Зверь из моря

13:1–10

1. Великий дракон, сатана — искусный подражатель Богу. Его подчинение Богу, восседающему на престоле Вседержителю (гл. 4), тот факт, что он всегда остается «Божьим дьяволом» (как называл его Лютер), становится ясным из того, что он действует в пределах, положенных ему Богом. Он исполняет «свой аккомпанемент, отставая от Бога на половину такта». Поскольку Бог является в Трех лицах (ср. ст. 1:4–5), сатана являет себя в анти-троице дракона (гл. 12), первого зверя (ст. 13:1–10) и второго зверя (ст. 13:11–18), которые соответственно противопоставлены Отцу, Сыну и Святому Духу. Сатанинская анти-троица с самого начала обозначена как печальное и извращенное подражание божественной Троице. Пророк видит антихриста как «зверя, выходящего из моря». Он приходит не для того, чтобы служить и предать Себя во искупление многих (Мф. 20:28). Он — воля хищного зверя, который безжалостно выискивает свою добычу. При всем его кажущемся сходстве с чем-то божественным, он принадлежит к низшему разряду существ, которые становятся великими, унижая других, к тем, кто «правят над» и властвуют над» другими, чтобы самим стать великими (Мф. 20:25). Кроме того, он выходит из моря, того элемента, который с точки зрения Библии представляет собой остаток подчиненного хаоса, который всегда стремится вновь обратиться в хаос.

Именно из бурного моря в видении Даниила выходят четыре зверя, которые символизируют мирские силы в их враждебности и противодействии по отношению к народу Божью, «святым Всевышнего» (Дан. 7). Подобно им, этот зверь есть нечто внушительное, с десятью рогами власти, по-царски украшенными диадемами, и с семью головами. Глядя на море в сторону Запада, Иоанн смотрел на Рим. Он вспоминал о власти Римской империи и о внушительности имперской организации власти. «Богохульные имена» на головах зверя напоминали о титулах, которыми римское патриотическое и религиозное рвение наделяло обожествленных императоров: «святой», «вечный», «непобедимый», «Господь и Бог» — о титулах, которые богохульно выражали человеческую готовность внимать змию и быть «как боги» (Быт. 3:5).

2. Характерные черты зверя (барс, вол, лев) заимствованы из различных черт четырех зверей из видения Даниила (Дан. 7). Все те примеры нечеловеческого величия, которые мир мог увидеть в имперской власти прежде, возникают в этом звере, которому дракон дал анти-мессианскую силу, царство и великую власть.

3. Поразительнее всего то, что антихрист напоминает закланного Агнца (ср. ст. 5:6). Антихрист также — Лжехристос. Будучи живым, он несет на своих головах отметины смертельной раны. Нет ничего удивительного в том, что весь мир в почтительном ужасе следует за ним. Какое требуется иное доказательство власти? Какое правление может гарантировать жизнь своим подданным более явно, нежели это?

4. Люди «поклонились дракону», который дал такую оживотворяющую власть мессианскому зверю. Они «поклонились зверю» с тем же возгласом изумленного почитания, которым некогда искупленный Израиль прославлял Господа Победителя, освободившего Свой народ из Египта:

«Кто, как Ты, Господи, между богами?... Ты ведешь милостью Твоею народ сей, который Ты избавил... Господь будет царствовать во веки и в вечность» (Исх. 15:11, 13, 18).

Представление об антихристе как о морально пораженном звере, который едва выжил, весьма возможно, указывает на тайну, окружавшую смерть императора Нерона в 68 г. от Р. Х. Ни один император так не настаивал на своей божественности, и ни один не был таким «зверем» в своей похоти и жестокости, каким стал Нерон. Карнавальная атмосфера, которой император окружил убийство христиан в 64 г. от Р. Х., вызвала отвращение у подданных. Даже Тацит, римский историк, который писал об этом спустя годы, не скрывал своего отвращения. Вероятнее всего Нерон пал от своей собственной руки. Однако шли упорные слухи о том, что хотя он и был тайно убит, но его вывезли на Восток, и что он возвратится во главе восточной армии (с парфянами, вызывавшими ужас врагами Рима), чтобы вернуть себе власть. Несколько раз на исторической арене возникали люди, объявлявшие себя Нероном, вернувшимся к жизни. Один из самозванцев появился в 89 г. от Р. Х., всего за шесть лет до того, как Иоанн написал Откровение. Греческий автор начала второго века отметил, что «большинство людей верит, будто Нерон все еще жив».

