2. Содержание понятия «культура». Законы функционирования культуры

Рассматривая культуру как форму существования челове­ка и человечества, многие культурологи считают, что в ее основе лежит деятельность людей. В таком случае культура предстает как деятельность человека, отражающая специфи­ку взаимодействия человека с природой, обществом, с самим собой.

Конкретизируя особенности протекания социокультурных процессов, ряд исследователей подчеркивают, что культура всегда является личностным достоянием человека и поэтому судить о степени культурности общества надо по человеку, его умениям и навыкам, а не по тому, что имеет данное об­щество, какие богатства материальной и духовной культуры оно накопило в своем развитии. Культура, считают сторон­ники этой концепции, всегда актуальна, она раскрывается через знания, умения и навыки личности, через ту систему ценностных ориентации, которой руководствуется человек.

Существует немало сторонников и ценностной (аксиологи­ческой) теории культуры, которые подчеркивают, что куль­тура представляет собой ориентацию людей на определенные ценности — как полезные (утилитарные), так и другие. Мир ценностей огромен, потому что все существующее в природе и обществе может представлять ценность для человека и, кроме того, каждый человек имеет собственные предпочте­ния, вкусы, стремления. С этой точки зрения каждая из су­ществующих аксиологических теорий имеет право на суще­ствование, и задача культурологов состоит в том, чтобы изу­чать все эти системы ценностных предпочтений, а не выно­сить безаппеляционные суждения по поводу их правильности или ложности.

Европейская философия XIX в., основываясь на тради­циях Канта и Гегеля, рассматривала культуру главным об­разом как искания человеческого духа, как ту область, кото­рая лежит собственно за пределами природы человека и его социального существования. Культура представлялась как область духовной свободы человека, творческий акт пони­мался как мистическое откровение, озарение художника, а все разнообразные культурные процессы сводились к духов­ному производству и высшим из них считалось творчество в сфере искусства.

Такое понимание культуры до сих пор весьма популярно и в представлении массового обыденного сознания: «культур­ный человек» — это тот, кто разбирается, в первую очередь, в таких сферах духовной жизни как искусство, понимает му­зыку, знает литературу.

Однако большинство современных специалистов, иссле­дующих процессы развития культуры и в особенности твор­чества, далеки от такого узкого понимания культуры. Они подчеркивают, что культура представляет собой совокуп­ность материальных и духовных ценностей, что культурный процесс включает в себя способы и методы создания орудий труда, предметов и вещей, потребных человеку, что овладе­ние культурой предполагает освоение умений и знаний, не­обходимых для труда, общения и познания — главных составляющих жизнедеятельности любого общества. Культура всегда обращена к человеку, она создается для блага людей, процесс передачи культуры раскрывает преемственность культурных традиций, идущих от поколения к поколению, а развитие культуры всегда предполагает и развитие самого творца всей культуры — человека.

Термин культура в применении к человеческому обществу подчеркивает его собственно человеческое, а не биологиче­ское существование. Выделение человека из мира живых существ предполагает наличие орудийной деятельности, язы­ка и общих символов духовной культуры, закрепленных в ве­щах, предметах и знаках. В процессе своего становления с момента рождения до самой смерти человек живет в опреде­ленных культурных условиях. Он сначала овладевает, а за­тем несет и развивает имеющиеся в обществе культурные традиции. Всю жизнь, через акты деятельности и общения, через самосознание и рефлексию, человек осуществляет культурный процесс, который имеет четко выраженные исто­рические особенности. Однако во все времена, с доклассовых родо-племенных общностей до современной эпохи, человече­ство в социокультурных процессах раскрывает три главных области деятельности и взаимоотношений это: отношения че­ловека с природой; отношения человека с человеком (обще­ственные отношения); отношения человека с самим собой, и каждая из этих областей может быть рассмотрена с пози­ций Знания, Добра и Красоты, т. е. с позиций науки, морали и искусства.

Так, например, изучение исторически меняющегося взаи­моотношения человека с природой, которое раскрывается как культура взаимодействия человека и природы, может быть рассмотрено и с точки зрения экологии, и с позиций истории техники. Этот процесс может быть проанализирован специа­листами по энергетике и медиками, представителями естест­венной или любой точной науки, равно как и специалистами в области гуманитарного знания. Именно поэтому одни и те же предметы, вещи, символы и культурные традиции пред­ставителями разных исследовательских школ могут быть оценены по-разному.

