Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Агрессия. Рассекреченные документы службы внешней разведки Российской Федерации 1939-1941
.pdf
1939
Обзор дебатов в парламенте Франции
№-8792
18 янв.1939 г.
Прил. к § 16 п.3/8.
ФРАНКО-СОВЕТСКИЙ ПАКТ
В ПАЛАТЕ ДЕПУТАТОВ.
Женевьева Табуи сообщает из Женевы следующее общее
впечатление:
«СССР замкнулся в себе, глубоко оскорбленный тем, что
произошло за эти последние месяцы в Европе. Он не участвует в этих вопросах. Например, впервые отмечается многими отсутствие г-на Литвинова. Непосредственные друзья
СССР дают следующее объяснение: Франция и Англия в течение последних шести недель дали понять, что они хотели
бы, чтобы Германия ввязалась в дела на Востоке, и это произвело в Кремле тяжелое впечатление».
Женевьева Табуи добавляет:
«Поэтому будет трудно побудить СССР вмешаться в дела
Европы, тем более что совершенно ясно, что Париж и Лондон
рассматривают франко-советский пакт как средство, направленное в их пользу, но они не проявляют готовности привести
его в действие, в случае если бы Германия напала на СССР,
что, впрочем, кажется для всех совершенно невероятным».
Г-н Марсель Дэа (из союза республ. соц.), прежний министр, по-видимому, подтверждает это последнее утверждение, поскольку он пишет в «Пари Суар» от 18-го января:
«Французские массы, отказавшиеся воевать за чехов, не
согласятся воевать за поляков или румын. Тем более их мало
163
беспокоит, что в один прекрасный день они окажутся связанными каким-либо пактом с советской судьбой».
Судя по выступлениям ораторов в Палате, во время обсуждения вопроса внешней политики проявились следующие
тенденции:
1. Тенденция к пересмотру франко-советского пакта.
Это тенденция значительной части левых радикалов и социалистов.
Г. Дешизо заявил, что он не верит в возможность отказа от
франко-советского и франко-польского пактов, но что он считает необходимым точно определить их значение.
По украинскому вопросу он добавил:
«Надо знать, что будет предпринято или не будет предпринято в случае, если разразится конфликт».
2. Тенденция к более или менее резкой отмене, выраженная г-ном Жаном Монтиньи (из франко-германского комитета), так называемого радикала, при аплодисментах правых.
Вот выступление г-на Монтиньи: «Каково настоящее со-
стояние обязательств Франции?
В отношении Чехословакии? Увы, обстоятельства нас уже
освободили от обязательств.
В отношении Румынии и Югославии?
Наши пакты с этими двумя странами обуславливают лишь
наблюдение. Если одна из двух договаривающихся сторон
является жертвой агрессии, другая имеет право сговариваться с ней. Эти условия предоставляют свободу действий, которая мне представляется достаточной.
С Польшей и СССР у нас заключены пакты, в которых имеются относительно более ясные обязательства. Но эти обязательства, в остальном различные, имеют общий характер:
они были приняты в рамках пакта Лиги Наций, и была буквально применена ст.16, т. е. та статья, на основании которой
в пакте вытекают основы коллективной безопасности.
164
Коллективная безопасность, реальное применение ст.16 —
это основа всех обязательств, о которых мы договорились в
этих пактах.
Поскольку вся структура рухнула, мы скажем: к несчастью,
верите ли вы, что при такой катастрофе могла сохраниться
прочность пактов?»
Затем г. Монтиньи напомнил о заявлениях, сделанных
г-ном Жоржем Боннэ на съезде в Марселе.
«Когда г. Боннэ вызвал в памяти свои воспоминания члена
кабинета 1925 г., который подписал Локарнское соглашение
и пакты с Польшей и Чехословакией, он сказал:
„Что мы поняли, чего мы хотели, что мы предвидели? Разве в тот момент, когда весь мир начал колебаться, Франция
зашаталась бы раньше всех“.
Иначе говоря, всеми взятыми на себя обязательствами мы
обязались быть первыми у заставы, быть первыми у бойницы,
но не быть там в одиночестве.
Начиная с того времени, когда доказано, что коллективная
безопасность статьи шестнадцатой впадает в летаргию, неизбежно, что наши обязательства теряют силу или, во всяком
случае, становятся условными.
