Соблазн эмиграции, или Женщинам, отлетающим в Париж
.pdfляется глубочайшим основанием для истинного творчества. Репрес
сированное «Я», глухота к «Я» других, неспособность менять диспо
зицию как в своем внутреннем пространстве, так и во вне — психоло гические основания для сужения кругозора. Еврейская система
воспитания дает в основном добротных исполнителей, что само по себе
обеспечивает неплохую социализацию.
Еслибынебылотаких«отходоввоспитательногопроизводства», как чувстворастерянностипередобстоятельствами,тяжелая зависимость от
окружения,страхпотерятьблагорасположениеблизких,закоторымскры
ваетсяобразмамочки!
Есливправославнойкультуреосновнымавторитетом,аследователь
но,репрессором,являетсяотец,который,будучиформальнойконтроли
рующейинстанцией,невмешиваетсявтекущиедела,товеврейскойроль основногодирижерапринадлежитматери,котораянеможетприменить
физическуюсилу,нозатоиспользуетвсерегистрыпсихологическогодав
ления,аглавное,проявляетготовностьвмешиватьсявделадетейне«от поркидопорки»,аежеминутно.141 Чтоможетназываться,впрочем,«по
жертвоватьсобойрадидетей».
Каксказалаоднаэмигрантка,скотороймыобсуждаливопросораз ницееврейскойирусскойсистемвоспитания,прагматизм,ориентиро
ванностьнарезультат,аненакакие тоэфемерныесущности,выглядят
лучшерасхлябанностиишироты«русскойнатуры».142 Таким образом, если русский вариант воспитания сопровождается
попустительством,эпизодическимвниманиемкформальным,внешним
требованиям, прежде всего к учебе, то еврейский вариант воспитания построеннавышколенности,негативной(вслучаесдевочками)ипози
тивной(вслучаесмальчиками)гиперопеке.
Исследованиявлияниянормальных, полныхсемейнаразвитиеин
теллектапоказали:«отрицательноевлияниенаразвитиедетскогоинтел
лектаоказывают«эмоциональныйсимбиоз»материиребенка,домини рованиевсочетанииснеуверенностьювсебематери,атакжечрезмерная подчиняемостьизависимостьотца».143
Компенсаторные механизмы для культурно!заданных моделей вос! питания детей в семье кроются в семейном климате в целом, общении с другими эмоционально!близкими родственниками. Закономерность
здесь довольно очевидная — чем шире круг общения, тем больший простор для компенсации. Загвоздка как раз и состоит в том, что эмиг рация объективно приводит к сужению круга общения. С самого на! чала родителям следует простроить контакты. Задача матери, грубо говоря, состоит не в том, чтобы выучить пять иностранных языков или написать книгу о воспитании, а в том, чтобы создать и поддержи! вать развивающую среду вокруг ребенка с учетом его взросления. Си! туация успешного обучения детей в эмиграции оказывается под угро! зой именно потому, что мотивационный арсенал обучения снижен, а требования со стороны семьи и школы оказываются повышенными.
9 1
Феномен Натальи Захаровой — актрисы, у которой отняли девочку
«Соблазнять — значит, умирать как реальность и рождаться в виде приманки. При этом попадаются на собственную приманку
— и попадают в зачарованный мир. Такова сила обольщающей женщины, которая попадает в западню собственного желания и сама себя очаровывает тем, что она приманка, на которую, в свою очередь, должны клюнуть другие».
Ж. Бодрийяр, «Соблазн»
Психологи никогда не дают консультации публично, если их не про сят. Специалист моего профиля должен, как мало кто другой, соблю
дать правила анонимности своих респондентов или клиентов. Слу
чай, о котором пойдет речь, весь от начала до конца построен на нарушениях норм взаимоотношений между ангажированными в него
людьми, в том числе профессионалов — судей, адвокатов, журналис
тов и психологов, как с французской стороны, так и с российской. Мы возвращаемся здесь к образу демонической женщины, жен
щины стервы, женщины провокатора (по Ю. Лотману), поведение
которой построено на нарушении норм и сложившихся сценариев поведения между людьми. Именно этот образ, облачаясь в одежды
мифа о русской красавице в Париже, коварным образом притягивает
наших женщин в эмиграцию.
