Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Мировая политика и международные отношения. Учебник
.pdf
21
достаточно условный характер, поскольку одни и те же методы могут выступать в качестве общенаучных подходов и конкретных методик (например,
наблюдение)12.
Наилучший результат в изучении и прогнозировании мировой политики
достигается при комплексном использовании различных методов и методик исследования. Только в этом случае обнаруживается повторяемость в цепи разрозненных фактов и событий, выявление закономерностей (а соответственно, и
девиант) международных отношений.
Таким образом, мировая политика зародилась и сформировалась на фундаменте международных отношений и представляет собой неразрывно связанный с ними комплекс. Она включает в себя международную политику, но шире
ее по проблематике и числу задействованных субъектов.
Специфику международно-политической сферы составляет отсутствие
единой общепризнанной власти, решения которой были бы обязательны для
всех акторов, а их неисполнение чревато неотвратимым легитимным наказанием. Поэтому она представляет собой зону повышенной турбулентности, порождаемой стихийными началами глобальных процессов.
Что же касается соотношения понятий «мировая политика» и «глобальная
политика», то в этом вопросе наблюдается различие исследовательских подходов. На Западе эти понятия отождествляются, как и понятия «мировая политика» и «международные отношения». В отечественной науке, согласно исследованию Г. А. Дробот13, просматриваются три точки зрения:
1) понятия «мировая политика» и «глобальная политика», как и в запад-
ной традиции, совпадают;
2) первое понятие, «мировая политика», включает второе, «глобальная
политика», которое акцентирует внимание на определенных аспектах мировой
политики, а именно глобальных процессах и проблемах;
3) глобальная политика, по утверждению А. Д. Богатурова, шире мировой
политики, являя собой «сгусток отношений между всеми субъектами международного взаимодействия, совокупность соответствующих общих или специализированных практик воздействия на планетарные процессы — военно-
12
Подробно см.: Цыганков П.А. Международные отношения и мировая политика / под ред.
П.А. Цыганкова. М., 2019. Гл. 2. Методология и методы исследования международных отношений и мировой
политики. С. 35–52.
13
Дробот Г.А. Мировая политика: учебник для академического бакалавриата. 2-е изд., перераб и доп.
М., 2018. С. 28–29.
22
политические, экономические, идеологические, информационно-психологические, гуманитарные, экологические и иные»14.
С нашей точки зрения, оба понятия — «мировая политика» и «глобальная
политика» — в содержательном смысле совпадают, поскольку выражают деятельность социальных субъектов, прежде всего государств, по осуществлению
целей человечества, имеющих общепланетарный и всеохватывающий характер.
Значимым вопросом мировой политики, как и политики в целом, является
ее соотношение с моралью. Как известно, существуют три трактовки этого вопроса. Одна из них гласит, что в мировой политике нет места морали и господствуют интересы, которых следует добиваться любой ценой. В соответствии с
другой трактовкой мировая политика должна быть подчинена общечеловеческим нравственным принципам. Согласно третьей критерием моральности политики является результативность предпринимаемых действий. На практике в
реальном внешнеполитическом курсе любой страны сочетаются все три
варианта.
В последние десятилетия международно-политической наукой значительное внимание уделяется исследованию мегатрендов мировой политики —
крупномасштабных долговременных тенденций мирового развития, определяющих качественное содержание текущего этапа эволюции миросистемы15. Это
обусловлено стремлением выявить вектор и перспективы современных глобальных процессов, оценить грядущие вызовы и риски, что важно с прогностической точки зрения.
Доминантными современными мегатрендами исследователи считают
глобализацию и регионализацию, интеграцию и дезинтеграцию, демократизацию и де-демократизацию, смещение центра мирового развития на Восток, эрозию плюралистической однополярности и активное формирование иерархического асимметричного миропорядка16. В мегатренд уже в обозримой перспективе способна трансформироваться тенденция усиления с начала ХХI в.
глобальной конфликтности и снижения ее порога. При определенных обстоятельствах масштабы мегатренда может обрести геополитическое соперничество
великих держав, прежде всего США и Китая, американо-китайская конфронта-
14
Современные глобальные проблемы / отв. ред. В.Г. Барановский, А.Д. Богатуров. М., 2010. С. 16.
15
Мегатренды: Основные траектории эволюции мирового порядка в ХХI веке: учебник / под ред .
Т.А. Шаклеиной, А.А. Байкова. 2-е изд., испр. и доп. М., 2014.
