Основные начала международного частного права

дая в 1892 г. известное дело Заппа, Румыния не признала за Грецией, как государством, права наследования в пределах своего территори ального верховенства. Еще больше колебаний проявляет положитель ное право и судебная практика в отношении других неторговых юри дических лиц. За признание их правоспособности высказывается су дебная практика в Англии и Американских Соединенных Штатах. Во Франции практика колеблется, высказываясь то за, то против призна ния. Открытым остается этот вопрос и в Бельгии, и в Италии. В Гер мании законом определенно требуется предварительное постановле ние союзного совета о признании иностранного юридического лица правоспособным33.

В предшествующем изложении моем речь шла об общей правоспо собности иностранных юридических лиц, включая право на судебную защиту. Этот общий вопрос отнюдь не покрывает вопроса о конкрет ных правах, связанных с функциональной деятельностью юридичес кого лица. Последний для юридического лица иностранного неизбеж но разрешается в плоскости «права иностранцев»: местная власть не может допустить, чтобы иностранные юридические лица в осуществ лении своей деятельности пользовались большими правами, чем ана логичные юридические лица туземные, а зачастую не может пойти даже на уравнение их с последними, т. е. прибегает специально по ад ресу иностранных юридических лиц к ограничениям, не распростра няемым на юридические лица местные. Изучение этих ограничений, как и все «право иностранцев», относится не к коллизионному праву,

ак материальному публичному праву.

5.В действующем советском законодательстве мы найдем целый ряд постановлений, посвященных определению правового положе ния иностранных юридических лиц.

33 Статья 10 закона о введении в действие Германского гражданского уложения постановляет: «Принадлежащий к иностранному государству и по его законам правоспособный союз, который мог бы получить правоспособность в Империи лишь на основании §§ 21 и 22 гражданского уложения, считается правоспособным, если правоспособность его признана постановлением союзного Совета». Упомянутые в этой статье два §§ гражданского уложения говорят: первый (21) — о союзе, преследующем не хозяйственные дела, второй (22) – о союзе, задачи которого лежат в плоскости хозяйственной деятельности, если притом данная категория союзов не составила предмет имперского закона (таковые законы имеются относительно акционерных обществ, товариществ с ограниченной ответственностью и др.).

92

Прежде всего мы можем извлечь из советского положительного пра ва ответ на вопрос — какое юридическое лицо должно признаваться юридическим лицом иностранным. «Инструкция по применению по становления ВЦИК и СНК от 12 апреля 1923 г. об операциях и предста вительствах иностранных фирм в РСФСР и союзных с нею республи ках» (С.У. 1923 г., № 43, ст. 464) в ст. 1 устанавливает, что «Под иностран ными фирмами надлежит подразумевать всякое единоличное или коллективное предприятие, учрежденное вне пределов РСФСР и союз ных с нею республик...». Толкуя это правило расширительно, можно признать, что действующее наше право для определения «иностранно го» характера юридического лица пользуется не признаком легального домициля его руководящих органов, а признаком возникновения за пределами советских республик. Основываясь на этом признаке, мы должны и в каждом конкретном случае определять национальность иностранного юридического лица по закону места его возникновения. В договорном советском праве использованы и некоторые другие признаки определения национальности юридических лиц, но не во внимание к будущим отношениям, а для однократных расчетов в процессе ликвидации прошлого. Мирный договор с Финляндией пользуется критерием домициля юридического лица (ст. ХХIII и XXVIII), договоры с Латвией, Литвой и Польшей — для акционер ных обществ и товариществ — критерием национальности держате лей большинства акций и паев подлежащих предприятий (договор с Латвией – ст. XIII, с Литвой — ст. XI, с Польшей — ст. XV, п. 7: все три договора применительно к вопросу о реэвакуации имущества назван ных юридических лиц).

Правовое положение иностранных юридических лиц торговых. оп ределяется в настоящее время двумя примечаниями к ст. 8 Положения

овведении в действие Гражданского кодекса РСФСР (примечания эти дословно воспроизводятся примечаниями к ст. 8 украинского и азер байджанского и примечаниями к ст. 9 белорусского Положения о вве дении в действие Гражданского кодекса). Первое примечание говорит

оприобретении иностранными акционерными обществами, товарище ствами и пр. прав юридического лица в Советской России, второе — о праве на судебную защиту иностранных юридических лиц, не имеющих разрешения на производство операций в России.

Таким образом, действующее наше законодательство различает юридические лица, имеющие разрешение на производство операций в России, и юридические лица, разрешения такого не имеющие.

