Российская империя и польский вопрос накануне и в годы Первой мировой войны

вание кончилось, и Англия стала желанным союзником. В правящих кругах России возобладало мнение, что нельзя проявлять уступчивость перед лицом притязаний Германии и Австро-Венгрии без риска лишиться великодержавного престижа и оказаться в изоляции1.

Полученная Россией передышка 7–8 лет. Столыпину же были необходимы 20 лет покоя, а Извольскому 10–15 лет. Россия вступила в войну неподготовленной в военном отношении, не завершив модернизации и не добившись консолидации общества.

1Игнатьев А.В. Политика соглашений и балансирования (Внешнеполитический курс России в 1906–1914 гг.) // Отечественная история. 1997. № 3. С. 29.

глава III. пОльСкий вОпрОС

впОлитике рОССийСкОй империи

вгОды первОй мирОвОй вОйны

Входе войны 1914–1918 гг. проблема Польши являлась одной из ключевых во внешней политике Российской империи. Великие державы – участники разделов Польши и оказавшиеся в противоборствующих лагерях, осознав важность использования поляков в своих целях, всячески стремились привлечь польский народ на свою сторону. С течением времени, когда стало очевидно примерное равенство военных сил, огромное значение приобрело и привлечение мобилизационного резерва. Россия, по сравнению с Центральными державами, находилась, несомненно, в более выгодном положении, так как она могла использовать аргумент объединения всех польских земель под скипетром Романовых, а это, в свою очередь, рассматривалось «пророссийским» лагерем польских политиков во главе с Дмовским как важный шаг к независимости.

Впреддверии мировой войны изменение политической структуры России вследствие революции отразилось на развитии вооруженных сил. На 1910– 1914 гг. пришлись промышленный подъем и хороший урожай, совпавший с ростом цен на сельскохозяйственные товары на мировом рынке. Расходы на

42

армию и флот увеличились на четверть, изменился характер ассигнований1.

С конца 1907 г. Генштаб начал работу над изменением планов стратегического развертывания. Расписание № 18 предусматривало – «несколько рискованно», по мнению А.М. Зайончковского, – развертывание русских армий в т. н. польском мешке – выдающейся далеко на Запад территории Царства Польского2. Цель изменения планов, по словам начальника Генштаба Ф.Ф. Палицына, заключалась в том, чтобы между наступающей германской армией и сосредоточивающейся русской «поставить пространство». Положения легли в основу мобилизационного расписания № 19, утвержденного Николаем II 26 июня 1910 г.3

Военный министр В.А. Сухомлинов назвал причину изменения дислокации армии: «одновременным наступлением неприятеля из Восточной Пруссии и Галиции в тыл нашей оборонительной линии на Висле всем вооруженным силам нашим на этом выдающемся плацдарме грозит неминуемая катастрофа»4. Реформа Сухомлинова позволила приблизиться к территориальной системе комплектования войск, что облегчало мобилизацию. После ухода русских войск из т. н. польского мешка Герма-

4Сухомлинов В.А. Воспоминания. Мемуары – URL: http://dugward.ru/library/xxvek/suhomlinov_vospom. html (дата обращения: 24.07.2017).

43

ния приняла «план Шлиффена», предполагавший нанесение главного удара по Франции.

Война, которую в России в 1914 г. назвали Второй Отечественной, а в 1916 г. – Великой, после 1941 г. получила название Первой мировой. В научной литературе и публицистике сложился широкий диапазон мнений о ее причинах, характере, итогах и значении. Но война остаeтся Первой и Великой, благодаря своим историческим последствиям она кардинально изменила геополитический ландшафт Европы, уничтожив могущественные империи и дав жизнь национальным государствам. Тенденции мировой политики ХХ в. детерминировала война, она определила дальнейший ход развития человеческой цивилизации и сыграла огромную роль в судьбе Российского государства, став одновременно и подвигом русского оружия, и национальной катастрофой.

Россия принадлежала к державам, заинтересованным в сохранении раздела мира. Николай II писал 14(27) июля 1914 г. Сазонову: «Не попытаться ли нам, сговорившись с Францией и Англией, а затем с Германией и Италией, предложить Австрии передать на рассмотрение Гаагского трибунала спор ее с Сербией… Во мне надежда на мир пока не угасла»1. Сазонов, выступая 19 июля на заседании Совета министров Российской империи, отметил: «Цель войны с Австрией – не панрусизм, а освобождение народов к их обособленному бытию, на национальных

1Цит. по: Игнатьев А.В. Внешняя политика России. С. 217–219.

