Психиатры в роли дилеров лекарств
Ведущие психиатры часто являются весьма эффективными торговцами лекарств. В 1999 году Чарльз Немерофф и Алан Шатзберг опубликовали учебник психиатрии теневого авторства от компании GlaxoSmithKline35. В 2006 году Немерофф был первым автором обзора по эффективности устройства для лечения тяжелой депрессии, стимулирующего блуждающий нерв36. Эта статья теневого авторства была опубликована в журнале, редактором которого был сам Немерофф37, и все авторы имели финансовые связи с производителями устройства, но хранили это в секрете36. FDA одобрила устройство, то есть слово одного старшего менеджера перевесило аргументы более 20 ученых, а также других менеджеров, которые рассмотрели данные и пришли к выводу, что устройство не продемонстрировало разумных гарантий безопасности и эффективности.
Университет Эмори, где работал Немерофф, также был корумпирован, как и аффилированная больница Грейди, но это держалось в секрете более десяти лет38. В 2008 году сенатор Чарльз Грассли выпустил разоблачительную статью о Немероффе, которая утверждала, что одной из причин, почему эта афера продолжалась так долго, было то, что свидетелям (по меньшей мере 15 из них) были назначены обследования в психиатрическом отделении Эмори. Проплаченные психиатры Эмори, как сообщалось, составляли протоколы обследования даже без осмотра врачей-свидетелей или сбора фактических данных, после чего некоторых из них просто уволили39. (Хотел бы я знать, как эти же самые психиатры проводят клинические испытания для фармацевтических компаний.) По крайней мере четыре из таких «обследований» были сделаны самим Немероффом, что заставляет вспомнить сталинские репрессии в Советском Союзе. Самый стойкий свидетель, который был членом Комитета по конфликтам интересов Университета Эмори, отказался «обследоваться» после того, как доложил о мошенничестве при финансировании исследований, и стал жертвой судебного разбирательства, продолжавшегося более 12 лет, которое в конечном счете выиграл.
В 2000 году в «Медицинском журнале Новой Англии» было опубликовано исследование антидепрессанта, авторы которого имели так много спонсоров, что в журнале не хватило места, и они были перечислены на веб-сайте40. Вот список только для трех из авторов.
«Доктор Немерофф был консультантом или получал гонорары от компаний Abbott, AstraZeneca, Bristol-Myers Squibb, Forest Laboratories, Janssen, Eli Lilly, Merck, Mitsubishi, Neurocrine Biosciences, Organon, Otsuka, Pfizer, PharmaciaUpjohn, Sanofi, SmithKline Beecham, Solvay, и Wyeth-Ayerst.
Он получил финансовую поддержку исследований от компаний Abbott, AstraZeneca, Bristol-Myers Squibb, Forest Laboratories, Janssen, Eli Lilly, Organon, Pfizer, PharmaciaUpjohn, SmithKline Beecham, Solvay и Wyeth-Ayerst.
Доктор Шатзберг служил в качестве консультанта или получал вознаграждение от компаний Abbott, Bristol-Myers Squibb, Corcept Therapeutics, Forest Laboratories, Janssen, Eli Lilly, Merck, Mitsubishi Pharmaceuticals, Organon, Parke-Davis, Pfizer, Pharmacia-Upjohn, Sanofi, Scirex, SmithKline Beecham, Solvay и Wyeth-Ayerst. Он получил поддержку исследований от Bristol-Myers Squibb, Pfizer и SmithKline Beecham. Имеет долевую собственность в компаниях Corcept, Merck, Pfizer и Scirex.
Доктор Келлер работал в качестве консультанта или получал вознаграждение от компаний Pfizer, Bristol-Myers Squibb, Forest Laboratories/Parke-Davis, Wyeth-Ayerst, Merck, Janssen, Eli Lilly, Organon и Pharmacia-Upjohn. Он получил исследовательские гранты от компаний Wyeth-Ayerst, SmithKline Beecham, Upjohn, Pfizer, Bristol-Myers Squibb, Merck, Forest Laboratories, Zeneca и Organon. Был членом консультативных советов компаний Wyeth-Ayerst, Pfizer, Bristol-Myers Squibb, Eli Lilly, Forest Laboratories/Parke-Davis, Organon, SmithKline Beecham, Merck, Janssen, Mitsubishi Pharmaceuticals, Zeneca, Scirex, и Otsuka.»
Это исследование привело к редакционной статье с заголовком «Академическая медицина – на продажу?»41
Можно только гадать, как эти люди находят время на осмотр пациентов. Те, кто берет деньги у многих компаний, обычно утверждают, что не находятся в кармане у промышленности, потому что не зависят от какой-либо конкретной компании. Принимая и продолжая эту логическую линию, должно быть, совершенно прекрасно быть проституткой, при условии, что вы гарантируете, что у вас много клиентов каждый день и вы не зависите от какого-то одного из них.
