые краски буддизма. Пурпурным цветам христианства уже полторы тысячи лет противостоят зеленые оттенки ислама. Откровенной реакцией и на золото инков можно считать «синее» движение протестантов. Почти одновременной реакцией друг на друга явилось распространение красных идей коммунизма и синевато-зеленых амбиций американизма (реального поклонения именно доллару, а не Богу). Из черноты анархизма выродилось современное чудище абсолютно черного терроризма, пределом которому, остается полагать, может стать только Белый свет религии глобализма.

Маловероятно, чтобы кто-либо не согласился с тем, что все эти архетипы образуют Белый свет — единый архетип будущего МИРа — Белый свет и все цвета радуги — завет Бога на Земле (Быт: 9, 13). Ибо, как провозглашал Иисус, Доколе свет с вами, веруйте в свет, да будете сынами света. (Иоанн 12: 36). И в отличие от других религий, хроматизм не может ни преследоваться властями, ни насаждаться силой, ни отрицаться атеистами. Ибо эта религия основана на научном анализе (то есть на аддитивном сложении в цветовом теле тех цветовых канонов, которые наши предки завещали мировой культуре). И как любой цвет сказывается и на себе и на

соседних цветах, так и в хроматизме все цвета испытывают влияние друг

Век Религии Востока

и их цветовые архетипы



Цветовые архетипы

и религии Запада

Иудаиз м

голубой



красный

Тотемизм

-40

-5

Буддизм

оранжевый



синий

Религии Шумера

-7 7

Ислам

зеленый



пурпурный

Христианство

Ислам

голубовато-

зеленый



красноватопурпурный

Византия

Ислам

желтовато-

зеленый



фиолетоватопурпурный

Католицизм

Конкист а

золотой



синий

Протестантизм

Коммун изм

красный



зеленый

«Долларизм»

(США)

Террори зм

черный



Белый Свет

Хроматизм

друга. Именно это проповедовал Павел: «Не о себе только каждый заботься, но каждый и о других» (Фил: 2, 4). И, наверное, эта религия будет

весьма жизнерадостной в силу радужного характера ее архетипических референций.

Легко убедиться, что на протяжении тысячелетий эти референции достоверно воспроизводились в истории человеческой культуры

101

. Это и дало основание полагать их надежной основой для создания теории МИРа. Таким образом, методами исторической культурологии, психолингвистической семантики, философской, хроматической и психологической антропологии к настоящему времени в основном выявлена семантика основных архетипических проявлений человечества, позволяющая полагать возможным реальное создание МИРа, включающего в себя всю его противоречивость, по существу аналогичную противостоянию оппонентнодополнительных цветов в цветовом круге.

Наиболее наглядно это противостояние представляется мне как

информационная модель имманентной религиозности (МИР), которая в качестве первого приближения позволяет сформулировать весьма актуальную проблему объективной интерпретации реального положения дел:

Таблица 4. МИР как взаимодополнительность цветовых архетипов религий

*) Религии Шумера помещены на Западе относительно буддизма.

Таким образом, противопоставление различных религий, перманентно

возникавшее в истории мировой культуры, можно промоделировать с

помощью цвета как архетипической характеристики любой данной конфессии. В таблице 4 наглядно представлено хроматическое соответствие цветовой семантики и определенных конфессий. Это, в свою очередь, позволяет сформулировать задачу построения межконфессионального цветового круга для каждой эпохи, а затем и объединение их в цветовом теле, на основе которого могут быть промоделированы и основные принципы генезиса мировой религии.

Заключение

«Как правило, произведения искусства в первую очередь интерпретируются как эстетический феномен… Так, заказчик, по просьбе которого изготовляли миниатюры, мог просто любоваться изображениями … Однако анализ лишь одного эстетического аспекта не может быть исчерпывающим при характеристике иконографической программы. Ныне историки пытаются вписать искусство в более широкий социальноисторический контекст, - отмечает С.И.Лучицкая

102

, заключая, - за тем, что и

как изображается, скрывается определенная оценка событий».

В самом деле, если мы начнем считать цвет не несущим никакой информации, то придется забыть и о том, почему женщины во всей истории человечества во всех культурах так тщательно выбирают цвета своего гардероба в зависимости от ситуации, настроения и др., и о том, почему бесполезна теория цветовых ассоциаций103, и о том, почему – независимо от каких-либо миграционных влияний за тысячи километров и тысячи лет – в совершенно разных культурах возникали весьма близкие цветовые каноны, и, наконец, о том, почему научный статус цветообозначений в психолингвистике оказался сопоставимым лишь со статусом терминов родства

104

, что и позволило мне предположить системно-функциональную

взаимосвязь родства (продолжения рода) и концептов цвета, которые равнозначно канонизировались всеми традиционными культурами. Многотысячелетняя воспроизводимость гендерной семантики цветовых канонов по существу являлась объективацией субъективных проявлений. Это, в свою очередь, позволило ввести в психологический тезаурус понятие «архетипическая модель интеллекта» (АМИ). С одной стороны, сущность АМИ оказалась связанной с тем, что канонизировались личностноценностные архетипические (глубинно значимые, связанные с выживанием вида) гендерные параметры оптимизации выбора брачных партнеров. С другой стороны, эти же каноны воспроизводились традиционными культурами в целях оптимизации репродуктивной функции, важнейшим условием выполнения которой являлось физическое и психическое здоровье будущих детей с последующей возможностью их обучения и социализации.

