Языковая ситуация на Дальнем Востоке России и приграничной территории (на материале российского Приамурья и провинции Хэйлунцзян, Китай)

щиеся на Дальний Восток получали возможность обзавестись личным хозяйством, обеспечивались жильем, продовольствием, а также работой по специальности. «Так, на главу переселенческой семьи в качестве единовременного безвозмездного пособия выдается 150 рублей, да и по 50 рублей на каждого из членов семьи. Для строительства усадьбы переселенцу предоставляется кредит до 4 тысяч рублей, причем половина ссуды относится на счет государственного бюджета, а вторая половина погашается в течение 15 лет, начиная с пятого года после получения кредита. Для приобретения скота в личное пользование переселенец может получить ссуду до 400 рублей, также с отнесением половины этой суммы на счет госбюджета и с погашением оставшейся части долга в течение пяти лет, начиная со второго года после получения кредита… В течение 10 лет переселенческая семья освобождается от уплаты сельскохозяйственного налога» [8, с. 175].

Вобщей сложности к 1 января 1967 г. в области насчитывалось около 781 тыс. человек. Это почти в 2 раза больше, чем до революции [9, с. 11]. Особенность населения области этого времени, как и в предыдущие годы, – пестрота национального состава. По данным переписи 1959 г., здесь выделялись такие значительные национальные группы как русские – 87,7%, украинцы – 7,8%, белорусы – 1,3% [там же, с. 11], а по данным переписи 1970 г., в области проживало русских – 721,4 тыс. (90,92%), украинцев – 41,5 тыс. (5,24%), белорусов – 7,7 тыс. (0,98%) (см. диаграмму на с. 52) [8, с. 171].

Впереписи 1970 г. отразилось снижение доли украинцев на территории области по сравнению с началом века. Одна из причин снижения численности украинцев – дети, рожденные в смешанных браках между русскими и украинцами, записывались по титульной нации.

Многообразие природных условий привело к некоторому разграничению национальных групп территориально. Так, украинцы, как правило, оседали в безлесных районах, например, в Белогорском они составляли 58,8% населения, Завитинском – 49,6%, Ивановском – 42,2%, Тамбовском – 31% и т.д. Белорусы разместились главным образом в лесостепных районах: Мазановском – 16,7%,

51

Архаринском – 12,8%, Свободненском – 11,4%, Завитинском – 7,3%, Шимановском – 6,8% [9, с. 11]. Эту особенность отмечают и украинские исследователи переселения на Дальний Восток: «Українці – вихідці зі степу з теплим кліматом

– після прибуття на Далекий Схід, природно, стали шукати такі місця, які за своїми фізико-географічними умовами ближче за все підходили б до України. Це, власне, й спонукало їх зайняти Південно-Уссурійський край і горнутися до державного кордону з Китаєм, де більша частина місць була вільна від лісу» [15].

Еще один этап заселения Амурской области начинается с 1974 г. и связан он с возведением Байкало-Амурской магистрали, в строительстве которой принимали участие 70 как славянских, так и неславянских национальностей СССР.

Строители осваивали и заселяли ранее необжитые территории, возводя новые города и поселки. Согласно переписи населения 1979 г., русское население в Амурской области составило 88,8%, украинцы – 6,2%, белорусы – 1,5% [16, с.50]. По данным 1989 г., количество русских сократилось до 86,8%, увеличился удельный вес украинцев (6,7%) и белорусов (1,7%) [там же, с. 50].

Распределение населения Амурской области по национальностям в период с 1959 г. по 2010 г.

Итак, освоение территории Амурской области представляло собой длительный процесс, в котором выделяются как периоды явной активности, так и явного спада. Это обусловлено как внутренними причинами, заставляющими людей покидать родные места (экономическими, религиозными и т.д.), так и внешними (политическими, историческими и т.д.).