Психиатрия находится в глубоком кризисе. Она не только перевела то, что ранее считалось острыми состояниями, в хронические (смотрите ниже), она также медикализировала нормальность. Создаются психотропные препараты от самых невероятных болезней, например, одно исследование показало, что эсциталопрам уменьшает ежедневную частоту приливов у женщин в менопаузе с 10 до 9 в день42. Этот крошечный эффект вполне мог быть случайным, так как многие женщины нарушали ослепление, чувствуя разницу между СИОЗС и плацебо (смотрите главу 3).
Учитывая множество эффектов психотропных препаратов21, 24, их массовое использование вредно. Например, тщательно контролируемое когортное исследование людей, страдающих депрессией в возрасте старше 65 лет, показало, что СИОЗС чаще приводят к негативным последствиям, чем более старые антидепрессанты или отсутствие лечения43. На каждые 28 пожилых пациентов, леченных СИОЗС в течение 1 года, была одна дополнительная смерть.
Мистификация химического дисбаланса
Вместо того чтобы стараться понять пациентов, психиатры просто проходятся по контрольному списку лекарств44, то есть делают то, что мог бы проделать секретарь или сами пациенты. Диагнозы часто ставятся после краткой 10–15-минутной консультации, и многим пациентам при этом говорят, что им нужно принимать лекарство всю оставшуюся жизнь, чтобы исправить «химический дисбаланс» в мозгу. Очень часто их состояние сравнивают с сахарным диабетом, при котором больной постоянно нуждается в инсулине21. Если бы это было правдой, то число психически больных инвалидов снизилось бы после того, как мы ввели в практику нейролептики и антидепрессанты, но вместо этого число людей с психическими диагнозами и пенсией по инвалидности только возрастает. Хуже всего то, что от этого пострадали наши дети. В 1987 году, как раз перед тем, как СИОЗС появились на рынке, очень немногие американские дети были инвалидами психических расстройств, однако 20 лет спустя их стало более 500 000, то есть их количество возросло в 35 раз21.
Исследования ВОЗ показали, что пациенты чувствуют себя намного лучше в тех частях мира, где психотропные препараты мало используются, например в бедных странах, где только 16 % пациентов с шизофренией регулярно получают поддерживающую терапию антипсихотиками, по сравнению с 61 % в богатых странах21. Эти положительные результаты были подтверждены в Финляндии, где использование лекарств было ограничено таким образом, что только 20 % пациентов с шизофренией принимали нейролептики регулярно, а две трети никогда не подвергались лекарственному воздействию21. В США исследователи, которые пришли к аналогичным результатам, поняли, что финансирование из Национального института психического здоровья и от других спонсоров вдруг исчезло21. Эти новости не получили одобрения лидирующих психиатров.
История о химическом дисбалансе, который якобы исправляют все психотропные лекарства, даже бензодиазепинах («нервные» или снотворные таблетки)21 – это просто-напросто ложь. Нигде не задокументировано, что какое-либо из серьезных психиатрических
заболеваний были вызваны биохимическим дефектом, и не существует биологического теста, который мог бы показать нам, что у кого-то имеется конкретное психическое заболевание45. Например, идея, что у депрессивных пациентов отсутствует серотонин, была полностью опровергнута24, 46. В самом деле, некоторые лекарства, снижающие уровень серотонина, также работают при депрессии24, 47, например тианептин. Ирландское регуляторное агентство запретило компании GlaxoSmithKline заявлять, что пароксетин корректирует химический дисбаланс. Существует много других фактов, которые свидетельствуют против этого, например, для того, чтобы лекарства начали действовать, необходимо, чтобы прошло несколько недель48.
«Психотропные препараты не исправляют химический дисбаланс, они его вызывают, именно поэтому так трудно слезть с лекарств. Если принимать их в течение более чем нескольких недель, эти препараты создают болезни, которые должны лечить21, 24, 49–53. С помощью лекарств мы превратили шизофрению, СДВГ и депрессию, которые в прошлом часто проходили сами, в хронические заболевания21.»
Люди, пытающиеся прекратить прием лекарств, могут испытывать ужасные симптомы: как те, которые напоминают заболевание, так и многие другие, которых они никогда раньше не испытывали. Печально, но почти все психиатры и сами пациенты интерпретируют это как признак того, что они по-прежнему нуждаются в лекарстве. Как правило, это не так. Просто они стали зависимыми, точно так же, как наркоман зависит от героина или кокаина, а поскольку и лекарства для СДВГ, и СИОЗС имеют эффекты амфетамина, мы должны рассматривать эти препараты как наркотики, назначаемые по рецепту, и использовать их как можно реже.
