Меры уголовно-процессуального принуждения на досудебных стадиях. Учебное пособие для студентов вузов, обучающихся по направлению «Юриспруденция»

шеннолетним обвиняемым, запрет определенных действий, залог, домашний арест могут быть применены далеко не всегда и далеко не ко всем подозреваемым и обвиняемым. Если имеется возможность избрания этих мер пресечения, то вопрос об их применении рассматривается в первую очередь.

Следующей за подпиской о невыезде, по степени строгости мерой пресечения в ст. 98 УПК РФ названа мера пресечения в виде личного поручительства.

Личное поручительство входит в более широкое понятие пору- чительства, в которое входят также понятия имущественного, общественного, должностного è законного поручительства. Все указанные виды поручительства имеют место или имели место в отечественном уголовно-процессуальном законодательстве. Так, имущественное поручительство было известно дореволюционному уголовному процессу и вплоть до введения в действие УПК РСФСР 1960 г. Общественное поручительство (поручительство общественных организаций, затем поручительство общественных объединений) было известно советскому и российскому уголовно-процессу- альному законодательству вплоть до введения в действие УПК РФ 2001 г. К должностному поручительству относится в настоящее время наблюдение командования воинской части и присмотр за несовершеннолетними обвиняемыми должностными лицами специализированного детского учреждения. Законное поручительство

âсовременных условиях — это присмотр за несовершеннолетним обвиняемыми родителями и иными законными представителями1.

Таким образом, по действующему уголовно-процессуальному законодательству предусмотрено три вида поручительства: личное, должностное è законное. Личное поручительство предусмотрено ст. 103 УПК РФ и частично ст. 105 УПК РФ, в которой указано, что присмотр за несовершеннолетними подозреваемыми и обвиняемыми может осуществляться заслуживающими доверия лицами. Должностное поручительство предусмотрено ст. 104 УПК РФ

âвиде наблюдения командования воинской части и ст. 105 УПК РФ в части присмотра за несовершеннолетними обвиняемыми. Законное поручительство также предусмотрено ст. 105 УПК РФ, но в части присмотра за несовершеннолетними со стороны родителей, опекунов и попечителей. Мера пресечения в виде присмотра за несовершеннолетним обвиняемым, предусмотренная ст. 105 УПК РФ, включает в себя все три вида поручительства — личное, должностное и законное.

Все указанные виды поручительства и связанные с ними меры пресечения имеют как общие, так и отличительные черты.

1 Ñì.: Смирнов А.В., Калиновский К.Б. Óêàç. ñî÷. Ñ. 255—256.

101

Общие черты заключаются в следующем:

(1)все они направлены на обеспечение выполнения подозреваемым или обвиняемым обязательств, предусмотренных ст. 102 УПК РФ «Подписка о невыезде и надлежащем поведении». В ч. 1 ст. 103 и ч. 1 ст. 104 УПК РФ указано, что предусмотренные ими меры пресечения направлены на обеспечение выполнения подозреваемым или обвиняемым обязательств, предусмотренных п. 2 и 3 ст. 102 УПК РФ: в назначенный срок являться по вызовам дознавателя, следователя и в суд и иным путем не препятствовать производству по уголовному делу. Присмотр за несовершеннолетним обвиняемым направлен на обеспечение его надлежащего поведения, предусмотренного ст. 102 УПК РФ;

(2)все виды поручительства и связанные с ними меры пресече- ния непосредственно не ограничивают никаких прав подозреваемого или обвиняемого. Только в случае нарушения им условий, установленных ст. 102 УПК РФ, в отношении к нему может быть применена более строгая мера пресечения. В этом отношении все виды поручительства по существу являются более мягкими мерами пресечения, чем подписка о невыезде, хотя именно она законодательно определена как

самая мягкая мера пресечения. Между тем имеются некоторые различия.

Âо - п е р в ы х, наблюдение командования воинской части (должностное поручительство) и присмотр за несовершеннолетним подозреваемым или обвиняемым, включающий в себя все три вида поручительства, — это специальные меры пресечения, применяемые соответственно к военнослужащим или гражданам, проходящим военные сборы, и к несовершеннолетним. Личное поручи- тельство, предусмотренное ст. 103 УПК РФ, — общая мера пресе- чения, применяемая ко всем остальным лицам.

