Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

римское частное право

.pdf
Скачиваний:
37
Добавлен:
16.03.2015
Размер:
1.36 Mб
Скачать

515. Lex Rhodia de iactu. Одним из практически важных случаев применения locatio-

 

conductio operis была перевозка, в частности перевозка морская. В связи с тем что в

 

Греции

значительно

раньше

Рима

 

развилось

морепла

складываться морские обычаи, позднее рецепированные Римом. Так, в связи с

 

морской

перевозкой

сложилась

в

греческом

праве

и

специальная норма, известная под именем lex Rhodia de iactu (родосский закон о

 

выбрасывании).

 

 

 

 

 

 

Если во время морского плавания возникает общая опасность и для корабля, и для

 

перевозимого груза, и для предотвращения этой опасности капитан корабля

 

оказался вынужденным часть груза выбросить в море, то проистекающие отсюда

 

убытки распределяются между теми, кому угрожала опасность. "Lege Rhodia cavetur,

 

ut, si levandae navis gratia iactus mercium factus est, omnium contributione sarciatur

 

quod pro omnibus datum est", т.е. родосским законом предусматривается, что если

 

для спасения корабля выбрасывается груз в море, то ущерб, получаемый от этого и

 

вызываемый интересами всех, должен возмещаться путем распределения между

 

всеми (D. 14. 2. 1). Это распределение осуществлялось следующим образом.

 

Собственники

выброшенного

груза,

являющиеся locator'ами по отношени

корабля,

взявшемуся

их

перевезти,

предъявляют

 

хозяин корабля получал actio conducti тем грузохозяевам, грузы которых были спасены, ut detrimentum pro portione communicetur (чтобы ущерб распределился пропорционально).

§ 142. Договор товарищества (societas)

516. Понятие о договоре товарищества. Цель договора товарищества, а вместе с тем и основное его содержание так описываются в Институциях Гая:

Societatem coire solemus aut totorum bonorum aut unius alicuius negotii, veluti mancipiorum emendorum aut vendendorum (Гай. 3. 148).

(Мы

имеем

обыкновение

вступать

в

товарищество

или

или для какого-нибудь одного дела, например для покупки или продажи рабов.)

 

Как договор консенсуальный, т.е. заключаемый nudo consensu (простым соглашением), societas относится к так назы одним только римским гражданам, но и всем вообще, naturali ratione - по естественному разуму (Гай. 3. 154).

517. Основные элементы договора. следующие основные элементы договора societas: а) объединение лиц, б) для достижения какой-то общей хозяйственной цели. Само собой понятно, что недопустимо товарищество для осуществления недозволенной или безнравственной цели: rerum inhonestarum nullam esse societatem, т.е. не может быть товарищества для достижения нечестных целей (D. 17. 2. 57).

518. Происхождение договора. Достаточного материала в источниках для ответа на вопрос об историческом происхождении товарищеского договора до последнего

времени

 

не

 

было .

 

распространением тот взгляд, что societas возникла на почве семейной общности

имущества,

главным

образом

среди

сонаследников,

объедин

охраны своего имущества и управления им. Быть может, ввиду такого происхождения товарищества Ульпиан говорит, что societas ius quodammodo fraternitatis in se habeat (товарищество содержит в себе как бы право братства) (D. 17. 2. 63). Историческим происхождением договора товарищества из семейных

отношений

объясняют

и

ту

особенность

societas

вида

товарищества,

 

который

напоминает

которому приходится отвечать перед другими товарищами (по actio pro socio), пользуется так называемым beneficium competentiae, т.е. может требовать, чтобы при взыскании ему оставили необходимые средства для существования.

За последнее время эта точка зрения получила опору в найденных в 1933 году новых фрагментах Институций Гая. К договору товарищества относится следующий

новый фрагмент (приведен у Girard, Textes de droit romain, 1937 г., стр. 312-а; Гай. 3. 154-a - 154-b):

154-a. Est autem aliud genus societatis proprium civium Romanorum. Olim enim mortuo patrefamilias inter suos heredes quaedam erat legitima simul et naturalis societas, quae appellabatur ercto non cito, id est dominio non diviso: erctum enim dominium est, unde erus dominus dicitur: ciere autem dividere est: unde caedere et secare (et dividere) dicimus.

154-a. Есть другой род товарищества, в котором могли состоять только римские граждане. Некогда, в случае смерти отца семейства, между его наследниками устанавливалось некое товарищество, одновременно и законное, и естественное, которое называлось товариществом неразделенных наследников, т.е. неразделенных собственников: ибо наследство означает собственность, почему наследника называют собственником: а "ciere" означает "делить", откуда мы производим слова "рубить", "рассекать" и "делить".

