3. Защита при нарушении договоров, направленных на реализацию творческой деятельности

3.1. Защита прав авторов служебных результатов интеллектуальной деятельности в Российской Федерации

Государственная поддержка в области охраны объектов интеллектуальной собственности осуществляется посредством специальных органов государственной власти. В их числе Федеральная служба по интеллектуальной собственности — Роспатент. Федеральная служба по интеллектуальной собственности является правопреемником Федеральной службы по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам, а также правопреемником Министерства юстиции Российской Федерации в части, касающейся правовой защиты интересов государства в процессе экономического и гражданско-правового оборота результатов научно-исследовательских, опытно-конструкторских и технологических работ военного, специального и двойного назначения, в том числе по обязательствам, возникающим в результате исполнения судебных решений.

Данный орган государственной власти является федеральной службой России, осуществляющей функции по контролю и надзору в сфере правовой охраны и использования объектов интеллектуальной собственности, патентов и товарных знаков и результатов интеллектуальной деятельности, вовлекаемых в экономический и гражданско-правовой оборот, соблюдения интересов Российской Федерации, российских физических и юридических лиц при распределении прав на результаты интеллектуальной деятельности, в том числе создаваемые в рамках международного научно-технического сотрудничества. Роспатент находится в ведении Министерства экономического развития Российской Федерации. В связи с этим руководство деятельностью Федеральной службы по интеллектуальной собственности осуществляет Правительство РФ.

По данным различных организаций, в том числе и иностранных, более 80 % изобретений создаются как служебные (результат интеллектуальной деятельности (изобретение, полезная модель, промышленный образец, программа для ЭВМ, произведение науки, литературы или искусства и др.), созданный работником в пределах его трудовых обязанностей или по конкретному заданию работодателя¹). В этой связи особый интерес представляет проблема обеспечения и защиты интеллектуальных прав работников.

Одной из сфер пересечения предметов регулирования и научных исследований трудового и гражданского права является правовое опосредование результатов интеллектуальной деятельности: служебные произведения, изобретения, полезные модели, промышленные образцы, служебный секрет производства. В конечном счете речь идет об интеллектуальных правах работников. Правовое регулирование интеллектуальной собственности (интеллектуальных прав) следует отнести к сфере комплексного законодательства, включающего нормы не только гражданского права, но и в значительной части административного права, а в отношении служебных результатов интеллектуальной деятельности — также и трудового права. В.Ф. Яковлев, анализируя ч. 4 ГК РФ, отмечал, что «ни одна сфера отношений не может быть эффективно урегулирована нормами только одной отрасли права. В комментируемых правоотношениях комплексное воздействие многих отраслей права особенно важно. Должны быть использованы многие отрасли права — гражданское, административное, уголовное, антимонопольное, налоговое (патентные пошлины) и т.д.»².

Ряд новелл ч. 4 ГК РФ вызывают на практике неоднозначное толкование в силу «рассогласования» в правовом регулировании интеллектуальных прав на служебные произведения, изобретения и др. ГК РФ оперирует понятиями «творческий труд» (ст. 1228, 1257, 1347 и др.), «служебное произведение», созданное в пределах, установленных для работника трудовых обязанностей (ст. 1295), «служебное изобретение, полезная модель или промышленный образец, созданные работником в связи с выполнением своих трудовых обязанностей или конкретного задания работодателя (ст. 1370), служебная топология (ст. 1461), вознаграждение работника, служебный секрет производства (ст. 1470).

Определения перечисленных выше терминов Гражданский Кодекс не содержит. Это означает, что они должны применяться в том значении, в каком они используются в «материнских» отраслях (в нашем случае – в трудовом законодательстве). Однако термин «служащий» используется в ТК РФ в связке с термином профессии рабочих (ст. 129, 143 ТК РФ). Таким образом, применение в гражданском законодательстве квалифицирующего признака «служебное» (произведение, изобретение и др.) — некорректно и многозначно.

Данная неопределённость создаёт реальные проблемы на практике, поскольку от квалификации результата как «служебного» напрямую зависит объём прав работника и, соответственно, способы их защиты.

