Юридическая психология. Учебник для вузов
.pdf
Глава 3. Психология преступных групп |
111 |
антиобщественного образа жизни и совершением преступлений, специфические ритуалы общения и поведения в преступной среде.
Атрибутивные элементы: татуировки, жаргон, клички, мимика, жестикуляция, отражающие принадлежность той или иной лич- ности к преступной деятельности.
Эмоциональные элементы: песни, стихи, поговорки с “воровской” тематикой, отражающие эмоциональную сторону антиобщественного образа жизни и совершения преступлений (так называемый преступный фольклор)”1.
Преступные традиции и обычаи выполняют ряд функций, среди которых можно выделить следующие. Во-первых, они стимулируют противоправное поведение, способствуя тем самым прогрессированию преступности; во-вторых, они сохраняют определенный порядок и, в-третьих, воспроизводят его для новых поколений.
В преступной сфере традиции и обычаи выполняют названные функции своими путями. Традиция предписывает, ÷òî именно необходимо закрепить и сохранить в целях воспроизводства, обы- чай — êàê закрепить и сохранить. Идейным содержанием, т. е. формулой обычая всегда выступает правило поведения — детальное предписание поступка в конкретной ситуации. Идейным содержанием, формулой традиции всегда является норма или принцип поведения.
В-четвертых, традиции и обычаи в преступном мире выполняют “воспитательную” роль. Причем с наибольшим эффектом эту функцию выполняют специфические обряды и ритуалы. Как в любой социальной сфере, в преступной среде они призваны воздействовать на эмоциональную сферу человека, вызывать определенные переживания и настроения, тем самым стимулировать формирование криминальной личности.
Известно, что преступные традиции и обычаи обладают определенной способностью “заражать” умы людей, что связано в известной мере с их внешней привлекательностью. Вокруг них создается некий ореол удали и романтики. Некоторые атрибуты преступной жизни, давно ставшие ее традициями, содержат в себе элементы артистизма, театральности, азарта, юмора, что нередко вызывает у некоторых людей, особенно у подростков и юношей, стремление подражать такому образу жизни.
Обрядовая сторона многих преступных традиций и обычаев действует гораздо эффективнее, когда дополняется соответствующими художественными средствами. К их числу относится так называемый преступный “фольклор” (песни, стихи, поговорки на воровскую тематику и др.).
1 Лебедев С. Я. Традиции, обычаи и преступность. М., 1995. С. 30.
112 |
Раздел III. Криминальная психология |
Эмоциональное воздействие преступного “фольклора” достаточно велико. Анализ его образцов свидетельствует о способности преступников умело и тонко играть на чувствах недалеких и поверхностных людей. Всем своим содержанием этот “фольклор” направлен на формирование негативного, а то и враждебного отношения к закону, представителям правоохранительных органов, на возвеличивание и приукрашивание преступного образа жизни, восхваление “подвигов”, воспевание их “честности”, “благородства”, “широкой воровской души” и т. д.
Нередко такая уголовная пропаганда достигает своей цели и если не толкает на преступный путь, то во всяком случае может вызвать у отдельных “сердобольных” людей чувство снисходительного, даже сочувственного отношения к преступникам.
В-пятых, одной из функций преступных традиций и обычаев как элементов преемственности является передача новым поколениям криминального опыта предшественников. Базу преемственности составляет преступность несовершеннолетних и молодежи. Эта возрастная категория в силу присущих ей социально-психоло- гических особенностей не только в большей степени восприимчи- ва к воздействию преступных традиций и обычаев, но и в определенной мере сама способствует усилению их криминогенности. Это связано с тем, что у подростков и юношей обострено стремление к автономии, независимости от социально-нормативной системы взрослых, которая, по их мнению, сдерживает свободу проявления индивидуальных свойств личности и ограничивает сферу удовлетворения потребностей. В еще большей степени эта система не удовлетворяет несовершеннолетних правонарушителей, которые ищут возможность проявить присущие им свойства именно в девиантной среде, в извращенной, ложной, а то и общественно опасной форме. Криминальная среда, разумеется, предоставляет такую возможность, одновременно навязывая свои правила поведения в виде преступных традиций и обычаев, соблюдение которых жестко контролируется. Таким образом, в-шестых, преступные традиции и обы- чаи выполняют функцию социального (криминального) контроля членов преступных групп.