154-b. Alii quoque qui volebant eandem habere societatem poterant id consequi apud praetorem certa legis actione, in hac autem societate fratrum ceterorumve qui ad exemplum fratrum suorum societatem coierint, illud proprium (ierat) (uunus) quod vel unus ex sociis communem servum manumittendo liberum faciebat et omnibus libertum adquirebat: item unus (rem) communem mancipando eius faciebat, qui mancipio accipiebat...

154-b. Если другие лица желали состоять в таком товариществе, они могли

 

осуществить это, получив у претора определенную legis actio. Этому товариществу

 

братьев (т.е. в случае семейной общности), а также и товариществу других лиц,

 

вступивших

 

в

товарищество

по

примеру

семейно

что, если один из товарищей отпускал на волю общего раба, он этим делал его

 

свободным

и

 

вольноотпущенником

в

отношении

всех

това

один передавал по манципации общую вещь, он делал ее собственностью

 

приобретателя.

 

 

 

 

 

 

 

519. Виды товарищества. Договором товарищества создается, в той или иной мере, имущественная общность.

Общность имущества может быть установлена по договору в самых разнообразных размерах и формах. Пределы общности в смысле ее размеров определены Гаем как societas totorum bonorum, общность всего имущества, настоящего и будущего, включая и случайные (ex fortuna) приобретения (D. 17. 2. 73), с одной стороны, и societas unius negotii (или unius rei), объединение для отдельного, единичного дела, с другой стороны.

Между этими двумя крайними пределами возможны самые разнообразные комбинации. Особенным распространением пользовалась societas quaestus - договор, по которому члены товарищества объединяют свое имущество, предназначенное для определенной промышл положительные, так и отрицательные) результаты этой деятельности (но не случайные поступления, lucrum ex fortuna).

Эта форма товарищеского соединения была настолько распространенной, что Ульпиан (D. 17. 2. 7) говорит, что если договор товарищества заключен simpliciter, просто, без подробных указаний, si non fuerit distinctum (т.е. стороны не определили, на что именно распространяется общность), то "(societas) videtur coita esse universorum, quae ex quaestu veniunt, hoc est id quod lucrum ex emptione venditione locatione conductione descendit", т.е. считается, что societas установлена для

объединения всего получаемого от quaest выгоды, какая может получиться от купли-продажи либо найма.

Различны и возможные формы товарищеских объединений с точки зрения характера прав на объединяемое имущество: общность имущества товарищей может выразиться в наиболее сильной форме - в образовании права общей собственности;

это всегда бывает при societas omnium bonorum. При societas omnium bonorum все

имущество, принадлежащее лицам, вступающим в этот договор, немедленно становится общим всех их имуществом, так как, хотя бы и не было специальной традиции, но предполагается молчаливая традиция (D. 17. 2. 1. 1; 2); но нет препятствий и к тому, что товарищи ограничиваются установлением обязательственных взаимоотношений, обращают свои иму некоторую общую цель, сохраняя каждый за собой свое индивидуальное право собственности.

520. Вклады. Договор товарищества предполагает вклады со стороны каждого из товарищей и участие товарищей в прибылях и убытках.

Вклады товарищей могут состоять в имущественных взносах: деньгами, другими имущественными ценностями, услугами ("нередко, - говорит Гай, 3. 149, - opera alicuius pro pecunia valet" - услуга лица имеет такое же значение, как и деньги), сочетанием отдельных из названных форм. Как

по намерению сторон, быть соединены в качестве обмена собственности

всех

товарищей,

а

могут

остаться

в

собственности

ка

общее всех пользование для целей товарищества. Деньги и другие заменимые вещи, если они соединены в одну массу и утратили индивидуальность, неизбежно становятся общей собственностью всех товарищей.

Равенство вкладов и долей участия товарищей в общем деле не является необходимым (D. 17. 2. 7), но при отсутствии в договоре указаний доли участия товарищей предполагаются равными (D. 17. 2. 29. pr.).

521. Участие в прибылях и убытках. Гай отмечает (3. 149) спорность вопроса о том, допустимо ли заключение договора товарищества на таких условиях, когда отдельный товарищ в прибылях участвует в большей доле, а доле. Были в Риме юристы (Муций), которые считали это contra naturam societatis, противоречащим природе товарищества. Но возобладало, по словам Гая, другое мнение (Сервия Сульпиция), а именно что можно заключить договор товарищества даже на таких условиях, что отдельный товарищ nihil omnino damni praestet, sed lucri partem capiat, si modo opera eius tam pretiosa videtur, ut aequum sit eum cum hac pactione in societatem admitti, т.е. что возможно такое участие в договоре товарищества, когда отдельный товарищ, участвуя в прибылях, вообще не участвует в убытках. Однако такое неравенство Гай обусловливает исключительной ценностью участия в товариществе данного лица, оправдывающей такое его преимущество.