Важнейший аспект защиты интеллектуальных прав работников связан с разграничением двух видов вознаграждения: вознаграждения за создание служебного результата и вознаграждения за его использование. Как справедливо отмечает М.В. Лушникова, «на практике сложились неоднозначные подходы к решению вопросов о вознаграждении, выплачиваемом авторам служебных произведений, служебных изобретений… При этом четко не разграничиваются два аспекта проблемы: трудоправовой и гражданско-правовой. На наш взгляд, по сути, речь идет о двух видах вознаграждений: вознаграждение за создание служебных произведения, изобретения и другого и вознаграждение за их использование». Это разграничение имеет определяющее значение для выбора способа защиты.

Вознаграждение за создание служебного результата (например, заработная плата программиста или инженера-конструктора) носит трудовой характер. Как пишет автор статьи, «вознаграждение за создание служебных произведений, служебных изобретений… является трудоправовым. При служебном произведении вознаграждение представляет собой заработную плату, так как служебное произведение создается в пределах трудовой функции работника». Соответственно, если работодатель не выплачивает или занижает такое вознаграждение, защита прав работника осуществляется в рамках трудового законодательства – через трудовую инспекцию, комиссию по трудовым спорам или суд по трудовым спорам.

Совершенно иная правовая природа у вознаграждения за использование служебного результата. Автор статьи подчёркивает: «Вознаграждение за использование служебных произведений, служебных изобретений, полезных моделей, промышленных образцов является по своей природе гражданско-правовым. Обязанность по его выплате устанавливается ГК РФ (ст. 1295, 1370 ГК РФ). Конкретный размер вознаграждения и порядок его выплаты определяются гражданско-правовым договором между работодателем и работником, а в случае спора – судом. Это вознаграждение выплачивается помимо заработной платы и иных выплат, предусмотренных трудовым законодательством». Данный вывод подтверждается и судебной практикой: как указано в статье, «в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 19.06.2006 № 15 отмечается, что такой договор о размере вознаграждения носит гражданско-правовой характер и на него распространяются общие правила о заключении договоров».

Однако проблема заключается в том, что, как отмечает М.В. Лушникова, «весьма небрежная законодательная техника ч. 4 ГК РФ применительно к институту служебных результатов интеллектуальной деятельности не учитывает межотраслевых связей этого института с нормами трудового законодательства». Из-за отсутствия чётких критериев разграничения между «трудовой функцией» и «конкретным заданием работодателя» работник часто не может достоверно определить, на какой вид вознаграждения он имеет право, а работодатель, напротив, может пытаться «переквалифицировать» гражданско-правовое по своей природе вознаграждение за использование в состав заработной платы, чтобы избежать дополнительных выплат.

Особого внимания заслуживает защита прав работников в отношении служебных секретов производства (ноу-хау). Как справедливо указывает автор, «работодатели в современных условиях предпочитают "закрывать" информацию о рационализаторских предложениях, устанавливая в отношении инновационных технических усовершенствований режим коммерческой тайны, выплачивая по своему усмотрению авторам премии, доплаты к основной заработной плате и др. Таким образом, охрана рационализаторских предложений обеспечивается по усмотрению работодателя с помощью института служебного секрета производства (ноу-хау)». При этом для работника возникает серьёзный риск: вместо полноценной охраны его творческого результата как изобретения или полезной модели (с гарантированным вознаграждением по ст. 1370 ГК РФ) работодатель может ввести режим коммерческой тайны и выплачивать вознаграждение в неопределённом размере по своему усмотрению. Защита прав работника в такой ситуации затруднена, поскольку работодатель может утверждать, что результат вообще не является охраняемым объектом интеллектуальной собственности, а представляет собой лишь «информацию»¹.

Проблемы, обозначенные на уровне национального законодательства, имеют и более широкий, региональный контекст. В Евразийском регионе, где действует Евразийская патентная система, объединяющая восемь государств, вопросы защиты прав авторов и правообладателей приобретают дополнительное измерение.