2.2.2. Славянская составляющая в национально-этническом

многообразии Приамурья

В национально-этническом, религиозном отношении население Приамурья было неоднородно и в разных районах представлено по-разному. Лидирующее положение в заселении Амурской области на протяжении всех этапов переселения занимали русские, украинцы и белорусы. Как заметила, Ю.В. Аргудяева, исследователь традиционной и современной этнографии русских, ук-

52

раинцев и белорусов на Дальнем Востоке, заселение юга Дальнего Востока (Амурская и Приморская области) в конце XIX – начале XX вв. – это «прежде всего крестьянская восточнославянская колонизация с преобладанием на первом этапе русских, а на последующих – украинцев» [26, с. 36]. Преобладание русских, украинцев и белорусов отражено в переписях населения Амурской области в разные годы [выполнено по: 16, с. 28, 50; 27] и на диаграмме (с. 52).

Украинское переселенческое движение было особенно массовым и отразилось в топонимике края. В названиях сел, основанных украинскими переселенцами в Приамурье, сохранились наименования покинутых ими мест. Например, село Ерковцы было основано в 1894 г., первые поселенцы – преимущественно крестьяне и казаки Полтавской губернии, а именно – из селения Ерковцы Переяславского уезда Ерковецкой волости и селения Столпянь Реснянской волости; село Константиноградовка (осн. в 1884 г.) заселено новоселами из Полтавской и Екатеринославской губерний, в том числе из деревни Кошмановка Константиноградовского уезда; название селу Каховка (осн. в 1907 г.) предложено переселенцами из села Каховка на Украине; село Новоострополь основали в 1909 г. переселенцы из-под города Острополь Каменец-Подольской губернии; Борисполь – тоже в 1909 г. – переселенцы из села Борисполь Полтавской губернии; название селу Чигири, основанному в 1932 г., дано в память о покинутой родине переселенцами из города Чигири Черкасского уезда Киевской губернии; село Лохвицы (осн. в 1896 г.) названо переселенцами из-под города Лохвица Полтавской губернии; село Верхняя Полтавка (осн. в 1884 г.) в своем названии отразило свое географическое положение (по отношению к течению реки) и место выселения – Полтавская губерния) [28], село Светиловка (осн. в 1896 г.) названо в честь украинского села Светиловка – родины первопоселенцев [29, с. 262] и т. д.

Активное заселение края переселенцами из Украины послужило поводом для наименования украинцами южных дальневосточных территорий Зеленым Клином. Клином украинцы называют земельный надел, колонизируемые земли [30, с. 152]. В состав Зеленого Клина входили Амурская и Приморская области, бόльшая часть Хабаровского края: «За сучасним адміністративно-територіаль-

53

ним поділом. Зелений Клин складають Амурська область, Приморський край і більша частина Хабаровського» [15]. Иногда к этим территориям добавляют еще территории Камчатской и Сахалинской областей [31, с. 6]. Общая площадь Зеленого Клина составляет свыше 1 млн. кв. км [32].

Однако считать эти земли украинскими неверно: дальневосточные территории заселялись представителями разных национальностей. Кроме того, хотя украинцы и составляли значительную часть населения данных областей, однако численно не превосходили ни все другие вместе взятые национальности, населявшие Дальневосточный регион, ни русских, взятых в отдельности [33, с. 34].

История заселения Амурской области русскими, украинцами, белорусами, а также представителями других национальностей находит свое отражение и в современной языковой ситуации.

2.3. Современная языковая ситуация в Приамурье: количественные, качественные и оценочные признаки

Количественные признаки включают в себя число идиомов (языков, диалектов, говоров, вариантов) на данной территории, число говорящих на каждом из них, число коммуникативных областей, обслуживаемых каждым идиомом [34, с. 47]. Качественные признаки позволяют охарактеризовать соотношение идиомов с точки зрения лингвистического характера входящих в него идиомов, структурно-генетических отношении между ними (родственные, неродственные), функциональной равнозначности/неравнозначности идиомов [35, с. 617]. Оценочные характеристики – это внешние и внутренние оценки идиомов по разным параметрам: коммуникативная пригодность, престижность, эстетическая ценность [34, с. 47]. Нами предпринята попытка с учетом данных типологических параметров охарактеризовать современную языковую ситуацию в Приамурье.