Очевидно, эти условия полностью могли выполняться только при адекватном выборе друг другом потенциальных партнеров. Положим, этот выбор был детерминирован гендерными характеристиками партнеров и создавал оптимальную систему. Тогда возникала и культурная потребность в канонизации качественных свойств гендера в цветовых (не ограниченновербальных, а идеально-психологических) концептах. На этом выборе эмпатически мог сказываться и предметный цвет (раскрасок, одежд, предпочтений и т.п.) как маркер гендерного концепта цвета, который моделировал партнерам основные компоненты интеллектов друг друга в целях создания прочных связей, то есть взаимообусловленного выживания индивидов (оптимальная рекреация обоих партнеров) и воспроизводства вида (всесторонне здорового потомства).

Это позволило ответить и на дискуссионный вопрос этнографов о том,

почему и зачем задолго до появления одежды архаичные люди раскрашивали свое тело в различные цвета. Очевидно, разница в цвете могла соотноситься

как с гендером, так и с полом человека. Вероятно, поэтому-то наше восприятие и придает цвету тот смысл, который по Юнгу, филогенетически заложен в коллективном бессознательном человечества, включая сюда и смыслы, зависимые от системы культурных ценностей, опыта и т.д., т.е. исторического контекста.

Рассмотрим простой пример. Упоминая, что год у татар Восточного (Китайского) Туркестана начинается в феврале, Марко Поло пишет: «великий хан и все его подданные празднуют вот как: по обычаю, все одеваются в белое, и мужчины и женщины, всякий как может. Белая одежда почитается у них счастливой, поэтому они и делают это, одеваются в белое, чтобы во весь год было счастье и благополучие».

105

Поскольку речь идет о

развитии цветовой символики в исламе, то вспомним экстремальные условия безводных пустынь, пятидесятиградусной жары, песчаных бурь и т.п.

На экстремальность этих условий указывает и экстремальный цвет одежд: с XVII века мусульманкам было предписано надевать черные (темные) одежды в нормальных условиях и белые в экстремальных

106

, так как

в обычных условиях мужчины носили белые одежды, которые практически во всех мифологиях и ритуалах приписывались им исключительно в экстремальных состояниях. В праздники же и/или в траур, как и пишет Марко Поло, все они одеваются в белое. А это, в свою очередь, далеко не всегда позволяет историку цветовой семантики однозначно установить символическое употребление цвета в каждой культуре без учета гендера (психологического пола) и/или граничных условий ее существования.

К примеру, известное семантическое «противоречие» между белым на Западе и черным на Востоке зачастую приводит исследователей к парадоксальному выводу, который совершенно не считается с учетом условий существования. Так, например, говорят, что ввиду различных условий

существования и развития одни и те же цвета в различных культурах символизируют различные, а бывает, и противоположные явления. И поэтому нельзя свести воедино исторически сложившиеся у многих народов системы цветовой символики

107

Для хроматического разрешения этого различия обратимся к семантике гендера и ахромных цветов. В этнологии отмечается, что мужчина практически всегда существует в обычной одежде, тогда как женская одежда тщательно регламентируется в отношении цвета

108

С этих позиций представим «цельность» логики АМИ в масштабе мировой культуры. Как известно, на Западе женщины обычно носят белые одежды («Женщина в белом» и т. п.), тогда как на Востоке – черные (черные мандилы у хевсурок, черные покрывала – буибуи – у кениек и т. п.). В трауре же, как и в любых других экстремальных условиях жизни, женщины надевают черное на Западе и белое на Востоке

109

Итак, во всех случаях женщина оказывается правой – и белый и черный цвета являются женскими – цветами женственной ИНЬ

110

. и в тоже время

оппонентными друг другу в различных условиях жизни. И женщина лишь выбирает цвет экстремального состояния ее интеллекта, который всегда был, есть и будет дополнительным к цвету ее обычных условий существования.

В свою очередь, мужское начало представляет собой границу между двумя крайними проявлениями женского интеллекта: между «светом» его социализации и «тьмой» сексуализации. Единственное уточнение – если раньше роль этой границы играло физически-активное «красное» бессознание мужчины подсознание, его интеллект

111

, то сегодня — его «серое», духовно-творческое

112

Вместе с тем хотелось бы еще раз оговорить, что и Мать-природа, вынашивающая, рождающая, вскармливающая, новые идеи, и разумное мышление, онаучивающее эти идеи поочередно вступают в свои права. И дабы не засесть здесь на парадоксе «бесконечного спуска» (первично понятие или образ?) нам пришлось использовать метаязык хроматизма, который наглядно показал весьма малую вероятность того, чтобы интеллект мог «осознать» ‗понятие объектного языка‘ (по А.Тарскому) до рождения его образ-концепта в подсознании.

