«Социально-психологическая зрелость»: попытка обосновать понятие

А.Л. Журавлев. (Институт психологии РАН)

Введение

Явление неоднородности, или множественности, феномена зре­ лости человека достаточно широко обсуждается специалистами, а по­ нятия, обозначающие отдельные ее составляющие (социальная, пси­ хологическая, личностная, профессиональная, интеллектуальная, эмпирическая) используются в самых разных областях социогумани­ тарной науки, в том числе и в психологии. Однако далеко не все ком­ поненты зрелости и тем более ее многочисленные виды разрабатыва­ ются в современной науке в полной мере. К таковым вполне можно отнести нравственную, экономическую, гражданскую, а также соци­ ально-психологическую зрелость и др.

Основная цель данной работы — разобраться в том, существуют ли достаточные теоретические и эмпирические основания для выде­ ления социально-психологической зрелости как относительно само­ стоятельного феномена и понятия, в результате предложить некоторые его признаки и содержательные компоненты, подойдя к его определе­ нию и соотнеся содержание социально-психологической зрелости с другими близкими к нему понятиями. Для реализации этой цели нами широко используются зарубежные литературные источники.

Ниже будет реализована следующая последовательность изложе­ ния материала: вначале будут проанализированы современные пред­ ставления о близком понятии «психосоциальная зрелость» и его соот­ ношениис«социально-психологическойзрелостью»,затем—различные трактовки как общего содержания последней, так и отдельных состав­

198

ляющих ее компонентов, и в завершение работы будут выделены и крат­ ко описаны наиболее интересные тенденции в развитии исследований зрелости личности и социальной группы, которые в настоящее время уже сложились как научные направления.

По своему характеру представленный ниже материал является, в первую очередь, постановочным, проблемным и только во вторую — включающим ответы на поставленные вопросы. Это действительно лишь первая попытка дать обоснование относительно новому понятию

«социально-психологическая зрелость». Нам неизвестны аналогичные теоретические работы, специально посвященные анализу данного понятия, поэтому проблематизация его содержания и постановка вопросов, связанных с ним, рассматриваются нами как неизбежный этап в разработке феномена социально-психологической зрелости.

Целесообразность выделения того или иного конкретного вида зрелости с целью его научной разработки объясняется несколькими причинами. Во-первых, если какой-то частный вид или отдельный компонент зрелости человека реально существует, но пока недоста­ точно известен или совсем неизвестен, то научная задача его изучения является самодостаточной и вполне заслуживающей своего решения. По нашему мнению, именно к такой категории видов зрелости отно­ сится социально-психологическая зрелость. Во-вторых, исследование парциальных видов зрелости, безусловно, может внести определенный вклад в понимание содержания и генеза более общих ее видов. Если говорить конкретно о социально-психологической зрелости, то более общими по отношению к ней, хотя и в разных смыслах, а в отдельных случаях — лишь своими частями, выступают социальная и психоло­ гическая, личностная и групповая, психосоциальная и общая зрелость человека, пониманию которых могут способствовать результаты ис­ следования более частной социально-психологической зрелости.

Анализ исследований психосоциальной зрелости

Начиная такой анализ, целесообразно и естественно обратиться, прежде всего, к представлениям социологов, рассматривающих фено­ мен зрелости и использующих соответствующие понятия.

Согласно И.С. Кону, «социальная зрелость» — это стадия социаль­ ного развития личности, характеризующаяся не только овладением

199

социальнымиролями,ноиспособностьюксамостоятельнымпоступкам, активной социальной позицией, принятием ответственности за соци­ альные последствия своего поведения (Кон, 1999). Однако социолог И.С. Кон при этом опирается на разработки психологов, приводя опре­ деление зрелой личности, данное в свое время Дж. Оллпортом: это «личность, которая активно владеет своим окружением, обладает ус­ тойчивым единством личностных черт и ценностных ориентаций и способна правильно воспринимать людей и себя» (Кон, 1999, с. 177).

Если более глубоко проанализировать содержание двух приве­ денных здесь определений зрелости человека, данных социологом и психологом, то можно обнаружить некоторую совокупность выде­ ляемых ими признаков зрелости: «активное владение своим окру­ жением», которое может быть ближайшим и более отдаленным, т. е. расположенным на разной социальной и психологической дис­ танции (для нас очень важно то, что речь может идти о ближайшем социальном окружении — традиционном объекте социально-психо­ логических исследований); «способность адекватно воспринимать людей и себя», т.е. способность к социальной перцепции, изучаемой социальной психологией; «устойчивое единство личностных свойств и ценностных ориентаций» (последние также являются традицион­ ными социально-психологическими свойствами личности и группы); «способность к самостоятельным поступкам», совершенным по отно­ шению как к отдельным людям, так и социальным группам, при этом предполагается, что такие поступки являются целенаправленными, построенными по предварительному плану, т.е. осознаваемыми и т.п.; «принятие ответственности за социальные последствия своего пове­ дения» — этот признак, по своей сути, является социально-психоло­ гическим и т.д.

Выделенные признаки наглядно свидетельствуют о том, что в них представлено социально-психологическое содержание — те или иные социально-психологические феномены, по наличию или отсутствию которых можно судить, соответственно, о наличии или отсутствии как «социальной зрелости» (по И.С. Кону), так и «зрелости личности» (по Дж. Оллпорту). Иначе говоря, социально-психологические явле­ ния выступают важными характеристиками, признаками или показа­ телями зрелости человека. В отечественной литературе в целом под зрелостью личности чаще всего понимается именно социальная зре­ лость (или «гражданская» зрелость, по Б.Г. Ананьеву — Ананьев, 2001),

200

характеризующаяся устойчивостью ценностей и убеждений, активной социальной позицией.