16
Мегатренды: Основные траектории эволюции мирового порядка в ХХI веке: учебник; Мир 2035.
Глобальный прогноз / под ред. академика А.А. Дынкина (ИМЭМО им. Е.М. Примакова РАН). М., 2017; Барановский В.Г. Новый миропорядок: преодоление старого или его трансформация? // Мировая экономика и меж-
дународные отношения. 2019. № 5. С. 7–23; Лебедева М.М. Современные мегатренды мировой политики // Мировая экономика и международные отношения. 2019. № 9. С. 29–37.
23
ция, учитывая и их влияние на международные процессы. Существующие и потенциальные мегатренды оказывают системообразующее воздействие на становление «новой нормальности» в мировой политике.
1.2. Субъекты мировой политики
1.2.1. Государство как главный субъект
мировой политики
В мировой политике действует множество субъектов, но основными принято считать государства, межгосударственные объединения и международные
неправительственные организации. Отношения между ними можно разделить
на два типа — отношения сотрудничества и отношения соперничества.
Главным актором мировой политики является государство. Оно — основной субъект международного права, а его политика определяет характер
международных отношений, оказывает непосредственное влияние на степень
свободы и уровень благосостояния граждан, на саму человеческую жизнь. Деятельность и даже существование других субъектов международных отношений
в значительной степени зависит от отношения к ним со стороны государств.
В современном мире идет стремительный процесс возникновения новых
государств. С начала ХХ в. их количество увеличилось более чем в три раза и в
настоящее время достигает около двухсот. В 1960-х гг. рост числа государств
был следствием прежде всего крушений колониальных империй, а в 1990-е гг.
во многом обусловлен дезинтеграцией тоталитарных государств. Согласно прогнозам, тенденция образования новых государств сохранится.
В соответствии с существующей международной стратификацией государства по своему статусу разделяют на сверхдержавы, великие державы, региональные державы и малые государства.
Сверхдержава — это могущественное государство с огромным совокупным потенциалом, превосходящее по своим возможностям другие государства,
занимающее доминирующие или преобладающие позиции в мире и способное
оказывать влияние на глобальные процессы. В настоящее время этим критериям соответствуют Соединенные Штаты Америки, стремящиеся увеличить свои
возможности, в том числе и за счет других государств.
К статусу сверхдержавы приближается Китай. Его превращение во вторую экономику мира и государство с расширяющейся зоной геополитического
влияния влечет за собой серьезные последствия для глобального баланса сил и
положения Соединенных Штатов в качестве единственной сверхдержавы.
24
Великие державы оказывают существенное влияние на мировое развитие,
но не занимают господствующее положение в международных отношениях
(Россия, Индия, Германия, Франция, Бразилия). Региональные державы оказывают ощутимое воздействие в ближайшем окружении и регионе (Италия, Испания, Аргентина и др.). Малые государства ограниченно влияют на международные отношения, но располагают значительным потенциалом самодостаточности (Дания, Норвегия, Финляндия и др.).
Государство — единственный субъект мировой политики, который обладает суверенитетом. Категория «национально-государственный суверенитет»
имеет два аспекта — внутренний и внешний. Первый аспект означает свободу
выбора каждым народом своего пути экономического развития, политического
режима, наличие у государства собственного гражданского и уголовного законодательства. Второй аспект предполагает невмешательство государств во
внутренние дела друг друга, их равенство и независимость.
При переходе к постиндустриализму изменяется содержание суверенитета государств. Он трансформируется из абсолютного, способного отторгать
общечеловеческие ценности и интересы, в просвещенный, основывающийся на
принципах равноправия и самоопределения народов, уважения прав личности
как высшей социальной ценности.
Просвещенность суверенитета расширяет возможности сетевых взаимодействий между государствами и другими акторами мировой политики, что
способствует созданию комплекса правил, норм и механизмов, регулирующих
поведение участников международной системы.
Просвещенный суверенитет государств допускает возможность демократического ограничения прерогатив государства с учетом интересов различных
партнеров. Если раньше рекомендации мирового сообщества тому или иному
государству расценивались как вмешательство в его внутренние дела, то в
условиях современного взаимозависимого мира решение отдельных проблем, в
первую очередь военных и экологических, предполагает учет интересов других
государств. Например, требования одного государства к другому о недопущении выбросов в атмосферу вредных веществ предприятиями или загрязнения
рек промышленными стоками не могут рассматриваться как вмешательство во
внутренние дела или покушение на суверенитет.