В-седьмых, преступные традиции и обычаи выполняют функцию психологического воздействия в процессе целенаправленного вовлечения несовершеннолетних в криминальную деятельность. Известно множество случаев, когда в процессе подготовки подростков к совершению преступлений многие взрослые, особенно из числа ранее судимых, рассказывали ребятам о своих былых похождениях, “друзьях”, с которыми ранее совершали преступления, “смелости” и “мужестве” преступников, о воровских обычаях, способах совершения краж, приемах сокрытия следов преступления, предметов, добытых преступным путем.
Глава 3. Психология преступных групп |
113 |
Традиции и обычаи преступных группировок, потеряв на определенном этапе развития свою силу, не исчезли бесследно. Приспособившись к новым условиям, они приобрели теперь более жесткий, почти повсеместный характер.
О приверженности современных преступников традициям и обычаям уголовной среды свидетельствуют: 1) отрицательное отношение к нормальному, законопослушному образу жизни; 2) противодействие правоохранительным органам; 3) участие в преступной деятельности и всяческое ее поощрение; 4) стремление к спло- чению уголовной среды и поддержание преступных связей.
“Общими для современной уголовной среды традициями и обы- чаями, — отмечает С. Я. Лебедев, — являются:
—уклонение от общественно полезного труда, жизнь за счет совершения преступлений, систематическое изыскание возможностей для извлечения теневых доходов;
—повышение преступной квалификации;
—обеспечение маскировки преступного образа жизни и поведения, устранение факторов, затрудняющих его реализацию;
—соблюдение субординации согласно положению, занимаемому
âпреступной иерархии, беспрекословное подчинение лидеру уголовной среды;
—выполнение коллегиальных решений и требований, выработанных в уголовной среде;
—недопущение проникновения в свою среду лиц, подозреваемых в сотрудничестве с милицией, изобличение и наказание последних;
—оказание материальной и физической поддержки другим преступникам;
—вовлечение в преступную деятельность молодых правонарушителей, пропаганда преступных традиций и обычаев, уголовной “романтики”;
—ведение праздного образа жизни, неприятие норм общественной морали и поведения;
—участие в азартных и иных тюремных играх и ритуалах;
—знание и использование в речи жаргона, иных способов тайного общения;
—нанесение на тело символических воровских татуировок;
—подрыв авторитета работников милиции, прокуратуры, суда, администрации исправительно-трудовых учреждений, исключение контактов с представителями данных органов, направленных во вред уголовному миру, учинение всяческих препятствий их нормальной деятельности” 1.
1 Лебедев С. Я. Указ. соч. С. 112—113.
114 |
Раздел III. Криминальная психология |
Усвоение преступных традиций и обычаев осуществляется в процессе общения в криминальной среде. Всякому общению, в том числе и в уголовной среде, предшествует процесс предварительного восприятия образцов поведения, их оценка. Осознание приемлемости данных образцов для удовлетворения личных потребностей вначале порождает у личности желание подражать им. Постепенно такое желание подражать перерастает в стремление.
Таким образом, подражание является важнейшим социаль- но-психологическим механизмом усвоения личностью преступных традиций и обычаев, а с помощью последних — механизмом идентификации, сплочения личности с преступной группой. Одновременно параллельно процессу подражания преступным традициям и обычаям идет процесс криминогенного заражения личности.
Специфическим способом сплочения преступной группы является ритуальность преступного поведения. Речь идет о наиболее ярких, “эмоциональных” и, как правило, весьма опасных преступлениях, поскольку смысл ритуала в том и состоит, что он втягивает участников в особый, необычайно насыщенный в психологическом отношении мир, в особую действительность существования. Способность ритуала к сплочению группы обеспечивается за счет его большого психологического воздействия. Истории известно немало случаев ритуального совершения преступлений, в особенности пре- ступниками-профессионалами. В самом “сценарии” ритуальных преступлений проявляются элементы артистизма, игры, что создает эмоциональный настрой у его участников, возбуждает азарт, укрепляет групповую солидарность, порождает у членов группы “жажду” повторения аналогичных действий, формирует у них устойчи- вую потребность в совершении преступления, составляя основу криминальной мотивации. Лица, совершающие подобные преступления, представляют повышенную опасность, поскольку испытывают от преступления удовольствие.