44

основах»1. Но 19 июля (1 августа) Германия объявила войну России.

В ходе дискуссии о мировой войне ученые РАН обратили внимание на способствовавшие вступлению России в войну факторы, о которых умалчивала советская историография. В.П. Булдаков отметил: личные «прегрешения» Франца Иосифа, Вильгельма, Николая «против европейского мира оказались в значительной степени объективно спровоцированными. Не последнюю роль при этом играли малые страны и народы Европы, преимущественно по инициативе которых неотъемлемым в перечне новых правил межимпериалистической борьбы стал лозунг “защиты прав угнетенных наций”». Т.М. Исламов утверждал: «Россия оказалась втянутой в войну, которая отнюдь не диктовалась правильно понятыми национальными интересами Российской империи. И не геополитические интересы России требовали разрушения Австро-Венгрии, а интересы создания “Великой Сербии” того требовали». По мнению Л.Г. Истягина, узлы империалистических противоречий «не выдерживают достаточно строгой современной проверки. Взять хотя бы русско-германские противоречия… Возможность договоренности имелась самая реальная… Витте… добился бы на переговорах вполне удовлетворительного результата. А кроме экономических, какие еще у России с Германией (не Австро-Венгрией) были такие уж острые

1Совет Министров Российской империи в годы Первой мировой войны. С. 29.

45

разногласия, чтобы из-за них хвататься за оружие? По существу, никаких»1.

Россия не вела идейно-психологической подготовки народа к войне. Генерал А.А. Брусилов отмечал: «Нравственную подготовку народа к неизбежной европейской войне правительство не только упустило, но и не допустило. Если бы в войсках какой-нибудь начальник вздумал объяснить своим подчиненным, что наш враг – немец, что он собирается напасть на нас и что мы всеми силами должны готовиться отразить его, то тот господин был бы немедленно выгнан со службы, если бы не был предан суду. Еще в меньшей степени школьный учитель мог это проповедовать, он был бы сочтён опасным панславистом, ярым революционером»2.

Разработка идейного обоснования участия России в войне началась после ее вступления в конфликт и велась с позиций защиты Отечества, интересов народа от посягательств других держав. Николай II в высочайших манифестах от 20 и 26 июля 1914 г. об объявлении войны Германии и Австро-Венгрии обозначил причины и характер участия России в европейском конфликте: защита территории страны, ее чести, достоинства, положения среди великих держав, а также «единокровных и единоверных братьев-сла- вян». Германия первой объявила войну России, и это

1Булдаков В.П. Первая мировая война и имперство // Первая мировая война: Пролог ХХ века. М., 1998. С. 22; Исламов Т.М. Восточноевропейский фактор в исторической перспективе // Там же. С. 47; Истягин Л.Г. Диалектика факторов с исторической дистанции // Там же. С. 55–56.

2 Брусилов А.А. Мои воспоминания. М., 1963. С. 70.

46

способствовало формированию в массовом сознании установок ее восприятия как войны справедливой и направленной на борьбу против германской агрессии. Народные настроения отражали получившие широкое хождение фразы: «Ежели немец прет, то как же не защищаться?» и «Нам чужого не надо, но и своего мы не отдадим».

Мы не можем определить сегодня, каким был баланс сил, выступавших за сохранение в России старой системы власти или ее ликвидацию, но отрицать сам факт ее временной стабилизации после начала войны невозможно. Однако этот шанс властью был бездарно упущен и кредит народного доверия утерян. С.В. Тютюкин охарактеризовал патриотизм масс в годы войны как «пульсирующее народное чувство, острота и формы которого менялись под влиянием многих социальных и политических факторов». Россияне любили родную землю, культуру, язык больше, чем государственно-правовые институты; патриотизм просыпался у них в экстремальных ситуациях, когда Родине грозила потеря национальной независимости1.

Патриотический подъем в первые дни войны охватил практически все слои населения: проходили

1См.: Первая мировая война и ее воздействие на историю ХХ в.: «Круглый стол» // Новая и новейшая история. 1994. № 4–5. С. 116–117; Тютюкин С.В. Первая мировая война и революционный процесс в России (роль нацио- нально-патриотического фактора) // Тютюкин С.В. Десять лет в журнале «Отечественная история». М., 2005. С. 182–184; Он же. Последний шанс императорской России // Там же. С. 170.