Âо - в т о р ы х, при избрании мер пресечения в виде личного поручительства и присмотра за несовершеннолетним подозреваемым или обвиняемым предусмотрено письменное поручительство (ч. 3 ст. 103 и ч. 1 ст. 105 УПК РФ). При избрании меры пресече- ния в виде наблюдения командования воинской части письменное обязательство от представителей командования не отбирается.

Â- т р е т ь и х, при избрании мер пресечения в виде личного поручительства и наблюдения командования воинской части требуется согласие подозреваемого или обвиняемого. Представляется, что в первом случае такая обязанность обусловлена тем, что на подозреваемого или обвиняемого, таким образом, возлагается моральная ответственность перед поручителем, от которой он вправе отказаться. Во втором случае согласие подозреваемого или обви-

102

няемого обусловлено теми же причинами, что и при избрании меры пресечения в виде подписки о невыезде, поскольку при применении меры пресечения в виде наблюдения воинской части для подозреваемого или обвиняемого установлены практически такие же ограничения, как и при применении подписки о невыезде.

При избрании меры пресечения в виде присмотра за несовершеннолетним согласия подозреваемого или обвиняемого не требуется, что, как представляется обусловлено, прежде всего, возрастными особенностями этой категории лиц.

В - ч е т в е р т ы х, ответственность личных поручителей, законных поручителей и должностных поручителей, осуществляющих присмотр за несовершеннолетним, за невыполнение возложенных на них обязанностей и за нарушение обязанностей, предусмотренных ст. 102 УПК РФ, подозреваемым или обвиняемым носит уголовно-процес- суальный характер. На них может быть наложено денежное взыскание в размере до 2500 руб. в порядке, установленном ст. 118 УПК РФ. Уголовно-процессуальная ответственность представителей командования воинской части не предусмотрена.

Все виды поручительства для подозреваемого или обвиняемого, по существу, являются более мягкими, чем подписка о невыезде, несмотря на то что именно по порядку расположения в ст. 98 УПК РФ стоит на первом месте как более мягкая мера пресечения. Подписка о невыезде ограничивает конституционное право человека на свободу передвижения и выбор места жительства или места пребывания. Поручительство непосредственно никаких прав человека не ограничивает.

Представляется, что все виды поручительства, которые сегодня предусмотрены тремя различными статьями УПК РФ (ст. 103—105 УПК РФ) и в перечне, установленном ст. 98 УПК РФ, стоят соответственно на втором—четвертом местах, следует предусмотреть в различных частях одной и той же статьи. В ст. 98 УПК РФ общие положения о поручительстве нужно выделить в отдельную часть. Отдельно также следует предусмотреть специфическую меру пресечения в виде залога. В таком случае можно будет выстроить строго определенную систему мер пресечения в порядке возрастания от более мягкой к более строгой с возможностью последовательной замены одной меры пресечения другой. Эта система, таким образом, будет выглядеть следующим образом: подписка о невыезде и надлежащем поведении, предлагаемая нами мера пресечения в виде надзора органов внутренних дел, домашний арест, заключение под стражу.

Указанные меры пресечения по мере перехода от более мягкой к более строгой все в большей мере будут ограничивать конституционные права человека: от ограничения свободы передвижения

103

по добровольно принятому обязательству (подписка о невыезде) к ограничению свободы передвижения в принудительном порядке (надзор органов внутренних дел), к значительному ограничению свободы передвижения в принудительном порядке с элементами ограничения личной свободы или изоляции от общества (домашний арест) и до заключения под стражу, заключающегося в строгой изоляции от общества и ограничивающего личную свободу человека.

Наиболее строгой мерой пресечения, альтернативной заключе- нию под стражу, является домашний арест, предусмотренный ст. 107 УПК РФ.