Средствами идентификации лиц с преступной группой и, соответственно, ее сплочения являются такие традиционные атрибуты уголовной среды, как жаргон и татуировки.
В преступной среде жаргон выступает как средство самоутверждения, адаптации и самовыражения преступников. В настоящее время он характеризуется уклоном в сторону специализации преступного поведения, что свидетельствует о росте криминального профессионализма. Свой жаргон сегодня имеют квартирные и карманные воры, мошенники, наркоманы, гомосексуалисты, проститутки, угонщики автомототранспорта и др. Причем среди карманных воров и карточных мошенников (шулеров) большей частью сохранился жаргон, выработанный преступным миром еще в дореволюционный период.
Глава 3. Психология преступных групп |
115 |
Современный жаргон в отличие от традиционного обладает большой притягательной силой, особенно для некоторой части молодых людей. В нем чаще встречаются слова и выражения, заимствованные из иностранных языков, хотя преступные “авторитеты” стараются вести борьбу за очищение жаргона от “иностранщины”. Использование преступниками жаргона является одним из показателей криминальной пораженности личности.
То же самое относится и к характеристике татуировок. Татуирование, как отмечают специалисты, является своеобразным культом уголовной среды, а татуировка — яркой рекламой преступного образа жизни. Татуированный преступник не только подтверждает собственный криминальный опыт, но и пропагандирует его в антиобщественной микросреде и за ее пределами, рекламирует свою приверженность к преступным традициям и обычаям.
Тематика большинства татуировок символически отражает образ жизни преступников, содержит элементы самооценки поведения, фиксирует в рисунках и надписях вкусы, взгляды, наклонности личности. Среди татуировок особое место занимают символы принадлежности преступников к определенной воровской “касте”, приверженности к конкретной преступной деятельности, показатели отношения к закону, правоохранительным органам и т. д. 1 .
Татуировки являются визуальными знаками криминальной активности, своеобразными визитными карточками преступников.
Определенную роль в идентификации с уголовной средой играет и преступный фольклор. В отличие от песенного и поэтического творчества, характерного для уголовного мира прошлого, современный преступный фольклор стал менее сентиментальным. В нем преобладают образцы, насыщенные примитивным юмором, цинизмом, нецензурщиной, похабностью и пошлостью.
На разных этапах существования преступных групп в них взаимодействуют различные внутренние силы. На этапе создания — стремление к объединению, после раскрытия преступной группы, особенно организованного преступного формирования, — тенденция к ее (его) рассредоточению, “отсечению,” обнаруженных правоохранительными органами звеньев, устранению конкретных людей и т. д.
Как отмечают исследователи, самая высокая психологическая спаянность людей имеется в устойчивых организованных группах, где элита представляет собой волевых, грамотных организаторов, идеологов и достаточно богатых, чтобы быть независимыми, людей. Авторитеты в своей среде обеспечивают им не только материальные средства, но и преступный опыт.
1 Лебедев С. Я. Указ. соч. С. 130.
116 |
Раздел III. Криминальная психология |
Вместе с тем в каждой такой преступной организации действуют противоборствующие тенденции, силы. Первая сила способствует интеграции группы, сплочению ее членов, вторая же направлена на дезинтеграцию, разъединение, что проявляется в стремлении входящих в преступное сообщество групп к автономному существованию.
Кроме названной центробежной тенденции, создающей конфликтную ситуацию в организованном преступном формировании, конфликты и противоречия возникают в нем из-за: 1) борьбы за лидерство; 2) борьбы за близость к руководителю группы; 3) методов и способов преступной деятельности и принципов дележа награбленного; 4) личных неприязненных отношений между людьми.
Исследователи классифицируют конфликты в организованных преступных группах следующим образом: а) не связанные с организованной преступной деятельностью; б) возникшие после раскрытия организованной преступной деятельности. “Не связанные с организованной преступной деятельностью конфликты, — пишет Н. П. Яблоков, — могут уходить своими корнями в криминальное прошлое некоторых членов преступного формирования, быть связанными с социальной и служебно-должностной их практикой, этническими, культурными, эмоционально-нравственными разногласиями”1.
Знание этих разногласий и причин конфликтов важно для следствия в процессе разработки и применения тактических действий, соответствующих ситуации.
Вопросы для самопроверки
1.Раскройте типологию преступных групп.
2.Дайте характеристику организованных преступных групп.