Большинству психиатрических пациентов было бы лучше, если бы они вообще не принимали лекарства21 (смотрите также главу 3, стр. 74 и главу 17), а тем, кто действительно нуждается в лечении, достаточно короткого промежутка времени или периодического приема лекарств. Психиатры должны ориентироваться на других специалистов, которые очень неохотно предлагают долгосрочное симптоматическое лечение,
если не знают, что скрывается за симптомами, например, тошнотой или головной болью3. Однако требуются твердая решимость, время, терпение и период плавного уменьшения дозы, чтобы снять пациентов с лекарств и свести к минимуму симптомы отмены. Если пациенты принимали препараты годами, период плавного уменьшения дозы может затянуться на целый год. Большинство психиатров выбирают вместо этого пожизненное лечение, и это настоящее бедствие. Препарат навечно превращает человека в пациента, а лекарства меняют его личность так, что он разучивается справляться с жизненными трудностями21. Кроме того, представляется вероятным, что не только нейролептики, но и все психотропные препараты могут вызвать необратимые повреждения головного мозга и изменения личности, например позднюю дискинезию, снижение когнитивных функций и эмоциональное оскудение21.
Было показано, что повреждение мозга происходит на уровне рецепторов, и в этом нет ничего странного, так как именно так работает мозг. Гашиш, ЛСД и другие активные в отношении мозга субстанции могут также привести к необратимым повреждениям мозга и развитию психоза.
Тот факт, что психотропные препараты в долгосрочной перспективе сами создают заболевания и что они имеют краткосрочный эффект, обсуждался снова и снова в течение последних 30–40 лет, но каждый раз, независимо от того, насколько сильны были новые доказательства, ведущие психиатры отбрасывали их и замалчивали как можно быстрее21. Эти факты слишком болезненны и трудны, чтобы иметь с ними дело. Врачи создали себе подспорье на основе психоанализа, который антинаучен до такой степени, что Зигмунд Фрейд доказывал, будто мы все гомосексуалы, а те из нас, кто думает иначе, – скрытые гомосексуалы. Психиатры облекли все это в биологическую форму, которая позволила их специальности выглядеть столь же научной, как, например, область внутренних болезней, чем психиатрия на самом деле не является.
Нарушение нормальных функций мозга лекарствами, независимо от того, являются ли они законным или незаконным, противоречит самой идее лечения. Психотропные препараты могут привести к насилию, в том числе к убийствам. Анализ неблагоприятных лекарственных событий, представленный в FDA на период между 2004
и 2009 годами, выявил 1937 случаев насилия, 387 из которых были убийствами54. Особенно частыми были сообщения о насилии в результате приема психотропных препаратов (антидепрессанты, седативные/снотворные, лекарства для СДВГ и лекарства для бросающих курить, которые также влияют на функции мозга). В настоящее время подозревается роль антидепрессантов в применении огнестрельного оружия, но когда антидепрессанты были обнаружены в крови одного из подростков, участвовавших в перестрелке, происходившей в школе Columbine High School, Американская психиатрическая ассоциация немедленно осудила тех, кто считал, что здесь могла быть причинно-следственная связь, и добавила, что не диагностированное и нелеченное психическое заболевание ложится тяжелым бременем на тех, кто страдает от этих расстройств, а также на их окружение55.
Меня от этого тошнит. Это маркетинговый прием и стандартная тактика промышленности – обвинять болезнь, а не лекарства, но именно это психиатры обычно и делают, в особенности когда пациенты, которые пытаются слезть с лекарства, испытывают симптомы отмены. Психотропные препараты, включая СИОЗС, также увеличивают риск дорожно-транспортных происшествий56.
В Соединенных Штатах можно назначать людям нувигил (nuvigil – армодафинил, armodafinil), который, как следует из названия, пробуждает вас. Он одобрен для расстройства, связанного с работой по сменам. Я не шучу, препарат существует. Люди, которые устают во время ночной смены, теперь страдают расстройством. Как и многие другие психотропные препараты, нувигил имеет эффекты амфетамина и кокаина, так что это еще один наркотик по рецепту врача и, как всегда, опасный для жизни. Он может привести к появлению угрожающей жизни сыпи (синдром Стивенса-Джонсона), фатальной полиорганной недостаточности, мании, бреду, галлюцинациям и суицидальным мыслям, госпитализации и многому другому57. Я лучше буду по старинке пить кофе, который не так вреден.