Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
Практикум по новой истории.doc
Скачиваний:
2
Добавлен:
01.07.2025
Размер:
2 Мб
Скачать
☆

41. Ф. Энгельс о причинах относительной пассивности пролетариев в период государственного переворота

2 Декабря 1851 г.

...Следует помнить, что та часть революционного рабочего класса, которая составляла его подлинную мощь, его цвет, была либо перебита во время июньского восстания, либо же, после июньских событий, сослана или брошена в тюрьмы под бесчисленными предлогами всякого рода. И, наконец, существовал такой фактор, который уже сам по себе обеспечивал Наполеону нейтралитет громадного большинства рабочего класса: промышленность и торговля были в превосходном состоянии, а англичанам достаточно хорошо известно, что, когда рабочие полностью обеспечены работой и приличной оплатой труда, нельзя вызвать волнений, тем более революции.

Ф. Энгельс. Действительные причины относительной пассивности французских пролетариев в декабре прошлого года. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 8, стр. 237.

42. Приказ Луи Бонапарта от 2/XII 1851 г. О роспуске Национального собрания

Именем французского народа

президент республики объявляет:

Статья 1. Национальное собрание распускается.

Статья 2. Всеобщая подача голосов восстанавливается. Закон от 31 мая отменяется1.

Статья 3. Французский народ голосует по своим окру¬гам с 14 декабря по 21 декабря с. г.

Статья 4. Первый военный округ объявляется на осад¬ном положении.

Статья 5. Государственный совет распускается.

Статья 6. Исполнение настоящего декрета возлагается на министра внутренних дел.

1. 31 мая 1850 г. реакционное Законодательное собрание отменило всеобщее избирательное право.

Виктор Гюго. История одного преступления. Собр. соч., т. 5. М., 1954, стр. 254.

43. Виктор Гюго о кровавом характере государственного переворота Луи Бонапарта

Войска стреляли по народу в упор.

Это была непередаваемая, страшная минута: отчаянные вопли, поднятые к небу руки, изумление, ужас, толпа, разбегающаяся во все стороны. Пули свистели в воздухе, градом сыпались на мостовые, на крыши; улица мигом усеялась трупами, первые выстрелы настигли молодых людей, которые стояли, покуривая сигары, женщин в бархатных платьях; два книготорговца были расстреляны на пороге своих лавок неведомо за что; стреляли в отдушины подвалов, убивали кого попало; павильон на бульваре сплошь изрешетили ядрами и снарядами; магазин Саландруз выбрали мишенью для пушек, засыпали картечью ресторан Мезон д'Ор, взяли штурмом кафе Тортони, завалили бульвар сотнями трупов, залили кровью улицу Ришелье...

Перед лицом этих неслыханных злодеяний я, пишущий эти строки, заявляю: я всего-навсего писец в суде, я заношу преступление в книгу, объявляю дело к слушанию. В этом заключается вся моя обязанность. Я вызываю в суд Луи Бонапарта, вызываю его сообщников — Сент-Арно, Мопа, Морни, Мань-яна, Карреле, Канробера, Ребеля; палачей, убийц, свидетелей, жертв, раскаленные пушки, дымящиеся сабли, подпоенных солдат, погруженные в скорбь семьи, умирающих, мертвых, ужас, кровь, слезы — все это я вызываю предстать перед судом цивилизованного мира...

Виктор Гюго. Наполеон Малый. Собр. соч., т. 5. М., 1954, стр. 80—81.