Магия

По мере того как изначальная субстанция развивается, проявляясь в формах, она спускается из универсального со­стояния в родовое, видовое и, наконец, индивидуальное. Вос­ходя опять к бесформенному состоянию, она проходит обрат­ный путь, границы индивидуальностей расширяются и в ре­зультате сливаются с целым. Жизнь на низших планах прояв­ляется в недифференцированном состоянии: у воздуха нет определенной формы, каждой капле воды в океане дано то же бытие, что и мириадам других капель, один кусок глины — â сущности то же самое, что и другой. В растительном и живот­ном царствах универсальный принцип Жизни проявляется в индивидуальных формах, но все же между отдельными расте­ниями, деревьями, животными одного вида и людьми, при­надлежащими к одному роду, разница невелика, и те черты, которые составляют особенность данной индивидуальной фор­мы, исчезают вместе с ней. То, что на самом деле отличает одну индивидуальную форму от другой, не зависит от формы и продолжает существовать и после того, как жизнь формы приходит к концу. Различия форм преходящи, но различия природы и характера сохраняются; те качества, которые воз­вышают их обладателя, выделяя его из его окружения, лежат как раз в той области, где внешний облик не имеет никакого значения. Сократ был уродлив и при том гениален; тщедуш­ное тело Наполеона никак не соответствовало величию его ума. Почет и слава осеняют гробницу формы, и великие умы часто обретают большую власть после того, как служившие им тела обращаются в прах. Могущественный разум объемлет сферу, простирающуюся далеко за пределы физической оболочки, в которой от живет. Он не умирает со смертью этой оболочки. Его характер продолжает существовать и может явиться на земле вновь. Слабый разум порой сморщивается и иссыхает, пока живет в форме.

ность; но тот, кого влечет иллюзия «я», будет притянут к фор­ме. Сущность, влекомая иллюзией «я», может воображать себя чем-то отдельным, отделенным от универсальной Жизни и все остальные существа рассматривать как нечто отличное от це­лого. Эта иллюзия питает бесчисленное множество других ил­люзий. Из ощущения «я» возникает любовь к себе и стремле­ние продолжить свое существование как личности, порождаю­щее жадность, корыстолюбие, зависть, ревность, страхи, сомне­ния и печаль, боль и смерть, а также целую вереницу пере­живаний и страданий, которые делают жизнь человека безра­достной и мешают ему достичь вечного счастья. Если человек несчастен и не способен найти счастье внутри себя, самый на­дежный и быстрый способ обрести радость и покой состоит в том, чтобы забыть себя и жить, так сказать, в других, объеди­нив свое сознание с сознанием иных людей — некоторых или даже всех. Осознавая других и сочувствуя другим, он прекра­тит думать о себе, и иллюзии, порождаемые «я», на время пе­рестанут его терзать. Человек, который живет в эмоциональ­ной изоляции, не будет интересоваться ничем, кроме своих личных проблем. Все его энергии концентрируются внутри него, и он становится постепенно все более и более ничтожным и духовно мелким. Мало-помалу мысли его опускаются на низ­шие планы, он делается все «тяжелее», по мере того как душа его уплотняется; и если однажды полученный импульс к нис­ходящему движению не будет ничем уравновешен, человек станет погружаться все глубже и глубже, покуда его личность после смерти формы не исчезнет в вихре и он не перестанет существовать в человеческой форме, как еще при жизни утра­тил человеческий характер. Когда физическое тело истлеет, а «магнетическое тело» рассыплется, составляющие его душу эле­менты еще не исчезнут. Это существо окажется игрушкой гла­венствующих своих эмоций, оно не будет двигаться осмыслен­но, ибо, не имея интеллекта, не сможет принять никакого ре­шения, а станет метаться, влекомое инстинктами, пока все за­пасы энергий в нем не исчерпаются и не кончится его бытие как формы.

соединение атомов. Если жизненный принцип изъять из ми­нерала, его форма тем самым будет уничтожена. Зерно из еги­петской гробницы прорастает и дает всходы, если посадить его в землю, хотя жизненный принцип спал в нем многие столе­тия. Если бы аналогичным образом удалось приостановить ки­пение животной жизни, индивидуальное существование жи­вотного или человека можно было бы продлить на неопре­деленно долгий срок. Камни живут с начала Манвантары до последних ее мгновений; жизнь некоторых форм очень долгая, но если жизненный импульс однажды задан, трудно — если не невозможно — сдержать его. Чтобы добиться этого, надо обладать могуществом Посвященного, который способен скон­центрировать жизненную энергию в высших принципах, су­ществование которых не связано с формой, и таким образом продлить свою жизнь. Известный факт гласит, что «факир», погребенный заживо и извлеченный из могилы через несколь­ко недель или даже месяцев, после всего этого возвращался к жизни: это означает просто, что его физическое тело в течение этого времени было бездеятельным и практически безжизнен­ным, в то время как жизненная энергия выступала в качестве деятельного начала в «истинном» человеке, который не уйдет в могилу.