Особенностью процессов функционирования культуры яв­ляется то, что любой факт культуры представляет собой единство материального и идеального, т. к. материальная культура всегда является воплощением определенной духов­ной культуры, равно как и духовная культура может существовать только будучи овеществленной, опредмеченной, полу­чившей то или иное материальное воплощение. Таким обра­зом, материальная и духовная культуры диалектически взаи­мосвязаны, они воздействуют друг на друга, не могут суще­ствовать в отрыве одна от другой.

Естественно, что в условиях разделения труда и его все более узкой специализации, области собственно материаль­ной или духовной культуры имеют тенденцию к обособлению, к отделению и к противопоставлению друг другу.

Однако их объективное обособление не означает утраты ими или одной из них их объективной социальной значимо­сти. Друг без друга они существовать не могут и в действи­тельности не существуют.

Традиционно культурологи выделяют как объекты мате­риальной культуры: орудия труда, средства производства, жилища, средства сообщения, все то, что затем получило на­звание искусственной среды обитания человечества. В таком случае к духовной культуре следует отнести науку и искус­ство, литературу и философию, мораль и другие формы идео­логии. Относительная самостоятельность материальной и ду­ховной сфер жизни общества может привести к переоценке места и роли его материальной культуры и к недооценке ду­ховной культуры. Именно это случилось в нашей стране, что в конечном счете довело ее до уровня слаборазвитых стран, в том числе и по уровню развития собственно материального производства и его научно-технической базы.

На основе взаимоотношения человека с природой выра­стает материальное производство, формируются экономиче­ские отношения, которые определяют тип возникающей куль­туры, образ жизни людей, живущих в данных культурных условиях. Творцом и созидателем всех материальных и духов­ных ценностей в мире является сам человек. Он создает не только предметный мир культуры, но и творит, производит самого себя как общественное существо, как подлинного субъекта труда, общения и познания. Усложнение материаль­ной жизни общества, продолжающееся разделение труда формируют и сложную социальную структуру любого совре­менного общества, а следовательно и сложную, неоднород­ную, часто противоречивую жизнь материальной и духовной культуры, зачастую противостоящую одна другой. Уже в до­классовом обществе материальная и духовная культура обо­собились друг от друга, т. к. творцами одной из них стали трудящиеся, а другой — духовная элита (жрецы, вожди, художники). Разделение общества на общественные классы и сословия еще больше усугубило отделение одного процесса развития культуры от другого, способствовало формирова­нию в недрах одного и того же общества разных культур, однотипных в своей основе, но имеющих разную ценностную ориентацию. Это хорошо прослеживается в знаменитой ра­боте Н. Г. Чернышевского «Эстетические отношения искус­ства и действительности», где, в частности, он показывает, как разительно отличаются представления о красоте девуш­ки у крестьян и у дворян. В. И. Ленин говорил даже о двух культурах в великоросской культуре (см.: «О национальной гордости великороссов»). Следует отметить, что это ценност­ное или аксиологическое различие в культуре представите­лями марксистско-ленинской философии зачастую абсолюти­зировалось, а ценностные ориентации рассматривались ис­ключительно с партийных и классовых точек зрения. И тогда вся духовная жизнь общества оказывалась сведенной к вражде партий, классов и культур. Это привело к неоправ­данным гонениям после Октябрьской революции на духов­ные традиции народов России, к уничтожению памятников истории и культуры, замалчиванию достижений литературы и философии, изобразительного искусства и музыки XIX— XX вв., в которых не проявлялась четкая пролетарская на­правленность, партийная точка зрения. В конечном итоге это породило пренебрежительное отношение новых поколений России к своему богатому историческому прошлому, к его духовной культуре. Такое однобокое, вульгарно-материали­стическое понимание классового характера культуры было характерно не только для советского общества или Китая периода «культурной революции». Аналогичные процессы можно было наблюдать и в истории других стран и народов. И везде, где культивировалось враждебное отношение к культурным традициям прошлой культуры страны и к ее ис­тории, мы наблюдаем застой и даже регресс в развитии и материальной, и духовной культуры.