3.Какие существуют разновидности бандитских групп?
4.Дайте характеристику организованных преступных сообществ.
5.В чем специфика кооперации “воров в законе”?
6.Какова структура организованных преступных формирований?
7.Перечислите основные функции преступных традиций и обычаев.
8.Каковы психологические механизмы сплочения преступной группы?
9.Назовите основные атрибуты криминальной субкультуры и оха-
рактеризуйте их.
1 Основы борьбы с организованной преступностью. С. 263.
Ð À Ç Ä Å Ë IV
ПСИХОЛОГИЯ ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО СЛЕДСТВИЯ
Глава I. ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА СЛЕДСТВЕННОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ. ПСИХОЛОГИЯ СЛЕДОВАТЕЛЯ
§ 1. Психологическая характеристика следственной деятельности
Психологическая характеристика деятельности следователя предполагает раскрытие ее психологической структуры, т. е. выявление профессионально значимых компонентов. В. Л. Васильев выделяет в профессиональной деятельности следователя и судьи шесть сторон: социальную, поисковую (познавательную), реконструктивную, коммуникативную, организаторскую и удостоверительную
деятельность1.
Социальная деятельность охватывает политический аспект деятельности следователя как одного из организаторов борьбы за искоренение преступности. Она же включает в себя и профилакти- ческие мероприятия, правовую пропаганду, участие следователя в
перевоспитании преступника.
Поисковая (познавательная) деятельность — это в первую очередь собирание следователем информации о событии преступ-
ления.
Реконструктивная деятельность представляет собой текущий и завершающий анализ всей собранной информации и выдвижение на базе этого анализа и синтеза специальных знаний версий, объясняющих случившееся событие. С их помощью следователь до суда проверяет подлинность созданной конструкции. Планирование — также результат реконструктивной деятельности.
1 См.: Васильев В. Л. Юридическая психология. Л., 1974. С. 23—24.
118 |
Раздел IV. Психология предварительного следствия |
Удостоверительная деятельность — это приведение всей добытой информации в специальную, предусмотренную законом фор-
му — протокол, постановление и т. д.
Коммуникативная деятельность заключается в получении необходимой информации посредством общения. Особенно большой
удельный вес этот вид деятельности имеет при допросах.
Организаторская деятельность состоит в волевых действиях, направленных на реализацию и проверку гипотез (версий) и планов. Она проявляется в двух формах: самоорганизации и организации людей для коллективного решения профессиональной задачи.
Необходимо заметить, что расчленение следственной деятельности на компоненты, перечисленные выше, носит в определенной мере условный характер. В действительности же эти компоненты не предстают в деятельности следователя отдельно, изолированно. Наоборот, они взаимосвязаны друг с другом.
Так, например, обнаружив на месте происшествия труп с признаками насильственной смерти, следователь приступает к разработке, построению и проверке возможных версий о мотивах убийства (самоубийства), о лицах, могущих быть причастными к этому делу, что-либо знающих о нем и т. д. Он планирует и организует процессуальную и оперативно-розыскную работу по розыску и задержанию подозреваемого по данному делу лица. Обнаружив и задержав подозреваемого, следователь должен его допросить с целью получения от него правдивых показаний. При этом успех данного допроса, как и любых других допросов, зависит от того, насколько правильно следователь наладит взаимоотношения с допрашиваемым, т. е. установит с ним психологический контакт, и т. д.
Таким образом, почти все перечисленные компоненты психологической структуры следственной деятельности: познавательный, реконструктивный, организаторский, коммуникативный и удостоверительный — тесно связаны и переплетаются между собой в единой целенаправленной деятельности следователя.
Каковы же общие психологические особенности деятельности следователя в целом, присущие каждому из его компонентов и составляющие неповторимый комплекс, отличающий ее от других профессий?
Выделяют такие психологические особенности профессии следователя, как: государственный и политический характер следственной деятельности; ее правовая регламентация; противодействие заинтересованных лиц; наличие властных полномочий; сохранение служебной тайны; своеобразие общественно-психологической атмосферы расследования; разнообразие и творческий характер; своеобразное сочетание коллегиальных и индивидуальных начал; дефицит времени, своеобразие внешних условий и наличие перегрузок
Глава I. Психологическая характеристика следственной деятельности |
119 |
âдеятельности следователя, а также ее воспитательное воздействие, повышенная ответственность за принимаемые решения, процессуальная самостоятельность следователя.