Итак, наш интеллект уже какое тысячелетие включает в себя две логики, а именно, формальную логику, апеллирующую к рационализму сознания (к левому полушарию головного мозга) и/или образную логику творчества, которая основывается на иррациональности под- и бессознаний. И, несомненно, в различные периоды истории, как и в различных культурах, господствует то одна, то другая логика, замыкая друг друга и творчеством сознания, и креативностью подсознания в интеллектуальном диалоге времен и культур. И сегодня для элиминации нашей творческой слепорожденности, как мне кажется, актуальным является изучение «второй» логики, а затем по возможности, и конвергенция их в единое представление внешнего мира во внутреннем его отражении, как мы это видели выше – в истории развития цветовых представлений.

Иначе говоря, использование цветового круга дало нам совершенно новый инструментарий, согласованный с тысячелетиями развития человеческого интеллекта. Для истории и/или искусствоведения использование цветового круга, быть может, ценно еще и тем, что научная идеализация какой-либо эпохи является важным средством для построения сущностных моделей личностей-творцов и/или их произведений и/или периода истории и т.д. и т.п.

реальной (социо-культурно-свето-цветовой) среде – используется в практике анализа и/или методологического создания информационных моделей сложных я систем открытого типа. Свое название хроматизм получил от древнегреческого понятия «хрома» (χρώμα – цвет, краска, эмоции).

смешении белый свет для излучений и/или серый для красок: пурпурный - зеленый, красный –голубой, оранжевый – синий и желтый фиолетовый.

Корнилов О.А. Языковые картины мира как производные национальных менталитетов. – М.: ЧеРо, 2003, с.249.

Напомню, что хроматизм – как интердисциплинарное исследование реального (фемининно-маскулинного) человека в

Дарвин Ч. О выражении эмоций у человека и животных. – СПб: Питер, 2001, Гл.13.

Предисловие к работе Г.Фрилинга и К.Ауэра «Человек-цвет-пространство» - М.: СИ, 1973, с.6.

Уилсон Дж. Египет: функции государства. // В преддверии философии. – М., Наука, 1984, с.89.

Дополнительными цветами принято называть пары цветов, расположенные на диаметрах цветового круга и дающие при

Путешествия в восточные страны, Книга Марко Поло.- М. Мысль. 1997, Гл. XCIII

Марко Поло. Книга о разнообразии мира. // Джованни дель Плано Карпини. История монгалов., Гильом де Рубрук.

Р.Стернберг рассматривает три базовых компонента любви (страсть, интимность и преданность), на основании которых

определяются возможные индивидуальные стили любовных отношений: любовь-страсть, любовь-дружба и любовь-обязательства. При этом идеальной считается совершенная любовь - сочетание всех трех компонентов.

Майерс Д. Социальная психология.- СПб: Питер, 2007, Гл.11.

К примеру, о пресловутом «отсутствии синего цвета в Античном мире» написано уже большое число работ, среди которых в «Античном хроматизме» (СПб, 1995) и/ или работах [Reuterswaerd P. Studien zur Polichromic Aegipten. - Stockholm, 1958; Ibid. Studien zur Polichromic der Plastik.Griechenland und Rom. - Stockholm, 1960] были даны прямые ссылки и на письменные, и на материальные

источники. И когда выходит замечательная книга Яна Балека «Синий – цвет жизни и смерти. Метафизика цвета. (М., 2008 – 408 с.), то даже не удивляешься, что ссылки даны не на античных авторов и/или памятники культуры, а на весьма метафизические рассуждения философов (W.E.Gladstone, K.E.Goetz), подкрепляемые Я.Балекой далеко не однозначными полевыми исследованиями психолингвистов (B.Berlin, P.Key). См.: [Лакофф Дж. Когнитивное моделирование. // Язык и интеллект.- М., 1995, с.143-184].

Платона); S- ( – совместно, έ  родство).

Этимология хром-планов сущностно связана с их семантикой: M- (ά – мать, ά — знание); Id- (έ – идея

Иначе говоря, предполагается существование неразрывной связи между образом цвета и его перцептом. Это

подтверждается феноменом образования апертурного цвета, в котором смысл образа (концепт) принципиально не отделим от самого образа. Так, по В.П. Зинченко (1975), стимульный цветовой образец является инструментом, с помощью которого испытуемый опредмечивает свой образ-концепт (ОК) во внешней среде. Отсюда можно предположить, что цель цветового ОК – обобщать смысл в распредмеченном, т.е. в онтологически идеальном виде собственно информации.

В самом деле, эти обороты раскрывают смысл отношений между психическим (цветом) и физиологическим (окраской

кожного покрова или внешней средой) как идеальным и материальным: S / Mт – «покраснеть от стыда»; Id / S – «покраснеть от страсти»; Mа / S – «покраснеть от жары».