Из этой оговорки видно, что все-таки, как правило, должна быть равномерность в распределении между всеми участниками товарищества и положительных, и отрицательных результатов деятельности товарищества. Это положение подтверждается косвенно и указанием Гая (3. 150), что если товарищи не предусмотрели в своем договоре долей, в которых распределяются lucrum (выгоды)

и damnum (убытки), то предполагается, что aequis ex partibus commodum et incommodum inter eos commune esse, т.е. что выгоды и невыгоды, прибыли и

убытки,

распределяются

между

всеми

поровн

распределения, допустим, lucrum, положительных результатов деятельности

товарищей в договоре прямо указаны доли отдельных товарищей (неравные), а в

отношении

отрицательных

последствий,

 

убытков,

дано, убытки должны быть разложены между отдельными товарищами в такой же пропорции (similes partes erunt), как прибыль.

Во всяком случае, недопустимым признавался такой договор, по которому на одного из участников товарищества возлагается исключительно несение убытков, без какого-либо участия в прибылях от ведения общего дела, а другому - предоставляются одни только доходы. "Aristo refert, - говорит Ульпиан, - Cassium respondisse societatem talem coiri non posse, ut alter lucrum tantum, alter damnum sentiret, et hanc societatem leoninam solitum appellare: et nos consentimus talem societatem nullam esse" (D. 17. 2. 29. 2). Юрист здесь присоединяется к своему

предшественнику Кассию, давшему отрицательный ответ на заданн том, возможно ли заключение договора товарищества на таких условиях, что один

из товарищей будет получать только прибыль от общего дела, а другой, не участвуя в прибылях, будет только нести убытки: такой договор товарищества является недействительным (юрист говорит, что такое товарищество принято называть societas leonina, львиное товарищество, намекая на известную басню Эзопа, в которой лев, проведя совместно с ослом охоту, при дележе добычи все доли забрал себе). "Sicuti lucrum, ita damnum quoque commune esse oportet", - говорит тот же Ульпиан (D. 17. 2. 52. 4), т.е. как прибыль, так и убыток должны быть общими.

Вообще, товарищество, заключенное со злым умыслом или для обмана,

недействительно, так как "fides bona contraria est fraudi et dolo" (добрая совесть несовместима, противна обману и умыслу) (D. 17. 2. 3. 3), а договор societas есть именно сделка bonae fidei.

522. Определение договора. Таким образом, договор товарищества, societas, можно определить следующим образом: под societas, или товариществом, разумеется договор, по которому двое или несколько лиц объединяются для осуществления общей дозволенной хозяйственной цели, участвуя в общем деле имущественным вкладом или личной деятельностью или сочетанием имущественного взноса с личным и услугами, с тем что прибыли и убытки от ведения общего дела распределяются между всеми товарищами в предусмотренных договором долях, а при отсутствии в договоре указаний по этому вопросу - поровну.

Срок не является при договоре товарищества существенно необходимым условием (essentiale negotii): оно может быть установлено на определенный срок, может быть заключено in perpetuum, id est dum vivunt (т.е. навсегда, на все время жизни - D. 17. 2. 1. pr.), просто - без всякого срока, или на неопределенный срок. В двух последних случаях все-таки не устанавливается пожизненной связанности сторон, ввиду того, что за товарищем признавалось, с соблюдением известных условий, право одностороннего отказа от договора (см. п. 526).

523. Юридические отношения на почве договора праве не признавалась самостоятельным носителем прав и обязанностей (юридическим лицом). Если иногда римские юристы и говорят об имуществе

товарищества, то все-таки этим не имеется имущество всех товарищей: субъектами прав и обязанностей являются только сами socii.

На

почве

договора

товарищества

складываются

линиям:

а)

между

товарищами

 

(внутренние

 

третьими лицами (внешние отношения).

 

 

 

 

524.

Внутренние

отношения

(между

товарищами).

Права

отношении друг друга состоят в следующем.

 

 

 

 

(1) Каждый товарищ должен представить вклад, какой обязался внести для общего дела. Если вклад состоит в оказании услуг, товарищ должен эти услуги выполнять.

Среди римских юристов, а за ними и среди истолкователей источников, возбуждал

 

неясности и споры вопрос о том, на ком лежит риск случайной гибели и порчи вещей,

 

которые отдельные товарищи обязались внести в виде вклада. По словам Ульпиана

 

(D. 17. 2. 58. pr.), Цельз дал однажды по поставленному перед ним вопросу на эту

 

тему следующую консультацию. Фактический состав казуса, переданного на

 

разрешение

Цельза,

сводился

к

следующему.