Специалисты по теории культуры отмечают, что культур­ный процесс в любом обществе имеет общечеловеческое со­держание, что нормы морали и права, искусство и филосо­фия всегда несут общечеловеческую направленность, обеспе­чивающую сплоченность общества, взаимопонимание его чле­нов, широкое и разностороннее развитие гуманизма.

Рассматривая культуру как историю внутренней социаль­ной жизни человечества, как способ существования людей культурологи подчеркивают, что история культуры не тож­дественна политической истории государства. Она — значи­тельно шире и глубже охватывает мир человека — от Вселен­ной до его собственных мыслей и переживаний, симпатий и антипатий, пристрастий и традиций, суеверий и предрассуд­ков.

Мир точных наук свободен от политических, классовых позиций. Не зависит от партийных пристрастий и мир техни­ки. Таким образом, практически вся материальная культура человечества в своей основе создается на бесклассовой осно­ве, имея надклассовый характер.

Такой же характер носит и язык, единый и понятный все­му народу. А на основе языка формируется и расцветает многоплановый и диалектически противоречивый мир духов­кой культуры, обслуживающий различные общественные по­требности социальных групп, классов, партий и государств.

В условиях обострения социально-экономических и поли­тических процессов, происходящих в обществе, духовная культура неизбежно идеологизируется и, в первую очередь, политизируется. Ее начинают использовать для целенаправ­ленной и достаточно жесткой идеологической обработки на­селения, для формирования у масс определенной ценностной ориентации, обеспечивающей укрепление власти. И этот, дос­таточно хорошо известный, факт некоторые теоретики пыта­ются выдать за единственный путь развития духовной куль­туры, духовного производства.

Однако исторический процесс не сводится к непрерывной борьбе «всех против всех». В истории народов эволюционных, сравнительно мирных периодов значительно больше, нежели революционных ломок и социальных катаклизмов, и они бо­лее продолжительны по времени. Поэтому в развитии куль­туры доминируют преемственность, накопление и сохранение традиций. Преемственность в развитии культуры является одним из важных законов ее функционирования.

Нормальное развитие культуры предполагает процессы ее сохранения и трансляции от старших поколений к млад­шим. Причем, как отмечают специалисты, процесс трансля­ции культуры не сводится только к формированию у челове­ка определенного объема знаний, умений и навыков и к ус­воению традиционных образцов и норм культуры (т. е. не сводится к формированию репродуктивных качеств личности). Он предполагает обязательное формирование у лично­сти творческого начала, которое обеспечивает продуктивную сторону его жизнедеятельности. Таким образом процесс раз­вития культуры неотделим от процесса формирования лич­ности как творческого субъекта, умеющего в процессе овла­дения нормами культуры развивать и сам культурный про­цесс, создавать новые предметы, вещи, ценности и идеи, а также одновременно с этим развивать и самого себя как творца и созидателя.

Особенностью функционирования культуры является ее самобытность, неповторимость, уникальность. Каждый народ, обладающий собственной культурой, вносит самостоятельный и оригинальный вклад в общую сокровищницу культурных достижений человечества. Многообразие культур народов, на­селяющих нашу планету, является объективной реальностью и вызвано к жизни особенностями развития каждого народа. Потеря культурных завоеваний любого народа является по­терей для всего человечества, наносит ущерб всем народам.

В культурологии давно прошли те времена, когда культу­ру западных народов пытались представить как единственно достойную и стоящую на высоком уровне, а все остальные расценивались в сравнении с ней, как нечто низшее. Подоб­ные взгляды в настоящее время считаются безнадежно уста­ревшими, связанными с имперскими амбициями той или иной нации. Такие взгляды называют антидемократическими и антигуманными. Современные ученые считают, что все куль­туры значимы и равноправны, каждая из существующих культур включает в себя общечеловеческое содержание и способствует развитию человека в целом. Сближение само­бытных культур разных народов также выступает как тен­денция, как закономерность функционирования культуры.

Культура является совокупным коллективным достоянием народа, она раскрывает родовое свойство человека и челове­чества. Исследование функционирования культуры в обще­стве показывает, что ее распространение, хранение, потреб­ление зависит от особенностей развития народа, существую­щих в обществе социально-экономических и политических отношений, от особенностей социальной психологии народа, его исторических традиций.