Русские словари, 1997, с.231-290.

Wittgenstein L. Remarks on colour. – Berkeley & Los Angeles, University of California Press, 1977, р.31.

Вежбицкая А. Обозначения цвета и универсалии зрительного восприятия. // Вежбицкая А. Язык. Культура. Познание. – М.,

Волков Н.Н. Цвет в живописи. - М.: Искусство, 1985.- 320 с.+ 79илл. ( с.81-82)

Знать эффекты смешения красок, которыми вы пользуетесь,— значит знать свою палитру. К примеру, смеси с

ультрамарином невозможно имитировать смесями с берлинской лазурью. Применение ламповой копоти дает другие эффекты, чем применение жженой кости. (Там же).

Если специально не оговорено, то источниками служили следующие работы: Иттен И. Искусство цвета. М., изд. Д. Аронов,

2000. - 96 с.; Канаев И.И. Очерки из истории… цветового зрения. Л.: Наука, 1971.-160 с.; Кандинский В. О духовном в искусстве

(живопись). Л.: Фонд «ЛГ», 1990. – 66 с.; Миронова Л. Н. Цветоведение. Мн.:Вышэйшая школа, 1984.- 286 с. Она же. Цвет в изобразительном искусстве. Мн.: Беларусь, 2003.- 151 с.:ил.; Оствальд В. Цветоведение. М.-Л.: Промиздат, 1926.- 204 с., цв.ил.; Печкова Т.А. (Сост.) Системы классификации цвета. – М.: ВНИИТЭ, 1969.- 96.с.; Серов Н.В.Светоцветовая терапия: информация – цвет – интеллект. – СПб: Речь, 2001.- 256 с. http://www.koob.ru/serov; Brémond É. L‘intelligence de la couleur.- P.: Albin Michel, 2002. –

256 p. ; Brusatin M. Histoire des couleurs. – P.: Flammarion, 2003.- 192 р. ; http://www.colorsystem.com; Heller E. Wie Farben wirken. Farbpsychologie. – Hamburg, Rowohlt Verlag GmbH, 1999.- 296 S.; Buvat V. Science, couleurs et peinture fu XIX siècle/ // L‘OEIL, 2003, N 11, p.14-19.; Gage J. Color and culture. – L.: Thanes & Hudson, 1995. – 335 p.; Gericke L., Schöne К. Das Phänomen Farbe. Zur Geschichte und Theorie ihrer Anwendung. Berlin, Henschelverlag, 1970. - 174 S.; Kuehni R.G.Color: an introduction to practice and principles. – Hoboken, New Jersey: Wiley-Interscience, 2004 – 199 p.;. Küppers H. Farbenlehre.- Köln: DuMont, 2005.- 192 S.; Lejeune S. (Еd.) Parlons couleur: langage,

codes, création.-Roussillon: Ôkhra, 2006. – 128 р. ; Lemoin S., Rousseau P. Perception et abstraction // L‘OEIL.– 2003, N 11, p.4-9.

Серов Н.В.Античный хроматизм.– СПб, 1995, с.103-188].

Тексты и комментарии к окраскам и/или этим построениям см.[Лосев А.Ф. История античной эстетики. М., 1963-1969;

Gericke L., Schöne К. Das Phänomen Farbe. Zur Geschichte und Theorie ihrer Anwendung. Berlin, Henschelverlag, 1970. - 174 S.; Kuehni R.G.Color: an introduction to practice and principles. – Hoboken, New Jersey: Wiley-Interscience, 2004 – 199 p.;. Küppers H. Farbenlehre.- Köln: DuMont, 2005.- 192 S.

Размещением полихромных цветов поперек ахромной оси (между белым и черным) Гроссетест не только открыл новые

перспективы для построения цветовых систем, но и ввел цветовую аксиологию. Так, в частности, он назвал осветление цвета "прощением", связанным с подъемом по ахромной оси благодаря "намерению". Мы еще столкнемся с этой метафизикой и в ХХ веке у психолога-экспериментатора В.Вундта и/или философа Э.Фромма.

Простые цвета таковы: первый из них белый, хотя некоторые философы не причисляют ни белого, ни черного к числу

цветов, так как одно является причиной цветов, а другое — их лишением. Но все же, раз живописец не может без них обойтись, мы поместим их в число других и скажем, что белое в этом ряду будет первым из простых цветов, желтое — вторым, зеленое — третьим, синее — четвертым, красное — пятым и черное — шестым. Белое примем мы за свет, без которого нельзя видеть ни одного цвета: желтое — за землю, зеленое — за воду, синее — за воздух, красное — за огонь, черное — за мрак, который находится над элементом огня, так как там нет ни материи, ни плотности, где лучи солнца могли бы задерживаться и в соответствии с этим освещать. Леонардо да Винчи. Избранные произведения.— Мн.: Харвест, М.: АСТ, 2000.— 704 с.- с.325-326

Во время работы над «Оптикой» Франциск Аквилонский постоянно сотрудничал с голландским художником Рубенсом,

который в то время писал Юнону и Аргуса, ((1611, Кѐльн, музей Валлрафа Рихартца) со знаменитыми аллегориями радуги и павлина, включавшими всю полноту и богатство цвета. Ведь еще гностики отмечали тот удивительный факт, что бесконечные цвета в хвосте павлина возникают из одного белого яйца, что составляет величайшую из всех тайн <ECHO>. Нынче же и это стало банальностью, ибо правит сегодня лишь ньютонова идея о возникновении всех цветов из обычного белого света.

