Меры уголовно-процессуального принуждения на досудебных стадиях. Учебное пособие для студентов вузов, обучающихся по направлению «Юриспруденция»-1

органа государственной власти субъекта РФ) и предъявления ему обвинения в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления.

Понятие должностного лица дается в примечании 1 к ст. 285 УК РФ. В соответствии с ним должностными лицами признаются лица, постоянно, временно или по специальному полномочию осуществляющие функции представителя власти либо выполняющие организационно-распорядительные, административно-хозяй- ственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, государственных корпорациях, государственных компаниях, государственных и муниципальных унитарных предприятиях, акционерных обществах, контрольный пакет акций которых принадлежит Российской Федерации, субъектам РФ или муниципальным образованиям, а также в Вооруженных Силах РФ, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации.

И.Л. Петрухин по поводу этого положения уголовного закона применительно к уголовному процессу писал: «Понятие должностного лица сформулировано в ст. 285 УК применительно к нуждам уголовного права, и ему не следует придавать универсальноправовой характер»1.

Вряд ли можно согласиться с предложением И.Л. Петрухина о том, чтобы по-разному толковать понятие должностного лица в уголовном материальном и уголовно-процессуальном праве. На наш взгляд, наоборот, толкование этих понятий должно быть совершенно идентичным. Следует отметить, что так же расширительно предлагают толковать понятие должностного лица А.В. Смирнов и К.Б. Калиновский в комментарии к УПК РФ2. Однако, в ст. 114 УПК РФ в отличие от ст. 153 УПК РСФСР не используется понятие должностного лица, а говорится об отстранении от должности. Следовательно, имеется в виду любая должность, которую занимает подозреваемый или обвиняемый в любых учреждениях и организациях, на предприятиях любой формы собственности (государственных, муниципальных, частных).

Следует согласиться с мнением А.В. Смирнова и К.Б. Калиновского, что основанием временного отстранения от должности является обоснованное предположение о том, что при исполнения лицом своих трудовых обязанностей он может совершить новое общественно опасное деяние, воспрепятствовать выяснению истины по делу, а также необходимость исполнения реально возможного наказания в виде лишения права заниматься определенным видом деятельности3.

1Михайлов В.А. Óêàç. ñî÷. Ñ. 143.

2Ñì.: Смирнов А.В., Калиновский К.Б. Комментарий к УПК РФ. СПб., 2004. С. 317—318.

3Ñì.: Òàì æå. Ñ. 318.

111

Положения ч. 5 ст. 114 УПК РФ распространяются только на обвиняемых в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления. При необходимости временного отстранения от должности указанных должностных лиц предусмотрен иной порядок применения данной меры уголовно-процессуального принуждения. Так, представление о временном отстранения от должности указанных должностных лиц формулирует Генеральный прокурор РФ и направляет его Президенту РФ, который рассматривает данное представление в течение 48 часов и принимает решение либо об отстранении от должности, либо об отказе в этом.

При анализе данной уголовно-процессуальной нормы обращают на себя внимание два обстоятельства: введение, по существу, нового участника уголовного судопроизводства — Президента РФ и отсутствие судебного решения.

Участие в процедуре отстранения от должности Президента РФ в УПК РФ предусмотрено вовсе не случайно. Так, ч. 3 ст. 29.1 ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов РФ»1 от 6 октября 1999 г. в редакции ФЗ от 29 июля 2000 г. предусмотрена процедура отрешения от должности высшего должностного лица субъекта РФ (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти субъекта РФ). В ч. 4 этой же статьи указанного ФЗ установлено также, что Президент РФ в порядке, установленном уголовно-процессуальным законодательством РФ, вправе по представлению Генерального прокурора РФ временно отстранить высшее должностное лицо субъекта РФ (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти субъекта РФ) от исполнения обязанностей в случае предъявления указанному лицу обвинения в совершении преступления. Решение о временном отстранении высшего должностного лица субъекта РФ (руководителя высшего исполнительного органа государственной власти субъекта РФ) от исполнения обязанностей принимается в форме указа.

И.С. Федотов обоснованно полагает, что «ежемесячное государственное пособие лицу, временно отстраненному от должности, должно быть выплачено за счет средств федерального бюджета, при этом в резолютивной части постановления об отстранении подозреваемого (обвиняемого) от занимаемой должности следует всегда конкретизировать, на кого судом возлагаются указанные выплаты. Так, в связи с осуществлением уголовного преследования сотрудников ОВД, СК, ФСБ, работников прокуратуры и отстранения их от занимаемой должности по постановлению суда

1 Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации: Федеральный закон от 06.10.1999 ¹ 184-ФЗ // СЗ РФ. 1999. ¹ 42. Ст. 5005.