93

Приобретение иностранным акционерным обществом, товари ществом и пр. права юридического лица в Советской России в пол ном объеме, т. е. включая право производства операций, происходит лишь с особого разрешения правительства, другими словами, в отно шении приобретения этого права действует порядок концессион ный. В настоящее время допущение иностранных юридических лиц к операциям на территории СССР происходит в порядке общесоюз ного управления: оно входит в компетенцию Главного концессион ного комитета СССР и Союзного Совнаркома (Постановление Со внаркома СССР от 21 августа 1923 г. — см. Известия ЦИК от 1 сен тября 1923 г., № 196). Все ходатайства иностранных акционерных обществ, товариществ и пр. о допущении их к операциям на терри тории рассматриваются в союзном Главном концессионном комите те; постановления Комитета представляются на утверждение Союз ного Совнаркома. По исключению постановления о допущении иностранных фирм к торговым операциям не подлежат представле нию в Совнарком, если они были приняты по соглашению Главно го концессионного комитета с Комвнуторгом при Союзном Совете Труда и Обороны и с союзным Наркомвнешторгом. Под общим ру ководством Главного концессионного комитета предварительную разработку подведомственных ему вопросов осуществляют Концес сионные комиссии, образуемые при Совнаркомах союзных респуб лик, при отдельных Народных комиссариатах СССР и при торговых представительствах CCСP за границей. В частности, в настоящее время имеются такие концессионные комиссии при торговых пред ставительствах в Берлине и в Лондоне (С.У. 1923 г. № 23, ст. 259; № 26, ст. 307). На берлинскую комиссию возлагается, между прочим, рас смотрение ходатайств о допущении к операциям на территории Со ветских Республик, поступающих из континентальных стран Евро пы (за исключением Франции), а на лондонскую — рассмотрение аналогичных ходатайств, поступающих от соискателей в Великобри тании (без колоний) и Франции.

Постановлением Союзного Совнаркома, или в подлежащих слу чаях союзного главного концессионного комитета, определяется и круг дозволенных иностранному юридическому лицу операций, дру гими словами, — пределы дозволенной ему функциональной дея тельности. Права иностранного юридического лица могут быть свя

94

заны с точно очерченными операциями34 или предоставлены общим образом — со ссылкой на устав подлежащего общества35 или без та ковой ссылки36.

Приобретая права юридического лица в Советской России, ино странное юридическое лицо во всех своих производимых в пределах Советского Союза операциях подчиняется действию советского за конодательства: таковы установленные нашей практикой прецеден ты37. Иногда, помимо принципа подчинения всей функциональной деятельности иностранного юридического лица в Советской России советскому праву, особо оговаривается — обращение имущества иностранного общества, принадлежащего ему в СССР, на преимуще ственное удовлетворение претензий, возникших из его операций в Советской России, образование агентства для управления делами

34См.: Постановление СТО от 20 сентября 1922 г. «О разрешении Интернациональному Барнсдальскому Товариществу открыть операции в РСФСР»— С.У. 1922 г. № 60, ст. 764 — «СТО постановил: Разрешить Интернациональному Барнсдальскому Товариществу открыть свои операции в РСФСР для исполнения двух порядков, указанных в договоре...».

35См.: декрет СНК oт 6 марта 1923 г. «О допущении утвержденного в Великобритании Всероссийского Акционерного Кооперативного Общества «Аркос»

кпроизводству операций на территории РСФСР» — С.У. 1923 г. № 20, ст. 239: «Обществу «Аркос» предоставляется право производства на территории РСФСР операций, предусмотренных в уставе общества, утвержденном в Лондоне 11 июня 1922 г.».

36См.: Постановление СТО от 21 ноября 1922 г. «О Русско-Американской Индустриальной Корпорации» С.У. 1922 г. № 78, ст. 979: «СТО... постановил: 1) Предоставить РАИК «...все права юридического лица; в пределах РСФСР и союзных с нею республик».

37 См. хотя бы ст. 2 декрета об «Аркосе»: «Общество «Аркос» подчиняется в своей деятельности на территории РСФСР как ныне действующим, так и могущим быть изданными, узаконениям и распоряжениям Правительства РСФСР...», а также Постановления о Барнсдальском Товариществе и Россий- ско-Американской Индустриальной Корпорации. — Инструкция по применению декрета об операциях иностранных фирм (ст. 10) гласит: Иностранная фирма в своей деятельности на территории РСФСР и союзных с ней республик обязана подчиняться как ныне действующим, так и могущим быть изданным узаконениям и распоряжениям Правительства РСФСР и союзных с ней советских республик»... (С.У. 1923 г. № 43, ст. 464).

95

общества в СССР и т. п. (см. декрет об обществе «Аркос» и инструк цию об операциях иностранных торговых фирм38.