Не только три большие державы из семи остались в одиночестве в Женеве, но некоторые значительные страны, объединившиеся в так называемую группу Осло, заявили на последнем заседании Лиги Наций, что в силу происшедших изменений они считают, что обязательства ст. 16-й, касающиеся
коллективной безопасности, стали факультативными. Лига
Наций не протестовала и ловкой уловкой, которую юристы
оценят, если не составила акта, то, во всяком случае, зарегистрировала».
Затем т. Монтиньи последовательно проанализировал два
договора, подписанные с Польшей, затем франко-советский
пакт.
Он заявил:
«Я считаю, что было бы честно и политически возможно,
чтобы правительство и парламент констатировали бы такое
положение и заявили бы, что все эти обязательства в отно-
165
шении Польши и СССР, основанные на ст. 16, являются недействительными или, во всяком случае, относительными.
В обоих случаях Франция получает с точки зрения юридической и моральной такую свободу действий, о которой она не
сможет сказать заранее, что она не знает, как ее использовать.
В отношении ратифицированного три года тому назад договора с СССР в протоколе подписания уточняется, что возможное обязательство Франции находится в зависимости от
двух совещаний: Совета Лиги Наций и сторон, подписавших
Локарнский договор.
Юридически Локарнский договор еще существует. Франция заинтересована поддержать эту систему, поскольку в существовании Локарнского договора находится юридическая
база английского обязательства о помощи Франции, обязательства, которое мы, впрочем, признали взаимным.
Итак, Локарно еще существует. В случае если бы затронутый мною вопрос возник в отношении пакта с СССР, следовало бы прежде всего обратиться в Совет Лиги Наций. Затем
обратиться к поручителям Локарно, т. е. Англии и Италии».
Поэтому г. Монтиньи заключил свое выступление срочной
необходимостью применить франко-советский пакт к создавшемуся юридическому и международному положению.
Наконец, третья тенденция: переработка пакта в военный
союз. Эта тенденция была развита Анри Кериллисом с его
обычными аргументами.
Он также упомянул о заявлениях Жоржа Боннэ на съезде в
Марселе.
«На съезде в Марселе Вы, господин министр иностранных
дел, употребили одно, особенно разоблачающее, выражение. Вы говорили не о „восточных союзах“, Франции, а о „восточных дружбах“. Во внешней политике или, короче говоря, в
политике этот термин „дружбы“ не может говорить много. Но
весь мир понял. Политические деятели и газеты, которые Вас
166
самым шумным образом одобряют и которые считают, что
они отражают Вашу мысль, взяли на себя заботу нас просветить. Г. Монтиньи это сделал в начале заседания с большим
прямодушием, очень талантливо и с совершенной ясностью.
Восточные союзы, соединение французских и славянских
сил, это существенное условие европейского равновесия,
т. е. само существование не только восточных и западных
стран, но и маленьких стран.
Уничтожить наши восточные союзы, это значит уничтожить
клещи, которые в течение пяти столетий сдерживают германскую угрозу. Это значит разбить инструмент, которым мы всякий раз побеждали, когда держали его в руках, при ФилиппеАвгусте, Ришелье, Людовике ХIV, Людовике ХV и в 1914 году.
Инструмент, без которого мы были всегда побеждены, когда
его не было в наших руках: при Наполеоне I, в 1814 и 1815 гг.,
при Наполеоне III и в 1870 г.
Я знаю, что, когда произносят слова „восточные союзы“,
многие среди вас думают с ужасом о советской России.
Уверяю Вас, мои дорогие коллеги из правых, что строй в
советской России мне противен так же, как и вам. Но когда
вопрос касается оценки перманентных законов внешней политики моей страны, я не позволяю буржую говорить громче
меня, патриота. (Громкие аплодисменты левых крайних коммунистов, левых крайних и на различных скамьях.)
Факт, что король Румынии Кароль не большевик, г. Бек,
министр иностранных дел Польши, который тоже не большевик, прекрасно поняли, что, если хотят объединить европейский Восток против Германии, участие России, будь она красной или белой, необходимо». (Аплодисменты с крайней левой
и на разных скамьях.)
Кериллис обвиняет Жоржа Боннэ в том, что он отказался
от политики объединения Востока. Однако это традиционная
политика Франции.
Эта политика была запрещена Пьером Этиеном Фланденом 26-го февраля 1936 г. с трибуны Палаты.