Втрактовках и «зрелости личности», и «социальной зрелости», данныхразнымиавторами,можнообнаружитьнекотороеобщеепонима­ ние, близкие по содержанию признаки зрелости, например: «устойчи­ ­вое единство личностных черт и ценностных ориентаций» (по Дж. Олл­пор­ ту) и «устойчивость ценностей и убеждений» (по Б.Г. Ананьеву) и др. При оценке устойчивости тех или иных характеристик личности в свя­ зи с достижением ею зрелости возникает проблемный вопрос о том, не может ли их устойчивость быть свидетельством некоторой относи­ тельной завершенности развития, воспроизводства уже достигнутых ранее состояний, т.е. стагнации личностного развития. То же может относиться и к развитию социальных групп. Однако противоположное, полярное состояние неустойчивости личностных и групповых свойств, хотя и характерное для процессов развития, особенно интенсивного, динамичного, неравномерного, непоследовательного и т.п., также не мо­ жет служить надежным показателем движения субъекта к зрелости. Неустойчивость свойств сопровождает не только позитивное развитие (социальное и психическое созревание), но и выраженные процессы разрушения жизнедеятельности личности, распада социальных групп (семейных, учебных, спортивных, трудовых и др.), различные деструк­ тивные тенденции и т.д. Поэтому, определяя устойчивость состояний и свойств личности и группы как показатель их зрелости, нельзя забы­ вать о его относительном характере и ограниченных возможностях применения в оценках зрелости. Необходимо, чтобы этот показатель использовался обязательно в совокупности с другими.

Взарубежной литературе понятия «психологическая зрелость»

(«psychological maturity»), «психосоциальная зрелость» («psychosocial maturity») и «общая, или глобальная, зрелость» («global maturity»)

нередко используются как очень близкие по содержанию и даже си­ нонимичные, не являясь, по нашему мнению, таковыми.

Учитывая те обстоятельства, что понятие «психосоциальная зре­ лость», во-первых, в отечественной науке в отличие от зарубежной практически не используется и, во-вторых, по звучанию и написанию близко к понятию «социально-психологическая зрелость», целесооб­ разно дать некоторое толкование этому понятию. «Психосоциальная зрелость» в силу своего объединяющего характера имеет более общее

иболее объемное содержание, чем многие другие отдельно взятые

201

виды зрелости, например: «социальная», «психологическая», «личнос­ тная», «групповая» и т.п. «Психосоциальная зрелость» фактически включает и «социальный», и «психологический» виды зрелости, их со­ ответствующие взаимно интегрирующиеся части, которые сами по се­ бе достаточно объемны, а также имеет непосредственное отношение к характеристике зрелости как личности, так и группы.

Если по степени обобщенности соотношение «психосоциальной зрелости» с перечисленными понятиями остается более или менее яс­ ным, то по целому ряду других вопросов это соотношение ожидает последующего специального анализа, например: существуют ли несов­ падающиечасти,соднойстороны,«психосоциальнойзрелости»и,с дру­ гой — «психологической», «социальной», «личностной», «групповой» или «психосоциальная зрелость» полностью включает в себя перечис­ ленные и некоторые другие виды зрелости; могут ли быть по-разному развиты у одной и той же личности или группы психологическая зре­ лость и социальная или психосоциальная и психологическая и т.д.

«Психосоциальная зрелость» как понятие складывалось альтерна­ тивно «биологической», «организменной», «физиологической» и т. п. Содержание «психосоциальной зрелости» тесно связано именно с про­ исхождением, генезисом обозначаемого феномена, и это важно иметь в виду, чтобы понимать сущность психосоциальной зрелости человека, которая имеет явную интегративную природу: оставаясь, по сути, пси­ хологическимявлением,онаформируетсяподнепосредственнымвоздейс­ твием социальной среды, с которой в процессе индивидуального разви­ тия человека сохраняет теснейшую связь.

Общее между «психосоциальной зрелостью» и «социально-пси­ хологической зрелостью» состоит в том, что оба вида зрелости и оба этих понятия при их принципиально различных объемах являются разными формами интеграции социальной и психологической зре­ лости личности: в наиболее полном объеме — в качестве «психосоци­ альной зрелости», в более частном, ограниченном — «социально-пси­ хологической зрелости». Ограничение, как уже отмечалось выше, касается сфер ее проявления: взаимодействие, в частности, общение, с другими людьми, прежде всего, с ближайшим социальным окруже­ нием, малыми группами и в малых группах, отношения личности, межличностные и межгрупповые отношения и т.п.

Если учитывать частоту использования тех или иных характерис­ тик или признаков для описания зрелости личности, то именно три

202

из них — самостоятельность, активная социальная позиция и социаль­ ная ответственность — хотя и в разных формулировках, но фактичес­ ки являются основными критериальными признаками самых различ­ ных видов зрелости (психосоциальной, психологической, социальной, личностной, групповой и т.д.), которые признаются подавляющим большинством отечественных и зарубежных психологов. В контексте данной работы важно иметь в виду, что выделенные признаки харак­ теризуют и психосоциальную зрелость.

Например, часто цитируемый в современной зарубежной литера­ туре по психологии развития авторитетный исследователь И. Грин­ бергер, интенсивно публиковавший результаты своих исследований в 1980-е годы, определяет психосоциальную зрелость личности как сочетание независимости, т.е. способности самостоятельно принимать решения, и социальной ответственности, в его понимании, содействия благосостоянию общества (Greenberger, 1976, 1984a, 1984b, 1986).

Взрослость определяется им как способность к реализации и индиви­ дуальных, и общественных целей.

В связи с пониманием психосоциальной, в том числе и социальнопсихологической зрелости личности или социальной группы, возни­ кает принципиально важный вопрос о содержательном наполнении

конкретных признаков, характеристик или критериев того или иного вида личностной и групповой зрелости. Его принципиальность заклю­ чается в том, что практически любой признак может иметь разную содержательную направленность, разную валентность, модальность и т.п. Например, «активная социальная позиция» личности или груп­ пы в реальности может иметь негативную направленность по отно­ шению к другим людям, другим социальным группам или обществу в целом, «активное владение личностью или группой своим окруже­ нием» нередко приобретает выраженные манипулятивные или сило­ вые формы, «независимость, автономность» личности или группы может сочетаться с их изолированностью, отчужденной позицией, противопоставлением другим социальным группам или обществу, а «самостоятельность личности в принятии решений» может быть использована в корыстных целях и в ущерб другим людям и т.д. Поэто­ му важно иметь в виду качество, характер, содержательность, модаль­ ность всякого признака зрелости личности и группы. Психосоциаль­ ная зрелость предполагает обязательную толерантную по отношению к другим людям, гуманистическую направленность, реализацию

203

общественно­ значимых целей и в целом миросозидательную функцию зрелой личности и т.д. Именно в этой связи важно понимание пси­ хосоциальной зрелости личности И. Гринбергером как ее содейс­ твие благосостоянию общества, как способность к реализации обще­ ственных целей и т.п. К этой теме необходимо будет возвращаться и далее.

Можно говорить, как минимум, о двух принципиально различных позициях исследователей: одни из них отождествляют психологичес­ кую и социальную зрелость, другие — разделяют их как относительно самостоятельные феномены. Эти теоретические позиции целесообраз­ но проиллюстрировать конкретными примерами.