Два

л

лошадей,

 

а

другое

 

одну,

договорились

образовать

 

всех

этих

лошадей

 

в

четверку.

Лошадь

второго

погибает по случайной причине. Перед юристом был поставлен вопрос: ложится ли

 

этот

 

случайный

 

ущерб

полностью

на

 

лошадь

 

по

договору

 

входит

в

имущество

образовавшего

должен считаться общим и ложиться на обоих товарищей?

 

 

Цельз

 

в

своей

 

консультации

разрешает

этот

 

того,

 

для

какой

 

цели

имелось

в

 

товарища,

 

 

соединяя

 

четырех

лошадей,

им

составленной

 

четверки,

 

 

например,

 

занятие

 

лошадь

являлась

подлинным

вкладом

в

 

товарищество,

-

три

 

доли,

 

у

 

другого

 

-

одна;

составляют

 

общий

 

товарищеский

 

 

фонд,

 

и

товарищи

 

 

совместно.

 

 

Если

 

 

же

согла

совместная

продажа

четырех

 

лошадей,

 

а

не

 

societas habendae quadrigae, т.е. о том, чтобы иметь и эксплуатировать четверку

 

лошадей,

 

а

только

 

societas

vendendae

quadr

случае

 

лошадь

не

 

 

является

 

вкладом

 

 

случайной гибели лошади должен нести ее собственник.

 

 

 

 

 

Тот

же

Цельз

(по

 

дальнейшему

изложению

 

фра

проводит различие между вещами индивидуальными, риск гибели которых ложится

 

на всех товарищей, даже если фактически вещь еще не передана на общее дело, и

 

вещами, определяемыми родовыми признаками, риск случайной гибели которых

 

несут все товарищи только с момента передачи их в качестве вклада.

 

 

На основании изложенного места источников делается общий вывод, что риск

 

случайной гибели вещей, вносимых в качестве вкладов по договору товарищества,

 

ложится

 

на

всех

товарищей,

притом

 

в

отношени

заключения

договора,

а

в

 

отношении

вещей,

определя

момента их передачи.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Равным образом и риск случайных потерь и убытков при самом ведении

 

товарищеского дела также несут все товарищи совместно.

 

 

 

 

 

Ульпиан рассказывает такой казус. Несколько лиц заключили договор

 

товарищества для ведения торгового предприятия. Одному из них нужно было

 

поехать

 

за

товарами.

 

В

 

пути

 

он

попал

различных вещей; рабы его были при этом нападении ранены. Ульпиан ссылается

 

на мнение Юлиана, который считал, что этот ущерб должен быть общим; с помощью

 

actio

 

pro

socio

 

потерпевший

 

товарищ

 

долю ущерба: ведь если бы первый товарищ не поехал за товарами для общего

 

дела,

он

не

понес

 

бы

 

этого

вреда.

Ульпиан

мо

damnum quoque commune esse oportet, quod non culpa socii contingit - как доходы,

 

так и ущерб должен быть общим, если он наступил не по вине товарища (D. 17. 2. 52. 4).

(2) Каждый из товарищей должен относиться к общему делу, а следовательно, и к интересам других товарищей заботливо и внимательно. Относительно степени заботливости, требуемой от каждого товарища, Гай дает нам следующее указание, выделяющее договор societas из ряда других договоров:

Socius socio etiam culpae nomine tenetur, id est desidiae atque negligentiae. Culpa autem non ad exactissimam diligentiam dirigenda est: sufficit etenim taiem diligentiam communibus rebus adhibere, qualem suis rebus adhibere solet: quia qui parum diligentem sibi socium adquirat, de se queri debet (D. 17. 1. 72).

Один товарищ отвечает перед другим также не только за dolus, но и за culpa (т.е. за беззаботность и небрежность, с которой товарищ относится к общему делу). Но в этом случае culpa нельзя сводить к несоблюдению exactissima diligentia, особо тщательной заботливости; достаточно, чтобы со стороны данного товарища была приложена к общим делам такая заботливость, какую он обычно применяет к своим делам, так как кто берет себе в товарищи недостаточно заботливого человека, должен пенять на себя.

Этим текстом устанавливается своеобразное требование относительно необходимой заботливости и осмотрительности, которую должен проявлять каждый участник товарищества. При других договорах от контрагента требуют или соблюдения поведения хорошего хозяина, или, по крайней среднего человека, то и другое в отвлеченной мерке, т.е. подходя с точки зрения некоторого, наблюдаемого вообще, поведения людей той или иной категории.