Вместе с тем количество случаев избрания меры пресечения в виде заключения под стражу традиционно высоко, хотя сейчас наблюдается тенденция к постепенному его снижению. Так, в 2015 г. судами общей юрисдикции было рассмотрено 154 066 ходатайств об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, в 2016 г. — 136 580, а в 2017 г. — 126 383 ходатайства, при этом в 2015 г. было удовлетворено 140 309 ходатайств, в 2016 г. — 123 296, в 2017 г. — 113 318 ходатайств. При этом о продлении срока содержания лиц под стражей в 2015 г. было рассмотрено 230 599 ходатайств, в 2016 г. — 230 276, в 2017 г. — 215 145 ходатайств, из них было удовлетворено в 2015 г. — 226 729, в 2016 г. — 225 311 и в 2017 г. — 210 117 ходатайств1.

Эта мера, как нами отмечено, не только ограничивает конституционное право на свободу передвижения, о чем прямо указано в ч. 1 ст. 107 УПК РФ, но и содержит в себе некоторые элементы ограничения личной свободы (изоляции от общества). Эти элементы указаны в ч. 1 ст. 107 УПК РФ, в соответствии с которой домашний арест избирается по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого при невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения и заключается в нахождении подозреваемого или обвиняемого в изоляции от общества в жилом помещении, в котором он проживает в качестве собственника, нанимателя либо на иных законных основаниях, с возложением запретов и осуществлением за ним контроля. С учетом состояния здоровья подозреваемого или обвиняемого местом его содержания под домашним арестом может быть определено лечебное учреждение. В связи с этим, например, А.В. Смирнов и К.Б. Калиновский считают домашний арест физически-принудительной мерой пресечения наряду с заключением под стражу, ибо он «физически изолирует обвиняемого (подозреваемого) от общества»2. Об изоляции

1Судебная статистика Судебного департамента при Верховном Суде РФ // URL: http://www. cdep.ru/index.php? id=79 (дата обращения: 05.05.2019).

2Смирнов А.В., Калиновский К.Б. Óêàç. ñî÷. Ñ. 261.

104

от общества свидетельствует и само слово «арест», которое в широком, конституционно-правовом смысле означает не что иное, как изоляцию от общества.

О близости домашнего ареста к заключению под стражу свидетельствуют многие уголовно-процессуальные нормы. Во-первых, эта мера пресечения, так же как и заключение под стражу, избирается только по судебному решению (п. 1 ч. 2 ст. 29 УПК РФ). Во-вторых, время, в течение которого лицо находилось под домашним арестом, засчитывается в срок содержания под стражей (п. 2 ч. 10 ст. 109 УПК РФ).

Домашний арест избирается на срок до двух месяцев. Срок домашнего ареста исчисляется с момента вынесения судом решения об избрании данной меры пресечения в отношении подозреваемого или обвиняемого. В случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до двух месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен по решению суда в порядке, установленном ст. 109 УПК РФ.

В срок домашнего ареста засчитывается время содержания под стражей. Совокупный срок домашнего ареста и содержания под стражей независимо от того, в какой последовательности данные меры пресечения применялись, не должен превышать предельный срок содержания под стражей, установленный ст. 109 УПК РФ.

Домашний арест в качестве меры пресечения применяется

âотношении подозреваемого или обвиняемого по решению суда

âпорядке, установленном ст. 108 УПК РФ, с учетом особенностей, определенных ст. 107 УПК РФ.

Рассмотрев ходатайство об избрании меры пресечения в виде домашнего ареста, судья выносит одно из следующих постановлений:

(1)об избрании в отношении подозреваемого или обвиняемого меры пресечения в виде домашнего ареста;

(2)об отказе в удовлетворении ходатайства.

При отказе в удовлетворении ходатайства об избрании в отношении подозреваемого или обвиняемого меры пресечения в виде домашнего ареста судья по собственной инициативе при наличии оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, и с учетом обстоятельств, указанных в ст. 99 УПК РФ, вправе избрать в отношении подозреваемого или обвиняемого меру пресечения в виде запрета определенных действий или залога.

Постановление судьи направляется лицу, возбудившему ходатайство, прокурору, контролирующему органу по месту отбывания домашнего ареста, подозреваемому или обвиняемому и подлежит н е м е д л е н н о м у исполнению.

