История геополитических практик Античности ч.I. Расцвет греческих полисов. Учебно-методическое пособие

шейку, не рассчитывая защитить Среднюю Грецию. Фемистокл пригрозил пелопоннесцам уходом афинского флота и населения в Италию. Результатом стало утверждение компромиссного варианта афинского плана. Отряд спартанцев (вероятно 300 спартиатов и 700 периэков), во главе с царем Леонидом отправлялся к Фермопилам, присоединяя к себе контингенты из Аркадии (2200 чел.), Флиунтии (200 чел.), Коринфии (400 чел.), Беотии (1100 чел.), Фокиды (1000 чел.), Опунтской Локриды (1000 чел.). Флот союза направлялся к мысу Артемисий. Большая часть спартанской армии выдвигалась к Коринфскому перешейку с целью его укрепления в случае поражения греков у Фермопил или Артемисия. Поскольку Северная Греция оставалась без защиты, полисы Фессалии и Фтиотиды вынуждены были перейти на сторону Ксеркса [2, 4, 6, 12, 14].

В начале сентября армия Леонида, приблизительной численностью в 5000 – 7000 чел. подошла к Фермопильскому проходу, укрепив старую стену, располагавшуюся здесь. Туда же подтянулась огромная армия Ксеркса. Спартанский царь отверг предложение почетной капитуляции, после чего, выждав 4 дня, персы начали наступление. Узкое ущелье не давало войску Ксеркса возможности развернуться. Все атаки 17 и 18 сентября, включая попытки «бессмертных», фаланга отбила. Однако на рассвете 19 сентября местный житель Эфиальт показал персам обходной путь, по которому Ксеркс направил 20000 чел. Прикрывавшие перевал фокейцы отступили, а персы продолжили обходной маневр. Леонид, узнав об обходе, вынужден был вместе со спартанцами и беотийцами выдвинуться к широкому месту прохода, отослав для прикрытия Коринфского перешейка пелопоннесские контингенты. Спартанский царь уже рассчитывал не на победу, а лишь на задержку персидской армии. После неоднократных атак персы сумели оттеснить остатки войск Леонида на холм, у выхода из Фермопил, и при помощи луков уничтожить их. Поражение у Фермопильского прохода привело к тому, что полисы Беотии перешли на сторону Ксеркса и пополнили ряды его армии, которая разграбила Аттику и сожгла Афины [2, 4, 6, 12, 14].

41

В конце августа – начале сентября флот Эллинского союза (271 триера, 9 легких боевых кораблей пентеконтер) у мыса Артемисий столкнулся в трехдневном сражении с персидским флотом. Номинально греками командовал спартанский наварх Эврибиад, но фактически руководство осуществлял Фемистокл. В первый день персы послали 200 кораблей в обход Эвбеи. Греки решили атаковать основную часть персидского флота. Однако, в условиях подавляющего численного превосходства противника, а также учитывая недостаток навыков морского боя у греческих экипажей, Фемистокл предложил расположить корабли в круг. Такое построение позволило более тяжелым судам эллинов успешно обороняться, в то время как маневренные суда финикийцев не могли таранить корму противника. В результате греки захватили 30 кораблей и ещё один перешел на их сторону. Ночью разразился шторм, полностью потопивший персидскую эскадру, плывшую в обход Эвбеи и повредивший основную часть персидского флота, проведшего весь следующий день в ремонте. К грекам же подошло подкрепление из 53 афинских триер. На третий день персидский флот начал атаку, в результате которой он потерял 60 кораблей. У греков 30 кораблей были потоплены и 80 повреждены. В командном составе эллинов начались разногласия. Эврибиад предлагал оставить место сражения. Фемистокл настаивал на продолжении сопротивления, рассчитывая на предательство карийской и ионийской эскадр. Известие о Фермопильском поражении положило конец спорам. Греческий флот отплыл к острову Саламин, для при-

крытия Афин [2, 4, 6, 12, 14].

Фемистокл сумел убедить экклесию принять чрезвычайные меры. Все женщины, старики и дети были перевезены на Саламин, а изгнанникам, с целью увеличения боевой мощи Афинской республики вернули гражданские права.