Моя точка зрения, оформившаяся в период работы в эмиграции,
состоит в том, что женщины этого типа бывают хорошими актриса ми (часто и работают именно по этой специальности) или просто
манекенщицами, бывают прекрасными музами и вдохновительница
ми, но реализоваться на материнском поприще при такой мотивации (желании нравиться и покорять, покорять и нравиться, то есть, по! давлять окружение) им не удается. И надо сказать, многие из них это понимают.
«Надо или детей растить, или карьеру делать» — хочется переад
ресовать им высказывание, брошенное мне в телефонном разговоре
известным историком моды Александром Васильевым, интервью с которым вы могли прочитать в первой главе.
Летом 2000 года «Московский комсомолец» в лице известной журналистки Натальи Дардыкиной дал материал с подробностями о
глумлении французского суда над «русской матерью», у которой в
результате бракоразводного процесса с мужем французом отобрали
четырехлетнюю девочку. Еще раньше инициировал кампанию по за
щите прав русских граждан во Франции корреспондент ТАСС Миха
ил Калмыков, сейчас активно пишущий для альманаха вин. История подавалась как проявление государственного геноцида по отноше
9 2
нию к русским во Франции. Тема общественной защиты Натальи За
харовой стала любимой для программы ОРТ «Однако».
Журналисты отдела скандалов «Огонька» также получили зада ние сделать материал о нашей эмигрантке. Один из них обратился ко
мне, но разговор у нас не получился. Меня интересовало освещение
темы эмиграции в целом. Я искала корректный язык для описания в общем то тяжелой реальности. Делать скандал из этой истории мне казалось неперспективным и даже вредным. Если Россия действи
тельно имеет в виду интеграцию со своими диаспорами, нужно под
держивать и развивать контакты, интересные ей самой. Российским официозом в этой истории делалась ставка на самую
консервативную часть эмиграции, сепаратистски настроенных эмиг
рантов,которыеругализдесьсвоих,авыехав,ругаютчужих.Иприэтом домой не возвращаются. Как только появилась возможность выезда,
паразитически настроенные граждане первыми устремились всеми
правдами и неправдами за рубеж «за бесплатным сыром». И при пер вой же возможности стали сдавать своих, теперь уже французов.
Ситуация, на мой взгляд, складывалась позорно и для нас здесь:
довести дело до отнятия ребенка судом, сохранив при этом квартиру и машину, за два года так и не начав работать, живя на иждивении
бывшего мужа, — в этом виделось мало достоинства. За время пере
стройки нашим женщинам довелось пройти через жестокие брако разводные процессы, вырастить своих детей в условиях полного от
сутствия государственной поддержки и защиты, заменяя собой
растерявшихся мужчин (этот извечный, верно выделенный Ю. Лот маномобразженщины матери,женщины героини).144 Этобылашко
ла покруче той, которую прошли дамы, решившиеся на международ ные браки. Эмигрантские «мульки» шифровались быстрее и не так,
как могли рассчитывать рассказчики.145
В своих интерпретациях журналисты настаивали на дискрими нации иммигрантов по национальному признаку. Из поля зрения со всем выпала история самой девочки и ее будущее. Маша фигурирова лакакнекоторыйабстрактныйребенок,которому,пословамеематери, не давали говорить по русски, срывали крест, пугали, а саму мать изо
лировали. Многочисленные факты (свидетельства одной из быв
ших нянь Маши о том, что мать практически не занималась ребенком, свидетельства знакомых о том, что девочка была нелюдима, некон тактна еще до отнятия у матери, а также тот факт, что ребенок вообще плохо разговаривал), указывающие на то, что девочка по меньшей
мере педагогически запущена.
