Юридическая психология. Учебник для вузов

“Грамотный, уважающий себя следователь, — отмечает В. С. Соркин, — всегда согласится с обоснованными ходатайствами защитника, даже если между ними возникла конфликтная ситуация. Однако защитнику следует помнить, что, заявляя ходатайство, он создает нервозность и обостряет и без того напряженные отношения со следователем. Показная активность может помешать его подзащитному”1.

Если же защитник видит явное нежелание следователя вникать в суть ходатайства (это зависит от разных видов ходатайств: нарушение норм УПК, неполноты следствия и т. д.), ему следует обращаться к надзирающему прокурору, поскольку дальнейшая “бомбардировка” следователя ходатайствами становится бессмысленной.

Ходатайства вносятся для преодоления негативных установок следователя на обвинительный уклон. Необходимо подчеркнуть, что заявление ходатайства на стадии предварительного следствия, равно как и в ходе судебного заседания, является действенным фактором осуществления защиты.

В целом, осуществляя защиту в атакующем стиле, адвокат может прибегать к различным (законным) приемам:

—затягивать следствие до момента, когда оно утратит актуальность;

—усложнять его новыми, но нереальными эпизодами, рассчи- танными на длительные и непродуктивные потери времени и сил;

—“загружать” следователя трудоемкими для выполнения ходатайствами, которыми впоследствии можно манипулировать для аргументации пассивности следователя;

—создавать конфликтогенные условия общения со следователем в расчете на вызов у него психологического срыва;

—накапливать информацию об ошибках следователя: органи- зационно-тактических, процессуальных, следственно-экспертных и иных, чтобы в суде “выплеснуть” ошибочные результаты дефектных действий, а вместе с “грязной водой” и “младенца”, олицетворяющего собой позитивные результаты расследования;

—принимать версию следователя, изображая покорность и согласие, но только для того, чтобы сыграть в известную операцию “допущение легенды” следователя, которая впоследствии будет промываться через сито доказательств2.

Защитник может подвергнуть сомнению вменяемость своего подзащитного, для чего обнаруживает необходимых свидетелей,

1 Соркин В. С. Указ. соч. С. 25.

2 См.: Зорин Г. А., Танкевич О. В. Криминалистическая характеристика транснациональных преступных групп. Гродно, 1997. С. 79.

6.Не вросли ли допущенные ошибки в смежные следственные действия и каким образом этот процесс был предотвращен или своевременно исправлен?

7.В каких следственных действиях по данной категории преступлений традиционно допускаются ошибки и повторились ли они

âрасследованном деле? Что это может дать защитнику?

8.Возможно ли исключить на стадии следствия ошибки, которые могут быть спровоцированы следственными дефектами и проявиться в суде?1

В стадии окончания предварительного следствия и ознакомления с материалами дела защитнику необходимо рассматривать результаты расследованного уголовного дела не только со своей стороны и стороны подзащитного, но и с позиции следователя, прокурора, судьи, потерпевшего.

Защитнику необходимо также вовлечь в изучение материалов дела подзащитного, который не должен быть сторонним наблюдателем. Неприемлема такая ситуация, когда защитник изучает материалы уголовного дела сам, а затем то, что считает необходимым, рассказывает и показывает подзащитному.

Глава 4. ПСИХОЛОГИЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ АДВОКАТА В СУДЕ

§ 1. Психология отношений адвоката-защитника с прокурором и судом

Среди взаимоотношений, складывающихся между субъектами уголовно-процессуальной деятельности, значительный интерес представляют отношения между адвокатом-защитником и прокурором — государственным обвинителем. В основе этих отношений лежит то, что при различных процессуальных функциях защитник и прокурор служат одному общему делу — оказывают помощь в осуществлении правосудия, в установлении истины по делу. Поэтому, несмотря на противоположные позиции, между ними возможны и обязательны нормальные деловые отношения.

