1.2 Политические предпосылки и причины

По своему политическому строю Иран являлся монархией. Господствующим классом являлись феодалы-землевладельцы. Страной правила династия Каджаров. Шах считался неограниченным правителем страны. Каджарским монархам принадлежала единоличная наследственная власть.

Правление Каджаров было крайне деспотическим. Британский государственный деятель Джордж Керзон писал в 1892 году: «В стране, столь отсталой с точки зрения конституционного развития, столь нуждающейся в порядке, законах и хартиях, столь твердо держащейся бессмертных традиций Востока, личный элемент, насколько можно судить, в значительной степени доминирует; и система правления в Персии представляет собой не более чем деспотическую власть, осуществляемую рядом единиц по нисходящей шкале – от суверена до старосты небольшой деревни» [10, с. 10]. Правление Каджаров зиждилось не на силе или централизованной бюрократии, а на манипулировании одной группировкой против другой. Это манипулирование облегчалось раздробленностью иранского общества.

Фактически страной от имени шаха управлял назначаемый им первый министр, носивший титул садр-азам. Помимо садр-азама имелись также министры, однако они никакой роли не играли. Всего было четырнадцать министерств: министерства иностранных и внутренних дел, народного просвещения, юстиции, путей сообщения, печати, военное, финансов, полиции, государственных имуществ, министерство налогов, министерство остатков, контролирующее правильное поступление малиата, министерство таможен и почт, и министерство двора. При назначении министров главную роль играли связи и размер подношений садр-азаму и шаху.

При решении важных дел главную роль играл шахский двор с многочисленными приближенными и родственниками шаха. До начала XX века сохранялась откупная система. Очень широко было распространено в государственном аппарате Ирана взяточничество. Взятки брали все, включая шаха, садр-азама и министров, размер взяток зависел от условий проблемы.

В административном отношении вся страна делилась на провинции и области. К началу XX века провинций насчитывалось четыре: Азербайджан, Хорасан, Фарс, Керман, а областей – свыше 30.

Провинции и области Ирана управлялись генерал-губернаторами и губернаторами, назначение которых происходило раз в год и зависело не от личных качеств кандидата, а от размера пишкеша садр-азаму и шаху. Обязанности генерал-губернатора и губернатора заключались в учинении суда и расправы по своему усмотрению и во взимании поземельного налога с крестьян и с городских ремесленников [3, с. 158]. Генерал-губернаторы и губернаторы провинций и областей являлись по существу почти независимыми феодальными правителями. Они смотрели на находившиеся под их властью области как на свои вотчины и на источник обогащения [8, с. 43]. Еще более независимыми от Тегерана правителями своих областей были ханы – вожди кашкайских, бахтиарских, курдских, арабских и других племен.

Военные силы Ирана состояли из регулярных войск (пехота, небольшая часть конницы и артиллерия) и иррегулярных отрядов конницы, состоящих из кочевых племен. Член правления русского Учетно-ссудного банка Персии Грубе в 1903 году сообщал из Тегерана о состоянии шахской армии: «Военное министерство ежегодно поглощает около двух миллионов туманов. Часть этих денег остается в кармане самого министра, другая часть идет в пользу военных мустофи и различных лиц и незначительная часть – на содержание самих сарбазов (солдат), живущих впроголодь, почему им и приходится наниматься в чернорабочие и зарабатывать хлеб личным трудом. Вследствие этого о военных качествах сарбазов и дисциплине между ними и не может быть и речи» [3, с. 157].

Находившиеся на службе сарбазы, кроме маршировки и репетиций шахского смотра, ничему не обучались, и заняты были, главным образом, добычей разными путями средств для своего пропитания, так как большую часть отпускаемых на содержание сарбазов денег и натурального довольствия забирали себе командиры частей. Некоторые шахские войска числились только на бумаге. Единственной дисциплинированной воинской частью была персидская казачья бригада.

Финансы страны находились в состоянии тяжелого кризиса. В начале XIX в. государственный бюджет имел ежегодный дефицит в сумме около 3 млн. туманов при общих доходах 7 – 8 млн. туманов. Главным источником государственных доходов был малиат (налог с земельных владений, скота, торговли, ремесла) и таможенные сборы. Взимание малиата проводилось местными властями и сопровождалось насилием и самоуправством. Генерал-губернаторы и губернаторы присваивали значительную часть собираемого с населения малиата. Дошедшие до казны государственные средства шли в основном на содержание шахского двора, правителей областей, шахских войск, на выплату огромного количества «пенсий», пожалованных шахом различным лицам, большинство которых обычно не выполняло никаких обязанностей. Эти «пенсии» составляли около 4 млн. туманов в год, или половину всех поступающих государственных доходов. Дефицит государственного бюджета покрывался в основном за счет иностранных займов, которые еще больше усиливали закабаление страны иностранным капиталом [8, с. 49].

Существующее положение страны грозило Ирану полной потерей национальной независимости и превращение его целиком в аграрную отсталую колонию империалистов. Это вызвало возмущение и недовольство широких слоев населения. Лишь только феодальная верхушка во главе с Каджарской династией, продавшая страну иностранным капиталам и продолжавшая спокойно грабить населения Ирана, была за сохранение существующих порядков.

Однако часть феодальных землевладельцев, крупная торговая буржуазия, стоявшие за сохранение существующего строя, были заинтересованы лишь в верхушечных реформах управления страной, тогда как национальная буржуазия, формирующийся рабочий класс и крестьянство были за более радикальные преобразования, духовенство же разделилось на два лагеря.

Еще одной причиной, приведшей к началу революции в Иране, являлась революция 1905-1907 годов в Российской Империи.