1.3 Алкоголизм как миф, как мифологическая семиотическая система

Норвежский доктор медицины Ханс Олав Фекьяер, работая на протяжении многих лет с наркоманами, установил, что общепризнанные взгляды на роль алкоголя и наркотика полны противоречий. Он показал, что кажущееся «магическим» влияние алкоголя и других наркотиков на человека и приписываемый их воздействию «кайф» или эйфория крайне мало связаны с их чисто фармакологическими свойствами. Они в сущности являются обычными химическими веществами (точнее сказать – ядовитыми химическими веществами), а магическими их делает общественное мнение.

Для многих вино – это установленный символ приятного времяпровождения. Выбор символов не является решающим. Решающим является процесс обучения, который закрепляет за символом приятные ассоциации; как показано выше, существуют определенные стереотипы в отношении алкоголя. Они пропитывают общественное сознание, средства массовой информации тиражируют и распространяют их. Незаметно для индивида он усваивает эти установки, и алкоголь приобретает новые значения, смыслы, становится знаком того или иного состояния. Многие «благотворные» эффекты алкоголя приходят в действие при виде, запахе и ощущении вкуса напитка. Уже до выпивки у пьющего меняется настроение, ещё до того, как алкоголь абсорбировался в кишечнике, изменяется состояние.

Наиболее частой символической функцией алкогольных изделий является их функция знака или сигнала, определяющего границу между дневной рутиной и желанным временем отдыха. В дополнение к алкоголю наша культура использует нарядную одежду, дорогую еду, свет свечей, музыку и пр. Интоксиканты хорошо служат для обозначения ситуации «СЕЙЧАС – Я – РАССЛАБЛЮСЬ – И – ХОРОШО – ПРОВЕДУ – ВРЕМЯ». Это обусловлено тем, что действия интоксикантов служат помехой для всех видов полезной работы.

Употребление алкоголя часто используется как символ взрослости. Из-за возрастающего страха общества перед наркотиками они заменяются алкоголем, употребление которого позволяет пощекотать нервы, подобно скалолазанию или дельтапланеризму: радость, смешанная со страхом.

Людям нужно встречаться друг с другом, удовлетворяя потребность в общении. Но часто они боятся признаться, что встречаются только ради встреч. Более принято приглашать на кофе, чай, кружку пива. Распространение кофе в XIX веке было связано с намерением уменьшить «зло пьянства», то есть убрать ритуал с вредным побочным действием. Кофе был экзотическим напитком, поэтому очень подходил для ритуала «ПОЗВОЛИТЬ - СЕБЕ - НЕЧТО - ЭКСТРАОРДИНАРНОЕ».

Совместная деятельность порождает чувство сообщности и неважно, какова эта деятельность - курение сигареты обычной или с марихуаной, употребление водки, самогона или поедание какой-то пищи. Выбор того или иного интоксиканта определенным возрастом символически характеризует группу, создает имидж группы. Употребляемый интоксикант – набор общих ценностей. Выбор ценностей наиболее сильно связан с употреблением нелегальных наркотиков, которые спаивают группу в позицию «МЫ – ПРОТИВ – БОЛЬШИНСТВА». Существование коллективного внешнего врага или опасности укрепляет единство и солидарность любой группы. Распространено мнение, что употребление алкоголя является обязательным условием членства в некоторых группах. Можно символически через употребление кокаина, алкоголя, сигарет включиться в социально- престижные группы. Выбирать стиль жизни – означает выбирать, на кого бы человек хотел быть похожим. И если через средства массовой информации известно, что поп-звезда, спортивный кумир употребляет наркотики, то при употреблении этого наркотика подростком он удовлетворяет свою потребность принадлежности к этому избранному кругу.

Фекьяер на большом экспериментальном материале, анализируя транскультурные исследования, показывает искусственный характер эффектов, связываемых с алкоголем и другими наркотиками. Остановимся на некоторых, наиболее ярких и важных закономерностях. Интоксикантам приписывается множество различных воздействий, причем эти воздействия противоречивы: одни люди становятся счастливыми, другие - несчастными; одни - активными, другие - пассивными и т.д.