Вчастности, И. Гринбергер использует понятия «псевдозрелость»

и«псевдозрелые» для обозначения состояния, в котором социальная зрелость достигнута, т.е. подросток принимает на себя социальные роли взрослого человека, однако психологическая зрелость еще не на­ ступила, т.е. субъективный возраст соответствует новым ролям, но взрослое поведение фактически имитируется, не сопровождаясь теми переживаниями, представлениями и суждениями, которые воз­ никли бы у взрослого человека в подобной же ситуации (Greenberger, 1986). Расхождение социальной и психологической зрелости приво­ дит к проблемному или девиантному поведению (Galambos, TiltonWeaver, 2000). В условиях такого различия невозможно говорить о наличии более общей психосоциальной зрелости.

Напротив, А. Инкельс и Г. Лейдерман отождествляют зрелость личности с ее социальной зрелостью. Они понимают под зрелостью способность личности компетентно принимать на себя социальные роли мужчин и женщин, характерные для индустриально развитого общества. Эти авторы предприняли попытку разработать критерии подростковой зрелости, которые были бы применимы и в кросс-куль­ турном контексте. Они выделили пять критериев зрелости: эффек­ тивность, упорство, ответственность, индивидуализм и коопера­ тивность, но при этом каждый из критериев должен измеряться применительно к пяти сферам жизни. Интересно то, что для оценки тех или иных критериев зрелости ими предложены только социальные сферы проявления выделенных критериев: школа, семья, группа сверстников, работа, общество (Inkeles, Leiderman, 1998). Следова­ тельно, для оценки зрелости предлагается использовать 25 показате­ лей, оперирование которыми становится очень непростым делом,

204

особенно в условиях их несогласованности, часто встречающихся в эмпирических исследованиях.

Следует отметить, что естественное стремление исследователей определить изучаемый феномен (и, соответственно, понятие) через совокупностьнеобходимыхидостаточныхкритериев,признаков,харак­ теристик и т.п. постепенно приводит к наращиванию их числа. Эта тен­ денцияобъясняется,преждевсего,сложностьюанализируемыхявлений, к категории которых, безусловно, относится и рассматриваемый фено­ мен зрелости. Поэтому чрезвычайно непросто ответить на вопрос­ о до­ статочности или избыточности предложенных выше 25 показателей для точного описания зрелости подростковой личности.

Винтерпретации зрелости некоторые исследователи подчерки­ вают особое значение психологической составляющей, рассматривая ее как ведущую в более общей структуре зрелости личности (или лич­ ностной зрелости). Несмотря на сложность и дискуссионность такой позиции, в соответствии с ней зрелость является интегративным по­ казателем психической полноценности. Так, например, Р. Кассель вы­ деляет следующие психометрические критерии зрелости: самоуваже­ ние, здравый смысл, ассертивность и локус контроля. Наряду с ними выделяются критерии незрелости: тревога, вытеснение, неудовлетво­ ренность и депрессия (Cassel, 1993).

Опираясь на работы Р. Касселя, важно подчеркнуть, что в совре­ менной психологии уже не только поставлена проблема соотношения зрелости и незрелости личности, но и достаточно четко дифференци­ рованы их критерии. А важно это потому, что состояния зрелости и незрелости по многим критериям не являются просто полярными, несоответствие конкретному признаку зрелости автоматически еще не означает соответствие какому-то признаку незрелости, и наоборот. Эти состояния находятся в более сложных отношениях, и, как показал Р. Кассель, они должны выделяться и оцениваться с помощью различ­ ных критериев.

Всовременной психологии имеются несколько аналогичных проблемных феноменов, обозначаемых через отрицание первого, «мате­ринского», но имеющих существенно отличную от него пси­ хологическую природу, например: несовместимость в отличие от совмести­мости, недоверие в отличие от доверия, неконфликт­ ность в отличие от конфликтности и т.п. Само обозначение феноме­ на через отрицание другого, по нашему мнению, неудачно, так как

205

не позволяет отразить сущность именно данного феномена, поэтому встает важная теоретическая задача — найти более точное обозна­ чение феномена незрелости­ . Можно привести один из вариантов решения этой задачи — использование­ терминов «инфантилизм», «инфантильность» и т.п. И данный вариант считать удачным тоже не приходится, так как приведенные термины обозначают лишь огра­ ниченные и специфические состояния незрелости, а не любые из них или ее общее состояние.

Актуальность решения данной теоретической задачи возрастает не только по сугубо профессиональным причинам, но и потому, что этот вопрос в настоящее время имеет чрезвычайно важный ценностный смысл, а именно: по уровню зрелости или незрелости нередко судят о психической полноценности или неполноценности человека — в этом состоит особое значение сформулированной выше исследовательской задачи. Незрелость личности в этом ценностном смысле рассматрива­ ется в качестве более, чем рядового, ее недостатка, поэтому далеко не безразлично то, как будет обозначаться и содержательно наполняться состояние незрелости.

Несмотря на значительные расхождения в понимании психо­ социальной зрелости зрелости, большинство исследователей рас­ сматривают ее как результат социализации, т.е. скорее как психосо­ циальное, нежели чисто психологическое или социальное, явление и понятие. Признание того, что психологическая зрелость личности неотделима от социальной, глубоко укоренено в традициях психоло­ гии развития (Дж. Мид, Ж. Пиаже, Э. Эриксон). В достаточно обоб­ щенном смысле психосоциальную зрелость можно трактовать как степень (или уровень) социализированности личности — степень усво­ ения ею социальных норм, правил и стандартов поведения и т.п., харак­ терных для конкретной этно- и социо-культурной среды. Однако в этом коренятся и некоторые противоречия.

Во-первых, в таком случае психосоциальная зрелость становит­ ся относительным явлением, тесно связанным и определяемым этно- социо-культурными условиями жизнедеятельности личности и тем более социальной группы. Поэтому в современных условиях интен­ сивной коммуникации представителей различных этносов, регионов и культур, а также сохраняющихся глобализационных процессов относительный характер зрелости является практически важной проблемой для взаимодействия людей в современном мире.