«Огонек» стал разрабатывать тему в официальном ключе.146
Другой ракурс показала программа «Независимое расследование с
Николаем Николаевым», тогда выходящая на НТВ. В экспедицию в
эмиграцию съездила съемочная группа вместе с Еленой Горчаковой, которой удалось за три дня повстречаться даже с бывшим мужем ма
9 3
дам Захаровой, до сих пор отказывавшимся от интервью российской
прессе. На программу были приглашены известные психологи Кон
стантин Сурнов, Александр Полеев, писательница Мария Арбатова. Экспертывовремяпрограммыбылиединодушнывсвоихоценках.Я
быдажесказала,оценкибылиещеболеежесткими,чемте,накоторыея
решиласьвэфире:«Ситуациятипичнаядлямеждународнойпанели»,«Вы бы(обращениекНатальеЗахаровой),может,сначаланаработуустрои лись,чтобывамповерили,чтовыможетезачто нибудьотвечать»,«Де
вочкадолжнавоспитыватьсявнормальнойфранцузскойсемье».Аудито
рияполяризовалась«за»и«против».Сценарийпрограммыпровоцировал такуюоппозицию.СловодаливтелемостеПатрикуУари,которыйникак
не тянул на злодея со своей субтильной внешностью и вялостью речи,
но ему, впрочем, тоже досталось на орехи от публики. Зачем то выта щилинасветбожийдетекторлжи,илиполиграф,чтобыпроверитьправ
дивость высказываний и убеждений Натальи Захаровой (и он таки по
казал ее 98 процентную правдивость. Что можно было сказать? «ПравдивейМюнхаузенанет»).Конечно,завсейэтогрязьюиживодер
ней, в которую были включены все, кто пытался вмешаться в эту исто
рию, стояли вполне человеческие амбиции: мужская —защитить жен щину с ребенком, соотечественницу, женская — оградить от патовой
ситуации ребенка. Психологи, которые видели всю сложность ситуа
ции,пыталисьувестиобсуждениеизпубличногополявпрофессиональ ное.Нопоследнемупрепятствовалижурналисты,подстрекаемые самой
Захаровой.Натальяивовремяпрограммыпоказаласебяневозмутимой,
с хорошей психической устойчивостью дамой. На программу она при шлавсопровождениидвухэлегантноговидафранцузов(«моидрузья»),
которыевозглавлялифондподдержки«русскойматери».
Еще до выхода программы в эфир в «Огоньке», корреспондента
которого не пустили на программу из за того, что он был обыкновенно
пьян,появиласьзаметкаоплане«НТВ–Маховской».Публикапредуп реждалась о руке опытного психолога в предстоящей программе.147
Мое высказывание во время программы было довольно мягким, корректным, и однозначным. Но поскольку оно было первым в запи си, эффект произведен был довольно сильный. «Это поведение бо
гемных женщин в эмиграции, тех, кто не знает ответственности за
детей и не знает, как их воспитывать. Мадам Захарова относится к такому типу женщин, которые всегда алчут внимания и денег. Они психологически опасны для своих детей. И социально — для нас. Осо бый цинизм — открыть фонд в стране, где давние идеалы материн
ства, эксплуатировать их. Я не верю ни одному слову, которое здесь
произносит мадам Захарова».
После программы какие то театральные критики, кинулись пи
сать о психологах управдомах. По ночам звонили с вопросами типа
«Когда прекратится геноцид русских во Франции?» На какое то вре мяжизньбылаобезображенакошмарами,которыеявпринципеценю:
9 4
они способствуют резкому осмыслению реальности. И понимаю: сво
бодное волеизъявление раздражает людей несвободных. Не было ни
чего удивительного и в том, что представители двух самых древних публичных профессий испытывали друг к другу притяжение и сим
патию148 . Нужно было отвечать, и отвечать резко.