Однако оставалась серьезная проблема, вызванная тем, что пелопоннесские эскадры и персидский царь не желали принимать генеральное морское сражение в Саламинской бухте. Эврибиад считал, что Афинское государство обречено и необходимо увести флот к Ко-

42

ринфскому перешейку, обеспечив защиту Южной Греции от персидских десантов. Ксеркс, в свою очередь, подозревал о разногласиях греков и не хотел рисковать кораблями в незнакомых водах. За ночь до отхода пелопоннесских эскадр Фемистокл послал письмо персидскому царю, в котором заверял того в возможности перехода афинского флота на сторону персов и в необходимости предотвращения бегства оставшихся пелопоннесских кораблей посредством их уничтожения с целью скорейшего и победоносного завершения войны. Ксеркс поверил Фемистоклу и перекрыл вход в Саламинскую бухту

[2, 4, 6, 12, 14].

Персы располагали приблизительно 800, греки 373 боевыми кораблями.

Фемистокл рассчитывал на то, что в узких проливах бухты маневренные качества и численный перевес персидского флота не будут играть определяющей роли, в то время как греки, имеющие тяжелые корабли с посаженными на них гоплитами, в случае абордажа получат преимущество.

Расчет полностью оправдался. После того, как персидские корабли вошли в проливы, эллины начали притворное отступление, вынудив противника нарушить строй. Греки, выполнив поворот навстречу противнику, атаковали уже сломанный строй. Персидские корабли, лишившиеся преимуществ, стали поодиночке выходить из боя. Эгинская эскадра прорвалась к Сароническому заливу, перехватывая бе-

43

гущие корабли. Персов ожидал полный разгром. Не менее 500 кораблей были захвачены, рассеяны или потоплены противником, в то время как эллины не досчитались лишь 40 триер [2, 4, 6, 12, 14].

Саламинское сражение имело огромное стратегическое значение. Фемистокл подослал к Ксерксу лазутчика сообщившего царю, что греки хотят атаковать мост на Геллеспонте, перерезав главную коммуникационную линию персов с Азией. Опасавшийся разрушения моста и возможных восстаний, вызванных известием о поражении, Ксеркс был вынужден разделить свою армию, которую и так становилось сложно содержать на средства Беотии и разоренной Аттики. Первая часть вместе с царем оставляла Европу, в то время как вторая под командованием Мардония закреплялась в Фессалии для продолжения военных действий.

Втот же день, что и Саламинское сражение, на Сицилии произошла битва при Гимере, в которой тираны Сиракуз и Акригента разбили карфагенскую армию.

Узнав о поражении персов при Саламине и отступлении царя, осенью 480 года до н. э. восстали полисы Халкидики – Олинф и Потидея. Ксеркс был вынужден из числа отступавших с ним сил выделить небольшое войско (6000 чел.) под командованием Артабаза, который взял при помощи предательства Олинф, но, после трехмесячной осады, будучи застигнут приливом, отошел от Потидеи на соединение с Мардонием [2, 4, 6, 12, 14].

Анализируя причины поражения персов на третьем этапе грекоперсидской войны, хочется отметить следующее: персидское командование и сам царь тщательно подготовились к походу, обеспечили линию коммуникаций с Азией, заключили союз с Карфагеном, добились поддержки или нейтралитета многих полисов Эллады, одержали победу у Фермопил. В целом персидский план завоевания Греции реализовывался последовательно и достаточно успешно.

Всвою очередь, греческое командование столкнулось с серьезными политическими и стратегическими проблемами, связанными с издержками коллегиального управления, необходимостью неодно-

44

кратной смены стратегического плана, разногласиями между полисами Средней и Южной Греции. В этих условиях Фемистоклу удалось добиться реализации своих идей посредством многочисленных политических манипуляций, связанных со спасением афинского населения и отказом от отступления флота к Коринфскому перешейку. Следует признать, что такое отступление, в условиях колоссального превосходства военно-морских сил Персии, получающих возможность высадки десантов на Пелопоннесе, не смогло бы защитить Южную Грецию от вторжения противника. Генеральное морское сражение в невыгодных для персидского флота условиях Саламинской бухты являлось, вероятно, единственным выходом из крайне сложной политической и стратегической ситуации.

§ 5. КОНТРНАСТУПЛЕНИЕ ЭЛЛИНСКОГО СОЮЗА

(479 – 478 ГОДЫ ДО Н. Э.)

Зимой 480 – 479 годов до н. э. афиняне вернулись в разрушенный город, а пелопоннесцы достроили стену, перекрывшую Коринфский перешеек. Весной греки сформировали две армии. Первая из них (вероятно 100000 чел.) находилась под командованием Павсания (регента при малолетнем сыне погибшего при Фермопилах Леонида). Её основной задачей являлся разгром оставшихся в Европе персидских войск. Второй армией (22000 чел.) руководил спартанский царь Леотихид. Ему надлежало действовать вместе с флотом союза (250 боевых кораблей) на Эгейских островах и в Ионии. Афинскими контингентами первой и второй армий командовали стратеги Аристид и Ксантипп соответственно.

