Профессор Елизавета Данилова цивилист. Трудовик. Источниковед. Очерк научной деятельности

ответственной политической работы в государственных учрежде­ниях или в рабоче-крестьянских, общественных, профессиональ­ных или в партийных рабочих организациях», а членам губернского и Верховного суда сверх того еще не менее трехлетнего стажа «работы на судебных должностях», Данилова, уже около трех лет занимавшая ответственный руководящий пост в Наркомтруде, оказалась одной из очень немногих юристов, получивших образование и всероссий­скую профессиональную известность при старом режиме, кто мог претендовать на членство в высшем судебном органе Республики. Во всяком случае, во второй половине 1920-х гг. Данилова оказалась единственным таким юристом в составе Верховного суда РСФСР. Подавляющее большинство ее коллег имели за плечами опыт подполь­ной партийной работы и службы в советских учреждениях в период военного коммунизма и гражданской войны. Достаточно сказать, что из пяти назначенных вместе с Даниловой членов Кассационной кол­легии по гражданским делам трое оказались старыми большевиками: М.К. Муранов был до революции железнодорожным рабочим и при­казчиком, Г.А. Азеев – паровозным машинистом, Н.М. Немцов – уче­ником слесаря. Исключением из общего правила выглядел председа­тель Верховного суда П.И. Стучка (1865–1932), бывший подпольщик и присяжный поверенный по «увечным» делам, занимавший после революции различные должности в партийном аппарате и Наркомате юстиции. Однако в условиях новой экономической политики, когда нагрузка на суд постепенно росла, а споры по трудовым и хозяйствен­ным делам все чаще доходили до высшей инстанции, одного только опыта партийной работы членам Верховного суда было недостаточно. Поэтому в Наркомате юстиции при подборе кандидатур в судьи ста­рались отдавать предпочтение тем отличившимся на ответственной политической работе партийцам, кто до революции хотя бы несколько месяцев учился на юридическом факультете. Назначение Даниловой стало отступлением от действующего порядка не только ввиду отсут­ствия у нее «трехлетнего стажа практической судебной работы», но и потому, что в свои 34 года она стала самой молодой (большинство ее коллег были старше на 10–12 лет) и едва ли не единственной бес­партийной среди членов Верховного суда.

Но это облегчение не способствовало улучшению работоспособ­ности, сказывалось утомление от многих лет напряженной работы в отсутствие полноценных отпусков и при постоянных высоких пси­хологических нагрузках, да и доктора рекомендовали «продолжи­тельный отдых от всех видов работ и занятий». В этих условиях ру­ководство Верховного суда, заинтересованное в том, чтобы с учетом возраставшей нагрузки и усложнения дел Данилова сосредоточилась на судебной работе, ходатайствовало об освобождении ее от работы в Наркомтруде, подчеркнув, что «в дальнейшем такое совместитель­ство, крайне перегружающее тов. Данилову, невозможно»1. Нарком труда Н.А. Угланов, в отличие от своего предшественника, возражать не стал и «ввиду необходимости дальнейшей разгрузки т. Даниловой для работы в Верховном суде РСФСР» 31 января 1930 г. освободил ее от должности заведующей Юридическим бюро, «с оставлением... в ре­зерве ответственных работников НКТ СССР»2. Оставление в резерве, впрочем, практического значения не имело, поскольку спустя три года Наркомтруд со всеми его местными органами был слит с аппаратом ВЦСПС в центре и на местах3.