Голос города. Стихи

ГОЛОС ГОРОДА

ЛЕВ И СВИНЬЯ

Басня по Ф. Достоевскому

Однажды Лев Свинью обидел,

Да так, что целый лес ее позор увидел. Придя в великий гнев, Свинья донельзя расхрабрилась

(Известно, что и гнев порой мутит, как хмель), За оскорбление отметить решилась И вызвала владыку на дуэль.

Однако, возвратясь к родным пенатам, Задумалась Свинья И, страха не тая,

Расхрюкалась пред умным братом: «Ах, братец, вот – попала я в беду! Ты знаешь Льва суровый норов!

Уж лучше я куда-нибудь уйду!» Но Боров

(Он был писатель, с едкостью пера) В ответ ей: «Погоди, сестра!

К чему бежать так прямо? Поблизости помойная есть яма: Получше вываляйся в ней, А после выходи на бой с царем зверей».

41

Валерий БРЮСОВ

Свинья послушалась совета. Помоями вонючими кругом Вся облепилась до рассвета

Итак предстала пред врагом. Свидетелями беспримерной брани Был полон лес и ближний дол.

Ивот явился Лев, как обещал заране, – Пришел, понюхал и ушел…

Идолго после свиньи все вопили:

«Лев струсил! Мы-де победили!»

Так иногда завзятый полемист К газетному нас требует барьеру,

Но трудно Льва не следовать примеру, Когда противник наш уж чересчур нечист!

1916

42

ГОЛОС ГОРОДА

* * *

Иногда хорошо и отрадно Знать, что сжали четыре стены

Жизнь твою, с ее пылкостью жадной, И твои, слишком буйные, сны.

За окном – тот же город стозвонный, – Спешный бег неумолчных авто, Но к тебе, в твой покой потаенный, Не проникнет бесцельно никто.

Как утес, весь и в пене, и в шуме, Неподвижен, и строг, и высок, – Ты, в приюте свободных раздумий, В самой ярости толп, – одинок.

Светы полдня, полночные тени, Ряд мечтами обвитых часов… И скользят вереницы видений, Лики бывших и жданных годов.

Это – памяти путь беспредельный, Это – встреча всех тех, кто ушли, Это – бред беспечально-бесцельный О палящем восторге земли.

43

Валерий БРЮСОВ

И спокойных раздумий зарницы Озаряют крутящийся сон; Совесть судит; заплаканы лица; Знаю: кто-то без слов осужден.

Кто-то… Может быть, я… Ну так что же! Это час пересмотра годин.

Как тебе благодарен я, боже, Что на время – в тюрьме и один!

1916, Лечебница доктора Постникова

44

ГОЛОС ГОРОДА

МОЛИТВА

Отче! Полмира объемлешь ты тенью, Звезды ведешь и луну в небесах, Даруй покой моему утомленью, Дай успокоиться в сладостных снах.

Се – отрекаюсь от помыслов злобных, Се – осуждаю все, в чем погрешил.

Дай мне во снах, тихой смерти подобных, Ведать покой безмятежный могил.

Злое видение ложа да минет, Да не предстанет мне облик в крови.

В час же, когда светы первые кинет Солнце Твое, – Ты меня оживи!

1916

45

Валерий БРЮСОВ

** *

Вкруженьи жизни многошумной,

Вводовороте наших дел,

Я – ваш! И этот мир безумный – Мной вольно избранный удел.

Люблю призывы телефонов, Истлевшей проволоки блеск, И над рекой гудков и звонов Пропеллера внезапный треск;

Люблю я ослепленье сцены И ресторанный пьяный свет, Все эти вспышки, эти смены Победно наступивших лет…

Люблю… Но что же сердце ранит, Когда я вижу чаши роз, Когда мечту, как сон, туманит Над речкой свежий сенокос?

46

ГОЛОС ГОРОДА

Зачем душа томленьем сжата Здесь на отлогом берегу, Когда вдали сереет хата И стадо бродит на лугу?

Зачем так сладко в темной роще, Где ландыш мраморный расцвел, Где мыслям легче, думам проще, Едва под сень ее вошел?

Кляните! Прошлое мне мило, Природа родины – близка… Пусть скоро скажут: «Это было!» – Люблю отшедшие века!

Гряди, что будет! Водопадом Былую жизнь нещадно смой! С неведомым пойду я рядом,

Но прошлый мир – он мой! Он мой!

1916

47

Валерий БРЮСОВ

* * *

Рдяность померкла за очерком гор, Красок развеялся пестрый укор, Все безразлично – восторг и позор… В мире встречает уверенный взор Только провалы да звездный узор,

Рано взлюбил я, люблю до сих пор Строй беспредельных, незримых опор, Держащих строго безмерный собор; Мир беспросветен – как сумрачный бор, Звезды-миры смотрят с неба в упор.

Чу! – запевает невидимый хор, Дарохранитель десную простер… Mori1. To Роком решается спор… Горе, что утра багряный костер Бросит румянец на черный простор!

1916

1 Умереть (лат.).

48

ГОЛОС ГОРОДА

* * *

Закат ударил в окна красные И, как по клавишам стуча, Запел свои напевы страстные; А ветер с буйством скрипача Уже мелодии ненастные Готовил, ветвями стуча.

Симфония тоски и золота, Огней и звуков слитый хор, Казалась в миг иной расколота: И такт, с певцом вступая в спор, Выстукивал ударом молота Незримый мощный дирижер.

То вал стучал в углы прибрежные, Ломая скалы, дик и пьян; И всё: заката звуки нежные, Сверканье ветра и фонтан,

Лепечущий рассказы снежные, Крыл гулким стуком Океан!

Декабрь 1916

49

Валерий БРЮСОВ

БАЛЛАДА

Горит свод неба, ярко-синий; Штиль по морю провел черты; Как тушь, чернеют кроны пиний; Дыша в лицо, цветут цветы; Вас кроют плющ и сеть глициний, Но луч проходит в тень светло.

Жгла вас любовь, желанье жгло… Ты пал ли ниц, жрец, пред святыней?

Вы, вновь вдвоем, глухой пустыней Шли – в глуби черной пустоты; Месила мгла узоры линий; Рвал ветер шаткие кусты.

Пусть горек шепот. Ты с гордыней На глас ответил: «Все прошло!..» Потом, один, подъяв чело, Упал ты ниц, жрец, пред святыней?

50