Адлер показал, что интоксиканты предлагают уход от личной ответственности, перекладывая её за пределы личности. Ранее Л.Н. Толстой писал о том, что люди пьют, чтобы заглушить голос совести, тогда им легче объяснить социально неодобряемые или просто неудачные поступки. Кроме того алкоголь является поводом уклонения от своих обязанностей. Социальные психологи Стивен Берглас и Эдвард Джонс доказали, что люди создают обстоятельства для того, чтобы защитить свое самовосприятие как компетентных и интеллигентных личностей. (Экспериментально было показано, что при выполнении сложных задач большинство испытуемых предпочли принять наркотик, снижавший умственную деятельность, что могло служить им оправданием при поражении).

Интоксиканты могут использоваться как успокаивающее средство. Когда человек после выпитого алкоголя как бы перекладывает часть ответственности на помеху (на алкоголь), его беспокойство снижается, то есть энергия, расходуемая на контроль беспокойного состояния, освобождается для выполнения поставленных задач.

Привлекательность интоксикантов для человека не является естественной. Многочисленные эксперименты с животными показали, что только поставив их в условия принудительного употребления интоксикантов, можно сформировать у них предпочтение в будущем этих веществ. Психиатр Баклист пришел к выводу: большинство животных нельзя сделать наркоманами. Животные обычно избегают эти вещества, когда у них есть выбор.

Химические эффекты интоксикантов являются результатом внушения. Социолог Г. Бейкер проинтервьюировал 50 курильщиков марихуаны. В начале своей карьеры курильщиков потребители марихуаны должны были научиться надлежащей технике курения марихуаны. Так как воздействие было слабым, они должны были научиться истолковывать внутренние ощущения как воздействия марихуаны. Только через некоторое время большинство курильщиков смогло чувствовать реакции, которые они приписывали марихуане. Многих пугали вызываемые марихуаной эффекты. Опытные курильщики успокаивали их, говоря, что такие реакции нормальны. Они учили новичков тому, что к двусмысленному состоянию, вначале воспринимаемому как неприятное, надо относиться как к доставляющему удовольствие. Аналогичное происходит и в начале употребления алкоголя и табака. Г. Бейкер делает вывод: «Пристрастие к такому состоянию (курение марихуаны) является социально приобретенным, таким же, как и приобретенное пристрастие к устрицам или сухому мартини. Курильщик чувствуют головокружение, жажду, звон в голове, он путается во времени и пространстве. Приятно ли это? Он не уверен. Если он продолжает курить марихуану, то решает, что приятно. Другими словами, психологические эффекты, которых наркотик сам по себе не вызывает, могут оказаться «усвоенными истолкованиями необычных чувств». Эффекты могут также наблюдаться и без какого-то заметного химического влияния. Эти эффекты можно назвать чистыми эффектами ожидания, другими словами - эффектом плацебо. Химически нейтральное вещество при наличии эффекта ожидания вызывает физиологические изменения, дает лечебные и побочные эффекты.

Проведено много исследований по интоксикантам с целью определить вызываемый ими эффект. Э. Вэйл установил, что так называемый «кайф» от марихуаны - это следствие истолкования, а не симптомов как таковых. Психиатры из Сан-Франциско и Нью-Йорка обнаружили, что курильщики марихуаны испытывают такой же «кайф» от плацебо, как и от марихуаны, даже если доза марихуаны весьма значительна. «Кайф» просто усвоен и он запускается скорее запахом и вкусом, чем активным веществом марихуаны. Стоило только изменить ритуал приема конабиса (он заглатывался, в кишечнике он легко поглощается, химический эффект тот же), как курильщик испытывал только неприятные воздействия. Аналогичные результаты полученные по морфину и ЛСД. Препараты давали чувство изменения (я не такой, как обычно), а уже интерпретация этого эффекта больше определяется ситуацией, личностью и ожиданиями. Слепой тест с ЛСД с участниками, не знакомыми с ним, подтвердил, что препарат может вызывать многочисленные психические симптомы. Большинство участников считало его действие неприятным.