В противоположность этому в договоре товарищества поведение товарища меряют конкретной меркой - тем уровнем заботливости, на котором фактически находится данное конкретное лицо. Товарищ не должен относиться к общему делу хуже, чем к своим делам: проявлять diligentia quam suis rebus adhibere solet, заботливость,

какую он имеет обыкновение проявлять к своим делам; это и значит - отвечать за culpa in concreto. При таком масштабе небрежно, не будет отвечать перед товарищами, если к общему делу он отнесется с обычной для него беззаботностью. Гай оправдывает тем, что, объединяясь для общей хозяйственной цели, товарищи должны знать, с кем они объединяются; если они принимают в свой состав лицо, нерадиво ведущее свои собственные дела, они сами виноваты в неосмотрительности, и нет оснований приходить им на помощь.

Само собой разумеется, что за dolus товарищ отвечает безусловно, как и всякий другой (D. 17. 2. 45).

(3) Каждый из товарищей, ведя общее дело, обязан получаемые им в связи с этим денежные суммы, вещи и т.д. не присваивать себе, а вносить, в соответствии с договором, на общий счет, для распределения между всеми товарищами. Сообразно с этим каждый товарищ имеет право требовать от других товарищей, чтобы и издержки, понесенные им, и обязательства, в ведении общего дела, не оставались на нем одном, но также были распределены между всеми, в соответствии со смыслом договора.

Павел говорит, что если товарищ купит что-либо, то по самой сделке (очевидно, после фактической передачи ему вещи) непосредственно собственником купленной вещи становится этот товарищ, но societatis iudicio cogitur rem communicare, т.е. по иску товарищей его можно заставить отнести вещь на общий счет (D. 17. 2. 74). Та же мысль выражена Павлом применительно к доходам и расходам: если я состою с тобою в товариществе и ввиду этого у нас имеются общие вещи, на которые, с одной стороны, мне приходится делать затраты, от этих вещей плоды, доходы, - то по этому поводу мне дается actio pro socio (иск из договора товарищества) или же actio communi dividundo (иск о разделе общего имущества); с предъявлением одного иска нельзя уже предъявить другой (D. 17. 2. 38. 1).

(4)

Actio

pro

 

socio,

даваемая

каждому

 

из

тов

не только принадлежит к числу actiones bonae fidei (см. п. 62), но и сопровождается

 

infamia, бесчестьем для того, кто присуждается по этому иску. Такой характер иска

 

объясняется

 

особым

 

характером

 

 

договорны

проникнутых

 

исключительным

взаимным

 

довери

бесчестит товарища.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

525.

Внешние

отношения

между

товарищами

и

третьими

лицами.

уже

указано

выше

(п.

523),

 

не

 

представл

лица. Поэтому, выступая вовне по делам всех товарищей, отдельный товарищ

 

действовал

лично

 

от

себя,

и

 

все

права

и

возникали в его лице: он становился и управомоченным, и обязанным. Только после

 

того, как товарищ сдавал полученные им деньги и ценности in communem arcam, в

 

общую кассу, контрагенты этого товарища могли предъявить иск и к другим

 

товарищам,

как

 

обогатившимся

от

 

 

данной

сд

rem verso utilis, иск, аналогичный тому, который давался к домовладыке, обогатившемуся из сделки подвластного (D. 17. 2. 82).

526. Прекращение товарищества. В качестве договора строго личного и основанного на особом взаимном доверии товарищество прекращается, как только отпадает доверие или вообще согласие всех товарищей на продолжение общего дела. По

словам Гая (3. 151), товарищест продолжают оставаться в согласии. Даже если товарищи примут на себя взаимное обязательство не прекращать объединения, такое обязательство не имеет силы (D. 10. 3. 14. 2). Nulla societatis in aeternum coitio est (D. 17. 2. 70), т.е. не может быть

товарищества навеки. Как только кто-либо из товарищей заявляет о своем отказе оставаться в товариществе, товарищество прекращается.

Таким образом, из специфически личного характера товарищества вытекает, что оно

 

прекращается односторонним отказом товарища от договора. Однако если

 

товарищество заключено на срок, а отказ товарища заявлен без достаточного

 

основания, то такой товарищ (по словам Павла) socium a se, non se a socio liberat,

 

т.е.

 

другого

 

товарища

освобождает

от

обязанно

не

освобождает

от

 

обязанностей

по

отношению

 

если после заявления об отказе от договора будет получена прибыль (compendium),

 

отказавшийся

 

товарищ

в

 

ней

 

не

 

убыток),

 

соответствующая

 

доля

ляжет

и

на

от

источников следует понимать в том смысле, что юрист не имеет в виду такое

 

положение

 

вообще

 

на

 

весь

срок

 

которые

 

уже

начаты

и

которые

 

отказавшийся

бросил

 

вообще не должен быть заявлен intempestive, несвоевременно (D. 17. 2. 14; 17. 2),

 

т.е.