206

Во-вторых, показатели степени социализированности личности вступают в конфликт с тенденциями к автономизации личности, ее индивидуализации, персонификации и т.п., которые многими спе­ циалистами рассматриваются в качестве показателей личностной зрелости. Поэтому группы показателей социализированности и инди­ видуализированности (т.е. достижения автономности, независимости, самодостаточности) личности должны стать взаимодополняющими в оценке ее зрелости, причем и психосоциальной как более общей, и социально-психологической как более частной. Однако в связи с показателями зрелости возникает дополнительный проблемный вопрос: не порождается ли в результате изложенного конфликта новый показатель психосоциальной зрелости — степень согласованности/ рассогласованности двух описанных тенденций? Ответ на этот вопрос, конечно, потребует в будущем специального анализа.

Чрезвычайно сложным представляется также вопрос о переходе от сформулированных теоретических взглядов на психосоциаль­ ную зрелость к измерению ее показателей. Необходимость решения психометрических задач в практике исследований вызывает транс­ формацию теоретических представлений о зрелости, которые в ре­ зультате приобретают очень конкретные варианты, воплощенные в эмпирических исследованиях. Например, зрелость может рассмат­ риваться преимущественно как социальная компетентность. Извест­ ные ранние попытки точно оценить зрелость личности были осно­ ваны на измерении­ именно социальных способностей (например, Вайнлендская шкала социальной зрелости Е. Долла измеряет само­ стоятельность, способность к общению, социальную включенность и т.п.). Cреди других методик измерения зрелости можно назвать Вашингтонский тест развития личности (WU-SCT) Джейн Левингер (Loevinger, Wes­sler, 1970), социометрический индекс зрелости лич­ ности, предполагающий оценку зрелости другими людьми в несколь­ ких сферах жизнедеятельности (Roots, Moras, Gordon, 1980), шкалу зрелости личности с применением контент-анализа высказываний (по критериям способности доверять, самостоятельности, инициа­ тивности, прилежности, привязанности, идентичности и честности) (Viney, Tych, 1985). Несмотря на наличие отдельных методических средств измерения зрелости, общее состояние методического инстру­ ментария в этой области исследований нужно признать недостаточно разработанным.

207

Следует прямо отметить, что проблема измерения зрелости лич­ ности, в особенности взрослых, до сих пор не считается решенной на удовлетворительном уровне. С одной стороны, существует сложная проблема соотношения между социальной средой и личностью. Так, например, личность, социально и психологически зрелая, с точки зрения социальных ожиданий и норм одного общества (культуры), может оказаться незрелой с позиции других. Методика измерения зрелости должна учитывать характеристики конкретной социальной среды, в которой проходит формирование и реальная жизнедеятель­ ность личности. В частности, так реализуется психосоциальный под­ ход, причем и к оценке зрелости личности, и к изучению личности в целом.

С другой стороны, проблема измерения зрелости личности — это проблема соотношения дискретного и континуального. Отдельные действия, поступки и переживания личности могут свидетельствовать о высокой или низкой, достаточной или недостаточной зрелости — как психологической (мотивационной и характерологической, зрелости направленности и способностей, психических процессов и состояний и т.д.), так и социальной (ролевой и гражданской, политической и пра­ вовой, профессиональной и карьерной и т.д.). Оценка зрелости явно усложняется из-за гетерохронности (или неравномерности) созревания отдельных ее компонентов. Это связано с тем, что трудно определить степень такой неравномерности и оценить общую зрелость личности или группы, если до какого-то необходимого уровня созревает ограни­ ченное число составляющих ее элементов. Конечно, некоторый выход может быть найден в анализе многокомпонентного профиля зрелости, однако он с трудом поддается однозначной интерпретации, которая фактически зависит от теоретических позиций автора и многих других факторов. Не меньшую сложность для измерения зрелости представ­ ляет не только вопрос о достаточности числа созревших отдельных ее компонентов, но и достаточность того или иного уровня выраженности (развитости) каждого компонента на профиле зрелости для квалифи­ кации личности или группы как зрелой. Гетерохронность развития компонентов зрелости как трудность ее измерения дополняется други­ ми, с большим трудом преодолеваемыми явлениями: нелинейностью биографического пути личности, возможностью жизненных (личност­ ных и групповых) кризисов, известной обратимостью развития — все это затрудняет и определение зрелости, и ее измерение.

208

Некоторые подходы делают акцент на том или ином отдельном, или частном, виде зрелости личности. Например, выделяются интел­ лектуальная зрелость, зрелость как категория эстетического развития

(или эстетическая зрелость) (Parsons, Durham, 1979; Benson 1989; Franklin,1994; Gardner, 1991), религиозная зрелость (Hanford, 1991; Sigelman, 1999), моральная зрелость (Kohlberg, 1981, 1983, 1984), ка­ рьерная зрелость (Vondracek, Reitzle, 1998; Raskin, 1998; Ohler, Levin­ son, Sanders, 1995), эмоциональная зрелость (Dupont, 1994), зрелость как показатель мультикультурного развития (Herring, 1998; Tudge, Putnam, Valsiner, 1996), в экономической психологии — зрелость лич­ ности в отношении к деньгам (Kinder, 1996) и др.

В трактовке большинства из этих частных, или парциальных, видов зрелости представлена не только тесная связь, но и фактическая интег­ рация психологического и социального развития, зафиксированы как характеристики, так и следствия реального взаимодействия личности и социальной среды, что в совокупности и порождает зрелость как более общее психосоциальное явление. На этом основании перечисленные выше виды зрелости должны рассматриваться в качестве конкретных составляющих компонентов психосоциальной зрелости.

Так, например, можно отметить представления А. Дюпона о пси­ хосоциальном содержании эмоциональной зрелости. В своей концеп­ ции эмоционального развития неопиажетианец А. Дюпон закономер­ но увязывает конструирование эмоций как психологическое явление с социальным взаимодействием. Эмоции рассматриваются им с социо­ когнитивной теоретической позиции, т.е. как переживания, включаю­ щие эмоциональную оценку, изменение эмоционального состояния и действия, а также основывающиеся на потребностях человека и его ценностях. Конструируя свои эмоции, фактически совершая очень сложные психологические операции, развивающаяся личность опи­ рается на социальный опыт. А. Дюпон выделяет четыре стадии эмо­ циональной зрелости: 1) «получение и обладание», когда переживания ребенка зависят от одобрения и авторитета взрослых в том, что и как у него «получается и имеется»; 2) «направление и действие», когда взрослые одобряют то, «куда идти и что делать»; 3) «принадлежность», когда переживания определяются соотнесением и сравнением лич­ ностью себя со сверстниками; 4) «взаимность», когда личность при­ писывает переживания тем взаимоотношениям, в которых обе сто­ роны проявляют внимание к чувствам друг друга и способны встать

209

на позиции друг друга (Dupont, 1994). «Движение» личности по вы­ деленным стадиям сопровождается возрастанием критериального значения социально-психологических явлений при переходе на более поздние возрастные стадии, особенно на третью и четвертую. Речь идет о таких феноменах-критериях той или иной стадии, как: воздействие авторитета взрослых, психологическая поддержка и одобрение с их стороны, чувство принадлежности к группе и социальное сравнение себя с ее представителями, переживание взаимности и эмпатические способности и т.д. Эмоциональное развитие человека фактически может рассматриваться как процесс возрастания доли и роли социаль­ но-психологических феноменов в общей динамике его психосоциаль­ ного содержания.