Эмиграция в этом смысле опасна. Так или иначе она втягивает в себя и мстит и за свою боль, и за свою неразобранность, и за свой надрыв. Психолог выступает здесь в роли онколога149 , которого по
том и обвиняют в страшном диагнозе. Но ситуация с Натальей Заха
ровой, которая не разрешилась и до сих пор и которая не разрешится еще долго, пока Наталью, видимо, не выдворят из страны, куда она
так рвалась, так вот, эта ситуация показала, что болезнь начинается
здесь. Демаркационная линия проходит не по государственным грани! цам, а по линии ответственности за своих детей. На программе мне
ния разделились, что называется, пятьдесят на пятьдесят. Я считаю
это хорошим показателем трезвомыслия в современной России. Но очерчивать проблему нужно было довольно резко.
Громкий голос психолога, который чаще всего работает в режиме
«поглаживаний» и поддержки, прием шоковой терапии содержит предупреждение об опасном нарушении нормы в поведении. Было
страшно и от того, что вместо выстраивания новой нормы, нормы
личной ответственности за детей, будет транслироваться и быстро тиражироваться через средства массовой информации, норма инфан! тильного родительского поведения, полагающегося на агрессивные на! строения общественности.150
Я написала в «Аргументы и факты», «Независимую газету».
Ниже приводится текст этой статьи, которая была размещена на сайте Маши Арбатово.151
«По «многочисленным просьбам трудящихся» восстанавливаем тему «Наталья Захарова», смытую волной злобного хакерства.
Возвращаю статью Ольги Маховской, на которую только что со вершил наезд журнал «Огонек», обвинив ее в травле Натальи Захаро вой с помощью НТВ.
Название: Эмиграция пробует нас на зуб, или Бедная Маша (Молчание ягнят, Последняя гастроль?)
ПродолжаютсявсплескиистериивокругНатальиЗахаровой,гражданки
Франции,русскойпопроисхождению.ЕедочкаМаша,послебракораз
водногопроцессасотцом французомоставленнаясматерью,воспиты
ваетсятеперьвприемнойсемье,лишеннаяобоихродителей.Извполне
благоприятногопослеразводногорасклада,включавшегохорошийпан сиониквартирувПариже,Натальяумудриласьпотерятьсамоедорогое.
9 5
Некоторыеотечественныеизданияперепечатываютдругудругавер
сию развития событий в изложении самой мадам Захаровой и ее рос
сийскогоадвоката.Ониприправленыоткровеннымиоскорблениямив адрес французского суда, политики Франции, президента, конечно,
французского,мужа негодяя.Центральныйперсонажэтойдрамы,бед
наяМаша,вытесненаогромными,похожиминарекламныещитыпорт ретамисвоейматери(«биологической»,кактеперьговорят,ведьестьуже иприемная),атакжереестромеебомондныхзнакомств.Онапредстав
ляет себято как известную актрису, то как преуспевающего визажиста,
теперь, видимо, ее можно назвать и общественным (а то и политичес ким!) деятелем: при такой то красоте и силе духа….
Печальная повторяемость этих позорных историй с отнятием де
тей у некоторых наших бывших соотечественниц вытекает из моти вов и способов эмиграции. Они выезжают на Запад «на мужьях» (эмиг
рантский сленг) в расчете на полную защищенность и относительную
безнаказанность. Свобода спутана с безответстнностью и необяза тельностью, материнство рассматривается как выгодный социальный
статус, дающий повод для шантажа и торга с французским окруже
нием. Эти истории на 80 процентов вырастают из психологической неготовности наших девушек к жизни в условиях поденной и непре
рывной обязательности, помноженной на разницу в культурах. Если
эти факторы не учитывать, невозможно адекватно оценить вердикты французского суда. Политические интерпретации событий оказыва
ются просто нелепыми.