2.3.1. Количественные признаки языковой ситуации

54

Любую языковую ситуацию можно рассмотреть с точки зрения экзоглоссных отношений (совокупности языков) и эндоглоссных отношений (совокупности подсистем одного языка) [36]. И в том и в другом случае по общему числу идиомов современную языковую ситуацию в Приамурье можно охарактеризовать как поликомпонентную.

Это связано с тем, что на территории области проживают представители около ста различных национальностей и этнических групп: русские (775590 чел. – 94,33%), украинцы (16636 чел. – 2,02%), белорусы (4162 чел. – 0,51%), армяне (3948 чел. – 0,48%), татары (3406 чел. – 0,41%), азербайджанцы (2796 чел. – 0,34%), корейцы (1756 – 0,21%), эвенки (1481 чел. – 0,18%) и т.д., и все они имеют свои национальные языки [27]. Однако коммуникативная и демографические мощности этих языков являются неравновесными.

Доминирующим, как по числу говорящих, так и по числу коммуникативных сфер является русский язык. По некоторым данным, более 800 тысяч (около 100%) жителей области владеют русским языком [37]. Это обусловлено его статусом. На территории Амурской области, как и на территории Российской Федераций, русский язык является государственным языком, официальным, т.е. языком государственного управления, законодательства, судопроизводства, и титульным, т.е. имеющим название, совпадающее с именем этноса, по которому названо национально-государственное образование. Он выступает в качестве языка межнационального общения. Его используют в официально-деловой, экономической, хозяйственной, общественно-политической и других сферах деятельности. На нем ведется преподавание в школах.

Демографическая мощность русского языка на рассматриваемой территории подкрепляется, с одной стороны, численным преобладанием русского населения, а с другой, – необходимостью использования его всеми жителями области вне зависимости от национальной принадлежности.

Что касается других национальных языков, то сфера их использования ограничена. В основном это ситуации неофициального общения внутри отдельных семей, между представителями диаспор и национальных групп [38, с. 22].

55

Таким образом, можно добавить, что современная языковая ситуация в Приамурье является не только неравновесной, но и разномощной, однополюсной, с доминирующим языком – русским.

С точки зрения эндоглоссных отношений представленные на территории региона языки характеризуются существованием в своих различных функциональных и/или территориальных разновидностях.

Так, русский язык на территории области представлен не только своей литературной, но диалектной и просторечной формами.

Просторечная лексика как яркий идентификатор такой формы современного русского языка как просторечие была зафиксирована в Приамурье еще в начале ХХ в. и сохраняется до настоящего времени [39, с. 10]. Просторечие на территории Приамурья сформировалось в результате языкового взаимодействия различных миграционных потоков с разными диалектными традициями и просторечия центра России, вобрав в себя элементы регионального характера [там же, с. 10]. Просторечие на территории Приамурья неоднородно. В настоящее время среди городских жителей Приамурья, общение которых происходит в бытовой среде и в сфере официального общения, преобладают носители про- сторечия-2, связанного на лексическом уровне с социальными жаргонами, а носители просторечия-1, связанного с диалектами, составляют около 15-17% от числа всех просторечно говорящих [там же, с. 10].

Для Амурской области характерно диалектное разнообразие. На территории области зафиксированы говоры как с севернорусской, так и с южнорусской основой.

Ксевернорусским говорам относят казачьи говоры Амурской области [7,

с.14]. Это говоры старожилого населения бассейна Верхнего и Среднего Амура, в основном потомков забайкальских казаков, которых с середины ХIХ в. переселяли на Амур с целью охраны государственной границы [40, с. 4]. Севернорусские черты отмечаются и в современных говорах старообрядцев семейских Амурской области, сформированных на южнорусской материнской основе и во многом совпадающих с говорами старообрядцев Забайкалья [41, с. 65].

56

Черты южнорусских говоров зафиксированы в речи потомков переселенцев из южных регионов России [42-44].