Понимание социально-психологической зрелости

В связи с вышесказанным целесообразно более подробно остано­ виться на понимании социально-психологической зрелости, содержание которой, по сравнению с психосоциальной, как уже было сказано выше, более узкое. Этот вид зрелости, имея общие характеристики, прежде всего, с психосоциальной зрелостью, а соответственно и с психологи­ ческой, социальной, личностной и т.п., ограничивается, прежде всего, сферами своего проявления: во-первых, это зрелость личности, прояв­ ляемая в отношениях и взаимодействиях с другими людьми, с со­ циальными группами и в целом с окружающей социальной средой, а во-вторых, зрелость самих социальных групп, межличностных, внут­ ригрупповых и межгрупповых отношений.

Следовательно, признаки социально-психологической зрелости практически сохраняются теми же самыми, что и у других ее видов и, в первую очередь, у психосоциальной зрелости, но при этом она имеет отношение либо к зрелости собственно групповых явлений, либо к личностным ее проявлениям в межличностных и групповых феноменах.

Социально-психологическая зрелость, в том числе и личности, фактически выходит за рамки индивидуального в психических про­ явлениях, на первый план выходят характеристики включения личнос­ ти во взаимодействие с окружающей социальной средой, качества ее вступления в различные формы и виды отношений с другими людьми.

210

Именно в этом состоит важнейший признак спецификации социаль­ нопсихологической зрелости личности. Если ставить специальную задачу выделения разных ее видов, то можно говорить о социальнопсихологической зрелости личности (в смысле зрелости ее системы отношений), социальной группы (малой, средних размеров и боль­ шой), межличностных и межгрупповых отношений (связей), вза­ имодействия, в частности, общения и т.п. Таким образом, выделяемые здесь виды социально-психологической зрелости тесно связаны с основ­ ными объектами исследования в социальной психологии (личность в группе, группы разных размеров, межличностные и межгрупповые отношения и взаимодействия). Фактически все социально-психоло­ гические объекты могут характеризоваться тем или иным уровнем зрелости, который и обозначается как уровень социально-психологи­ ческой зрелости.

Проблема социально-психологической зрелости является меж­ дисциплинарной (прежде всего, внутрипсихологического уровня меж­ дисциплинарности) и возникает на взаимно пересекающихся границах психологии развития, психологии личности и психологии социальных групп (и в целом социальной психологии).

Основным критерием выделения социально-психологической зре­ лости является анализ качеств, характеристик, свойств обращенности­ личности к другим людям, ближайшему социальному окружению, ее направленности (ориентированности) на других, процессов соотне­ сения личностью себя с другими и т.п., приобретающих при этом самые многообразные формы.

Одной из наиболее популярных в настоящее время по-прежнему остается теория социально-психологической зрелости Роберта Зел­ мана из Гарвардского университета, сформировавшаяся под значи­ тельным влиянием Дж. Г. Мида. Как известно, Дж. Мид рассматривал социализацию ребенка как научение смотреть на себя глазами обоб­ щенного Другого. Важнейшим критерием социализированности чело­ века фактически была предложена развитость рефлексивных процес­ сов и способностей личности: «В процессе коммуникации индивид должен стать другим прежде, чем становиться собой… И тогда индивид способен стать обобщенным Другим, относясь к себе через отношение группы или сообщества. Так он становится определенным Я по отно­ шению к социальному целому, частью которого он является. Это и есть общее видение (перспектива)» (Mead, 1980). Вслед за Дж. Мидом,

211

Р. Зелман трактует зрелость как способность личности понимать и принимать точку зрения других, т.е. соотносить свои мысли, пере­ живания и желания с мыслями, переживаниями и желаниями других людей. Зрелость понимается им как взаимность видений, взглядов

(перспектив), соотнесенность позиций, а незрелость — как эгоцент­ ричность (Selman, 1980).

Таким образом, для понимания социально-психологической зре­ лости огромное значение имеют способности человека к децентрации

иэмпатические способности, которые, по нашему мнению, являются ее критериальными признаками.

Непосредственное отношение к рассматриваемому вопросу о со­ держании социально-психологической зрелости личности имеют ре­ зультаты исследования Лоренса Колберга, хотя прямо они так не назы­ ваются. Л. Колберг выделил три основные стадии морального развития личности: 1) доморальный уровень, когда ребенок руководствуется своими эгоистическими побуждениями, 2) уровень конвенциональной морали, для которого характерна ориентация на заданные извне нормы

итребования, и, наконец, 3) уровень автономной морали, т.е. ориента­ ции на интернализованную внутреннюю систему этических принципов

(Kohlberg, 1981, 1983, 1984). Зрелость рассматривается как достижение уровня постконвенциональной морали, когда личность самостоятельно

иответственно исходит в решении этических проблем из собственных принципов (Duffield, McCuen, 2000), которые ранее былисоциальными, чужими, внешними по отношению к ней и которые в процессе развития стали принятыми, своими, внутренними, т.е. психологическими — в этом

исостоит их психосоциальное содержание и генезис как реальная ин­ теграция социального и психологического.

Уровни морального развития, по Л. Колбергу, диагностируются в соответствии с социально-психологическим критерием, который фактически представлен либо в прямой, либо в косвенной форме. Для определения уровня морального развития, на котором может находиться та или иная личность, требуется ее обязательное соотне­ сение с Другим в системе «Я — Другой», т.е. оценка в соответствии с социально-психологическим критерием.

