Потерянное сердце. Рассказы

время, когда господин Перье визжал, верещал и яростно жужжал своими орудиями. Не подымался он и тогда, когда хозяин заходил освежиться от трудов праведных в кабачок «Au pelouse» (лужайка). Может быть, ему не нравилось, что в этом кабачке на улице доктора Бланша обитало множество чуть-чуть синеватых сеттеров, поро­да которых так и зовется «голубые оверньские», а может быть, он вообще пренебрегал всяким обществом на све­те. Он был молчалив, необщителен, всегда скучен. Гладить себя он никому не позволял, а хозяин, кажется, ни разу в жизни его не погладил. Жанета, конечно, могла это де­лать, но что же приятного гладить собаку, которая на это не обращает никакого внимания. Странен был сумрач­ный характер этой собаки. (Не лежало ли на ее душе какое-нибудь тяжкое преступление?) Тем более что го­сподин Перье был всегда весел и общителен. Жанета очень любила издали слушать, как он пел в своем люби­мом кабачке старые-престарые веселые песни, с трудом понимаемые нынешними французами. Немного стран­ным казалось Жанете, что господин Перье некоторые слова песен заменял мычанием и многозначительным покряхтыванием. Все были добрыми приятелями Жане­ты: и необыкновенный крикун, покупавший тряпки­железо, а также торговавший разными костюмами; и са­довники из роскошного цветоводства, принадлежавшего какой-то таинственной, никем никогда не виданной миллионерше; и девушки из лаборатории; и страстные игроки в конский тотализатор, которые, покупая спор­тивные газеты, просили Жанету назвать им на счастье какую-нибудь цифру; и нищие, которым она никогда не скупилась подать монету в два су, если она находилась в