Расхождения в позициях между защитником и прокурором по конкретному уголовному делу — это не исключительное, а обычное явление, обусловленное различием выполняемых ими процессуальных функций. Причем взаимоотношения между ними строятся на

1 Соркин В. С. Указ. соч. С. 40—41.

строгом соблюдении предоставленных каждому из них прав и возложенных обязанностей, на понимании задач суда, прокурора, адвоката.

“Деятельность прокурора и адвоката, — пишет Я. С. Аврах, — всегда связана с творческим применением правовых норм. Последние же имеют психологическую основу, регулируют отношения людей, конфликты между ними. Поэтому как прокурор, так и адвокат должны тщательно разобраться в сложных перипетиях че- ловеческих судеб, не допуская профессионального “привыкания” и связанного с ним душевного огрубления”1 .

В судебном разбирательстве дела прокурор — государственный обвинитель и адвокат — защитник должны стремиться представить свои доводы суду убедительно, обоснованно, вскрыв реальные причины совершения преступления, дав психологическую характеристику подсудимого.

Участие в судебном разбирательстве требует от указанных лиц высокой культуры, взаимного уважения, честного отношения к доказательствам, профессионального такта в судебных прениях. Профессиональный такт предполагает умение быстро устанавливать правильные взаимоотношения с участниками процесса, что наилуч- шим образом способствует выполнению задач правосудия. Базой профессионального такта прокурора — государственного обвинителя должно быть положено умение действовать разумно, на основе глубокого уважения к суду, защитнику, потерпевшему, свидетелям, умение проявлять выдержку, сдерживать свои эмоции.

Отдельные проявления нетактичного поведения со стороны прокурора не должны быть основанием для ответной грубости адвоката. Последний должен реагировать лишь в рамках предоставленных ему прав, соблюдая спокойствие и выдержку. Однако недопустима и пассивная реакция защитника на бестактность со стороны прокурора. Это несовместимо с честью и достоинством защитника, с одной стороны, и подрывает уважение не только к данному адвокату, но и ко всей адвокатуре в целом — с другой. В таких случаях защитник обязан через председательствующего в суде потребовать занесения в протокол судебного заседания факта оскорбления (ст. 264 УПК), и, если прокурор не принесет публичного извинения, поставить вопрос о привлечении его к ответственности. Разумеется, требуя вежливого и тактичного отношения к себе, защитник сам должен вести себя корректно по отношению к прокурору. Недопустимо, когда адвокат вступает в пререкания с прокурором, проявляет чрезмерную запальчивость, переходящую в грубость.

1 Аврах Я. С. Указ. соч. С. 90.

Защитник обязан проявлять максимум уважения к остальным участникам процесса, не допускать при этом никаких реплик или заявлений, унижающих достоинство других лиц, если он не согласен с их действиями.

Взаимоотношения между защитником и судом при рассмотрении конкретного уголовного дела строятся на строгом понимании и соблюдении ими возложенных на них задач, предоставленных им прав.

Участвуя в процессе, защитник должен так строить свои отношения с судом и председательствующим, чтобы последние видели в нем надежного помощника в разрешении уголовных дел, в установлении истины по делу, в вынесении законного и обоснованного приговора. Создание таких отношений во многом зависит и от суда, который должен благожелательно и внимательно относиться к законным и мотивированным ходатайствам защитника. Однако не всегда последний встречает со стороны суда такое отношение. Бывают случаи, когда защитнику препятствуют в ознакомлении с материалами дела до участия в судебном разбирательстве. Для получения дела он вынужден обращаться к судье по нескольку раз. Нередко судом нарушаются нормы ст. 245 УПК о равенстве прав участников судебного разбирательства по представлению и исследованию доказательств, заявлению ходатайств. Иногда без достаточных оснований суд снимает вопросы, поставленные защитником подсудимому, потерпевшему, свидетелю, эксперту, без какой-либо мотивировки отклоняет ходатайства. “Вряд ли нуждается в доказательстве тезис, что успех деятельности адвоката, его роль в судебном разбирательстве дела зависят не только от его эрудиции, профессиональной опытности, но и от отношения к нему суда, от того, как последний обеспечивает возможность осуществлять защиту, использовать предусмотренные законом права защитника. При этих условиях опытный, решительный и принципиальный защитник может смело оспаривать обвинение и добиваться вынесения справедливого приговора”1.