Некоторыми исследователями зрелость трактуется как сформи­ ровавшаяся идентичность личности (Oyserman, 2003) — определенное состояние конкретного социально-психологического феномена. Так, например, Джейн Левингер рассматривает процесс перехода к взрос­

212

лому состоянию как осознанное и добровольное следование социаль­ ным нормам в результате формирования групповой идентичности (Loevinger, 1993, 1994, 1997). Дж. Левингер рассматривает развитие личности как переплетение четырех аспектов Я: развитие характера, когнитивный стиль, стиль межличностного поведения, сознательная заинтересованность. Говоря о характеристике личности, трудно огра­ ничиться четырьмя выделенными направлениями ее анализа, их не­ пременно хочется продолжить, предложив дополнительные, однако именно в них и состоит авторская позиция Дж. Левингер. При этом важно, как конкретно раскрываются выделенные аспекты. Развитие характера­ включает контроль импульсивных побуждений и уровень морального­ развития. Когнитивный стиль характеризуется уровнем сложности понятий, которыми оперирует личность, и уровнем ког­ нитивного развития в целом. Межличностный стиль включает отно­ шение к межличностным отношениям и к другой личности, понима­ ние отношений и предпочитаемый тип отношений с другими людьми. Сознательная заинтересованность характеризуется социальными проблемами, на которые ориентирована личность, такими, как со­ ответствие социальным нормам, ответственность и независимость

(Gilmore, Durkin, 2001).

Однако именно в совокупности компонентов, составляющих феномен сознательной заинтересованности (по Дж. Левингер), в яв­ ном виде присутствует уже описанное выше противоречие между тенденциями социализированности и индивидуализированности личности как признаками ее психосоциальной (и социально-психо­ логической) зрелости. Через соответствие поведения социальным нормам или следование им порождается определенная форма зави­ симости личности от социальных групп и общества в целом, но при этом феномен сознательной заинтересованности одновременно пред­ полагает и независимость, самостоятельность и саморегулируемость личности. Поэтому, как выше было сказано, разрешение данного противоречия заключается в принятии этих показателей как взаимно дополняющих.

Дж. Левингер выделяет также несколько стадий развития личности:­ импульсивную, самозащитную, конформистскую, созна­ тельную, независимую, интегрированную. При этом развитие трак­ ту­ется ею как установление баланса между личными и социаль­ ными интересами­ , в ходе которого сами эти интересы непрерывно

213

формируются­ , уточняются и корректируются, что и характеризует зрелую личность.

Дж. Марсия, в частности, рассматривает зрелость тоже как со­ стояние идентичности, которое обозначается достигнутой идентич­ ностью. В статусной модели Дж. Марсиа выделяются четыре состояния (или статуса) идентичности. Для построения модели используются два параметра: 1) наличие или отсутствие кризиса — состояния поиска идентичности; 2) наличие или отсутствие единиц идентичности — личностно­ значимых целей, ценностей, убеждений (Антонова, 1996). При этом выделяются четыре возможных состояния идентичности­ : преждевременная идентичность (докризисная, усвоенная, конформ­ ная), диффузная идентичность (отказ от формирования прочных цен­ ностей и убеждений), мораторий (кризис) и достигнутая идентичность. Зрелая, т.е. достигнутая идентичность формируется через преодоление кризиса, когда личность формулирует определенную совокупность значимых для нее целей, ценностей и убеждений. Обладающий достиг­ нутой идентичностью человек знает, кто он и чего он хочет, и соответ­ ственно организует и структурирует свою жизнь. Таким людям свой­ ственны чувства доверия, стабильности, оптимизма в отношении будущего. Осознание трудностей не снижает стремле­ния придержи­ ваться избранного направления. Свои цели, ценности и убеждения такой человек переживает как личностно значимые и обес­печивающие ему чувство направленного движения (развития) и осмысленности жизни (Антонова, 1996; Indentity in adolescence, 1985) — этим, соот­ ветственно, и характеризуется зрелая личность.

Подводя предварительный итог исследованиям социально-пси­ хологической зрелости, можно отметить, что в настоящее время на­ иболее подробно изучены ее признаки, характеристики, некоторые свойства, описаны также механизмы и многочисленные факторы ее формирования (последние в литературе недостаточно системати­ зированы), выделены этапы становления отдельных компонентов зрелости и т.д. Однако по-прежнему остается недостаточно разрабо­ танным принципиальный вопрос о структуре феномена социальнопсихологической зрелости личности и группы, об основных содержа­ тельных ее компонентах, необходимых и достаточных для описания, оценки, прогноза развития и воздействия на нее с целью повышения ее уровня.

214

Некоторые тенденции развития исследованийзрелости личностиигруппы

Социально-психологический анализ зрелости, конечно, остается в разряде парциальных, насколько бы важным он ни был, однако в на­ стоящее время существуют и более обобщенные подходы к исследо­ ванию зрелости. В целом для современной зарубежной психологии развития, а также для социальной психологии характерна выраженная

тенденция системного анализа зрелости. Так, например, в холистичес­ ком (целостном) подходе Д. Магнуссона к исследованию зрелости во главу угла ставится целостная личность, которая реально становит­ ся единицей анализа, а не отдельные ее компоненты и характеризую­ щие ее переменные, насколько бы значимыми они ни были. С точки зрения Д. Магнуссона, развитие личности доступно изучению только тогда, когда используется типологический анализ, составление про­ филя личности по комплексу переменных и выделение психологичес­ ких типов, а не установление корреляций между отдельными перемен­ ными (Magnusson, Cairns,1993, 1996; Stattin, Magnusson, 1990).

По нашему мнению, одним из следствий таких представлений является типологический подход к исследованию зрелости, т.е. при­ знание наличия разных психологических типов зрелости личности и группы, основанных, в частности, на построении профиля выражен­ ности различных компонентов (или показателей) психосоциальной или социально-психологической зрелости. В будущем предстоит реа­ лизовать не только типологический подход, но и дифференцирован­ ный анализ различных форм и сфер проявления социально-психоло­ гической зрелости, например: в отношениях личности к другим людям, зрелость межличностных, внутригрупповых и межгрупповых отноше­ ний, зрелость общения, взаимодействия и социальных групп в целом и т.п. Ожидает специально организованных исследований и вопрос об этапах становления и развития социально-психологической зре­ лости, критериях перехода с одного этапа на другой и т.д.

Еще одна важная тенденция, получившая широкое распростране­ ние в современной психологии,— это трактовка человека как «неза­ вершенного проекта», предполагающая, что личность созревает на про­ тяжении всей жизни, а не только на этапе ее взрослого состояния. При таком подходе зрелость рассматривается как обратимое состояние:

215

она может быть утрачена и вновь приобретена. Это особенно ярко видно по теориям развития личностной идентичности (Дж. Марсия, А. Ватерман). В соответствии с этой же точкой зрения взрослый чело­ век может на протяжении всей своей жизни так и не достичь личност­ ной зрелости (например, согласно теории морального развития лич­ ности Л. Колберга).