105

Суд с учетом данных о личности подозреваемого или обвиняемого, фактических обстоятельств уголовного дела и представленных сторонами сведений при избрании домашнего ареста в качестве меры пресечения может установить запреты, предусмотренные

ï.3—5 ÷. 6 ñò. 105.1 ÓÏÊ ÐÔ.

Âзависимости от тяжести предъявленного обвинения и факти- ческих обстоятельств подозреваемый или обвиняемый может быть подвергнут судом всем запретам, указанным в ч. 7 ст. 107 УПК РФ, либо некоторым из них. Запреты могут быть изменены судом по ходатайству подозреваемого или обвиняемого, его защитника, законного представителя, а также следователя или дознавателя, в производстве которого находится уголовное дело.

Важно отметить, что подозреваемый или обвиняемый не может быть ограничен в праве использования телефонной связи для вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб в случае возникновения чрезвычайной ситуации, а также для общения с контролирующим органом, дознавателем, со следователем. О каждом таком звонке подозреваемый или обвиняемый информирует контролирующий орган.

Âрешении суда об избрании меры пресечения в виде домашнего ареста указываются условия исполнения этой меры пресечения, в том числе место, в котором будет находиться подозреваемый или обвиняемый, срок домашнего ареста, запреты, установленные в отношении подозреваемого или обвиняемого, способы связи со следователем, с дознавателем и контролирующим органом.

Контроль за нахождением подозреваемого или обвиняемого в месте исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста и за соблюдением возложенных на него судом запретов осуществляется в порядке, установленном ч. 11 ст. 105.1 УПК РФ.

Если по медицинским показаниям подозреваемый или обвиняемый был доставлен в учреждение здравоохранения и госпитализирован, то до разрешения судом вопроса об изменении либо отмене меры пресечения в отношении подозреваемого или обвиняемого продолжают действовать установленные судом запреты. Местом исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста считается территория соответствующего учреждения здравоохранения.

В орган дознания или орган предварительного следствия, а также в суд подозреваемый или обвиняемый доставляется транспортным средством контролирующего органа.

Встречи подозреваемого или обвиняемого, находящегося под домашним арестом, с защитником, законным представителем, а также с нотариусом в целях удостоверения доверенности на право представления интересов подозреваемого или обвиняемого в сфере предпринимательской деятельности проходят в месте исполнения этой меры пресечения.

106

В случае нарушения подозреваемым или обвиняемым, в отношении которого в качестве меры пресечения избран домашний арест, условий исполнения этой меры пресечения, отказа от применения к нему аудиовизуальных, электронных и иных техниче- ских средств контроля или умышленного повреждения, уничтожения, нарушения целостности указанных средств либо совершения им иных действий, направленных на нарушение функционирования применяемых к нему аудиовизуальных, электронных и иных технических средств контроля, суд по ходатайству следователя или дознавателя, а в период судебного разбирательства по представлению контролирующего органа может изменить эту меру пресече- ния на более строгую.

Одной из наиболее строгих мер пресечения является залог. Однако доля такой меры пресечения, как залог, в общем числе

избираемых мер пресечения невысока: в 2015 г. суды рассматривали ходатайства об избрании залога в качестве меры пресечения 221 раз, в 2016 г. — 194 и в 2017 г. — 169 раз, при этом избирали данную меру пресечения в 2015 г. 190 раз, в 2016 г. — 164 и в 2017 г. — 130 раз. Другие меры пресечения заменялись залогом в 2015 г. 338 раз, в 2016 г. — 1328 и в 2017 г. — 343 раза.

Именно внесением залога в большинстве зарубежных стран обусловлено освобождение до суда лица, задержанного (арестованного) за совершение преступления. Примечательно, что право на освобождение до суда, предусмотренное рядом международноправовых актов, в настоящее время нашло отражение в российском уголовно-процессуальном законодательстве. Так, в соответствии с ч. 7.1 ст. 108 УПК РФ при отказе в удовлетворении ходатайства об избрании в отношении подозреваемого или обвиняемого меры пресечения в виде заключения под стражу судья по собственной инициативе вправе при наличии оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, и с учетом обстоятельств, указанных в ст. 99 УПК РФ, избрать в отношении подозреваемого или обвиняемого меру пресечения в виде запрета определенных действий, залога или домашнего ареста.