РоссийскаяэмиграциявоФранцииимеетдавнююрепутациюкуль турной и высокообразованной, верующей и сдержанной, достойной и
терпеливой. Здесь пытаются сохранить идеалы высокой духовности. Случаи с необузданными дамами (femmes de sauvage) из постсоветской
экономическойволныэмиграциивоспринимаютсяздеськакдосадное
недоразумение. У русских не принято выносить сор из избы, устраи вать публичные обсуждения своей частной жизни. Исторически рос сийская эмиграция вплоть до третьей диссидентской волны определя ла свою позицию не через отношения со страной, принявшей ее в трудные годы изгнания, а через свое противостояние России советс
кой. Российская диаспора никогда прежде не заявляла о дискримина
ции по национальному признаку и насилии со стороны французов. Французскаяполитикавотношениииммигрантов,пожалуй,самая
лояльная в Европе. Иммигранты рассматриваются здесь как стратеги ческийпотенциалстраны.Насегодняшнийденькаждыйпятыйжитель
Францииявляетсяиммигрантомвпервомпоколении.Длядетейиммиг
рантовсозданагибкаясистемапромежуточныхклассовсэкспресс кур
сомфранцузскогоязыкаипостепеннымпогружениемвобычныйшколь
ныйпроцесс.Естьпрограммаинарусскомязыке.
Объективносовместнаяжизньфранцузаибывшейсоветскойграж данкисамасобойблагополучносложитьсянеможет.Детиизмежкуль
9 6
турныхбраковрастутвусловияхконкуренциимоделейсемейногопове
дения. Французы — очень семейные люди, это касается, прежде всего,
отцов.Нашимженщинамтруднопривыкнутьктому,чтовсевопросыдол жныобсуждатьсяисогласовыватьсясмужем,сраннегоутрадопозднего
вечера день жены забит обязанностями по дому, а время досуга строго
ограниченноипроводитсяпоопределенномусценарию.Постсоветская женщина,ориентированнаянато,чторольмужаформальна,таккаксво дитсякролидобытчика,привыкшаяотводитьдушувтрепесподругами,
тяжелоадаптируетсякситуациитакого«насилия».Вофранцузскойсе
мье основную тяжесть несет не мать, как сложилось за годы советской властиунас,аотец.Естьслучаи,когдапапы французыперешлиизкато
личествавправославие,чтобысохранитьдуховноеединствосемьи.
Неожиданный звонок неизвестной мне мадам Захаровой произвел на меня сильное впечатление. Я была в Париже, изучая психологичес
киеикультурологическиепроблемывоспитаниянашихдетейвэмигра
ции, и как раз пыталась помочь в аналогичном судебном разбиратель стве.Решалсявопрособотнятиидвухчудесныхмальчишекуроссийской
по происхождению мамы, вторым браком за французом, первым — за
американцем российского происхождения (с ума сойдешь от таких эк вилибров). Логику защиты выстраивать не удавалось, так как никто не
могугомонитьчумнуюмамашу.Зарплатафранцузскогоотчима—про
граммиста почти вся уходила на оплату схватки французского суда с американским.Вместорациональныхаргументоввсвоюпользуонавы
катывала весьэтотнаборругательствнерадивоймамаши,известныйте
перь и по истории с Наташей Захаровой. За закрытой дверью мне при шлось отчитать ее резко и наотмашь, чтобы отрезвить: через несколько
днейпредстоялсуд,в результатекоторогодетидолжны были переехать котцувстрану,натерриториюкоторойейбылозапрещеновъезжать(по
совокупности проступков, на которые так щедры некоторые из наших
бывшихграждан,стремящиесявойтивчужуюкультурулюбымиспосо бами).Общимиусилиямивопросопередачедетейотцуудалосьнадолго отложить.