Вкачестве тенденции можно выделить также преобладание социокогнитивной ориентации в современной психологии развития и ши­ рокое распространение когнитивистских исследований в социальной психологии, которые проявляются в том, что вместо попыток выявить объективные критерии и измеряемые психологические параметры социально-психологической зрелости исследователи стали чаще об­ ращаться к анализу социальных представлений о зрелости у детей,

подростков и взрослых (Barker, Galambos, 2005; Stenner, Marshall, 1999). В этом, прежде всего, выражается общая тенденция развития современной социальной психологии, в которой по-прежнему уделя­ ется огромное внимание исследованиям именно обыденных представ­ лений личности и различных социальных групп.

Как уже отмечалось выше, наряду с понятием социально-психоло­ гической зрелости личности существуют понятия зрелости группы и зрелости отношений (межличностных, внутригрупповых и межгруп­ повых), имеющих непосредственное отношение к категории соци­альнопсихологической зрелости, а их конкретные исследования составляют одно из современных научных направлений изучения зрелости.

Под зрелостью группы понимается уровень ее развития по тем или иным критериям, различающимся в зависимости от используемой авторами теоретической психологической модели групп. Так, напри­ мер, В. Вексельберг и У. Годджин предложили два основных показа­ теля зрелости группы: во-первых, согласованность целей группы и целей входящих в нее членов и, во-вторых, согласованность соци­ альных установок членов группы (Wekselberg, Goggin, 1997).

Всовременной отечественной психологии одним из ведущих критериев зрелости группы считается ее способность быть групповым субъектом, проявлять субъектные качества: взаимосвязанность и вза­ имозависимость членов группы, способности к разным формам сов­ местной активности и групповой саморефлексивности и др.

Впсихологической теории зрелости межличностных отношений К. Уайт зрелость понимается как уровень именно социально-психоло­

216

гической зрелости, привносимый разными сторонами в близкие отно­ шения друг с другом (White, Speisman, Costos, Smith, 1987; White, Speisman, Jackson, Bartis, Costos, 1986). К. Уайт и ее коллеги выделяют

три уровня зрелости отношений: эго-центрированные, ориентирован­ ные на исполняемую роль, индивидуализированно-связанные. Наибо­ лее высокая зрелость отношений на третьем уровне характеризуется способностью обеих сторон, как минимум, понять, а более — принять точку зрения друг друга, понимать не только самих себя, но и мысли, чувства и поступки других людей. Несмотря на дискуссионный харак­ тер, вновь в качестве критериев социально-психологической зрелости личности фактически предлагаются, хотя и в нашей интерпретации, рефлексивные и эмпатические способности, а также способности к децентрации. При таком пересечении содержания научных представ­ лений о зрелости ее критерии, выделяемые разными авторами, можно оценивать как достаточно надежные.

Выводы

В заключение остановимся на наиболее принципиальных выво­ дах, вытекающих из предыдущего анализа.

1.Целесообразно дифференцировать основные понятия «психо­ социальнаязрелость»и«социально-психологическаязрелость»: вторая является частным случаем первой и определяется, пре­ жде всего, сферами проявления более общей психосоциальной зрелости — отношениями и взаимодействиями личности с дру­ гими людьми, социальными группами, а также качеством (со­ стоянием) самих этих групп, межличностных и межгрупповых отношений. В свою очередь, психосоциальная зрелость есть интегрированнаяформа социального и психологического видов зрелости,определяемая,преждевсего,психосоциальнымгенезом личности и группы, условно «альтернативным» психобиологи­ ческому развитию человека как индивида, организма и т.п.

2.Социально-психологическая зрелость характеризуется общи­ ми признаками зрелости, проявляющимися в соответствующих сферах взаимодействия человека с другими людьми, т.е. отно­ сительная автономность (самодостаточность) и независимость,

217

социальная ответственность за свои поступки и способность к самостоятельному принятию решений, активная социальная позиция и овладение социальными ролями и в целом социаль­ ной средой — все эти признаки зрелого индивидуального или группового субъекта характеризуются позитивной направлен­ ностью по отношению к другим людям, социальным группам

иобществу в целом. Специфические признаки социально-пси­ хологической зрелости — это различные процессы и состояния соотнесения субъектом себя с другими людьми, ближайшим социальным окружением, малыми и большими группами и т.п. К ним относятся, например: способности к произвольной ре­ гуляции (саморегуляции) своего поведения по отношению к другим людям и среди людей (в группах); многообразные рефлексивные процессы и способности, начиная с адекватного­ отражения характеристик других людей; эмпатические способ­ ности; способности к децентрации и т.п.

3.Для социально-психологической зрелости, как и для других ее видов, перспективное значение имеет дифференциация фено­ менов и соответствующих критериев зрелости и незрелости личности, которые оказываются принципиально различными. Выявлено, что несоответствие личности какому-то конкретно­ му признаку зрелости еще совсем не означает ее соответствия признаку незрелости, и наоборот. В перспективе целесообраз­ но было бы найти более точное обозначение того уровня (или состояния) развития личности, который в настоящее время обозначается как «незрелость», т.е. через отрицание принци­ пиально другого уровня (или состояния) — зрелости.

4.Социально-психологическая зрелость является результатом (или следствием) действия целого ряда сложных социально-

психологических механизмов (процессов), через которые реали­ зуется социальное и психическое развитие человека. Разными специалистами в таком качестве рассматриваются социализа­ ция, становление идентичности, формирование Я-концепции, формирование системы отношений, формирование сознания

исамосознания и др. При этом основными показателями соци­ ально-психологической зрелости выступают, соответственно, уровень (или степень) социализированности, уровень достиг­ нутой идентичности, уровни сформированности Я-концепции, системы отношений, сознания и самосознания личности. Сле­

218

довательно, развитие социально-психологической зрелости не представляет собой какого-то отдельного процесса, а он самым непосредственным образом включен в общий процесс психосоциального развития человека, т.е. не только неразрывно связан с ним, но и фактически наполняет его, составляя его конкретное содержание.