Анри де Кериллису доставляет удовольствие напомнить
Палате о словах Фландена в 1936 г.
167
«Вот как высказался президент г. Фланден, с которым я
ищу случая встретиться на трибуне.
„Настоящий спор идет между теми, кто сохранил веру в
мир, гарантированный Организацией коллективной безопасности, и которые, чтобы достичь выгод, принимают его обязательства, и между теми, которые для того, чтобы избежать
угрозы войны, готовы уступить перед силой, жертвуя безопасностью других для личных гарантий“.
Нам говорят: “Представьте пангерманизму и панславянизму выступить друг против друга, положитесь на ваши укрепленные «линии Мажино» и отмечайте удары”.
Слова нехорошие, которые могли бы причинить Европе
серьезные повреждения, если бы они были приняты как мнение Франции.
Таким образом, сказал г. президент Фланден, мы были бы
быками, которые теперь защищают этот тезис изолирования,
против которого мы так боролись и который, к счастью, история уже осудила.
Неужели мы забыли, что в июле 1914 г. мировая война возникла вследствие инцидента, к которому мы были так же причастны, как к любому инциденту, который мог бы возникнуть
завтра в Европе.
Неужели мы забыли, что если тезис эгоизма, изолирования взял бы верх, ни Англия... г. Фланден сказал „ни Англия“,
я настаиваю... ни Италия, ни Америка не стали бы на нашу
сторону».
Де Кериллис заключил:
«Что касается меня, я никогда но говорил другого, и я не
изменил мнения. Вот почему, г. министр, я повторяю это в
последний раз, я прошу вас высказать здесь свое мнение без
уверток, ясным образом, и сказать нам, если вы признаете
или отрицаете такие предложения, касающиеся помощи
польской, русской, румынской, американской.
Господа, это доминирующий вопрос в настоящей политике. Нет другого вопроса. Вот почему это все должно было
быть высказано и обсуждено здесь».
168
Затем, вспоминая с волнением свое личное положение и
нападки, которым он подвергся, де Кериллис добавил:
«Теперь, заканчивая мою речь, я хочу обратиться к моим
друзьям из правых, из коих некоторые перестали меня понимать, которым рассказывают, что я стал сообщником или
агентом Москвы. Я умоляю их понять моральные муки, я не
преувеличиваю, человека, который в течение 20 лет боролся
с ними в авангарде и который в настоящее время отделяется
от них при трагических обстоятельствах.
Нет, я не изменился, я не изменюсь! Я не изменил, я не изменю! Ничто не совратит меня с этого пути».
Следует отметить, что, когда де Кериллис воскликнул: «Говорят, что я стал агентом Москвы», поднялись многочисленные протесты правых: «Нет, нет, это неправда, не говорите
этого».
От переводчика: см. примечание на русском
языке.
Перевела: М. Гусарская.
3/II-39 г.
Верно: /подпись/
Сообщение загранаппарата из Лондона
Ист. «___» Прил. к § 4 п. 13/8
5 апреля 1939 г. № 9744
С.С.С.Р. и Англия
г-н Гринвуд, руководитель Рабочей партии:
«Мы не можем не знать, что СССР с того времени, как вошел в Лигу Наций, проявил больше лояльности в своих принципах и решениях, чем английское правительство. Советская Россия могла бы быть решительным фактором в деле
поддержки всеобщего мира».
г-н Ллойд Джордж
«Если завтра III империя объявит войну Польше, Англия не
сможет послать ни одного батальона в эту страну. Франция
будет иметь сомнительные укрепления. Польская армия, как
бы она ни была сильна, столкнется с чрезвычайными затруднениями. При таких условиях политика правительства основывается на ложных предположениях».
Ллойд Джордж проанализировал 4 гипотезы:
1/ Нейтралитет Италии. Италия остается верной оси Рим —
Берлин: итальянская армия вдвое сильнее, чем в 1914 г.
2/ Нейтралитет Испании. Это неизвестность.
3/ Будет ли судоходство в Средиземном море таким же
свободным, как в 1914 г. Ллойд Джордж не верит этому.
4/ СССР рано или поздно вмешается. Ллойд Джордж настаивает на необходимости советского вмешательства, как
на суше, так и на море, с самого начала военных действий. Он
утверждает, что Советская армия насчитывает в настоящее
170
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]