47

манифестации, шествия, молебны о даровании победы над врагом. Представления о справедливой защите Россией земли, жизни, чести, материальных и культурных ценностей от посягательств внешнего врага стали определяющим компонентом образа войны. Патриотический и религиозный подъем начала войны был неразрывно связан с расширением монархических настроений. Николай II стал символом консолидации защиты Родины, формула «За Веру, Царя и Отечество» на уровне массового сознания выражала базовые ценности. Для начала войны были характерны стабилизация социальной ситуации и религиозный подъем в деревне, корректировка системы приоритетов и ценностей в сознании рабочих, самоотверженное выполнение воинского долга солдатами русской армии на фронте1. Охвативший в июле 1914 г. патриотический подъём превзошёл своими размерами 1877 г. Запасные прибыли в количестве, превышающем на 15 % норму, предусмотренную Главным управлением Генштаба; явилось много добровольцев. В честь успешной мобилизации учредили медаль «За труды по отличному выполнению всеобщей мобилизации 1914 года»2.

Однако современники указывают на неподготовленность России к масштабам мировой войны. Протекция, соблюдение принципа старшинства при

1Поршнева О.С. Эволюция образа войны в сознании массовых слоев российского общества в 1914 – начале 1917 г. // Военно-историческая антропология. Ежегодник, 2005/2006. М., 2006. С. 82.

2Майоров В.В. Первая мировая // Военно-исторический журнал. 2005. № 2. С. 63.

48

определении должностей и званий привели к тому, что младшие и средние офицеры оказались лучше подготовлены к войне, чем старшие офицеры и генералы русской армии. Как писал советский историк, «русская армия вышла на войну с хорошими полками, посредственными дивизиями и плохими армиями»1, хотя были исключения. К.Ф. Шацилло, соглашаясь с тезисом о кризисе вооружения России перед войной, видит, однако, причину проблемы не в недостатке видов вооружений (по его мнению, незначительном), а «во всей социально-экономической отсталости имперской России»2.

Война потребовала от России перестройки всех звеньев государственного и военного управления. В империи в июле 1914 г. учредили Ставку Верховного главнокомандующего, обладавшую широкими полномочиями, в том числе и в международных делах. Изменения произошли в структуре внешнеполитического ведомства. В годы войны его задачи и функции значительно расширились и усложнились, изменились направления и характер деятельности. На первый план выдвинулись вопросы выработки внешнеполитической программы действий, обосновывавшей не только характер, но и цели войны. На более высокий уровень вышли проблемы межсоюзнических отношений стран Антанты.

1Яковлев Н.Н. 1 августа 1914 г. М., 1974. С. 34. См. также: Зайончковский П.А. Офицерский корпус русской армии перед Первой мировой войной // Вопросы истории. 1981. № 4.

2 Шацилло К.Ф. Указ. соч. С. 339.

49

26 июля открылось совместное заседание Государственной думы и Государственного совета, на котором объявили манифест Николая II. Выступление Сазонова было проникнуто патриотизмом и выражало настроения подавляющей части российского общества. Бурными овациями встретили депутаты его заявление, что, «когда наступит время для истории произнести свой беспристрастный суд, ее решение – я твердо в это верю – не будет иным, как то, которым мы руководствовались. Россия не могла уклониться от дерзкого вызова своих врагов… она не могла перестать быть Великой Россией»1. В поддержку царя

иправительства высказались представители всех фракций, за исключением двух социал-демократи- ческих.

7 августа при Ставке образовали Дипломатическую канцелярию: она находилась в подчинении начальника штаба Верховного главнокомандующего генерал-лейтенанта Н.Н. Янушкевича и служила связующим звеном между ним и МИДом. Канцелярия информировала Штаб «по всем вопросам круга ведения Министерства иностранных дел, имеющим касательство к ведению войны», и передавала МИДу все сведения, имеющиеся в штабе, «по вопросам, соприкасающимся с кругом ведения означенного министерства». Канцелярия вела переписку «по вопросам международного права, по вопросам, касающимся иностранных государств и подданных,

ивообще по вопросам международного характера,

1Цит. по: Зубачевский В.А., Филипповых Д.Н. Дипломатия и внешняя политика Российской империи в первые годы войны. Т. 2. С. 557.

50