Монолог мадам Захаровой по телефону длился полтора часа (!). Медленно, как кошка, прощупывая территорию, она рассказывала… о
себе.Тотпривлекательныйпортрет,которыйпотомрастиражировалив
прессе. О ребенке лишь мельком: я ращу девочку четырех с половиной лет,нуонейговоритьещерано,маленькая,ничегонепонимает.АМаша уже была в приюте. Она попала туда, потому что ее активная мама по собственномупочинузатеяласудебнуюсварусбывшиммужем,рассчи
тываянановыедивиденды,и—проиграла(«осталасьстарухауразбито
гокорыта»).Тогда,вовремятелефонногоперформанса(представления),
уменяневозникловопросов.Знакомыйдоболитипаж.Склонныекса
модемонстрациям и позам женщины богемного или околобогемного
кругаздесьитам(аэмиграция —этотолькошаржированныйобразнас самих) озабочены тем, как привлечь внимание (и средства) к себе; они
9 7
достигаютнебывалогопоройискусствавобольщениипростаков,пред
почитая мужчин. Если надо — тихие горлицы, томные сирены, если
надо, фурии, они неизбежно занимают «детское место в семье». А дети отправляютсякбабушкамили,еслиповезет,перевешиваютсянапокор
ныхсупругов.Дочкивтакихсемьях—падчерицыуродныхмам,вечные
Золушки.Хроническиеалкоголичкибываютлучшимимамами. Исключительностьэтойисториипридаетинеловкоевмешательство
прессыипрезидента.Россияучитсяработатьсосвоимибывшимиграж
данами из ближнего и дальнего зарубежья. Объединять нацию вокруг
лозунга «Наших бьют!» — хороший способ нарушить наметившийся зыбкийконтактсосвоимидиаспорами(нетолькорусскими—российс
кими), а также с лояльными по отношению к ним странами. Стыдно за
журналистов, которыеопустились в вопросах защиты прав ребенка до светскойхроники.Мынетамищемкумиров.Впрошломгоду,одновре
менно с историей мадам Захаровой, по международному конкурсу во
ФранцузскуюакадемиюпрошламосквичкаВераДорофеева,специалист по истории Древнего Китая, мама девятнадцатилетнего сына, вырас
тившаяегоодна.ПрошлымжелетомподМосквойработалаперваялет
няяшколадлядетейэмигрантов,кудамамыизтойжероссийскойэмиг рации не побоялись отправить своих чад учиться по российским
программам.Разныеслучаи—разныетенденции.Естьмногореальных
проблем. Во Франции, как и в большинстве стран выезда наших граж дан,нетпсихологическихслужб,нетлогопеда.Сосредоточитьсянаэтом
придется:вследзачетвертой,экономической,дикойволнойэмиграции,
катитсяпятая,профессиональная,собственно,простомиграциялюдей, перемещающихсявместессемьямивпоискахработы.
Прагматизм во внешней политике, который как нас уверяют, при шел на смену романтизму и народной дипломатии, обозначает прежде
всегопрофессионализмсжесткимвыстраиваниемстратегийвотноше
нии с диаспорами. Работу не наладить без глубокой этнографической экспертизы.
НаташаЗахаровасейчасвМоскве,приехаласобиратьурожай.Осо бым цинизмом было открыть фонд «Спасите Машу!» в расчете на по ступлениевзносовизстраны,гдестолькоматеринскогогоря,гдесотни
матерейфизическитеряютсвоихдетей,гдеполстраныдержитсянатер
пенииженщин.Нанашихмамах.Нунезасалоннымижедамами,дово дящимижизньсвоюисвоихблизкихдоабсурда,намтеперьволочиться в поисках новых идеалов материнства и женственности? Классик на шел бы что сказать: «Ты все пела, это дело, так поди же…».
Ипоследнеезамечание:загодыперестройкивПарижебылооткры
тонесколькосоткультурныхассоциаций,основнаяцелькоторых—втю
хатьнашимгражданамчто нибудьэтакоевупаковке«магическогоПа
рижа». Теперь, похоже, будут открываться фонды в защиту попранных
прав российских детей. Граждане, западающие на мелодраматические сюжеты,готовьтесвоиденежки.
9 8
Апология эмиграции
***
Из этой истории вовсе не следует, что русские женщины в Париже
или в другом городе мира не могут быть успешными. Такое предпо ложение не соответствовало бы фактам. Нужно помнить только, что поменялась сама мода на женский стиль. Простота, ум, предприимчи
вость и независимость стали неизменными элементами букетов жен
ских достоинств как в России, так и в Европе.