Стратегический план персов предполагал наступление в Европе и оборону в Азии. Мардонию, армия которого исчислялась цифрами от 80000 (современные исследователи) до 350000 (древнегреческие источники) чел., включая войско Артабаза, надлежало, опираясь на поддержку фессалийских, фтиотидских и беотийских полисов, политически расколоть Эллинский союз и уничтожить оставшиеся силы

45

противника. Тиграну, с армией в 60000 чел. следовало прикрывать Ионию от вторжения греков, одновременно пресекая попытки восстания. Персидский флот, после Саламинской катастрофы уменьшившийся до 300 кораблей, осуществлял оборону островов Эгейско-

го моря [2, 4, 6, 12, 14].

Для достижения поставленной задачи Мардоний вначале использовал дипломатические средства, предложив Афинской республике через посредничество македонского царя Александра I сепаратный мир. Предложение было отвергнуто, после чего персидский полково-

46

дец повторно разграбил Афины, а населению вновь пришлось эвакуироваться на остров Саламин. Афиняне в категорической форме потребовали от Павсания помощи. В результате спартанский регент решился вывести войска из-за Коринфского перешейка в Среднюю Грецию, соединившись с афинскими и платейскими контингентами. Мардоний, разорив Мегариду, отступил в Беотию, где равнинная местность давала преимущества его коннице.

Первоначально персидскому полководцу, разбившему лагерь на северном берегу реки Асоп, удалось добиться преимущества над греческой армией, которую Павсаний, опасаясь численного превосходства противника, расположил на горных склонах. Хотя эллины отбили атаки персидской конницы, однако войска Мардония засыпали источник, из которого греки брали воду, в то время как персидские лучники, ведя обстрел, перекрыли подходы к Асопу. Конница персов на восьмой день противостояния сумела захватить греческий обоз из 500 повозок, лишив эллинов продовольствия. В этих условиях спартанский регент решил начать ночью отступление к Платеям, которое должны были прикрывать контингенты из Лакедемона, Афин и Тегеи. В командном составе греков наметился раскол, поскольку некоторые спартиаты отказывались оставлять позиции. Парадоксальным образом неразбериха, возникшая при отходе, спасла греческую армию. Мардоний начал преследование, в результате которого порядок персидской армии нарушился. Персы, наступавшие в авангарде, столкнулись с не успевшими оставить свои позиции спартанцами и тегейцами, в то время как их греческие контингенты атаковали прекративших отступление афинян. 40000 чел., располагавшихся в арьергарде под командованием Артабаза, выступавшего за отказ от генерального сражения, и вовсе не успели подойти к полю битвы (вероятно, в результате намеренной задержки), что предопределило её исход. После гибели Мардония азиатские части персидского войска бежали на север, а беотийцы в Фивы. Артабаз собрал остатки армии и повел её к мосту на Геллеспонте, оставляя Европу. Осажденные Фивы вскоре капитулировали перед армией Павсания. Беотийцы, выдав персидских сторонников, вступили в Эллинский союз [2, 4, 6, 12, 14].

47

Военные события в Азии развивались не менее динамично, чем в Европе. Весной 479 года до н. э. к командующему второй греческой армией спартанскому царю Леотихиду прибыли послы ионийских городов, сообщив, что на Хиосе началось антиперсидское восстание, которое, в условиях помощи европейских эллинов, греки Азии и островов Эгейского моря готовы поддержать. Леотихид, к пелопоннесским эскадрам которого (110 триер) присоединился афинский флот под руководством Ксантиппа (140 триер), направился к острову Самос. Базирующийся там персидский флот, сомневаясь в надежности ионийских эскадр, не решился дать сражение и отступил к мысу Микале на соединение с войсками Тиграна. Корабли были вытащены на берег, а матросы включены в состав армии. Греки также высадились на сушу и стали готовиться к битве.

Перед сражением Леотихид и Тигран с целью поддержания духа вверенных им войск прибегли к ряду мер. Спартанский полководец призвал ионийцев переходить на его сторону, а своей армии сообщил, что Павсаний разбил противника в Европе, хотя и не мог знать об этом, поскольку сражения при Платеях и Микале произошли в один день. Персидский полководец, в свою очередь, обезоружил самосцев и удалил в тыл милетцев, которым не доверял, а своей армии сообщил, что к ней должен прибыть Ксеркс.