Однако тесный контакт диалекта с русским литературным языком, возникающий в результате абсолютной грамотности населения (умеют читать и писать по-русски), влияния средств массовой информации и других экстралингвистических факторов, приводит к стиранию ярких диалектных особенностей. В настоящее время наблюдается все большее преобладание литературных вариантов форм и слов, все меньшее количество собственно диалектных единиц в речи жителей Амурской области, хотя, как отмечают современные исследователи амурских говоров, еще в середине ХIХ – начале ХХ вв. эта форма была доминирующей, так как преобладал количественный состав ее носителей [33, с. 35].

Функционирующий на территории Амурской области и являющийся языком коренного населения края эвенкийский язык, а точнее, его восточное наречие, представлено несколькими говорами: зейским, селемджинским и джелтулакским [45, с. 88]. Кроме того, в настоящее время эвенкийский язык имеет не только диалектную, но и литературную форму. Однако литературная форма эвенкийского языка не является наддиалектной: нормы эвенкийского литературного языка окончательно не сформированы [там же, с. 86].

Добавим, что большинство эвенков являются билингвами: кроме своего родного языка (в основном – его диалектной формы), знают русский язык, который они изучают как в школе, так и в среде непосредственной коммуникации с русскими на русском языке. Функции же эвенкийского языка ограничиваются использованием в национальной среде, а распространение – районом компактного проживания эвенков [38, с. 21].

Языки других национальностей также функционируют на территории области, например, корейский, китайский, армянский, азербайджанский языки, и представлены они в основном в своей нелитературной форме.

Известны факты функционирования в Амурской области литературной и диалектной форм украинского языка, однако по числу носителей, а это были в основном крестьяне, можно установить, что преобладала диалектная форма.

57

Литературная форма украинского языка была представлена на территории области в начале ХХ в. [там же, с.14].

С целью сохранения национальной самоидентификации лидеры украинского движения выступали за образование на украинском языке, за издание газет на украинском языке, поддерживали языковую среду родного языка, создавая украинские клубы для общения на родном языке: «На виконання рішень з'їзду по Далекому Сходу було засновано десять окружних рад, які об'єднували кілька клітин: Благовєщенська – Миколаївська, Волковська, Костянтиноградівська, Верхнє-Полтавська, Черкасівська, Грибська та інші сільські громади. Український клуб у Благовєщенську …» [15].

Известно также, что в 30-е гг. ХХ в. была сделана попытка украинизации ряда сел Амурской области. Так, 10 сел Ивановского района подлежали украинизации: из Украины были присланы учителя, которые осуществляли обучение на украинском языке. В газетах появлялись статьи с характерными для того времени названиями: «Не срывать украинизации сел»14.

Правда, все эти идеи не нашли действительной поддержки ни у царской, ни у послереволюционной власти. Диалектная форма украинского языка и сейчас сохраняется на территории области.

Белорусский язык в середине ХIХ – начале ХХ вв. существовал в Амурской области исключительно в своей диалектной форме (отсутствуют какиелибо источники, по которым можно было бы судить о бытовании литературной формы белорусского языка) [38, с. 14]. Со временем белорусский язык, как наиболее слабо представленный в регионе по сравнению с другими восточнославянскими языками по числу своих носителей и функционировавший только

14 В газете «Коммуна» за 6 декабря 1931 г. появилась небольшая статья под названием «Не срывать украинизации школ»: Ивановский район подлежит частичной украинизации. Намечено украинизировать 10 сел: Н.-Покровку, Петропавловку, Константино-Градовку, Ерковцы, Черкасовку, Варваровку, Преображеновку, Переяславку, Панино и Зорино. Пока из-за недостатка кадров украинизацией «охвачено» только 6 школ. В районе имеется 10 учителей, прибывших из Украины. Охвачено украинизацией 17 групп. Затем в районе украинизируется одна ШКМ и уже «охвачено» 3 первых группы. В селах, где имеются учителя-украинцы, работают курсы по украинизации местных работников, актива села. Украинизация проходит удовлетворительно. Плохо одно – что учебники для украинизации школ совсем негодны и методически невыдержанны. Нет украинских программ

ивспомогательной литературы. Отсюда большие затруднения в работе по украинизации.