Эти особенности оказывают существенное воздействие на темпы развития культуры, т. к. определяют сами цели твор­чества, формулируют тот социальный заказ в сфере духов­ного и материального производства, который обеспечивает удовлетворение потребностей людей.

В условиях рыночных отношений все, в том числе культу­ра н ее творцы, оценивается сквозь призму товарно-денеж­ных отношений, мерилом успеха в таком случае выступает богатство, деньги, а не законы прекрасного или нормы мора­ли. Такое отношение к культуре рождает безудержный про­цесс коммерциализации, прежде всего, сферы духовного про­изводства. Потребление духовной культуры превращается в факт рыночной экономики, в бизнес, критерием успеха в ко­тором являются получаемые доходы. Кроме того, рынок не­избежно обрекает действительно творческих людей на оди­ночество, что является прямым следствием их «самости» и, в связи с этим, нежелания подчиняться законам коммерции. Отсюда — их нищенское существование, безвестность и, как правило, ранняя смерть, означающая невосполнимую утрату не только для родных и близких, но и для культуры.

Анализ специфики взаимосвязи культуры, общества и че­ловека свидетельствует о том, что культура создается не только на основе рационального, но и на основе чувств и эмо­ций, интуиции и фантазии, волн и веры, логической аргумен­тации и интуиции (сверхсознания).

Многообразие источников, уровней, форм и проявлений творчества способствуют созданию разнообразных теорий, объясняющих его сущность и значимость для человека и об­щества. Основные из них — рационалистическая, интуитивистская, прагматическая и мистическая. Теорий творчества много, но представляется, что ни одна из них не может пре­тендовать на роль единственно истинной в объяснении его загадок и тайн.

Массовая и элитарная культура. Особенности современной молодежной культуры

В современную эпоху успехи науки и техники вызвали к жизни «технотронное общество» на Западе, которое харак­теризуется в том числе и огромными информационными по­токами, функционирующими благодаря системе массовой информации — печати, радио, телевидению, кино и пр. Исследуя особенности общения при помощи средств массовой ин­формации, ученые разрабатывают не только общую теорию передачи информации потребителю, но и раскрывают осо­бенности эффективной ее подачи, делая информацию ору­дием экономической или политической конкуренции. В 40— 50-е гг. XX в. оформилась точка зрения на массовую коммуникацию, как на новый тип культуры и новый этап социаль­ного общения. Она успешно разрабатывалась в трудах ка­надского исследователя Херберта Маршалла (1911 —1980). Он считал, что все существовавшие культуры отличаются одна от другой средствами общения, потому что именно средства общения формируют сознание людей и определяют особенности их жизнедеятельности. Так, для «племенного человека» его общение ограничивалось устной речью и ха­рактеризовалось мифологическим мышлением, передаваемым традиционно из поколения в поколение. Затем наступает эпо­ха книгопечатания и возникает «типографский и индустри­альный человек», характерный для Западной Европы. В этот период крепнут национальные государства, усиливается рас­слоение людей в связи с продолжающимся разделением общественного труда и узкой специализацией и профессиона­лизацией трудовой деятельности. Неизмеримо вырастают индивидуалистические настроения людей, главное место, в духовной жизни общества приобретает разум.

Эпоха электричества, а затем в еще большей степени по­явление ЭВМ и качественное изменение средств массовой информации, приводят к тому, что возникает новый тип об­щения людей, а население всей планеты превращается в жи­телей «глобальной деревни», которая как и обычная деревня характеризуется максимальным несогласием жителей по каж­дому из жизненно важных вопросов. Только с помощью сов­ременных средств массовой информации человечество в сос­тоянии избежать гибели. Они приучают людей мыслить не узко и однозначно, а «мозаично», они формируют многочис­ленные мифы, с помощью которых у людей возникает хотя и иллюзорное, пускай и целостное восприятие мира и фор­мируется та культура, которая была названа Маклюэном «глобально-электронной» культурой.