112

выплату вышеуказанного ежемесячного пособия следует возлагать на соответствующее ведомство, где проходит службу данное лицо, чтобы не создавать коллизий и спорных моментов в дальнейшем в зависимости от результатов расследования или итоговых судебных решений, поскольку на указанных сотрудников распространяются не только положения УПК РФ, но и федеральные законы, регулирующие именно эти процессуальные вопросы, по которым выделяются финансовые средства из федерального бюджета. Например,

âсоответствии с ч. 8 ст. 73 Федерального закона от 30.11.2011 ¹ 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел РФ и внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ»1 денежное довольствие сотруднику органа внутренних дел, временно отстраненному от выполнения служебных обязанностей, выплачивается на условиях и в порядке, которые установлены ч. 25 ст. 2 Федерального закона от 19.07.2011 ¹ 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел РФ и внесении изменений

âотдельные законодательные акты РФ»2, согласно которой

âслучае временного отстранения сотрудника от должности ему выплачивается денежное довольствие в размере должностного оклада и оклада по специальному званию, а также надбавка к окладу денежного содержания за стаж службы (выслугу лет), а в соответствии с абз. 3 ч. 1 ст. 42 Федерального закона от 17.01.1992 ¹ 2202-1 «О прокуратуре РФ»3 за время отстранения от должности прокурору выплачивается денежное содержание (денежное довольствие) в размере должностного оклада, доплаты за классный чин (оклада по воинскому званию) и доплаты (надбавки) за выслугу лет»4.

Мы разделяем позицию И.С. Федотова и также полагаем, что, помимо предложенных аспектов избрания и применения временного отстранения от должности, следует руководствоваться положениями УПК РФ и федеральных законов при разрешении судом вопроса о временном отстранении от занимаемой должности в отношении лица, занимающего определенный должностной статус

âорганизации (обществе), имеющей государственный капитал.

1О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации: ФЗ от 30.11.2011 ¹ 342-ФЗ // СЗ РФ. 2011. ¹ 49 (ч. 1). Ст. 7020.

2О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел РФ и внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ: Федеральный закон от 19.07.2011 ¹ 247-ФЗ // СЗ РФ. 2011. ¹ 30 (ч. 1). Ст. 4595.

3О прокуратуре Российской Федерации: Федеральный закон от 17.01.1992 ¹ 2202—1 // СЗ РФ. 1995. ¹ 47. Ст. 4472.

4Федотов И.С. Актуальные вопросы применения меры уголовно-процессуаль- ного принуждения в виде временного отстранения от должности // Российская юстиция. 2017. ¹ 7. С. 37—39.

113

Такие меры процессуального принуждения, предусмотренные главой 14 УПК РФ, как обязательство о явке, привод, денежное взыскание, могут быть применены к широкому кругу участников уголовного судопроизводства: подозреваемому, обвиняемому (ч. 1 ст. 111 УПК РФ), потерпевшему, свидетелю, гражданскому истцу, гражданскому ответчику, эксперту, специалисту, переводчику, понятому (ч. 2 ст. 111 УПК РФ).

Следует отметить, что в первоначальной редакции ч. 2 ст. 113 УПК РФ после слов «потерпевшему, свидетелю» было записано «и другим участникам уголовного судопроизводства». Расширительное толкование этого положения могло привести к тому, что, например, приводу мог бы подвергнут защитник подозреваемого, обвиняемого, представитель какого-либо участника уголовного судопроизводства и т.д. ФЗ от 4 июля 2003 г.1 сузил круг участников уголовного судопроизводства, к которым могут быть применены меры процессуального принуждения, исключив расширительное толкование. Однако не были внесены соответствующие дополнения в ст. 112 УПК РФ «Обязательство о явке» и в ст. 113 УПК РФ «Привод», в которых по-прежнему осталось упоминание только о потерпевшем и свидетеле.

В то же время широкого толкования требует ст. 117 УПК РФ «Денежное взыскание». Оно может быть наложено на любых уча- стников уголовного судопроизводства в случае неисполнения ими своих процессуальных обязанностей и даже на любых лиц, не имеющих отношения к делу, но присутствующих в судебном заседании и нарушающих его порядок.

Мера процессуального принуждения в виде наложения ареста на имущество (ст. 115 УПК РФ) в соответствии с ч. 1 ст. 111 УПК РФ может быть применена только в отношении подозреваемого или обвиняемого. Однако в ч. 1 ст. 115 УПК РФ указано, что арест может быть наложен не только на имущество подозреваемого или обвиняемого, но и на имущество лиц, несущих материальную ответственность за их действия, а в ч. 3 ст. 115 УПК РФ предусмотрена возможность наложения ареста на имущество, находящееся у других лиц, если есть основания полагать, что оно получено в результате преступных действий подозреваемого, обвиняемого.