Отношения между судом и адвокатом в подготовительной части судебного разбирательства должны носить характер взаимоуважения, основанного на понимании того, что хорошо проведенная подготовка — залог успешного судебного следствия.

В ходе судебного следствия адвокат продолжает свою защитительную деятельность, устанавливая благоприятные для подзащитного обстоятельства, принимая активное участие во всех действиях, стремясь получить доказательства, оправдывающие или смягчающие вину подзащитного, стараясь опровергнуть или поколебать тезисы обвинения.

1 Аврах Я. С. Указ. соч. С. 98—99.

§ 2. Защитительная речь адвоката

Речь защитника — это кульминационный момент его участия в судебном разбирательстве уголовного дела, важное средство осуществления им своей функции. В речи защитник подводит итог судебного следствия, анализирует с позиции защиты собранные по делу материалы, дает им правовую оценку, приводит доказательства, опровергающие предъявленное подсудимому обвинение либо смягчающие его вину, высказывает соображения относительно наказания и других вопросов, подлежащих решению суда.

Защитительная речь завершает ту большую и сложную работу защитника, которая направлена на охрану прав и законных интересов подсудимого, на обеспечение правильного применения закона, с тем, чтобы не допустить возможной ошибки во вред подсудимому, исключить привлечение к уголовной ответственности и осуждение невиновного. Защищая подсудимого, отстаивая его невиновность или меньшую степень ответственности, подвергая собранные по делу доказательства тщательному и критическому анализу, защитник помогает суду правильно оценить обстоятельства дела, отыскать истину, вынести законный и справедливый приговор.

Защитительная речь должна быть строго обоснованной, убедительной, опираться на имеющиеся в деле доказательства. “…защитник не может руководствоваться в своей деятельности известным афоризмом французских адвокатов: “Мы пришли в суд не для того, чтобы что-либо доказать, а лишь для того, чтобы показать, что прокурор ничего не доказал”. Такая позиция неизбежно обрекает защитника на бездействие, пассивность, ограничивает его деятельность лишь негативной стороной”1.

В соответствии с действующим законодательством обязанность доказать на суде виновность подсудимого, обосновать правильность предъявленного ему обвинения лежит на прокуроре. Суд вправе вынести обвинительный приговор только при условии полной и несомненной доказанности виновности подсудимого в инкриминируемом ему деянии. Но это не освобождает защитника от необходимости доказывать выдвигаемые им положения, обосновывать приводимые им доводы и соображения, аргументировать свои выводы. Иначе все его утверждения останутся голословными, бездоказательными и не окажут влияния на формирование внутреннего убеждения судей, на вынесенное ими решение.

1 Матвиенко Е. А. Судебная речь. Минск, 1972. С. 153—154.

Конечно, защитник вправе требовать оправдания подсудимого не только тогда, когда будут представлены убедительные доказательства, свидетельствующие о невиновности его подзащитного, но

èтогда, когда в результате судебного разбирательства не будет добыто данных, с достоверностью подтверждающих наличие преступления и виновность подсудимого, когда, несмотря на все принятые меры, останутся серьезные сомнения в его виновности. Это со всей определенностью вытекает из презумпции невиновности и возложенных на защитника обязанностей. “Если прокурор, — отмечает Е. А. Матвиенко, — может настаивать на осуждении подсудимого только в случае, когда он твердо убежден в его виновности

èэта убежденность опирается на имеющиеся в деле доказательства, то защитник вправе просить суд об оправдании подсудимого

èтогда, когда в результате судебного разбирательства у него не сложилось твердого убеждения в виновности подсудимого, остались определенные сомнения. Прокурор может утверждать лишь то, что доказано достоверно. Защитник вправе отрицать все то, что с несомненностью не установлено”1.