Психологическое действие алкоголя.

Для изучения влияния алкоголя, его влияния на психологическое состояние проведено большое число методически совершенных экспериментов. Классическими считаются эксперименты А. Марлатта - профессора психологии Вашингтонского университета.

Участники эксперимента, полагавшие, что пили алкоголь (но на самом деле это был просто тоник с газированной водой), демонстрировали явно алкогольное поведение. Для убедительности уровень алкоголя измерялся по выдоху в электронный алколометр. Алколометр был поддельным и только подтверждал то, что было сказано о содержании алкоголя. В других экспериментах, построенных по такой же схеме, изучалось влияние алкоголя на сексуальное возбуждение. Четырем группам испытуемым предлагали для просмотра порнографические картинки. Те, кто полагали, что пили алкоголь, решили, что картинки явно более стимулирующие, чем те, кто полагал, что не получал алкоголя. Алкоголь сам по себе значения не имел.

а) алкоголь как успокаивающее средство

Глубоко укоренилась та идея об алкоголе, что он является успокаивающим средством. В результате эксперименты противоречивы: в четырех экспериментах отмечено увеличение беспокойства; в семи не выявлено значительного эффекта; в четырех отмечено уменьшение беспокойства.

б) алкоголь и агрессивность

по схеме Марлатта изучалось 96 человек. Половина участников провоцировалась оскорбительными замечаниями со стороны людей, которых можно было подвергать электрическому шоку. Уровень агрессивности был существенно выше у тех участников, которые верили, что выпили алкоголь.

в) алкоголь и производительность труда

Исследовалось время реакции, координация на тренажере. В результате экспериментов пришли к заключению, что навыки ухудшаются и снижается производительность труда.

Столетиями люди учили друг друга тому, что алкоголь снимает напряжение, улучшает настроение, ослабляет беспокойство. Единственный эффект, убедительно продемонстрированный в экспериментах – это ухудшение навыков работы и производительности труда.

Наиболее убедительными исследованиями являются наблюдения за эффектами алкоголизации в разных культурах. Например, индейцы Юрупа в Южной Америке, выпивая большие дозы алкоголя, не проявляют расторможенного поведения, так же как индейцы Вилос в Андах. У индейцев Вилос во время выпивки совершенно отсутствуют внебрачные связи и преступность. Народ Комби в Боливии пьет 89% раствор спирта. Напиваются допьяна дважды в месяц. При этом наблюдается явное ухудшение в работе, но никаких агрессивных действий в словесной или физической форме, так же как и сексуальной активности. Племя Басуто из Южной Африки традиционно употребляет большое количество пива крепостью 4-5% во время общественных событий и никакой агрессивности при этом не проявляет. Когда Басуто переезжают жить в города и усваивают культуру белого пьяного человека, то пиво начинает оказывать на них совершено иное действие, со всеми эффектами, присущими опьянению белых людей.

Антропологи пришли к выводу, что эффект расторможенного поведения при потреблении алкоголя обусловлен исключительно культурой общества, и расторможенное хмельное поведение было распространено белым человеком в другие культура так же, как галстук и кока-кола. Эдгертон и Эндрю сделали вывод: «В ходе социализации люди узнают о пьянстве то, что общество знает о пьянстве, и принимая эти знания, действуют в соответствии с ними, являясь живыми подтверждениями учения общества».

Выдвигаемые учеными физиологические механизмы опьянения (центр удовольствия, влияние эндорфинов) направлены на то, чтобы фармакологи- чески объяснить и оправдать ощущения, которые имеют социальное происхождение.