Возможность применения мер процессуального принуждения в отношении лиц, которые не являются подозреваемыми или обвиняемыми, свидетельствует о том, что уголовно-процессуальное принуждение не обусловлено фактом совершения преступления определенными лицами, и том, что в уголовном судопроизводстве

1 О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 04.07.2003 ¹ 92-ФЗ // СЗ РФ. 2003. ¹ 27 (ч. 1). Ст. 2706.

115

соблюдается конституционный принцип равенства всех перед законом и судом (ч. 1 ст. 19 Конституции РФ).

Иные меры процессуального принуждения, предусмотренные главой 14 УПК РФ, могут достаточно существенно ограничивать конституционные права и свободы. Такой мерой является в первую очередь наложение ареста на имущество, которое может оцениваться сколько угодно значительными денежными суммами. Данная мера процессуального принуждения, таким образом, может существенно ограничить конституционное право на собственность. Мера процессуального принуждения в виде привода прямо ограничивает конституционное право на свободу и личную неприкосновенность. При этом наложение ареста на имущество и привод чаще всего связаны с ограничением конституционного права на неприкосновенность жилища.

Самой мягкой мерой процессуального принуждения из числа предусмотренных главой 14 УПК РФ является обязательство о явке, предусмотренное ст. 112 УПК РФ.

К.В. Задерако, полагает, что обязательство о явке «не носит характера принуждения, является средством обеспечения оперативности явки лиц, вызванных в орган, осуществляющий уголовное судопроизводство, а также формой удостоверения факта разъяснения участникам их прав и обязанностей, а потому должно быть обязательной мерой и его регламентация должна осуществляться в рамках статусных норм, в связи с чем от него как от меры принуждения следует отказаться»1.

О.В. Баландюк же предлагает под обязательством о явке понимать «меру принуждения, при реализации которой к участникам уголовного судопроизводства применяются минимальные ограни- чения. Исполнение обязательства о явке ограничивается мерами морально-психологического воздействия в виде таких приемов, как разъяснение, внушение, убеждение. Целью их применения является осознание участником уголовного судопроизводства необходимости надлежащим образом выполнять возложенные на него обязанности, закрепленные ст. 112 УПК РФ. В связи с этим законодателем не предусмотрены какие-либо средства контроля за ее надлежащим выполнением. Их выбор зависит от правоприменителя»2.

Применение аналогичной меры процессуального принуждения было предусмотрено ч. 5 ст. 89 УПК РСФСР 1960 г., в соответствии с которой при отсутствии оснований, делающих необходимым применение меры пресечения, у обвиняемого отбиралось обяза-

1 Задерако К.В. Иные меры процессуального принуждения: Автореф. дис. ...

канд. юрид. наук. Ростов н/Д, 2005. С. 62—63.

2 Баландюк О.В. Исполнение обязательств при реализации статьи 112 УПК РФ // Законодательство и практика. 2016. ¹ 2. С. 32—34.

116

тельство являться по вызовам и сообщать о перемене места жительства. Обязательство являться по вызовам органов дознания и суда сообщать им о перемене места жительства была предусмотрена для протокольной формы досудебной подготовки материалов (ч. 2 ст. 415 УПК РСФСР). Таким образом, в УПК РСФСР применение этой меры являлось обязательным в том случае, если к подозреваемому или обвиняемому не применялась никакая мера пресечения, и для лица, в отношении которого проводилась протокольная форма досудебной подготовки материалов.

Обязательство о явке включает в себя также обязанность лица незамедлительно сообщать о перемене места жительства. Этим обязательство о явке существенно отличается от подписки о невыезде, при которой подозреваемый или обвиняемый не имеет права менять место жительства без разрешения дознавателя, следователя, прокурора и суда, чем ограничивается конституционное право на свободу передвижения и выбор места жительства.

Следует согласиться с высказанным в литературе мнением, что необходимо также установить обязанность незамедлительного сообщения о перемене не только места жительства, но и места пребывания (выезд в командировку, в отпуск, в гости и т.д.)1.

Âлюбом случае обязательство о явке обладает принудительным характером в гораздо меньшей степени, чем близкая к ней мера пресечения в виде подписки о невыезде.