 

товарищ,

 

не

 

желающий

 

продолжать

должен

 

приурочить

 

свой

отказ

 

к

такому

момен

невыгодами для дела.

Если не допускается несвоевременный отказ от договора, то тем более недопустим отказ от договора с прямым намерением использовать одному предстоящее lucrum.

Так, Гай (3. 151) сообщает нам такой случай. Одному из участников societas totorum bonorum (т.е. товарищеского объединения во всем имуществе) предстоит получение наследства; не желая, чтобы оно поступило в общее имущество товарищей, это лицо с этой именно целью заявляет об отказе от договора товарищества. Гай говорит нам, что, несмотря на это, другой товарищ может требовать, чтобы наследство стало общим (lucrum communicare). Если после заявления отказа от договора товарищ получает какое-то lucrum, которое он не имел в виду при заявлении отказа, это lucrum достанется ему одному.

Другой пример из области societas unius negotii Павел (D. 17. 2. 65. 4). Два лица заключили societas для покупки определенной вещи. Одно из этих лиц предпочло купить эту вещь исключительно для себя и поэтому заявило отказ от договора: другому товарищу дается actio pro socio в размере полного его интереса в сделке (quanti interest mea); другое дело, если товарищ отказывается от договора только потому, что раздумал: в этом случае нет fraus, коварства, нет и ответственности.

Доходы,

которые

могут

быть

получены

выше

заявлении об отказе от договора, поступают к нему полностью.

 

 

Из личного характера товарищества вытекает также, что этот договор прекращается смертью одного из товарищей. Гай (3. 152) поясняет это так: кто вступает в договор товарищества, тот избирает certam personam, определенное лицо, и следовательно, со смертью этого лица договор не может остаться в силе.

По римским воззрениям наряду со смертью лица стоит capitis deminutio (п. 102); поэтому capitis deminutio товарища также прекращает договор. Если участники товарищества тем не менее сохраняют намерение, с которым они вступили в договор

(si adhuc consentiant in societatem), то считается, что они образовали новое товарищество (Гай. 3. 153).

Равным образом товарищество прекращается в случае несостоятельности кого-либо из товарищей (si cuius ex sociis bona publice aut privatim venierint, если имущество одного из товарищей идет с публичных торгов или продается частным образом) (Гай. 3. 154); сюда относится выражение Модестина, что societas прекращается, между прочим, egestate, в случае "бедности" товарища (D. 17. 2. 4. 1).

Различные случаи прекращения договора товарищества следующим образом резюмированы Ульпианом:

Societas solvitur ex personis, ex rebus ex voluntate, ex actione. Ideoque sive homines

sive res sive voluntas sive actio interierit, distrahi videtur societas. Intereunt autem homines quidem maxima aut media capitis deminutione aut morte: res vero, cum aut nullae relinquantur aut condicionem mutaverint, neque enim eius rei quae iam nulla sit quisquam socius est neque eius quae consecrata publicatave sit. Voluntate distrahitur societas renuntiatione (D. 17. 2. 63. 10).

(Товарищество прекращается вместе с лицами, имуществом, по воле товарищей,

 

действиями. Таким образом, если кончаются люди, или имущество, или воля

 

(состоять

в

 

товариществе),

или

 

товарищества), прекращается, по-видимому, и товарищество. Люди прекращают

 

свое существование с наступлением capitis deminutio maxima или media либо со

 

смертью. Имущество кончается, если его вообще не остается или изменяется его

 

юридическое

 

 

положение:

 

никто

 

несуществующей

 

вещи

или

вещи,

ставшей

вн

стала res sacra, священной вещью, или res publica (вещь государственная). По воле товарищество прекращается при заявлении отказа.)

Ульпиан не пояснил в этом отрывке, как прекращается товарищество actione; на этот вопрос отвечает следующий затем отрывок Дигест, в котором Каллистрат говорит, что, если товарищи начинают действовать разрозненно, каждый за себя (separatim), договор товарищества прекращается (D. 17. 2. 64).

С

прекращением

 

товарищества

не

претензии

товарищей;

на

этой

почве

возможны

товарища (D. 17. 2. 65. 9).

 

 

 

 

§ 143. Договор поручения (mandatun)

527. Определение. Mandatum (поручение) представляет собою договор, по которому одно лицо (mandans, доверитель) поручает, а другое лицо (мандатарий, поверенный, по римской терминологии - procurator) принимает на себя исполнение безвозмездно каких-либо действий.