В Диалогах Роже де Пиль настолько высоко оценивал произведения Рубенса за преимущества цветовых композиций в

сравнении с рисунком у Пуссена, что его аргументы даже убедили герцога Ришелье уступить картины Пуссена, чтобы начать коллекционировать полотна Рубенса. [Catalogue d'exposition: Rubens contre Poussin. La querelle du coloris dans la peinture française à la fin du xviie siècle.– Gent: Éditions Ludion, 2004, pp.25-26, 78-79]. Показательно, что сравнение сюжетов Святого семейства в работах Пуссена, Тициана и Рубенса, которое проводят наши современники [Catalogue d'exposition: Rubens contre Poussin.., р.83-87]. казалось бы, позволяет согласиться с тезисами де Пиля. Однако обратим внимание на расположение композиционных доминант: у Пуссена – справа налево, у Тициана и Рубенса – слева направо, т.е. против и по часовой стрелке, соответственно. Интересно, что Роже де Пиль в «Курсе живописи по принципам» наивысшую оценку за «успехи в рисунке» ставит Рафаэлю, в работах которого наблюдается преимущественно левое и/или центральное направление композиций. Ср. композиции Святого семейства в Эрмитаже и Лондонской национальной галерее, Мадонны с Младенцем и святым Иоанном Крестителем, Мадонны с вуалью в Лувре, Св. Цецилии в Национальной пинакотеке Болоньи и др., где гендерно обусловленные цвета представлены левым направлением (против часовой стрелки) в условно выделяемом «цветовом круге», тогда как при введении, темно-зеленого цвета в женские одеяния (см. к примеру, Св. Екатерину в Лондонской национальной галерее) направление цветов меняется на обратное. При центральном же направлении композиций Рафаэль располагает цвета амбивалентно, т.е. они могут восприниматься как по, так и против часовой стрелки в

зависимости от акцента на фон или фигуры (Прекрасная садовница в Лувре и др.). [Teyssèdre B. Roger de Piles et les débats sur le coloris au siècle de Louis XIV. — Paris: La Bibliothèque des Arts, 1957.- 684 p.- р.504] Кстати, позже аналогичные дискуссии возникнут по поводу работ Энгра и Делакруа, где мы также можем выделить не только оппозицию рисунка и цвета, но и зеркально направленных доминант в композициях обоих художников. Как мне кажется, многие документы истории искусства, рассмотренные с позиций билатеральности, могут дать более детальную информацию как о художнике, так и о его эпохе, - о чем речь в тексте пойдет далее.

Марси описал как призматические стекла разлагают солнечный луч на все цвета радуги, отмечая, что полученные лучи цветного света не могут быть подвергнуты дальнейшему разделению, что модификация цветов зависит от угла наклона призмы и т.д. Ф.М. Гримальди в Болонье обнаружил явление дифракции (1650), ибо свет, проходящий через малые отверстия, оказывался окрашенным в определенные цвета; аналогичные явления в иных условиях наблюдал Роберт Гук (Micrographia) и многие другие ученые.

1757), который впоследствии опубликовал Optique des Couleurs (1740) в целях расширения круга Ньютона, хотя и был против его теории происхождения цветов. Поскольку цвета принципиально оппозиционны, а звуки не могут образовать такой «звуковой круг», который мог бы быть сопоставлен с цветовым по возможному образованию из «дополнительных звуков» «тишины белого света», то мне кажется целесообразным рассматривать известные принципы синестезии у таких творцов как А.И.Скрябин, Н.А.РимскийКорсаков, Б.В.Асафьев и многих других в качестве индивидуальных проявлений интеллекта, ибо в их построениях ни мне, ни другим исследователям (Б.М.Галеев, В.В.Ванслов, К.Л.Леонтьев, J.Dauven, R.Francès, G.A.Reuchard, R.Jakobson) не удалось выявить воспроизводимых соответствий между определенными цветами и музыкальными тонами, что, вероятно, связано с оппонентным характер цветовой модальности, резко отличающейся этим от всех остальных. Так, если сумма двух контрастных цветов дает «бесцветные» белый и/или серый цвет, то никакая сумма противоположных предикатов других модальностей не может дать их взаимного «уничтожения». К примеру, сладкий вкус в сумме с горьким никогда не даст «безвкусного», несмотря на их «оппонентность», громкий звук в сумме с тихим не приведут к тишине и т.д. и т.п. О чем это говорит? По-видимому, цвет является принципиально обобщенным кодом интеллекта, благодаря которому человек может судить не только о реальных свойствах внешней среды, но и о достаточно умозрительных и/или абстрактных вербальных образованиях. Вероятно, поэтому исследователям и приходится констатировать, что «явление "цветного слуха" далеко не всегда носит характер реального соощущения, часто невозможно установить однозначного соответствия между цветом и звуком: оно носит более обобщенный, скорее метафорический характер».[Серов Н.В. Хроматическая онтология синестезии. // Синестезия: Содружество чувств и синтез искусств. / Материалы международной научно-практической конференции, 3-8 нояб. 2008. - Казань: КГТУ им. А.Н. Туполева, 2008, с.45-49.].