Зверю принадлежит мир и будущее! Только глупец или безумец, да еще — эти странные создания, христиане, помыслил бы о том, чтобы противиться ему!

5. Однако христиане, силой, дарованной им через видение и глас пророка, могут и должны сопротивляться зверю (ср. ст. 10). Они знают, насколько ложна аура непобедимости, которая окружает первого зверя. Они знают, что в этом сатанинском триумфе Бог все еще властвует. Четырежды в трех стихах (ст. 5–7) пророк провозглашает, что какой бы властью ни обладал зверь, она «была дана» ему Богом, и все, что зверь делает, «было позволено» Богом. И Бог, провозглашает пророк, а не дракон, и не его мессианский зверь назначает продолжительность правления антихриста и время его триумфа (которое определяется уже знакомым нам обозначением времени скорби, «сорок два месяца», ср. комментарии к ст. 11:2). Правление антихриста ограничено. Бог и Агнец будут иметь «благословение и честь, и слава и державу во веки веков» (ст. 5:13).

6. Антихрист не самодостаточен даже в своем богохульстве. Хотя он изрекает великие слова хулы на Бога и Его откровение Самого Себя (Его «имя»), а также на Его постоянное присутствие между людьми, чье «сокровище на небесах» (Флп. 3:20). Он может поступать так лишь потому, что это ему «дано» (ст. 5).

7. Страдательный залог указывает на то, что именно Бог дает ему позволение —нападать на Бога и на Его святых словом и делом. Ему позволено «просеять» святых «подобно пшенице» (Лк. 22:31) в захватнической войне, которую он ведет против них. Святые также подвергаются ужасающему давлению большинства (ср. Мф. 7:13–14), ибо зверю дана власть «над всяким коленом и народом, и языком и племенем».

8. Поклонение зверю становится всемирной религией, требующей приверженности от «всех живущих на земле» (ср. ст. 11:10), исключая тех, кого избирающая любовь Божья навеки занесла в список граждан Его вечного града, а также — записанных в книге Агнца, Чья кровь освободила их от грехов и отметила их как священников и царей Божьих (ст. 1:5–6). Перо Бога сильнее меча зверя!

9. Если святые еще существуют, живы в том триумфе, который Павел описал словами: «Нас почитают умершими, но вот, мы живы» (2 Кор. 6:9), то — слова, которые им надлежит услышать и сохранить.

10. Они должны решиться быть плененными. Они не должны осмеливаться на убийство. Господь забрал из их рук меч мстительного убийства (ср. Мф. 26:51–52). Нет иного пути к жизни, помимо Его пути «верности до самой смерти» (ст. 2:10). Дорога в Царствие пролегает через смерть. Царство, которое Иисус дал несчастным и гонимым (Мф. 5:3, 10), призывает к «долготерпению и вере», а не к ревнующей вере, которая «берется за меч». Вопль, который призывает святых терпеть и принять смерть, отзывается, словно эхо слов из Иер. 15:2:

«Кто [обречен] на смерть, иди на смерть; и кто под меч, — под меч» (ср. Иер. 43:11).

Древняя рукопись Откровения дает возможность прочтения, которое еще более явно отражает слова Иеремии. Этот факт и то обстоятельство, что данное прочтение является более трудным, а потому — более вероятно, что его изменили древние переписчики (в подражание речи Иисуса в Мф. 26:52), делает его достойным рассмотрения. В этом случае мы можем прочесть:

«Кто ведет в плен, тот сам пойдет в плен; кого мечом убивают, тому надлежит быть убиту мечом».