Наблюдается и тенденция отказа от суверенитета как такового, якобы
превращающего национальное государство в анахронизм. Допускается возможность ослабления роли национального государства на мировой арене или
25
даже его исчезновение. Размывание границ между народами и государствами
рассматривается как детерминанта утраты национальной идентичности.
В современных условиях возможности государств ограничивают, с одной
стороны, деятельность других участников мировой политики — неправительственных организаций, транснациональных корпораций и т. д., с другой — выход на международную арену внутригосударственных регионов, которые устанавливают между собой торговые, культурные и иные отношения, нередко
конкурируя с государством. Тем не менее, именно государство представляет и
олицетворяет суверенитет народа, являющегося, согласно конституциям многих стран, основным и единственным источником власти.
Фактор национально-государственного суверенитета обусловливает главную особенность международных отношений — отсутствие у них единого ядра
власти и управления. Международные отношения строятся на принципе полицентризма и полииерархии. Поэтому в их функционировании большую роль
играют стихийные процессы и субъективные моменты.
Являясь формально-юридически равными с точки зрения международного права, государства различаются по своей территории, численности населения, природным ресурсам, экономическому и военному потенциалу, социальной стабильности, политическому авторитету и др. Эти различия резюмируются в неравенстве государств по национальной мощи, включающей
вышеперечисленные факторы и обстоятельства.
В науке утверждается новая трактовка совокупной мощи государств, учитывающая реалии постиндустриализма. Согласно этой трактовке:
1) снижается значение традиционных компонентов национальной мощи
(территория, природные ресурсы, численность населения), определявших ход и
результаты соперничества государств в рамках предшествующей индустриальной эпохи;
2) основными источниками национальной мощи, включая ее военный
компонент, становятся способность экономики к технологическим нововведениям и качество человеческого материала, его воля действовать в мировой политике17.
Наличие значительного числа параметров национальной мощи делает ха-
рактеристику соотношения потенциалов государств более многомерной. Вместе с тем, резонно отмечает отечественный исследователь И. А. Истомин, в
случае рассмотрения этих параметров по отдельности возникает вопрос: в ка-
17
С учетом современных критериев национальной мощи и успешности государств представляются за-
вышенными надежды части российского социума на радужные перспективы страны лишь в связи с наличием
огромных территорией и величиной природных ресурсов.
26
кой степени дефицит по отдельным критериям (например, уровню экономического развития) может быть компенсирован за счет других (в частности, военной мощи)18.
С изложенными соображениями связана широко обсуждаемая проблема-
тика баланса сил в мировой политике. Как принцип баланс сил прослеживается
в трудах Фукидида, в европейской политической мысли ХVI‒ХVII вв. (Н. Макиавелли, Т. Гоббс). Зафиксирован в ряде договоров, заключенных в 1713‒
1714 гг. на конгрессе в Утрехте, и Парижском договоре 1815 г. Оппонентами
принципа баланса сил были Ж.-Ж. Руссо и И. Кант, президент США В. Вильсон, объяснявшие его неприятие прежде всего тем, что основанная на нем политика вела к гонке вооружений, а прямым следствием в лучшем случае служил вооруженный мир, а в худшем война. Тем не менее, этот принцип баланса
сил длительное время являлся достаточно эффективным инструментом поддержания стабильности.
Каждое государство взаимодействует с другими субъектами международного процесса через внешнеполитическую деятельность. В современных
государствах в зависимости от форм правления руководство внешней политикой осуществляют глава государства — президент (в президентских и полупрезидентских республиках), монарх (в абсолютных монархиях), премьер-министр
(в парламентских республиках и конституционных монархиях). Для проведения
внешнеполитического курса в структуре подавляющего большинства государств существуют специализированные органы — министерства иностранных
дел, парламентские комитеты по вопросам внешней политики, посольства,
представительства и т. д.
Внешняя политика опирается на экономический, демографический, военный, научно-технический и культурный потенциалы государств. Их сочетание
определяет возможности внешнеполитической деятельности государства на тех
или иных направлениях, иерархию приоритетов в постановке и реализации тех
или иных целей. Существенное воздействие на поведение государств в международном процессе оказывают их территориально-пространственные и природно-климатические особенности. Критерием эффективности внешней политики
является степень выполнения стоящих перед ней задач.