5.Целесообразно констатировать необходимость специальной разработки самых различных частных видов зрелости чело­века, что будет способствовать пониманию психосоциальной и пси­ хобиологической природы общей зрелости человека. Одним из вариантов интерпретации последней может стать интегра­ ция парциальных, в том числе и социально-психологического, видов зрелости. В настоящее время наиболее перспективными, по нашему мнению, являются исследования социально-эко­ номической (или просто экономической) зрелости как об­ щей способности человека к материальному, экономическому, финансовому­ самообеспечению и обеспечению своей семьи, других людей и т.п. С одной стороны, благоприятным условием для такого рода разработок является интенсивное развитие в целом экономической психологии. С другой стороны, явно неблагоприятным обстоятельством пока остается неразрабо­ танность методического инструментария для оценки данного вида зрелости человека, как и некоторых других (нравственно­ го, правового, гражданского и т.д.), актуальных для их разра­ ботки в соответствующих отраслях психологической науки: нравственной, юридической, политической психологии и др.

Литература

Ананьев Б.Г. Человек как предмет познания. 3-е изд. СПб.: Питер, 2001. Антонова Н.В. Проблема личностной идентичности в интерпретации совре­

менного психоанализа, интеракционизма и когнитивной психоло­ гии // Вопросы психологии. 1996. № 1. С. 131–143.

Кон И.С. Социология личности // Кон И.С. Социологическая психология. М.–Воронеж, 1999. С. 177–193.

Barker E.T., Galambos N.L. Adolescents’ Implicit Theories of Maturity: Ages of Adulthood, Freedom and Fun // Journal of Adolescent Research. 2005. Vol. 20. Issue 5. P. 557–576.

219

Benson C. Aesthetics, development and cognitive science // Irish Journal of Psychology. 1989. 10(2). P. 247–260.

Cassel R.M. Cutting edge: The Global Functioning Test (GFT). (Assessing level of wellness) // National Forum of Educational Administration and Supervision Journal. 1993. 1(3). P. 51–60.

Duffield J.F., McCuen R.H. Ethical maturity and successful leadership // Journal of Professional Issues in Engineering Education & Practice. 2000. Vol. 126. Issue 2. P. 79–83.

Dupont H. Emotional development, theory and applications: A neo-Piagetian perspective. Westpoint, Connecticut: Praeger Press, 1994.

Franklin M. Development and the arts: Critical perspectives. Hillsdale—New Jersey: Lawrence Erlbaum Associates, 1994.

Galambos N.L., Tilton-Weaver L.C. Adolescents’ Psychosocial Maturity, Problem Behavior and Subjective Age: In Search of the Adultoid // Applied Developmental Science. 2000. Vol. 4. № 4. P. 178–192.

Gardner H. The course of creative growth: A tribute to Joachim Wohlwill. Visions of Aesthetics, the Environment and Development: The Legacy of Joachim F. Wohlwill. Hillsdale, N.J.: Lawrence Erlbaum Associates. 1991. P. 23–43.

Gilmore J.M., Durkin K. A Critical Review of the Validity of Ego Development Theory and Its Measurement // Journal of Personality Assessment. 2001. Vol. 77. № 3. P. 541–567.

Greenberger E. Defining psychosocial maturity in adolescence // Advances in Child Behavioral Analysis and Therapy. 1984a. № 3. P. 1–37.

Greenberger E., Bond L. User’s manual for the Psychosocial Maturity Inventory. Irvine: University of California, 1984b.

Greenberger E., Sorensen A. B. Toward a concept of psychosocial maturity // Journal of Youth and Adolescence. 1974. № 3. P. 329–358.

Greenberger E., Steinberg L. When teenagers work. The psychological and social costs of adolescent employment. New York: Basic Books, 1986.

Hanford J. The relationship between faith development of James Fowler and moral development of Lawrence Kohlberg: A theoretical review // Journal of Psychology and Christianity. 1991. 10(4). P. 306–310.

HerringR.Careercounselinginschools:Multiculturalanddevelopmentalperspectives.

Washington, D.C.: American Counseling Association, 1998.

Identity in adolescence: Processes and contents / A.S. Waterman (ed.). San Francisco-L.: Jossey-Bass, 1985.

220

Inkeles A., Leiderman H. An approach to the study of psychosocial maturity // International Journal of Comparative Sociology. 1998. Vol. 39. Issue 1. P. 52–76.

Kinder G.D. The Seven Stages of Money Maturity // Journal of Financial Planning. 1996. Vol. 9. Issue 6. P. 36–37.

Kohlberg L. Essays in Moral Development. Vol. I: The philosophy of moral development. New York: Harper & Row, 1981.

Kohlberg L. Essays in Moral Development. Vol. II: The psychology of moral development. New York: Harper & Row, 1984.

Kohlberg L., Levine Ch., Hewer A. Moral Stages: a current formulation and response to critics. New York: Karger, 1983.

Loevinger J. Wessler R. Measuring Ego Development. San Francisco: Jossey-Bass, 1970. Vol. 1.

Loevinger J. Ego development: Question of method and theory // Psychological Inquiry. 1993. № 4(1). P. 56–63.

Loevinger J. In search of grand theory // Psychological Inquiry. 1994. № 5(2). P. 142–144.

Loevinger J. Stages of personality development // R. Hogan, J. Johnson & S. Briggs (Eds.). Handbook of Personality Psychology. San Diego: Academic Press, 1997.

Magnusson D., Cairns R.B. Developmental science: Toward a unified framework // Developmental science / R.B. Cairns, G.H. Elder, E.J. Costello (Eds.). Cambridge, England: Cambridge University Press, 1996. P. 7–30.

Magnusson D., Torestad B. A holistic view of personality: A model revisited // Annual Review of Psychology. 1993. Vol. 44. P. 427–452.

Mead G.H. The philosophy of the present. Ed. by A. Murphy. Chicago, 1980 [1932].

Ohler D.L., Levinson E.M., Sanders P. Career Maturity in Young Adults With Learning Disabilities: What Employment Counselors Should Know // Journal of Employment Counseling. 1995. Vol. 32. Issue 2. P. 64–78.

Oyserman D. Self-Concept and Identity // The Blackwell Handbook of Social Psychology. Intraindividual Processes. Ed. by A. Tesser and N. Schwarz. London: Blackwell Publishings, 2003. P. 499–517.

ParsonsM.,DurhamM.A cognitive-developmental approach to aesthetic: experience // Adolescent Development / A. Janus Knot, R. Mosher (ed.). Berkley: McCutchen Press, 1979. P. 209–235.

Raskin P.M. Career Maturity: The Construct’s Validity, Vitality and Viability // Career Development Quarterly. 1998. Vol. 47. Issue 1. P. 32–35.

221