Доказательность и убедительность защитительной речи находятся в прямой зависимости от результатов судебного следствия. Речь защитника будет обоснованной только тогда, когда она опирается на тщательно проверенные материалы дела, когда каждый довод подкреплен полученными на судебном следствии объективными данными. Поэтому одной из главных обязанностей защитника в суде является активное участие в исследовании всех доказательств по делу, в проведении допросов подсудимого, свидетелей, потерпевшего, осмотре вещественных доказательств и документов, проверке и оценке выводов экспертов и совершении других судебных действий, направленных на выявление фактов, имеющих зна- чение для дела.

Общепринятых правил построения защитительной речи не существует. Для нее противопоказаны шаблон, однообразие, заранее установленный трафарет. Выступление с защитительной ре- чью — дело творческое, живое.

Содержание и структура защитительной речи строго индивидуальны и зависят от результатов судебного следствия, избранной защитой позиции, характера предъявленного обвинения, особенностей доказательственного материала и других обстоятельств уголовного дела. На построение защитительной речи большое влияние оказывает обвинительная речь. Защитник выступает в суде после прокурора и поэтому не может не учитывать тех доводов и аргументов, которые приведены прокурором. Он обязан представить на

1 Матвиенко Е. А. Указ. соч. С. 154.

рассмотрение суда свои доводы и соображения, привести свои аргументы.

Из сказанного следует, что защитительная речь должна носить полемический характер, быть органически связана с развернувшимися судебными прениями. Возражая против необоснованных утверждений прокурора, подвергая критическому анализу приведенные им доказательства, защитник отстаивает свою точку зрения, приводит контрдоказательства в подтверждение правильности своих рассуждений.

Это, конечно, не означает, что речь защитника сводится лишь

êответу на обвинительную речь прокурора. Защитительная речь носит самостоятельный характер. В ней защитник обязан подвергнуть детальному анализу все обстоятельства дела под углом зрения защиты подсудимого, привести все данные, говорящие в его пользу.

Âоснове построения защитительной речи всегда должна лежать главная идея, главный тезис защиты, от которого зависят содержание и структура речи, соотношение ее частей. Весь остальной материал группируется вокруг этой идеи, которая должна быть выражена предельно четко, полно и определенно.

“Исходя из конкретных обстоятельств дела, защитник может: а) оспаривать обвинение в целом, доказывая невиновность подсудимого за отсутствием в его действиях состава преступления, за отсутствием самого события преступления или за непричастностью

êнему подсудимого; б) оспаривать обвинение в отношении отдельных его частей; в) оспаривать правильность квалификации, доказывая необходимость изменения предъявленного обвинения на статью УК, влекущую более легкое наказание; г) обосновывать меньшую степень вины и ответственности подсудимого, приводя смяг- чающие его вину обстоятельства; д) доказывать невменяемость подсудимого, исключающую наступление уголовной ответственности”1 .

Определив исходную позицию по рассматриваемому делу, защитник должен наметить круг вопросов, которые он намерен осветить в своей речи, определить их соотношение и удельный вес, расположить их в определенной логической последовательности. Отсутствие логической стройности в изложении материала, бессистемность и диспропорция частей неизбежно затрудняют восприятие речи, снижают ее воспитательное значение.

Обычно защитительная речь состоит из следующих фрагментов: а) вступительная часть; б) анализ фактических обстоятельств дела; в) анализ юридической стороны предъявленного обвинения; г) характеристика личности подсудимого; д) анализ причин и усло-

1 Матвиенко Е. А. Указ. соч. С. 163.