43. Собственность и обязательства по Институциям Гая.

Для практических целей римские юристы классической и пост­классической эпохи использовали целый ряд классификаций вещей, с которыми в имущественном обороте были связаны различные послед­ствия. Это уже известное деление вещей на манципируемые и неманципируемые, утратившее постепенно свое былое значение, а так­же на движимые и недвижимые, делимые и неделимые, заменимые (определяемые родовыми признаками) и незаменимые (индивидуально-определенные) вещи и т. п.

Потребности имущественного оборота и расширение территории привели к появлению в классическую эпоху новых видов права собственности. Поскольку известная предшествующему периоду квиритская собственность имела ярко выраженный на­ционально-римский характер сама жизнь потребовала выработки новых и менее сложных форм закрепле­ния собственнических интересов. В рамках преторского права с по­мощью особых юридических средств была создана конструкция так на­зываемой преторской (бонитарной) собственности. Претор в тех случаях, когда в силу несоблюдения формальностей квиритского права приобретатель вещи не мог получить статус квиритского собственника, брал под защиту интерес покупателя, фактически закрепляя приобре­тенную им вещь в составе его имущества.

В классический период получили дальнейшее развитие граждан­ско-правовые формы защиты прав частного собственника. Наиболее важной из них был виндикационный иск. Он предоставлялся собствен­нику вещи, которая в силу каких-либо причин была им утеряна и оказывалась у третьего лица. Виндикационный иск по существу пред­ставлял собой спор о праве собственности, в котором настоящий соб­ственник должен был доказать свой титул на спорную вещь. С развитием преторского права получил окончательное юридичес­кое оформление еще один самостоятельный вид вещного права — ин­ститут владения. Под владением вещью понималось фактическое обладание ею, сопровождавшееся намерением владеть ею самостоятельно, как на праве собственности.

Обязательства из договоров и деликтов в институциях Гая.

В Институциях Гая договоры (контракты) были разделены на че­тыре основные группы: вербальные, литеральные, реальные, консенсуальные. Вербальные договоры брали свое начало от древнейших договоров-клятв, но в рассматриваемый период их форма была значительно упрощена. Для возникновения обязатель­ства в таких договорах требовалось произнесение установленных слов. Основным и наиболее распространенным видом вербальных договоров по-прежнему была стипуляция. Но для ее заключения уже не требо­валось соблюдения многих былых жестких условий. Так, в вопросе кредитора и ответе должника можно было использовать не только тор­жественный глагол «spondeo», но и другие глаголы, сторонами в стипуляции могли быть и перегрины. Допускалось произнесение вопроса-ответа даже и не на латинском языке. Литеральные договоры представляли со­бой особые письменные договоры, принятые в торговом обороте. Обя­зательство в этих договорах возникало в силу записи в специальных книгах доходов и расходов одной из сторон, составления долговых расписок, подписанных обеими сторонами (синграфа) или же одним должником (хирографа). Последние были позаимствованы из гре­ческого права.

+В преторском праве была подробно разработана и обусловлена ответственность продавца за проданную им вещь. Так, продавец отве­чал за скрытые недостатки вещи, о которых покупатель не мог знать в момент заключения договора, но которые обнаруживались позднее и имели существенный характер. В этом случае покупатель мог тре­бовать или сбавления цены, или же возврата всей суммы денег. Про­давец нес ответственность также в случае так называемой эвикции вещи, если проданная им вещь была с помощью виндикационного иска отчуждена у покупателя настоящим собственником. До передачи вещи покупателю продавец отвечал за ее повреждения, связанные с небрежностью хранения (даже при самой незначительной неосторож­ности), а также нес на себе риск случайной гибели вещи.