Эта история, эта книга вообще — об ответственности женщин за
своих детей. О том, что в самых тяжелых условиях одни находят в
себе силы и веру в детей, и это последнее, что они теряют, другие — торгуют, вначале собой, потом детьми.
***
Может, самое главное умение, которое должно прийти если не с
годами, то с потерями — это умение отличать подарки судьбы от со! блазнов. Подарки приходят в смущенные руки тех творцов, которые
живут в уверенности, что каждый день упорного труда и внутреннего
напряжения приближает их к некоторой идеальной форме, заданной им от рождения. Они не спутают свою судьбу даже во тьме кромеш
ной и никогда не откажутся от нее, проводя жизнь в спокойной уве
ренности и сдержанности.
Соблазн — это вечно ускользающий мираж, предел, за которым,
как кажется, должны перестать соблюдаться все христианские запо веди и каждому воздастся не за труды праведные, а за одну только силу детского желания быть счастливым.
По своей психологической конституции эмиграция, как внутренняя, так и внешняя, на мой взгляд, — выражает тоску по норме, которая была потеряна в почти биологическом сражении за жизнь в советс кий и постсоветский период. Это объединяет нас всех — здесь и там.
Мы все, там и тут, столкнулись с необходимостью эту норму вос! станавливать или заимствовать.
***
Апологию эмиграции выстроить довольно сложно, учитывая, что
нормой российской ментальности является безоговорочная предан
ность народу, своим.
Эмиграция, приобретающая все большие черты цивилизован
ности, требует переопределения нашей позиции по отношению к
уехавшим. Политические мотивы казались до сих пор самыми оче видными и социально принимаемыми поводами для того, чтобы
9 9
покинуть страну. Автор единственной диссертации по истории и
демографии русской эмиграции на французском языке, Катрин
Гусев считает, что Россия с ее тоталитарным режимом всегда была и будет источником эмиграции по политическим мотивам, вытес
няя самую прогрессивную, интеллектуальную часть своих граж
дан.152 В таком подходе есть свои резоны: творческая интеллиген ция плохо сочетается с групповыми нормативами, а значит, с требованием усреднения результатов творческого труда или посвя
щения их группе.
Что касается материального благополучия в виде хорошей еды и приличной одежды, то здесь страсти, похоже, поутихли. По призна
нию самих иностранцев, русские женщины на улицах выглядели бо
лее стильно, чем европейки, даже в период талонного распределения товаров и полуголодного существования в начале 90 х. О нынешнем
времени и говорить не приходится.
Опыт «колбасной» эмиграции показал, что после того, как они получают заветный минимум достатка в виде дома, машины и пожиз
ненной страховки, их начинает «колбасить» совсем по другому пово
ду: резко ухудшаются отношения в семье, между супругами, детьми, а также с друзьями и коллегами. Эмиграция оказывается на поверку подлой штукой — за упаковкой благ кроются тяжелейшие психологи! ческие проблемы.
Еще одна тема, традиционная для анализа российской эмиг
рации, — тема роли и вины государства в исходе граждан — здесь
тоже обходится. После отъезда, эмигранты становятся гражда нами другой страны. Они, что называется, переходят в другое пра! вовое и моральное поле и становятся неуязвимыми для наших поня! тий о должном.
Это важно для понимания эмиграции в России, стране, в ко
торой эмигрант воспринимается как предатель и вся поэтика ис хода омрачена презрением оставшихся. Предательство как основ! ной интерпретативный ключ к оценке поведения членов группы используется группами или сообществами репрессивного типа, ко торые не могут ничего другого, кроме как запретить выход из сво
их рядов.153 Даже в начале девяностых и даже на недолго выехав
шие люди воспринимались как «чужаки», враждебно, злобно, с суровым недоверием и отчуждением.154 Так реагируют несвобод ные люди на свободу, которая их обязывает что то совершать, а что — неясно, и в этом смысле угрожает их пусть напряженному,
но спокойному рабству.
100