de la Lumière, а с другой – составило одну из частей современной корпускулярно-волновой теории света.

Однако это соединение легко достигается в человеческом восприятии.

основывался на психофизиологических принципах, в которых наблюдение и эксперимент базировались на видении-восприятии человека, т.е. на антропоцентризме, а не техницизме физических принципов Ньютона. Поскольку информация интеллекта – онтологически идеальна, то для его моделирования требуется адекватный инструментарий (Н.В. Серов, 2006). Опыт показал, что наиболее надежным инструментарием такого рода мог служить только концепт «цвета», выполняющий функции идеального отображения материальных объектов. Поэтому в свою очередь и для моделирования информации в хроматизме используются атрибуты цвета как ‗идеального‘.

человека. Так, можно наблюдать отношение отдельных цветов и их сочетаний к цвету лица, возрасту и положению. Женская молодежь держится розового и голубого; старость — лилового и темнозеленого. У блондинки склонность к фиолетовому и светло-желтому, у брюнетки — к синему и желто-красному, и все правы». [Гете. К учению о цвете. Хроматика. Чувственно-нравственное действие цветов, #839-840].

L‘OEIL, 2003, N 11, p.14-19; Балека Я. Синий – цвет жизни и смерти. Метафизика цвета.- М.: Искусство-ХХI век, 2008, с. 253.]

триаду первичных цветов с тремя геометрическими формами: красного с квадратом, синего с кругом и желтого с треугольником [Кандинский В.О духовном, с.30], то по Матюшину «общий вывод может быть сформулирован следующим образом: теплая часть спектра (от красного до желтого) тяготеет к широким, округлым формам, холодная часть (от желто-зеленого до фиолетового) начинает ограняться прямыми. Например, теплые цвета поддерживают непрерывность кривой круга, тогда как холодные имеют склонность к углу и прямизне граней, а потому, попадая на форму круга, нарушают непрерывность кривой и образуют более или менее острые углы» [Матюшин М.В.Справочник, с. 20]. В хроматизме цвет как перцепт определяется функциями Ид-плана АМИ, тогда как форма и звук – М-плана АМИ. Вместе с тем, обращаясь к Органике, к природе, Матюшин безусловно прав, ибо теплые цвета – земные, животные и никакого отношения к углам не имеют, тогда как зеленые тон (растущих деревьев, к примеру), можно соотнести с угловатостью, а холодные – с какой-либо плоскостностью (море, небо, даль), в самом деле ограняющей какие либо формы.

Познание. – М., Русские словари, 1997, с.247].

Новгород, НГАСУ, 2007.- 48 с., 27]

См. к примеру, сайт <www.colorsystem.com>.

Принципы преломления света изложил еще Джованни Батиста делла Порта (1538-1615). В 1648 г. чешский физик Маркус

Идею о сродстве между звуками и цветом развивал в то время и французский ученый иезуит Луи Бертран Кастель (1688-

Что с одной стороны противоречило выводам Христиана Гюйгенса, который еще в 1678 году опубликовал свой труд Traité

Ни с корпускулярной, ни с волновой точки зрения невозможно соединить края спектра, т.е. красный и фиолетовый цвета.

Lejeune S., Blin-Barrois B (Red.) Parlons couleur: langage, codes, création.– Roussillon: Édisud – Ôkhra, 2006, p.15.

Kuehni R.G.Color: an introduction to practice and principles. – Hoboken, New Jersey: Wiley-Interscience, 2004, p.156.

Вслед за Гете легко видеть, что ощущения цвета формируют наше восприятие. Ибо в своих исследованиях цвета Гете

Brusatin M.. Histoire des couleurs. – P.: Flammarion, 2003, p.117-121. «По характеру цвета одежды судят о характере

Реконструкция по диску Ньютона для воспроизведения «белого» цвета [Buvat V. Science, couleurs et peinture fu XIX siècle/ //

Майерс Д. Социальная психология. – СПб: Питер, 2007, с.532.

Клее Пауль. Педагогические эскизы./ Пер. с нем. Н.Дружковой под ред. Л.Монаховой. – М.: Изд. Д.Аронов, 2005, с.49.

Показательно, что соотношения между формой и цветом у них оказалось различным. Так, если Кандинский соотносит

Кандинский В. О духовном в искусстве. Л.: Фонд «Ленинградская галерея», 1990, с.51.