Иностранные юридические лица, не имеющие разрешения на производство операций в Советской России, пользуются, однако, одним из правомочий, присущих юридическим лицам, и на террито рии СССР, — а именно правом на судебную защиту. Об этом праве на судебную защиту говорит второе из указанных выше примечаний

кст. 8 Положения о введении в действие Гражданского кодекса. Оно предоставляет судебную защиту иностранным юридическим лицам при условии: 1) взаимности, 2) возникновения относящейся к пре бывающим в пределах Советской России ответчикам претензии вне пределов Советской России.

Обусловливая право на судебную защиту «началом взаимности», наше законодательство воспроизводит «бельгийскую систему» — си стему бельгийского закона 1855 г. Мыслимы два пути констатирова ния этой взаимности: 1) договорный и 2) законодательный. Договор ный порядок предполагает заключение специальных соглашений о предоставлении судебной защиты юридическим лицам или включе ния соответственной оговорки в договоры общие. При законодатель ной взаимности судебная защита иностранным юридическим лицам предоставляется постольку, поскольку законодательство государства,

ккоторому принадлежит данное товарищество, гарантирует судебную защиту нашим отечественным юридическим лицам: мыслимо, напри мер, предоставление судебной защиты итальянским акционерным компаниям в России на том основании, что, согласно ст. 230 Итальян ского торгового уложения, в Италии признаются правоспособными все возникшие за границей в согласии с законами своей страны акци онерные компании, следовательно, и акционерные компании рус ские. Практика наша стоит, по видимому, на точке зрения необходи мости договорного признания взаимности. Такое признание вклю чено в торговый договор СССР с Италией 7 февраля 1924 г. (см. Известия ЦИК 25 марта 1924 г., № 69).

38См. примечание к ст. II инструкции: «Принадлежащее фирме в РСФСР

исоюзных с ней республиках имущество и все следующие в пользу его по операциям РСФСР и в союзных с ней республиках платежи должны обращаться на преимущественное удовлетворение претензий, возникших из операций фирмы в РСФСР и союзных с ней республиках».—Об обязательном для иностранной торговой фирмы представительстве, отделении, конторе и т. п. в РСФСР говорит ст. 9 той же инструкции.

96

Но и при обеспеченной «взаимности» судебная защита предос тавляется у нас иностранным юридическим лицам не по всем право отношениям, а только по претензиям, возникающим вне пределов Советской России и относящимся к ответчикам, пребывающим в ее пределах: возникновение «претензий» на русской территории, оче видно, рассматривается законом, как последствие произведенных в пределах этой территории «операций», на что требуется, как изложе но было выше, общее предварительное разрешение.

Действующее право не разрешает вопроса об иностранных юри дических лицах не торговых. Полагаю, что не может вызвать возра жений признание правоспособности за иностранным государством и его административными подразделениями, конечно, при условии наличия нормальных дипломатических сношений с этим государ ством. Что касается остальных юридических лиц публичного права, то вопрос об их правоспособности, с точки зрения действующего за конодательства не может быть решен, на мой взгляд, общей форму лой, а должен разрешаться в зависимости от конкретной обстанов ки каждого данного казуса.

97

Глава IX.

Форма юридических сделок

ЛИТЕРАТУРА: Нольде. 524—525: М.И.Брун. Коллизионная и материаль но правовая норма о форме сделок locus regit actum— Журн. Мин. Юст. 1911г., № 9, 94—129; № 10, 24—55; Мартенс. 355—360; Ваr. I, 337—369; Zitelmann. II, 143—164.

Тексты положительного права: Neumann. 194—203; Niemeyer. Vorschlage, 17*— 30*.

1. Форма юридической сделки в течение долгого времени под чинялась в доктрине действию правила «Locus regit actum»: предла галось считать, что форма сделки определяется законом места ее совершения. Правило это выдвигалось еще в XIII ст. и в течение ряда веков воспринималось юристами как прочная норма коллизи онного обычного права. Лишь в XIX веке возникло и получило широкое распространение иное воззрение, в силу которого форму ле locus regit actum следует придавать не абсолютное, а факульта тивное значение. Так, Бар решительно подчеркивал, что формула эта отнюдь не имеет принудительного характера и что участники сделки могут облечь ее либо в форму, предписываемую законом места ее совершения, либо в форму, предписываемую законом, ко торым определяется существо сделки. Притом, как отметил тот же Бар, с точки зрения теоретической следует отдавать предпочтение именно закону, определяющему существо сделки, а не закону места ее заключения, потому что «форма» сделки является одной из пред посылок последней и должна обсуждаться по тому же закону, кото рому вообще подчиняется сделка. Цительман обосновал критически подход к формуле «Locus regit actum» с другой стороны: он поставил себе вопрос, является ли эта формула нормой коллизионного права или нормой гражданского материального права — и разрешил его в последнем смысле. Поскольку нельзя доказать, говорит Цительман, что «Locus regit actum» имеет в данном именно случае коллизионное содержание, следует считать эту формулу нормой права материаль ного. В русской литературе к Цительману примыкают М.И. Брун и Б.Э. Нольде.