Содержание поручения могут составлять как сделок, выполнение процессуальных действий), так и услуги фактического характера (в источниках, в качестве примеров поручения, приводятся отделка, починка платья и т.п., лишь бы neque promissa, т.е. так, что за эти действия не установлено и не обещано никакой платы - I. 3. 26. 13). Не может быть предметом поручения действие "противное добрым нравам" (contra bonos mores),

нанести кому-либо обиду (Гай. 3. 157). В классическую эпоху, когда господствовала та точка зрения, что обязательство не может возникать ab heredis persona, в лице

наследника

(п.

438),

не

имело

манданта" (Гай. 3. 158).

 

 

 

 

528. Безвозмездность поручения. Признак безвозмездности является для договора mandatum существенным. "Mandatum, nisi gratuitum, nullum est" - договор поручения,

если он не безвозмездный, ничтожен (D. 17. 1. 1. 4).

Безвозмездность mandatum, упомянутая в Дигестах, объясняется особым характером этого договора: свое происхождение договор mandatum ведет "ex officio atque amicitia", из общественного долга и дружбы; а выполнение долга и вознаграждение, по понятиям римлян, исключают одно другое (contrarium est officio merces). В одной из защитительных речей (Pro Roscio, 38. 3) Цицерон говорит, что довести доверителя до предъявления иска из поручения и быть присужденным по такому иску не менее позорно (turpe), чем быть осужденным за кражу: в тех делах, в

которых мы сами не можем иметь интереса, operae nostrae vicaria fides amicorum supponitur (предполагается, что наша деятельность основана на верности дружбы).

Такие воззрения на договор поручения как на дружескую услугу отражают неразвитость хозяйственной жизни древнего Рима: хозяин лично вел все дела относительно несложного хозяйства, и лишь в отдельных с отъездом) возникала необходимость попросить близкое лицо заместить его. Малая

распространенность договора поручения объясняется и рабовладельческим строем Рима. Управление крупными хозяйствами происходило через посредство рабов, с которыми, конечно, никакого договора не заключалось.

Если в числе элементов договора, вообще подходящего под категорию mandatum, имеется вознаграждение, то римский юрист уже относит этот договор к категории найма (Гай. 3. 162). Класс эксплуататоров-рабовладельце и привычки работать за плату, "наниматься", относился с презрением к такой платной работе, и чтобы "не принижать" общественного значения услуг мандатария, действующего или по дружбе, или ценя оказанную ему честь и доверие, резко разграничивает эти два вида договора - mandatum, поручение, и locatio-conductio, наем.

Однако было бы неточно утверждать, что мандатарий ни при каких обстоятельствах ничего не получал от манданта за исполнение его поручения. Merces, плата в смысле эквивалента оказанной услуги, действительно, не свойственна этому договору; но когда мандатарий получает за оказанную услугу какой-то подарок, "благодарность", выраженную материально, это признавалось допустимым, не

принижающим мандатария и социального значения отношен такого рода "благодарность" получила наименование honor, откуда в свое время образовался термин "гонорар" лиц так называемых либеральных, или свободных,

профессий [20]. "Si remunerandi gratia honor intervenit, erit mandati actio" (D. 17. 1. 6. pr.).

Вводя понятие гонорара, создавали, по существу, искусственную оболочку, которая должна была прикрывать действительные отношения.

529. Виды поручения. Нормально поручение дается и принимается в интересах самого манданта. Поручение в интересах мандатария, по словам Гая (3. 156),

излишне (supervacuum est); "что нужно с должен делать de tua sententia, non ex meo mandatu" (т.е. по собственному решению, а не по моему поручению).

В другом месте (D. 17. 1. 2. 6) Гай говорит, что поручение в интересах исключительно мандатария magis consilium est quam mandatum et ob id non est obligatorium, quia nemo ex consilio obligatur, т.е. такое поручение представляет собой скорее совет, чем поручение, и потому не имеет обязательной силы, потому что совет никого не обязывает (разумеется, слова Гая не относятся к случаю проявления советчиком dolus malus, т.е. дачи заведомо неправильного совета с целью причинить ущерб другому лицу).

Однако для договора mandatum не характерно, чтобы поручение было непременно и исключительно в интересах манданта: mandatum consistit, sive nostra gratia mandemus, sive aliena (мандат имеет место, признается одинаково, поручаем ли мы

что-либо в нашем интересе или в и также комбинирование интересов манданта, мандатария и третьего лица. Mandatum может быть заключен, говорит Гай (D. 17. 1. 2), или mea tantum gratia (только в интересах манданта), например, поручаю вести мои дела, купить для меня участок земли и т.д.; или aliena tantum gratia (исключительно в интересах третьего лица), например, поручаю тебе вести дела Тиция; или mea et aliena gratia (в общем интересе манданта и третьего лица), например, поручаю тебе вести дело, касающееся меня и Тиция; или mea et tua gratia (в общем интересе манданта и мандатария), например, поручаю тебе дать взаймы под проценты лицу, которое должно дать мне взаймы; или tua et aliena gratia (в общем интересе мандатария и третьего лица), например, поручаю тебе дать взаймы под проценты Тицию.