Brusatin M.. Histoire des couleurs. – P.: Flammarion, 2003, (192 p.) c.145.

Балека Я. Синий – цвет жизни и смерти. Метафизика цвета.- М.: Искусство-ХХI век, 2008, с. 255.

Küppers H. Farbenlehre.- Köln: DuMont, 2005, S.61-63

Wittgenstein L. Remarks on colour. – Berkeley, California Press, 1977, p.22.

Ibid.

Ibid., p.23, 26.

Ibid., p.23.

Russell B. An inquiry into meaning and truth. – Harmondsworth: Penguin, 1973, p.78. Цит. по: [Вежбицкая А. Язык. Культура.

Серов Н.В. Цвет культуры. - СПб, 2004, с.244.

Руднев В.П. Прочь от реальности: Исследования по философии текста. - М.: Аграф", 2000. - 432 с.

Серов Н.В. Цвет культуры.– СПб.: Речь, 2004. – 672 с, 520

Тимощук А.С. Традиционная культура: сущность и существование. / Автореф. дисс. на соиск. уч. ст. д.ф.н.– Нижний

Черниговская Т.В. Язык и сознание <http://www.polit.ru/lectures/2008/12/24/langmind.html>

Тимощук А.С. Эстетика ведийской культуры. Владимир: ВЮИ, 2003. С. 101-107.

5 цветов соответствуют релевантным стихиям китайской натурфилософии: белый — металлу (дуальной категории инь),

красный — огню (ян), желтый — земле (инь), черный — воде (инь), зеленый — дереву (ян).[Гране М. Китайская мысль / Пер. с фр. М., 2004. С. 62-71. Древнекитайская философия. Эпоха Хань. М.: Наука, 1990. С. 225-233, 432-439].

нем. М.: Республика, 1996. С. 12].

плоти». Природа – невеста, с которой сочетается дух. [Гегель 1934: 19].

механистически переняли от американских социологов феминистических направлений [ПИГ 2005; Думитру 1981: 137]

Согласно Оригену (185-254 гг.) Адам символизирует Дух, а Ева – душу [Бидерманн Г. Энциклопедия символов. / Пер. с

«Всякая душа да будет покорна высшим властям» (Римлян.13: 1)

Инстинкт есть целевая деятельность, действующая бессознательно. [Гегель: 482].

Дух подобно Адаму, когда он увидел Еву, достоверно узнает и провозглашает: «это кость от моей кости и плоть от моей

…одни лишь рассудочные объяснения и отношения вскоре обнаруживают свою неадекватность инстинкту [Там же: 481].

Антропология до сих пор мирится с весьма неадекватной синонимичностью понятий «пол» и «гендер», которую психологи

[Симонов 1981: 124; Ренчлер и др.1995: 27-39].

Сразу же оговорюсь, что строгий онтологический анализ идеального и материального является неправомерным по многим

причинам [Ильенков Э.В. Философия и культура. – М.:ИПЛ, 1991, с.215-218], что, вообще говоря, и привело меня к релевантной формализации функциональных Id- и Мт-планов как их информационных предикатов; при этом оказалось необходимым ввести S-план АМИ для анализа и описания базовых функций обоих планов. Разумеется, если в традиционной бинарной системе анализа S-план АМИ всегда проявляет свойства материального, то в триадной он может быть и материальным (относительно Мт- и Id-планов АМИ), и идеальным (относительно Ма-плана внешней среды).

Кант И. Основы метафизики нравственности. – М.: Мысль, 1994, с.115, 1091.

Леви-Стросс К.Структурная антропология. — М.: Изд-во ЭКСМО-Пресс, 2002, с.291

Антонян Ю.М. Преступность среди женщин. – М.: Российское право, 1992.

Следуя Канту, «прекрасно то, что познается без посредства понятия» [Там же, с.1091]. Андрей Белый заметил, что

воплощение небытия в бытие, придающее последнему призрачность, символизирует серый цвет. Действительно, переход в неизвестное будущее (пугающее черное) из белого (осмысленного) бытия незаметен, призрачен как наше настоящее. Лишь мгновение назад мы были в нем, а его уже нет. Это мгновение — уже бывшее прошлое, то есть осмысленное белое прошлое… Настоящее же творчество всегда находится в этом настоящем времени — в этой туманной незаметности творения нового сублимирующим подсознанием творца. И как писал Эрих Фромм, «не материнское лоно, а разумное мышление (дух) стало символом творческого начала — и тем самым господствующее положение в обществе перешло к мужчине» [Фромм Э. Анатомия человеческой деструктивности. – М., 1994, с.145].

сетчатки глаза происходит обработка информации, независимая от высших отделов головного мозга [Münch T.A. a.o. Approach

sensitivity in the retina processed by a multifunctional neural circuit. // Nature Neuroscience 2009, V.12, N 10, p.1308 - 1316]

Кант И. Основы метафизики нравственности, с. 1091.