Концепция Маклюэна и его последователей представляет собой типичную оптимистическую концепцию массовой куль­туры. Однако среди исследователей значительно больше пес­симистически настроенных авторов. Они рассматривают мас­совую культуру по аналогии с поточным фабрично-заводским производством, где «индустрия образов» подчиняется тем же законам рынка и чистогана. Массовой становится современ­ная духовная культура в связи с тремя причинами. Во-пер­вых, она имеет массового потребителя, независимо от его на­циональной, классовой или возрастной характеристики.. Во-вторых, процесс создания потребительских образцов культуры носит массовый характер. Это — могущественный шоу-бизнес или газетно-журнальный его вариант, возглавляемый «Королями прессы». Наконец непрерывающийся поток про­изводства информации средствами массовой информации формирует в сознании людей определенные «эффекты» мас­совой коммуникации — идеологические мифологемы, тенден­циозные точки зрения, симпатии и антипатии, желательные для разработчиков идеологических «рационов».

Западные исследователи неоднократно подчеркивали, что «массовая культура» превращает людей в любопытствующих наблюдателей жизни, рассматривающих иллюзорный мир видеообразов как непосредственную действительность, а ре­ально существующий объективный мир — как иллюзию, до­садную помеху бытия. Потребление образцов массовой куль­туры по свидетельству психологов возвращает взрослых лю­дей на инфантильную стадию восприятия мира, а молодых потребителей этой культуры превращает в пассивных созер­цателей, неразборчиво поглощающих приготовленные им идеологические «рационы», агрессивно настроенных против любой критики в адрес любимых идолов массовой культуры.

Американские исследователи массовой культуры считают, что она в настоящее время выполняет функцию духовного наркотика. Погружая разум человека в мир иллюзий, массо­вая культура становится школой стереотипов, формирующей не только массовое сознание, но и соответствующее поведе­ние людей.

Средства массовой информации осуществляют большое воздействие на формирование ценностных ориентации, вку­сов и даже потребностей людей, определенным образом орга­низуя общественное мнение потребителей информации. Имен­но воздействие средств массовой информации обеспечивает рекламу любому товару, будь то вещам, идеям, новой мело­дии или другим предметам и произведениям искусства.

Массовая культура неразрывно связана с общими идеями потребительства, она неотделима от такого значимого явле­ния современной жизни, как мода, с ее законами подража­ния, внушения и заразительности. Мощным средством воз­действия на человека является реклама, построенная с уче­том психологии людей. Реклама формирует их потребитель­ские вкусы, указывая на образцы модного, а следовательно, и престижного потребления. Являясь социально-психологиче­ским феноменом, мода особенно сильно воздействует на наи­более эмоциональные и импульсивные слои населения — на женщин и молодежь, внушая им идеалы развлекательной, свободной от забот и ответственности жизни, жизни ради удовольствия, радости и счастья. Эти идеалы весьма далеки от действительности, но они неотразимо действуют на не­устойчивое сознание.

Чаще всего массовую культуру описывают лишь в крити­чески разоблачающем ключе. Кроме того, считалось, что та­кая культура существует лишь в условиях капитализма. Од­нако, массовая культура — закономерное явление общества. Ее основные признаки — распространенность культурного об­разца в массах, воспроизводимость массами этих культур­ных образцов.

Определенные стандарты творчества, их поддержка и по­нимание многими людьми, что характерно для массовой культуры, были присущи античной Греции, где чтение наи­зусть песен из «Иллиады» и «Одиссеи», являлось отраже­нием не только художественной значимости, но и широкой популярности произведений Гомера. Таким же явлением мас­совой культуры в России было сочинение частушек, как осо­бой формы песенного творчества, которая возникла на заре XX века и сохранила свое значение и в наше время.

Массовая культура связана со становлением и развитием массового сознания, а формирование этого массового созна­ния с помощью средств массовой информации может идти как по антигуманным, так и по высоконравственным образ­цам. Развитие средств массовой информации способствует тому, что миллионы людей получают возможность познако­миться как с важнейшими событиями, происходящими на всей земле, так и с планетарными достижениями науки, ис­кусства, увидеть уникальные природные явления, памятники культуры, глубже понять значение и роль культуры в жизни человечества.