Âцелом, как правильно определили А.В. Смирнов и К.Б. Калиновский, обязательство о явке — наименее принудительная мера по сравнению со всеми остальными. Далее они пишут, что «это позволяет применять ее до возбуждения уголовного дела, а также после приостановления дела (разъяснение обязанности явиться по вызову, который будет сделан уже по возбужденному уголовному делу)»2.

Высказанное выше мнение следует поддержать, но оно, к сожалению, не основано на законе. К слову сказать, эти же авторы в другом месте пишут, что меры принуждения не могут применяться до возбуждения уголовного дела и после его приостановления3.

На наш взгляд, взятие обязательства о явке как наименее принудительная мера из всех предусмотренных главой 14 УПК РФ вполне может быть закреплено в качестве обязательного правила в отношении любого участника уголовного судопроизводства, указанного в ч. 2 ст. 111 УПК РФ, причем его следует предусмотреть

уже в процессе рассмотрения сообщения о преступлении с внесением соответствующего дополнения в ст. 144 УПК РФ.

1Ñì.: Булатов Б.Б., Николюк В.В. Óêàç. ñî÷. Ñ. 43.

2Смирнов А.В., Калиновский К.Б. Óêàç. ñî÷. Ñ. 278.

3Ñì.: Òàì æå. Ñ. 231.

117

Обязательство о явке предусматривает обязанность лица явиться по вызовам в правоохранительные органы или в суд. Вызываться лицо может как повесткой, так и посредством СМС-сообщений. Порядок вызова лиц в суд, а также образцы текста СМС-изве- щений изложены в приказе Судебного департамента при Верховном Суде РФ от 25 декабря 2013 г. ¹ 2571.

Следует уточнить также указание в законе на последствия нарушения обязательства о явке. В ч. 2 ст. 112 УПК РФ лишь указывается на то, что такие последствия должны быть разъяснены лицу, к которому эта мера применяется.

Приводу в случае неявки без уважительных причин могут быть подвергнуты и иные участники уголовного судопроизводства, указанные в ч. 2 ст. 111 УПК РФ (ч. 1 ст. 113 УПК РФ).

Âсоответствии с ч. 3 ст. 188 УПК РФ лицо, вызываемое на допрос, обязано явиться в назначенный срок либо заранее уведомить следователя о причинах неявки. В случае неявки без уважительных причин лицо, вызываемое на допрос, может быть подвергнуто приводу либо к нему могут быть применены иные меры процессуального принуждения, предусмотренные ст. 111 УПК РФ.

Б.Б. Булатов и В.В. Николюк по этому поводу пишут, что под иными мерами процессуального принуждения в данном случае имеется в виду денежное взыскание. Однако, как они полагают, до внесения в ст. 46 и 52 УПК РФ соответствующего положения потерпевший и свидетель не могут подвергаться денежному взысканию за неявку без уважительных причин, хотя у них и взято обязательство о явке в порядке ст. 112 УПК РФ2.

С таким утверждением трудно согласиться. На возможность применения в этих случаях денежного взыскания не только прямо указывает ч. 3 ст. 188 УПК РФ, но и ст. 117 УПК РФ, которая предусматривает применение денежного взыскания в любых слу- чаях неисполнения участниками уголовного судопроизводства процессуальных обязанностей, предусмотренных УПК РФ.

Âсвязи с этим необходимо обратить внимание, что в настоящее время денежное взыскание не может быть применено в отношении подозреваемого или обвиняемого, поскольку оно не входит

âсистему мер процессуального принуждения, применяемых к этим лицам в соответствии с ч. 1 ст. 111 УПК РФ3. Полагаем, что в ст. 111 УПК РФ могут быть внесены соответствующие изменения.

1Об утверждении Регламента организации извещения участников судопроизводства посредством СМС-сообщений: приказ Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации от 25 декабря 2013 г. ¹ 257 // Бюллетень актов по судебной системе. 2014. ¹ 2.

2Ñì.: Булатов Б.Б., Николюк В.В. Óêàç. ñî÷. Ñ. 44.

3Ñì.: Смирнов А.В., Калиновский К.Б. Óêàç. ñî÷. Ñ. 288.

118

Денежное взыскание в уголовном судопроизводстве могло бы применяться более широко. Экономическое принуждение в условиях рыночной экономики, в том числе в уголовном судопроизводстве, могло бы действовать более эффективно, особенно в отношении состоятельных лиц, чем внеэкономическое принуждение к ним, в том числе заключение под стражу этих лиц.

Полагаем также, что денежным взысканием могла бы быть заменена уголовная ответственность за отказ свидетеля или потерпевшего от дачи показаний, которая в настоящее время предусмотрена ст. 308 УК РФ.

