Магия

свойств или нечто, о свойствах которого мы не можем соста­вить себе никакого представления. Когда Гаутаму Будду по­просили описать высший источник всего бытия, он промол­чал, ибо те, кто достиг состояния, в котором можно воочию увидеть это, не имеют слов, чтобы описать то, что открылось им20, а те, кто не осознал, не смогут понять описание. Чтобы описать вещь, мы должны приписать ей некие понятные нам свойства, и тогда она перестает быть Абсолютом и становится относительным. Поэтому теологические споры о природе «Бога» бессмысленны, ибо у «Бога» нет природных свойств, напротив, Природа — Его проявление. Если мы используем слово «Бог» в его правильном значении «Благо», тогда отри­цать существование Бога абсурдно, это равносильно тому, что­бы отрицать свое собственное существование, ибо любое суще­ствование есть не что иное, как проявление Жизни, как «Бла­го». Заявлять о своем знании Бога столь же нелепо, ибо мы не можем знать то, чего не в силах вообразить. Бога могут знать лишь те, кто стоит выше теологических дискуссий; Его можно узнать в духе, но нельзя описать научно, и баталии между так называемыми деистами è атеистами — не более чем спор о словах, у которых нет точных значений. Любой человек сам есть проявление Бога, и как характер одного человека отлича­ется от характера другого, так и его представление о Боге от­личается от представлений других; у каждого свой бог (иде­ал); только когда все люди обретут одни устремления, у всех них будет один Бог.

ющий его устремления, так и у каждой церкви свой особый бог, который есть порождение и результат эволюции идеаль­ных нужд того коллективного образования, которое именует­ся церковью. Все такие боги истинны для последователей дан­ной церкви, поскольку они отвечают их потребностям, и если потребности церкви меняются, меняются и ее боги: старые раз­венчиваются и их место занимают новые. Бог христиан иной, чем бог иудеев, а бог христиан XIX века очень отличается от того, что жил во времена Торквемады и Петера Арбэ и радо­вался пыткам и аутодафе. До тех пор пока люди несовершен­ны, их боги будут несовершенны; и по мере того, как люди становятся более совершенными, их боги совершенствуются тоже; а когда все люди станут равно совершенными, у них у всех будет один совершенный «Бог», один высочайший духов­ный Идеал и одна универсальная реальность, признаваемая и учеными, и религией. И реальность эта — само человечество, достигшее высшего идеала совершенства; ибо возможен толь­ко один высший Идеал, одна абсолютная Истина, постижение которой есть Мудрость, проявление — сила, выраженная в Природе, а самое совершенное создание — идеальный Человек.

ìàõ. Îí — лоно, в котором все содержится прежде, чем будет воплощено как объективное его пробудившейся Волей. Он — «творец»22, великий «плотник» Вселенной, «приемный отец Христа», чья жена есть Майя (Природа)23, непорочная дева, через которую Îòåö является как Ñûí, пробужденный к дей­ствию в форме животворящим воздействием «Святого Духа»24. Это великое таинство, изложенное в виде аллегорий во всех основных мировых религиях, могут полностью познать и по­нять только те, кто обрел способность высшего восприятия и достиг высшего знания, даруемого Посвященным, чье духов­ное сознание пробудилось; неверное его толкование породило множество нелепых и противоречащих друг другу суждений. Тот, кто хочет с помощью своего интеллекта постичь бесконеч­ное, не сумеет ухватить его, пока его конечный разум не смо­жет объять достаточно, чтобы быть в совершенной гармонии с необъятным Единым.