Интоксиканты реально понижают кровяное давление, замедляют мыслительные процессы, ухудшают координацию движений. И когда люди принимают препараты, не ожидая поймать «кайф», они замечают только эти физические, фармакологические эффекты. «Кайф», «балдеж», «эйфория» – такие слова и понятия оформляют наши идеи и направляют наше понимание окружающего мира. «Кайф» реально существует в нашем языке и наших мыслях. Антрополог Макморман пишет: «Фармакологическое действие алкоголя заставляет людей чувствовать себя иначе, чем тогда, когда они не пьют. Даваемые этим ощущениям значения, то есть, как человек истолковывает эти чувства и направляет свои ощущения, обуславливается культурой общества, где он живет».

Э.Вэйл по этому же поводу высказался так: «ни одно вещество не заставляет людей автоматически ловить «кайф». Человек должен научиться истолковывать физические эффекты наркотиков как повод для «кайфа». Ожидания людей и общества заставляют человека связывать внутренние переживания с физическими ощущениями, вызываемыми наркотиками. Если же эта связь отсутствует или прерывается, люди могут принимать высочайшие дозы наркотика без «кайфа». Они ощущают только притупление чувств. «Кайф» - это не фармакологический эффект определенных химических веществ, а социально внушенное истолкование фармакологического эффекта.

г) психологические особенности восприятия вкуса алкогольных изделий

Широко распространенно мнение, что алкогольные напитки пьют из-за их чудесного вкуса. Исследования вкусовых предпочтений позволили установить, что только предпочтение сладкого является естественным, оно существует во всех культурах, и даже младенцы предпочитают сладкое. Все иные вкусовые предпочтения приобретены социально через научение. Вначале вкус алкогольных изделий практически никому не нравятся. Для маскировки этого вкуса алкоголь употребляют либо в смеси, либо с сахаром. Вкус концентрированного алкоголя жгучий, поскольку он раздражает слизистую оболочку рта при высоких – выше 20% концентрациях. При более низких концентрациях он распознается с трудом. Исследованием, проведенным в Вирджинском университете, показано, что определить наличие алкоголя концентрацией 5 - 7% в пиве невозможно (предлагалось для оценки алкогольное и безалкогольное пиво). Регулярные потребители пива не смогли точно определить, является ли пиво крепким, средним или очень слабым по содержанию этанола. В других экспериментах, описанных в «Британском медицинском журнале», надо было отличить дорогие солодовые сорта виски от обычных смешанных сортов. Участвовало четверо регулярных потребителей виски и четверо неопытных. Им были завязаны глаза и даны по бокалу пива каждого из шести сортов. Новички дали правильный ответ в 50% случаев, что равнозначно тому, если бы они просто бросали монету. Ответы опытных участников были не намного лучше – 58%.

В другом эксперименте подлинные эксперты, работающие в алкогольной индустрии, оценивали дорогие и дешевые сорта виски. Среди смешанных виски выиграл, опередив своих выдающихся собратьев, дешевый сорт «Koon». Среди солодовых виски выиграло дешевое виски, тогда как «король» оказался последним. Можно сделать вывод, что алкоголь как таковой не имеет особо хорошего вкуса [113].

Обобщая, можно отметить, что общепринятые стереотипы имеют характер самовыполняющегося предсказания. Если есть ожидание, что вещество изменит настроение, то такое изменение, как правило, происходит. В личных субъективных ощущениях внушенные истолкования не могут быть отделены от реальных фармакологических эффектов. Стереотип, что вещество снимает торможение, тем более самовыполняется. Если вещество является причиной (и оправданием) несдержанного поведения, то такое поведение имеет место. В группах, где такие общественные стереотипы не распространены и соответствующее поведение не наблюдается.

Сторонники интоксиканта доказывают, что вещество раздражает центр радости в мозгу и снимает напряжение. Противники настаивают, что интоксикант парализует моральный центр и превращает благоразумного гражданина в низменного негодяя. Само по себе химическое вещество не является ни магическим, ни мистическим. Люди придают ему символическое значение, используют его в ритуалах и наделяют его сверхъестественными свойствами.