530. Обязанности мандатария. Несмотря на безвозмездность поручения, римское право предъявляет мандатарию строгие требования относительно точности, тщательности и заботливости выполнения поручения. "Voluntatis est suscipere mandatum, necessitatis consummare", - говорит Павел (D. 13. 6. 17. 3), т.е. принять на себя поручение зависит от воли (мандатария), но исполнить принятое поручение есть уже необходимость.

(1)Мандатарий должен довести принятое на себя дело до конца, не должен (если исполнение поручения не стало невозможным) deserere promissum officium, т.е. отказываться от исполнения обещанной услуги. Если же мандатарий видит, что он не может исполнить порученного дела, он должен немедленно сообщить об этом манданту, чтобы тот мог заменить его другим лицом: если мандатарий не поставит манданта в известность о невозможности исполнить поручение, он будет отвечать перед ним за причиненный ущерб (D. 17. 1. 27. 2) (см. также п. 532).

(2)Поручение должно быть исполнено в полном соответствии с его содержанием (притом как с его буквальным содержанием, так и с его внутренним смыслом).

Видоизменять поручение, хотя бы для того, чтобы дать доверителю известные выгоды, мандатарий не имеет права; например, мандант дал мандатарию конкретное поручение купить дом Сея за 100, а мандатарий купил дом Тиция: хотя бы ему удалось купить этот дом и дешевле 100, поручение 1. 5. 2). Может оказаться, что исполнение поручения в точности невозможно ввиду изменения обстоятельств. Мандатарий должен тогда испросить дополнительные указания от манданта; если же это фактически невозможно, то поступить так, чтобы решение соответствовало общему смыслу поручения.

(3) Diligenter igitur fines mandati custodiendi sunt: nam qui excessit, aliud quid facere videtur est, si susceptum non impleverit, tenetur" (D. 17. 1. 5. 1).

(Мандатарий должен тщательно соблюдать границ границы считается делающим что-то другое и отвечает за невыполнение принятого на себя поручения.)

В

случае

превышения

мандатарием

признавать это превышение.

 

 

Potest et ab una dumtaxat parte mandati iudicium dari: nam si is qui mandatum suscepit egressus fuerit mandatum, ipsi quidem mandati iudicium non competit, at ei qui mandaverit adversus eum competit (D. 17. 1. 41).

(Из договора

mandatum

иногда иск

дается

лишь

одной

стороне:

т

на себя поручение превысит пределы поручения, то ему самому иск не дается, а

 

мандант к нему иск имеет.)

 

 

 

 

 

 

Спрашивается:

 

обязан

ли

 

мандант

 

действия мандатария в рамках данного ему поручения? Например, мандант поручил

 

купить земельный участок за 100, а мандатарий купил его за 150; обязан ли мандант

 

принять этот участок за 100, если мандатарий согласится взять переплату на себя?

 

Юристы

сабиньянской

школы

подходили

к

этому

вопросу

данном случае поручение не исполнено, и следовательно, мандант может не принять

 

купленный участок (эта точка зрения выражена, в частности, сабиньянцем Гаем,

 

Инст.

3.

161).

Юристы

прокульянской

школы

вз

признали, что в пределах поручения мандант обязан принять исполнение. Эта последняя точка зрения и получила преобладание (I. 3. 26. 8). Разумеется, если поручение исполнено в точности, и притом на условиях более выгодных для манданта, он не может не принять такое исполнение.

(4). Личное исполнение поручения не всегда обязательно. Если содержание поручения не предполагает непременно личную деятельность мандатария и в самом договоре не предусмотрено непременно личное исполнение поручения, мандатарий вправе привлечь к исполнению поручения других лиц (заместителей или субститутов).

(1) Susceptum (mandatum) consummandum... est, ut aut per semet ipsum aut per alium eandem rem mandator exsequatur (I. 3. 26. 11).

(1)Принятое на себя поручение нужно выполнять... так, чтобы лично или через другого исполнить порученное дело.

(2)Si quis mandaverit alicui gerenda negotia eius, qui ipse sibi mandaverat, habebit mandati actionem, quia et ipse tenetur (tenetur autem quia agere potest) (D. 17. 1. 8. 3).

Тут вы можете оставить комментарий к выбранному абзацу или сообщить об ошибке.

Оставленные комментарии видны всем.