Таким образом, в ст. 112 УПК РФ следует установить, что в случае нарушения обязательства о явке могут быть применены меры процессуального принуждения в виде привода или денежного взыскания, а в отношении обвиняемого или подозреваемого, кроме того, может быть избрана мера пресечения.

Следующей по строгости мерой процессуального принуждения из числа предусмотренных главой 14 УПК РФ является привод (ñò. 113 ÓÏÊ ÐÔ).

Как меру процессуального принуждения привод рассматривала З.Ф. Коврига. По ее мнению, привод — «это мера процессуального принуждения, заключающаяся в принудительном доставлении обвиняемого, потерпевшего, свидетеля, эксперта, подсудимого к лицу, производящему дознание, следователю, прокурору или в суд, в случае их неявки без уважительной причины по вызову, с целью обеспечения производства следственных или судебных действий»1. Примерно такой же позиции придерживался З.З. Зинатуллин2.

В то же время в юридической литературе высказывались мнения, что привод представляет собой меру уголовно-процессуальной ответственности3 либо уголовно-процессуальную санкцию4. Привод также рассматривался двояко — как мера ответственности (санкция) и как превентивная мера5.

1Ñì.: Коврига З.Ф. Уголовно-процессуальное принуждение. Воронеж, 1975. С. 139.

2Ñì.: Зинатуллин З.З. Уголовно-процессуальное принуждение и его эффективность. Казань, 1981. С. 120.

3См., например: Ковалев В.М. Проблемы уголовно-процессуальной ответственности // Проблемы юридической ответственности и совершенствования законодательства в свете новой Конституции СССР. Рязань, 1979. С. 136; Чистякова В.С. Законность и обоснованность применения мер уголовно-процессуального принуждения. М., 1978. С. 10.

4Ñì.: Êóðñ советского уголовного процесса: Общая часть / Под ред. А.Д. Бойкова и И.И. Карпеца. М., 1989. С. 100; Ахпанов А.Н. Проблемы уголовнопроцессуального принуждения в стадии предварительного расследования. Алматы, 1999. С. 146.

5Ñì.: Громов Н.А., Полунин С.А. Санкции в уголовно-процессуальном праве России. М., 1998. С. 13—14; Кудин Ф.М. Принуждение в уголовном судопроизводстве. Красноярск, 1985. С. 45.

119

ÂУПК РФ привод отнесен к иным мерам процессуального принуждения, хотя его правовая природа как меры уголовнопроцессуальной ответственности не меняется. Привод применяется

âодном-единственном случае — при неявке по вызову без уважительных причин. В этом отличие УПК РФ от УПК РСФСР 1960 г.,

âкотором предусматривался привод обвиняемого без предварительного вызова в том случае, если он скрывается от следствия или не имеет определенного места жительства.

Âотличие от УПК РСФСР по УПК РФ привод может быть применен в отношении не только обвиняемого, но и подозреваемого, а также потерпевшего, свидетеля и лица, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство в связи с заключением с ним досудебного соглашения о сотрудничестве. Напомним, что последний участник уголовного судопроизводства является новеллой законодательства 2018 г. и введен Федеральным законом от 30 октября 2018 г. ¹ 376-ÔÇ1.

Круг участников уголовного судопроизводства, к которым может быть применен привод по УПК РФ, является достаточно широким. Он может быть применен к тем же лицам, у которых может быть взято обязательство о явке, что представляется вполне логич- ным. К ним кроме подозреваемого и обвиняемого в соответствии с ч. 2 ст. 111 УПК РФ относятся: потерпевший, свидетель, гражданский истец, гражданский ответчик, эксперт, специалист, переводчик, понятой.

Âч. 1 ст. 113 УПК РФ отмечено, что привод может быть осуществлен только в случае неявки участников уголовного судопроизводства по вызову без уважительных причин.

ÂУПК РФ не разрешен вопрос о том, каким образом устанавливать наличие или отсутствие уважительных причин неявки вызываемого лица.

Единственным выходом из такой ситуации представляется введение общего правила взятия обязательства о явке у всех участников уголовного судопроизводства, указанных в ст. 111 УПК РФ. В любом случае привод в отношении лиц, которые не были предупреждены о необходимости уведомления о причинах неявки, не может быть осуществлен.

Иное дело, когда вызываемое лицо не имеет постоянного места жительства или постоянно игнорирует повестки о вызове и нет возможности вызвать его для взятия обязательства о явке.

Привод как мера процессуального принуждения непосредственно связан с физическим воздействием на человека и в большинстве случаев с проникновением в жилище.

1 О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс РФ: федеральный закон от 30.10.2018 ¹ 376-ФЗ // СЗ РФ. 2018. ¹ 45. Ст. 6831.

120