Резкая критика в адрес массовой культуры в конечном итоге способствовала формированию более гибкого и разно­образного идеологического «меню», которое поставлялось средствами массовой информации потребителям. В него ста­ли включать различные демократические и гуманные идеи, рассчитанные на разные аудитории. Развитие средств массо­вой информации, как отмечают исследователи, способствует чистоте языка, уменьшению диалектных ошибок произноше­ния, формированию единой языковой культуры. Правда, за­частую этот единый язык оказывается построенным на лите­ратурных штампах, газетных клише и канцеляризмах.

Примерно сто лет назад философы, изучавшие культуру, обратились к анализу сущности и социальной роли массовой и элитарной культуры. Массовую культуру в те времена однозначно рассматривали как выражение духовного раб­ства, как средство духовного угнетения человека, как способ формирования манипулируемого несамостоятельного созна­ния. Ей противопоставляли элитарную культуру, которая воспринималась как способ жизнедеятельности, характерный для привилегированных слоев общества, интеллектуалов, аристократов духа, т. н.— цвета человечества. При этом исхо­дили из того, что неравенство людей естественно и оно будет существовать вечно. Что элита будет всегда и в любом об­ществе, что она составляет интеллектуальное, правящее мень­шинство, обладающее высокой активностью, развитым ин­теллектом, легко адаптируется в изменяющихся обстоятель­ствах. Еще А. Шопенгауэр и Ф. Ницше говорили, что они пи­шут для людей с особой восприимчивостью, для людей гени­альных, для «сверхчеловека», который обладает сильной во­лей к власти и огромным жизненным потенциалом. Пример­но ту же позицию занимали теоретики авангардизма и мо­дернизма, считая, что «серой массе» их труды и произведе­ния принципиально недоступны. Однако практика развития любого художественного направления опровергает этот те­зис. В любом обществе наряду с эстетически развитыми людьми существуют люди с неразвитыми вкусами. Причем они не только имеют право на существование, но и в состоя­нии создать свои, новые художественные школы и направле­ния (дадаизм, кич и др.). Кроме того, соотношение элитности и массовости культуры не является застывшим. То, что вче­ра еще было элитарным, сегодня становится предметом мас­совой культуры. И наоборот, явления массовой культуры не­редко становятся желанными для эстетствующей элиты.

Таким образом массовая и элитарная культура не имеют четко выраженных границ и зон разделения. Они представ­ляют собой единый общий процесс функционирования куль­туры.

В любом обществе процессы духовного производства и вся духовная сфера жизни общества не представляют собой еди­ного и монолитного целого. Это связано с тем, что духовное производство отражает отношение тех или иных групп людей к человеку, к обществу, к его культурным традициям и укла­дам. Поэтому в сфере культуры всегда существуют обще­признанные и общепринятые нормы, принципы и идеалы и такие феномены, которые находятся в оппозиции к господ­ствующим нормам, принципам и идеалам и отрицают их. Та­кие социально-культурные установки, противостоящие фун­даментальным принципам, стоящим в основе той или иной культуры, получили название субкультуры, крайняя форма которой называется контркультурой. Ее носители отличают­ся от большинства членов общества образом жизни, стилем мышления, поведением. Они стоят в оппозиции по отноше­нию ко всем или большинству признаваемых обществом цен­ностей. Такой контркультурой в недрах дореволюционной России выступали, в частности, ценностные установки раз­личных революционных партий, стремившихся к радикально­му изменению существовавшего в России общества на социа­листической, анархистской, эсеровской или другой платфор­ме. Вместе с тем, в дореволюционной России было много спе­цифических субкультур, которые существовали и успешно развивались как на старой патриархальной (старообрядче­ство) , так и на новой основе (толстовство, символизм, модер­низм и др.).

Наиболее значимой для жизни современного человечества выступает молодежная контркультура, как культура проте­ста против бесчеловечности индустриального общества, па­губной для всех людей урбанизации, против всех глобаль­ных проблем современности. Эти проблемы особенно остро осознаются молодежью, потому что любая из них имеет не­посредственное влияние на саму жизнь молодых людей.