Глобализация экономических процессов, растущая взаимозависимость
народов и государств объективно ведут к размыванию грани между внутренней
и внешней политикой, к их беспрецедентному взаимопроникновению. Растет
18
Истомин И.А. Логика поведения государств в международной политике. М., 2018. С. 189.
27
значимость внутриполитических последствий внешней политики и внешнеполитических последствий внутренней политики.
При принятии политических решений должны учитываться их международные аспекты. В противном случае эти решения либо окажутся невыполнимыми, либо приведут к непредвиденным последствиям. Для решения проблем,
традиционно считающихся внутренними, все чаще требуются действия, скоординированные на международном уровне — с наднациональными организациями, партнерами по интеграции, ведущими центрами мировой экономики и финансов.
Взаимодействие внешне- и внутриполитических факторов проявляется,
например, в том, что международные договоры, заключаемые государством,
служат результатом двойного компромисса: с одной стороны, между подписывающими их государствами, а с другой — внутри каждого из них в связи с
необходимостью согласования позиций различных ведомств, ведущих политических партий, внутренних неправительственных субъектов политики.
Все это обусловливает переход от привычной парадигмы, отводящей
внешней политике подчиненную роль по отношению к внутренней, к новой парадигме политики, которая исходит из органического единства ее внутренних и
внешних аспектов. Не случайно многие американские ученые полагают, что
уже в настоящее время не существует различия между внутренней и внешней
политикой. К интеграции внутренней и внешней политики в наибольшей степени приблизились в своих взаимоотношениях страны Европейского союза.
Качественные изменения претерпевают методы внешней политики. Она
становится все более транспарентной, основанной на доступности информации.
Если традиционная внешняя политика в силу своей природы требует определенного уровня конфиденциальности для того, чтобы оградить высшие цели и
ценности государств в данной области, то в условиях глобализации и новых
возможностей информационно-коммуникационных технологий эффективность
внешней политики во многом зависит от поддержки общественного мнения —
внутреннего и международного.
Значимую роль в острейшей конкурентной борьбе государств играет инструментарий жесткой, «мягкой» и «умной» силы. Исследователь роли силового фактора в мировой политике американский ученый Дж. Най в жесткой силе
видит «способность заставить других действовать способами, которые противоречат их первоначальным предпочтениям и стратегиям»19. Согласно разрабо-
19
Nye J.S. The Future of Power. N.Y., 2011. P. 11.
28
танной им теоретической концепции «мягкой» силы, «…это способность получать желаемые результаты в отношениях между государствами за счет привлекательности собственной культуры, ценностей и внешней политики, а не принуждения или финансовых ресурсов»20. «Умная» сила понимается Дж. Наем
как умение сочетать жесткую и мягкую силу для формирования выигрышной
стратегии21.
Определяющим фактором внешней политики государств является национальный интерес. Содержание этой одной из ключевых категорий политической науки достаточно абстрактно и дискуссионно. Одни ученые считают ее
научно не определимой, в известной степени мистической. Другие пытаются
определить ее содержание исходя из социологической категории «общественный интерес». Последний определяется в научной литературе как осознанные
потребности субъекта или социальной общности, вытекающие из условий их
существования и деятельности. Соответственно, национальный интерес есть
осознание и отражение коренных потребностей общества в деятельности государственных лидеров.
Чтобы избежать чисто этнической трактовки термина «национальный интерес», точнее было бы говорить о национально-государственных интересах.
Крупнейшие западные политологи, прежде всего Г. Моргентау, использовали
термин «национальный интерес», относят его не к нации-этносу, а к нациигосударству. Подобный подход нашел отражение в документах и практике
ООН. К сфере национальных интересов относятся повышение материального и
духовного уровня жизни населения, обеспечение безопасности государства, его
суверенитета и территориальной целостности.
Национальные интересы не являются раз навсегда данными, а меняются
соответственно изменениям самого субъекта и окружающей среды. Перед элитами стоит задача актуализации конкретного содержания национальных интересов государств.
Национально-государственный интерес не тождествен интересам государства как властной структуры. При недостаточной развитости гражданского
общества и его институтов, осуществляющих контроль над политической властью, эта власть может претендовать на выражение интересов всего общества в
целом, в том числе и в области внешней политики.
Специфика национальных интересов России заключалась в том, что они
формировались на гетерогенной этнической основе как синтетическое выраже-
20
Nye J.S. Soft Power: the Means to Success in World Politics. N.Y., 2004. P. 8.