Леви-Стросс К.Структурная антропология. — М.: Изд-во ЭКСМО-Пресс, 2002, с.211.

Barbieri M. The organic codes. An introduction to semantic biology. – Cambridge, UK: CUP, 2004, Сh.4. Так, еще на уровне

Леви-Стросс К.Структурная антропология. — М.: Изд-во ЭКСМО-Пресс, 2002, с.31.

Там же, с. 211.

Помимо этого бессознание (моделируемое в хроматизме черным цветом, который непосредственно связан с

непознаваемостью будущего), по-видимому, является основным источником антиципации, то есть предвидения будущего. К бессознанию принято причислять интуицию, которая, как известно, большей частью характеризует женщин. По данным различных исследователей, женщины имеют явное преимущество (по сравнению с мужчинами) в сфере проявления эмпатии. Как отмечается в психологии личности, потребность в аффилиации (межличностном общении и стремлении быть в обществе) связана с высоким уровнем эмпатии. Экспериментальное изучение этой потребности выявило, что у женщин она выражена сильнее, чем у мужчин. При этом по мнению Грэйс Крэйг, м н о г и е и з о т л и ч и й м е ж д у м у ж ч и н а м и и ж е н щ и н а м и г е н е т и ч е с к и о б у с л о в л е н ы Крэйг Г. Психология развития, c . 144- 145]

К бессознанию относятся все телесные функции, которые у женщины (в отличие от мужчины) обеспечивают не только

себя, но и воспроизводство человека. Так, Грэйс Крэйг отмечает, что организм женщины имеет ряд врожденных преимуществ (большую эластичность кровеносных сосудов, способность более эффективно вырабатывать жировые вещества и т. п.). В то же время мужчины гораздо больше, чем женщины рискуют стать жертвами множества заболеваний, чаще подвержены сердечным приступам, чаще погибают, кончают жизнь самоубийством, становятся наркоманами и т.п. и т.д. Крэйг Г. Психология развития. – СПб.: Питер,

2000c.144.

Черный цвет часто обозначал смерть, обморок, сон или тьму. Связывают его и с бессознательным состоянием, с опытом

помрачения, затмения сознания. Вместе с тем конфуцианство усмотрело в этом цвете символику мудрости и знания, наделяя именно черным цветом «женственную категорию Инь». В рассуждениях о душе человеческой Платон (Федр, 253 d) наделил черным цветом именно эту, бессовестную ее часть, которая (вопреки традициям общества) неистово добивается своих низменных желаний. Нередко в мифах черный цвет сопоставлен с опасной, инфернальной стихией, с и р р а ц и о н а л ь н о с т ь ю и н е п о з н а в а е м о с т ь ю б у д у щ е г о в р е м е н и . С мистическим влечением к женскому лону (Песн 1: 4): «Дщери Иерусалимские! Черна я, но красива...». Еще Виктор Гюго и Рихард Вагнер отмечали прямую близость черного цвета и материнского начала (рождение из черного и ночь как мать зарождения). Карл Густав Юнг также утверждал, что для древних натурфилософов символом тела была дева. Колдовство всегда считалось женским делом. Вообще говоря, магию как функцию женского бессознания уже Фрезер называл «черной нитью». Аналогичное мнение высказывал и Юнг: «Русалки представляют собой еще инстинктивную первую ступень этого колдовского женского существа, которое мы называем Анимой. Известны также сирены, мелюзины, феи, ундины, дочери лесного короля, ламии, суккубы, заманивающие юношей и высасывающие из них жизнь.… Боялись этих существ настолько, что даже их впечатляющие эротические повадки не считались главной характеристикой. …Анима консервативна, она в целостности сохраняет в себе древнее человечество» [Юнг К.Г. Архетип и символ. М., 1991, с.114-117]. То есть, черный цвет самым тесным образом связан со скрытой энергией природы. И, безусловно, — с энергией женственной природы человека, его бессознания. Как отмечает Элизабет Бремон, «ч е р н ы й э т о ц в е т н а ш е г о б е с с о з н а н и я , то есть всего того, чего мы не знаем сами о себе» [Brémond É.

L‘intelligence de la couleur, P., 2002, p.84].

Представлено соответствие между фрейдовским пред- и подсознательным «Я» (Vbw) [Фрейд З. Введение в психоанализ.

Лекции. – М., 1989, с.334-349] и, по терминологии хроматизма, подсознанием (Id-планом АМИ), откуда непосредственно следует смысловая близость, с одной стороны, функций фрейдовского «Оно» (Ubw) и бессознания (S-плана АМИ), а с другой – «сознания» (Bw) и сознания (Mт-плана АМИ).

Э.Фромм определяет сущность человека как противоречие, имманентное человеческому бытию, наглядно

противопоставляя синдромы социального роста и асоциального распада [Фромм Э. Душа человека. – М., 2004, с.375-382], что в хроматизме достоверно согласуется с социальностью Мт-плана и асоциальностью S-плана АМИ.

<<< < Предыдущая 1 2 34 / 54 5 > Следующая >>>

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]