Теоретическое обоснование концепции молодежной контр­культуры было заложено в целом ряде работ Г. Маркузе, Т. Оддорно и других представителей философии Франкфурт­ской школы. Они резко отрицательно относятся к современ­ной западной культуре, считая, что она, наряду с ее несом­ненными достоинствами (комфорт, удобство бытия), рож­дает и репрессивную терпимость людей, их «одномерность». Такие люди оказываются не способными и не желающими бороться за свободное развитие индивидуальности, проявле­ние собственной самобытности, самореализации. Борьба за свободу человеческого существования, по мнению представи­теля этой школы Г. Маркузе (1898—1979), должна начи­наться со всеобщего отрицания (тотальной негации) всего и вся. А осуществить такое всеобщее отрицание могут только те люди, которые находятся «на обочине» современного об­щества, не включены в систему репрессивной терпимости,—в первую очередь это — молодежь, деклассированные эле­менты и люди гетто.

Концепция всеобщего отрицания была подхвачена моло­дежью Запада. На ней основывалось движение «новых ле­вых» в начале 70-х гг., то молодежное движение, которое оказало существенное воздействие на реформу системы об­разования и заставило правительства ряда Западных стран создать специальные министерства по делам молодежи. В их задачи входит разработка политических и социально-эконо­мических мероприятий, обеспечивающих бесконфликтную и высокоэффективную адаптацию молодежи к существующей культурной среде.

Молодежную культуру в 70-х гг. на Западе назвали куль­турой протеста. В эти годы молодежь резко выступила про­тив системы ценностей отцов, заявив, что она не хочет пре­успевать в бизнесе, что надо делать любовь, а не деньги, что она не хочет быть поглощенной буржуазной действительно­стью. В качестве альтернативы западного образа жизни мо­лодежь создала движение панков и хиппи, занялась изуче­нием восточных религий и нравственно-мистических учений, встала в ряды террористических «красных бригад», стреми­лась к тотальному отрицанию и разрушению рационалисти­ческой культуры Запада.

Зачастую молодежную контркультуру представляли как движение невоспитанных, отклоняющихся от нормального поведения юнцов, склонных к драке и авантюрам. Однако такое представление не соответствовало действительности. Несмотря на вызывающее «карнавальное» поведение, моло­дежь ставила на обсуждение важнейшие вопросы бытия: как жить правильно, не будучи прикованным к капиталистиче­ской каторжной тачке «порядочного общества», возможна ли чистая любовь в мире, где все продается и покупается, мож­но ли создавать семью сейчас, когда надо всем человечест­вом нависла угроза уничтожения, есть ли в современном мире честность и уважение к жизни?

Молодежь оказала самое существенное воздействие на мир, в котором она жила. Именно молодые люди Европы и США наиболее резко выступили против войны во Вьетнаме. По инициативе молодежи создавались партии «зеленых» и возникло движение «за зеленый мир». Она добилась рефор­мы высшего образования, снижения возрастного ценза при выборах в Парламенты.

Конечно, обладая малым социальным опытом, будучи им­пульсивной и неустойчивой в своих настроениях, молодежь нередко становилась и становится игрушкой в чужих руках. Ее безжалостно эксплуатирует шоу-бизнес и коммерческий спорт. Из нее выкачивают деньги индустрия досуга и мод­ные магазины. Она подвержена влиянию масс медиасредствам массовой информации. Но в целом процесс адаптации молодежи к существующей в обществе культуре проходит достаточно эффективно, и подрастающее поколение молодых людей пока не нашло путей развития человечества, ориги­нальнее тех, по которым прошли и идут их родители.

Особого внимания заслуживает анализ процесса коммер­циализации современной культуры.

Специалисты на Западе посвящают свои научные иссле­дования тому, как активизировать покупательский спрос лю­дей, как сделать сферу их досуговой деятельности коммерче­ски выгодной для бизнеса развлечений. Людям внушаются стереотипы поведения — обязательность путешествий, подар­ков, обладания сувенирными вещами и символами, буклета­ми и проспектами, фотографиями и пр. Это все более соот­ветствует тезису культурологов о том, что на смену человеку разумному приходит человек потребляющий, а на смену че­ловеку производящему — человек играющий.

В обществе, где рыночные отношения становятся главны­ми и определяющими, законам рынка подчиняются все сфе­ры жизни: экономика, политика, социальные отношения — все подчинено господству товарно-денежных отношений. И лишь немногие учреждения сферы культуры могут проти­востоять натиску рынка. Это же относится и к творческим личностям, которые нередко оказываются не в состоянии про­тивостоять натиску коммерции с ее непременным требова­нием финансового процветания.