Вукраинизированных селах необходимо реализовать украинскую периодическую литературу. Иногда райуполномоченные недооценивают курсов украинизации, зачастую их срывают. На президиуме райисполкома было поставлено создать бюро переводчиков, но затем этот вопрос был смазан.

Необходимо всем райорганизациям формировать работу по украинизации. Г.М.

58

в диалектной форме, исчезает. Потомки белорусских переселенцев, которые в настоящее время проживают в селах Амурской области, говорят уже на русском диалекте, но в их речи присутствует белорусское, а иногда и украинское влияние, проявляющееся в присутствии белорусской и украинской лексики [там же, с. 20]. Белорусская лексика известна им от родителей, а украинская, полагаем, усвоена при языковых контактах с носителями украинского языка, проживавшими часто в том же селе. Исследователи говоров Приамурья, в качестве основных причин утраты белорусского языка называют отсутствие его социальной статусности и коммуникативной мощности: он не являлся ни государственным, ни официальным, ни титульным; и на территории области был представлен только в диалектной форме [там же, с. 20]. Правда, такая ситуация для белорусского языка в эмиграции типична: «Белорусы не выезжали деревнями, а в эмиграции (и в России и на Западе) обычно ассимилируются быстрее, чем украинцы» [46, с. 167].

2.3.2. Качественные признаки языковой ситуации

По лингвистическому характеру идиомов, составляющих языковую ситуацию, последние подразделяются на одноязычные и многоязычные. Языковая ситуация в Амурской области является многоязычной, так как ее составляют несколько десятков языков. К таковым можно отнести русский, украинский, армянский, татарский, азербайджанский, эвенкийский, китайский, корейский, узбекский и некоторые другие языки.

По структурно-генетическим отношениям идиомов языковую ситуацию в Приамурье однозначно охарактеризовать нельзя ввиду многоязычия.

С одной стороны, здесь сосуществуют неродственные и типологически различные языки: флективные славянские языки – русский, украинский, белорусский; агглютинативные – корейский, японский и др.; изолирующий язык – китайский язык. Здесь также представлены языки разных групп и семей. К алтайским языкам относятся тюркские языки: азербайджанский, узбекский, татарский, тунгусо-манчжурские – эвенкийский язык. Китайско-тибетские языки представлены китайским языком, индоевропейская группа языков – славянски-

59

ми, армянским языками. Следовательно, данную языковую ситуацию можно определить как гетероморфную (включающую типологически несходные языки) и гетерогенную (включающую неродственные языки).

Сдругой стороны, как видим, здесь взаимодействуют языки, имеющие общую генеалогию и являющиеся типологически тождественными (например, славянские языки – русский, украинский, белорусский; тюркские языки – узбекский, азербайджанский, татарский), поэтому ситуацию можно определить как гомогенную и гомоморфную. Заметим, что независимость таких параметров как сходные/несходные, родственные/неродственные допускает столь противоречивую комбинацию данных характеристик [35, с. 617].

Сточки зрения функциональной равнозначности/неравнозначности языковую ситуацию в Приамурье можно охарактеризовать как дисгармоничную. Государственным, официальным, титульным языком здесь является русский. Он же является языком межнационального общения. Все остальные языки не являлись и не являются ни государственными, ни официальными. Сфера их использования на территории области ограничена национальной средой.

Характер доминирующего в государственном масштабе идиома (металекта) определяется по тому, местный доминирующий идиом или «импортированный» [там же, с. 617]. Доминирующим на территории Российской Федерации является местный язык – русский. Этот же язык в настоящее время является доминирующим и на территории Амурской области. Однако свой статус на территории области русский язык приобрел только в 1858 г., когда регион вошел в состав России [38, с. 14]. Предполагается, что в период до 1858 г. на территории региона функционировали языки автохтонных народов (эвенкийский, орочский и некоторые другие), которые со временем либо исчезли, либо приобрели узкую сферу употребления [там же, с. 12]. Вместе с первыми переселенцами на территории области появились и русские диалектные формы. И только после возникновения Усть-Зейского поста в 1856 г., положившего начало городу Благовещенску, стала формироваться культурная среда, возникла необходимость в широком использовании русского литературного языка (открытие

60