Но за правилом locus regit actum остается его громадное практи ческое значение, отмеченное в свое время еще Вехтером и Сави

98

ньи. Широкая распространенность этой формулы и объясняется, конечно, тем, что она выработалась на почве практической потреб ности: выполнение формы, отвечающей закону, которым определя ется существо сделки, зачастую фактически неосуществимо — если, например, эта форма зависит от участия в ней органов влас ти, то ясно, что за пределами государства, в строй правительствен ных учреждений которого эти органы входят, требуемая форма вы полнена быть не может. Отсюда понятно, что законодательные тек сты уделяют правилу locus regit actum значительное внимание.

Тексты эти располагаются в три основные группы: первую со ставляют те из них, которые, наряду с правилом locus regit actum, не указывают другого закона, который мог бы быть применен хотя бы субсидиарно. Во вторую входят те, которые допускают субсидиар ное действие и других законов. Наконец, тексты третьей группы низводят саму формулу locus regit actum на положение правила не основного, а субсидиарного,

Правило locus regit actum, как правило исключительное, извест но было уже прусскому Земскому уложению 1794 г. (§ III). Оно вос принято, далее, кодексами аргентинским 1871 г. (ст. 12), испанским 1889 г. (ст. II, абз. I), целым рядом уложений отдельных швейцарских кантонов и южно американской кодификацией (ст. 39, абз. I).

Законодательные тексты, отнесенные выше во вторую группу, в качестве субсидиарной привязки пользуются различными закона ми: Саксонский кодекс 1863 г. (§ 9) допускает подчинение формы сделки не только закону места ее заключения, но и закону места ее исполнения39; Итальянский кодекс 1865 г. (ст. 9, абз. I) в качестве субсидиарного закона выдвигает, в полном согласии с основными принципами романской школы, национальный закон участников сделки, если участники эти подданные одного и того же государ ства.

Третья группа законодательных текстов представлена ст. 11 герман ского закона о введении в действие Гражданского уложения, в полной мере отражающей научные воззрения второй половины XIX ст., в ча

39 Прибалтийский кодекс 1864 года (ст. XXXVI) — ныне Гражданский кодекс Эстонии и Латвии – выдвигает ту же привязку, но не в качестве субсидиарной, а альтернативной.

99

стности — построение Бара. Статья эта гласит: «Форма юридической сделки определяется по законам, которыми определяется существо составляющего содержание сделки правоотношения. Достаточно, однако, соблюдения законов места, в котором сделка совершает ся». Формула ст. 11 германского закона воспроизводится польским проектом 1921 г. (ст. 5).

В старой литературе, а также в судебной практике, правило под чинения сделки закону места ее совершения ограничивалось в отно шении сделок, которые заключались сторонами за границей специ ально для того, чтобы избежать стеснительных форм отечественно го законодательства. Считалось, что, обращаясь к иностранному праву, стороны действовали in fraudem legis. Эта точка зрения встре чается иногда и в современной литературе (Сюрвиль, Пилье), но большинством исследователей решительно оспаривается. Выбирая ту или иную форму сделки, стороны пользуются предоставленным им правилом locus regit actum правом, и считать, что заключение сделки за границей, т. е. предпочтение иностранного права праву отечественному, должно влечь за собой недействительность сделки безусловно лишено основания.

Зато прочным признанием пользуется другое ограничение пра вила locus regit actum: форма сделок, имеющих своим предметом установление или прекращение вещного права, подчиняется закону места нахождения вещи, независимо от того, является ли эта вещь недвижимой или движимой. Ограничение это отразилось и в поло жительном праве: в силу второго абзаца приведенной выше ст. 11 Германского закона о введении в действие гражданского уложения правило о подчинении формы сделки закону места ее заключения не применяется к сделкам, устанавливающим право на вещь или зак лючающим в себе распоряжение таким правом.

2. Правило locus regit actum нашло себе признание и в действую щем советском праве, притом в первоначальной своей редакции, т. е. в редакции, устанавливающей абсолютное, а не факультативное зна чение этой формулы. В законодательстве РСФСР коллизионных постановлений о форме сделок до вступления в действие Гражданс кого процессуального кодекса не было, но в украинском и белорус ском «Положениях об иностранцах» имелись подлежащие статьи тождественного, притом, содержания: «Сделки и акты, совершаемые

100