Указанные психологические особенности присущи деятельности следователя в целом. Однако наряду с детальной правовой регламентацией отдельно следовало бы указать и на наличие такти- ческого простора в следственной деятельности.
Большой тактический простор дается следователю в рамках норм закона и профессиональной морали. Наличие его как раз и отличает работу следователя от многих юридических профессий, например, от профессий нотариуса, работника органов социального обеспечения и т. д. Это отличие является настолько важным, что заслуживает выделения в специальную особенность следственной деятельности. Не случайно ведь криминалистическая тактика — это прежде всего следственная тактика как по своему происхождению и развитию, так и по своему значению.
Для адекватного определения и понимания профессионально важных качеств следователя, для диагностики и анализа его психических состояний большое теоретическое и практическое значе- ние имеет правильное разрешение вопросов о наличии или отсутствии экстремальных (необычных) условий в деятельности следователя, об отнесении или неотнесении этой деятельности к так называемым “критическим” профессиям, в которых могут успешно работать не все люди, получившие соответствующую квалификацию, так как успешность работы в критической ситуации не определяется стажем и знаниями работника. Под экстремальными условиями в психологии, как правило, понимают наличие в профессии стресс-факторов. Экстремальными факторами могут выступать как физические факторы среды (шум, наличие вредных примесей
âсреде, высокая или низкая температура, недостаток кислорода или его избыток и т. п.), так и эмоциональные факторы (дефицит времени, опасность, повышенная ответственность и т. д.).
Сразу же необходимо отметить, что та экстремальность, которая постоянно присуща, например, деятельности летчика, оператора и некоторым другим профессиям, в следственной работе проявляется эпизодически. Однако, как представляется, экстремальность следственной работы специфична. Ее специфика, в отличие, например, от экстремальности деятельности оператора в условиях наблюдения обусловлена тем, что она в подавляющем большинстве случаев создается не физическими факторами среды, не сугубо внешними условиями работы, а постоянно действующими эмоциональными факторами. К последним должны быть отнесены не только частый дефицит времени, противодействие заинтересованных лиц, интеллектуальные перегрузки, связанные с избытком или дефици-
120 |
Раздел IV. Психология предварительного следствия |
том информации, но и постоянная повышенная служебная и моральная ответственность за принимаемые решения, а также то обстоятельство, что при расследовании преступлений следователь сталкивается с человеческими пороками, антиобщественными, аморальными поступками, которые не оставляют его безучастным. Все это обусловливает постоянную эмоциональную напряженность, ибо нет преступлений, безразличных с точки зрения общественной морали.
К проблеме экстремальности примыкает вопрос о конфликтном или бесконфликтном характере следственной деятельности.
Многие исследователи считают, что в процессе взаимодействия, общения следователя с участвующими в деле лицами могут возникать как бесконфликтные, так и конфликтные ситуации.
Если рассматривать конфликт, например, как реальное соперничество, как процессуальную и тактическую борьбу (но не войну!) с обвиняемым или другими лицами, то это явление налицо в уголовном процессе не только в стадии предварительного расследования, но и в других стадиях, так как принцип состязательности и построен на таком понимании конфликта.
Для полноты психологической характеристики профессиональной деятельности и личности следователя необходимо учитывать, что в процессе этой деятельности у следователя могут возникать как внешние (“открытые”), так и внутренние (“закрытые”) конфликты, т. е. противоречия, достигающие такой степени остроты, когда предельно обнажаются и “сталкиваются” (проявляются) противоположные позиции, точки зрения, мотивы или убеждения. К внутренним конфликтам личности, приводящим к разладу с самим собой, у следователя можно отнести борьбу мотивов; личностные конфликты между моральными чувствами (например, чувством ненависти к преступлениям) и рассудком, между нравственным профессиональным долгом и непрофессиональными личными желаниями, стремлениями, возможностями и т. д.
§ 2. Психология следователя. Профессиональные качества следователя
Каждая профессия характеризуется целым рядом признаков, отличающих ее от других. Среди них есть главные, определяющие характер и специфику профессиональной деятельности. Одним из таких определяющих признаков следственной работы является то, что она представляет собой вид государственной службы, направленность которой определяется теми задачами, которые непосредственно ставит перед ней закон: строгое соблюдение законности,