21
Nye J.S. Smart Power // New Perspectives Quaterly. 2009. Vol. 26. Issue 2. P. 7–9.
29
ние потребностей и устремлений многочисленных этносов, населявших
евразийское пространство. Концепция национальных интересов и безопасности
современной России находится в стадии становления.
Приоритетное место в системе национальных интересов России занимают: обеспечение безопасности страны и сохранение ее территориальной целостности; создание эффективной экономики и дееспособных государственных
институтов; достижение высокого качества жизни людей, соответствующего
мировым стандартам; создание благоприятной внешней среды для решения
всего комплекса внутренних проблем; воздействие на мировые процессы в целях установления стабильного, справедливого и демократического миропорядка; формирование благоприятного имиджа.
Элитам свойственна тенденция к расширительной интерпретации интересов «своих» государств при недооценке или игнорировании жизненно важных
интересов других субъектов мировой политики. Возникающие в таких ситуациях асимметрия и дисбаланс интересов контрагентов способны вызывать напряженность в межгосударственных отношениях и служить источником конфликтности.
Реализация национальных интересов государств в области международных отношений осуществляется прежде всего через их внешнеполитическую
деятельность. В рамках ее функционального содержания решается широкий
круг задач — от принципиально важных для отдельного государства и мировой
политики в целом до повседневных, сравнительно частных.
Критерием для различения значимости направлений внешнеполитической
деятельности государств может служить категория внешнеполитического
интереса, понимаемого как выражение общих и частных потребностей государств, обусловленных их исторически сложившимися местом и ролью в системе международных отношений. Условно можно выделить два уровня внешнеполитических интересов государств — уровень главных интересов и уровень
специфических интересов.
Уровень главных внешнеполитических интересов государства включает в
себя обеспечение его безопасности и территориальной целостности, защиту
экономической и политической независимости, места и роли в системе международных отношений. Второй уровень, уровень специфических внешнеполитических интересов государства, включает в себя важные, хотя и сравнительно
частные, интересы, связанные с конкретными процессами и явлениями в функционировании системы международных отношений, в частности конфликтны-
30
ми ситуациями, кризисами, проблемами торгово-экономического, культурного,
научного и иного сотрудничества государств, получения и оказания помощи.
В сфере главных внешнеполитических интересов государства обычно
жестко отстаивают свои позиции, не склонны к компромиссам и уступкам.
Специфические внешнеполитические интересы более лабильны и изменчивы,
легче поддаются воздействию со стороны различных внутренних и внешних
обстоятельств, в большей степени могут быть объектом торга и компромиссов.
Специфические внешнеполитические интересы в конечном счете детерминируются и лимитируются главными. В то же время они относительно автономны и могут определять содержание внешнеполитической деятельности государств на отдельных ее направлениях. Грань между главными и специфическими интересами государства условна и подвижна.
Логика поведения государств во внешней политике с той или иной долей
условности может быть объяснена, исходя из выделенных М. Вебером четырех
идеально-типических моделей социального действия — традиционного, аффективного, ценностно-рационального и целерационального. Выделение последних моделей подвергается сомнению ввиду невозможности определения целей
субъекта вне системы ценностных ориентаций.
Значительную и, возможно, преобладающую часть действий государств
составляют практики традиционного типа, связанные с рутинными действиями,
совершаемыми по привычке или по аналогии с предыдущим опытом. В ситуациях высоких ставок и большой доли риска государства стремятся прибегать к
выстраиванию рациональной логики внешнеполитического поведения.
Вероятность аффективных действий, предпринимаемых под влиянием
эмоций и потому не являющихся стратегическими, ограничена бюрократическим характером подготовки и реализации решений, вовлечением в этот процесс большого числа субъектов. Вместе с тем бессознательные импульсы и
чувства, составляющие основу аффекта, оказывают существенное влияние на
действия политических лидеров и общественных групп.
В реальном межгосударственном взаимодействии представленные идеальные типы социального действия проявляются не в чистом виде, а в качестве
взаимодействующих компонентов — рационального начала, эмоциональных
импульсов и рутинных действий.
Можно выделить три основных источника мотивации внешнеполитического поведения государств: международная среда, порождающая вызовы и
возможности для реагирования на них; внутриполитическая ситуация, определяемая характером общественных и элитных запросов к государственному ап-
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]