Так, Ю.В. Царева под залогом предлагает понимать «меру пресечения, избираемую в отношении обвиняемого, подозреваемого на основании решения суда, которая заключается в передаче (внесении) денежных средств в наличной либо безналичной форме залогодателем в орган предварительного расследования, осуществляющий производство по уголовному делу, либо в суд, если уголовное дело находится на стадиях судебного производства, в целях: обеспечения явки обвиняемого (подозреваемого) к следователю, дознавателю или в суд; недопущения продолжения обвиняемым (подозреваемым) ранее начатого преступления либо совершения

107

нового; предупреждения совершения обвиняемым (подозреваемым) действий, препятствующих производству по уголовному делу; применяя которую суд вправе возложить на обвиняемого (подозреваемого) обязанность соблюдать один либо несколько запретов, предусмотренных п. 1—6 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ»1. Автор предлагает закрепить данное определение в ст. 5 УПК РФ.

Âч. 3 ст. 106 УПК РФ закреплена возможность применения залога по различным категориям преступлений, более того, законодатель определил и минимальную сумму залога: «…по уголовным делам о преступлениях небольшой и средней тяжести размер залога не может быть менее пятидесяти тысяч рублей, а по уголовным делам о тяжких и особо тяжких преступлениях — менее пятисот тысяч рублей».

Âлитературе справедливо обращается внимание на особую правовую природу меры пресечения в виде залога, на схожесть этой меры пресечения с поручительством. Так, О.В. Медведева пишет, что «в мерах в виде залога и поручительства отсутствуют запретительные качества, присущие мерам пресечения в уголовном процессе, а надлежащее поведение обвиняемого достигается путем комплексного опосредованного давления на его сознание».

Âсвязи с этим указанный автор предлагает выделить залог и поручительство в отдельную группу и именовать их мерами процессуального воздействия2.

Действительно, залог в какой-то мере схож с имущественным поручительством. Имущественное поручительство как мера пресе- чения существовала в отечественном уголовном судопроизводстве длительное время совместно с залогом, начиная с УУС 1864 г. и до УПК РСФСР 1960 г. Однако между ними есть и существенное различие. При имущественном поручительстве поручитель, так же как и при залоге, отвечает своим имуществом в случае ненадлежащего поведения подозреваемого или обвиняемого, но только после того, как такое нарушение будет совершено. При залоге его предмет (деньги, ценности и т.д.) вносятся заблаговременно, т.е. залог в большей степени ограничивает имущественные права лица, поскольку оно не может пользоваться и распоряжаться заложенным имуществом по своему усмотрению и может, таким образом, понести упущенную выгоду.

Если залог вносится не самим подозреваемым или обвиняемым, а третьим лицом (физическим или юридическим), то он действительно может быть сравним с поручительством, оставаясь при

1Царева Ю.В. Залог как мера пресечения в уголовном процессе России: доктрина, юридическая техника, правоприменительная практика: Дис. … канд. юрид. наук. Н. Новгород, 2018. С. 6.

2Ñì.: Медведева О.В. Óêàç. ñî÷. Ñ. 183.

108

этом более строгой мерой пресечения по сравнению с последним. Если залог вносится подозреваемым или обвиняемым, то он имеет значительное сходство с подпиской о невыезде, поскольку лицо само, добровольно дает согласие на ограничение своих конституционных прав (в случае залога — на ограничение конституционного права на собственность). В этом случае вряд ли можно сказать, что залог строже подписки о невыезде, поскольку и свобода передвижения, ограничиваемая подпиской о невыезде, и право на собственность — это конституционные права и свободы практиче- ски одинаковой ценности.

Таким образом, залог ввиду различной его правовой природы в зависимости от того, кто именно является залогодателем, нельзя однозначно включать ни в одну группу с поручительством, ни

âодну группу с подпиской о невыезде.

Âсвязи с этим предлагаем следующую классификацию мер пресечения, альтернативных заключению под стражу, и порядок их избрания.