Леотихид разделил войска на две части. Афинские, трезенские, сикионские и коринфские контингенты вели наступление вдоль побережья, а спартанцы вынуждены были совершить обход с правого фланга через горные ущелья. Обращенные в бегство персы были атакованы обезоруженными самосцами и милетянами. Потеряв до 40000 чел., остатки персидских сил укрылись в Сардах.

Несмотря на победу, Леотихид не рассчитывал защитить Ионию от возможных вторжений персидских отрядов, поэтому настаивал на переселении азиатских греков в Европу. Однако Ксантипп, опираясь на поддержку самих ионийцев, добился отказа от насильственного переселения. Хиос, Самос и Лесбос были включены в состав Эллин-

ского союза [2, 4, 6, 12, 14].

48

Леотихид возвратился в Грецию, распустив армию и флот. Однако Ксантипп решил действовать самостоятельно и направился к Геллеспонту. Хотя мост уже был смыт течением, в руках персов оставалась сильная крепость – Сест. Осада Сеста затянулась до поздней осени 478 года до н. э., и лишь после начала массового голода и бегства персидских военачальников город открыл ворота.

Леотихид в 478 году до н. э. предпринял неудачный поход в Фессалию, после чего был обвинен в коррупции и пожизненно изгнан. Павсаний, к которому перешло командование всей армией союза, вместе с флотом из 20 пелопоннесских и 30 афинских триер осадил и взял Византий, контролировавший вход в пролив Боспор. В городе регент установил режим личной тирании и начал тайные переговоры с персами, из-за чего был вызван в Спарту. От большинства серьезных обвинений Павсанию удалось защититься, но спартанское руководство передало командование Доркису, которого, в свою очередь, члены Эллинского союза отказывались признавать в качестве главнокомандующего. После этих событий Лакедемон прекратил активные действия против персов [2, 4, 6, 12, 14].

Если на втором и третьем этапах решающую роль в борьбе с Ахеменидами играла Афинская республика, то на четвертом этапе основные заслуги в победах при Платеях и Микале принадлежат спартанцам. Вместе с тем следует отметить важные отличия в геополитическом и стратегическом подходах Афинского и Спартанского государств. Афинская геополитика преследовала несколько целей: изгнание персов из Европы, восстановление сообщений с проливами и Причерноморьем, независимость островов Эгейского моря, Дориды, Троады, Эолиды, Ионии и включение этих регионов в сферу своего торгового влияния. Поэтому афинская стратегия органично вписывалась в концепцию защиты общегреческих интересов, а оборона собственного полиса рассматривалась в качестве предварительного условия для дальнейшего освобождения всех греческих государств. Спартанская геополитика, в свою очередь, имела по сути лишь одну цель – разгром персидских войск в Европе. Стратегические успехи

49

Спарты на азиатском направлении только ослабляли архаичную хозяйственную систему Лакедемона, одновременно усиливая Афины. Кроме того, спартанские войска понесли наибольшие потери среди всех союзников, и эти потери легли преимущественно на спартиатов и лояльных периэков, что угрожало кризисом монолитной и негибкой социальной системе Лакедемона. Спартанское руководство принимало в расчет данные обстоятельства, выступая против новых дорогостоящих морских экспедиций.

Что касается Персии, то причиной её поражений вновь стали тактическая и организационная слабость вооруженных сил, которые просто не были приспособлены для генеральных сражений против гоплитов.

§ 6. НАСТУПЛЕНИЕ ДЕЛОССКОЙ СИММАХИИ

(477 – 469 ГОДЫ ДО Н. Э.)

Зимой 478 – 477 годов до н. э., по инициативе вновь ставшего популярным Фемистокла, афиняне в рамках Эллинского союза инициировали создание нового объединения полисов – Делосской симмахии. Члены симмахии учреждали общую казну, армию и флот, передав верховное командование афинским стратегам, с целью окончательного освобождения всех греческих государств изпод власти персов. В симмахию вошли полисы, заинтересованные в контроле за морскими системами коммуникаций Восточного Средиземноморья и расширении торговых связей. Эллинский союз, формальное руководство деятельностью которого продолжала осуществлять Спарта, номинально продолжал функционировать до 457 года до н. э., но фактически не принимал дальнейшего участия в греко-персидской войне [7, 9, 13].

Освобожденный из-под ареста Павсаний в 477 году до н. э. направился в Византий под предлогом борьбы с персами. Там он на целых семь лет восстановил режим личной тирании, пытаясь установить союзные отношения с Ксерксом. В свою очередь, командование Делосской симмахии во главе с афинским стратегом Кимоном (сыном выиг-

50