Указанные меры пресечения в зависимости от особенностей их правовой природы следует разделить на три группы. П е р в у ю из них должны составить меры пресечения, ограничивающие конституционное право на свободу передвижения, которые в зависимости от их строгости располагаются в следующем порядке: подписка о невыезде, предлагаемая нами мера пресечения в виде надзора органов внутренних дел, домашний арест. В т о р у ю группу должны составить различные виды поручительства (личное пору- чительство, наблюдение командования воинской части, присмотр за несовершеннолетним подозреваемым или обвиняемым), которые ввиду различных категорий лиц, к которым они применяются, классификации по степени строгости не подлежат. Т р е т ь я, особая группа мер пресечения, альтернативных заключению под стражу, представлена залогом, который, в свою очередь, может быть разделен на два вида: залог, вносимый подозреваемым или обвиняемым, и залог, вносимый третьим лицом.

Меры пресечения, альтернативные заключению под стражу, должны применяться не только в том случае, когда основания для заключения под стражу отсутствуют, но и когда по обстоятельствам дела возможен выбор между заключением под стражу и альтернативными ему мерами пресечения. Здесь должно действовать правило, удачно сформулированное В.А. Михайловым: «заключать до суда под стражу не тогда, когда это можно сделать, а тогда, когда этого сделать нельзя»1.

1 Михайлов В.А. Меры пресечения в российском уголовном процессе. М., 1996.

109

3.2.Временное отстранение от должности

всистеме мер уголовно-процессуального принуждения, не связанного с изоляцией от общества

Временное отстранение от должности, предусмотренное ст. 114 УПК РФ, занимает особое место среди мер уголовно-процессуаль- ного принуждения. Оно применяется в отношении подозреваемого или обвиняемого, ограничивает конституционное право каждого свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию (ч. 1 ст. 37 Конституции РФ), а если речь идет об отстранении от должности государственного служащего, то тем самым ограничивается также право граждан РФ на равный доступ к государственной службе (ч. 4 ст. 32 Конституции РФ). Таким образом, в первом случае ограничиваются трудовые права человека и гражданина, а во втором — политические права граждан. Однако временное отстранение от должности не относится к мерам пресечения, хотя его применение в основном преследует те же цели, что и избрание мер пресечения.

В УПК РФ 2001 г. регулирование избрания и применения отстранения от должности претерпело значительные изменения по сравнению с предыдущими УПК РСФСР (1923 и 1960 гг.). В УПК РФ уточнено, что отстранение от должности является временным. Оно стало распространяться не только в отношении должностных лиц, как в УПК РСФСР 1923 и 1960 гг., но и в отношении любых лиц. В УПК РСФСР 1923 и 1960 гг. вопрос об отстранении от должности решался при привлечении лица в качестве обвиняемого.

ÂÓÏÊ ÐÔ ýòà ìåðà уголовно-процессуального принуждения распространяется также и на подозреваемого (ч. 1 ст. 114 УПК РФ).

ÂУПК РСФСР 1923 и 1960 гг. эта мера была предусмотрена в главах о привлечении лица в качестве обвиняемого, в УПК РФ она отнесена к иным мерам уголовно-процессуального принуждения (глава 14 УПК РФ). Если в УПК РСФСР 1923 г. отстранение от должности не требовало ни прокурорского санкционирования, ни судебного решения, а в УПК РСФСР 1960 г. предусматривалось санкционирование прокурором или его заместителем, то в УПК РФ установлен прокурорский и судебный контроль — следователь с согласия руководителя следственного органа, а также дознаватель с согласия прокурора возбуждают соответствующее ходатайство перед судом, который и принимает окончательное решение (ч. 1 ст. 114 УПК РФ). Ограничение трудовых прав человека и гражданина по УПК РФ в некоторой степени компенсируется правом на ежемесячное пособие, выплачиваемое временно отстраненному от должности (ч. 6 ст. 114 УПК РФ). Кроме того, УПК РФ предусматривает специальные правила временного отстранения от должности в случае привлечения в качестве обвиняемого высшего должностного лица субъекта РФ (руководителя высшего исполнительного

110