2.4. Предметный мир шмелёвского героя. Национальный тип русского человека-христианина.

В «Богомолье» и особенно «Лете Господнем» в полную меру проявился талант Шмелёва – художника слова. В замечательных описаниях – перечнях лавок, еды, явлений природы, людей – неповторимый колорит начала XX века.

«За ухою и расстегаями – опять и опять блины. Блины с припеком. За ними заливные, опять блины, уже с двойным припеком. За ними осетрина паровая, блины с подпеком. Лещ необыкновенной величины, с грибками, с кашей…, наважка семивершковая, с белозерским снежком в сухариках, политая грибной сметанкой…, блины молочные, лёгкие, блинцы с яичками…, ещё разварная рыба с икрой судачьей, с поджарочкой…, желе апельсиновое, пломбир миндальный – ванилевый…» (6: с. 214)

Шмелёвский герой, открывая мир предметов, в обычной свёкле видит «»кроваво-красный арбуз», в солёных огурцах – золото. Даже битые скорлупки от яиц необычны: «розовые, красные, синие, жёлтые, зелёные…в луже святятся». Да и сама лужа – чудо: «…в полдвора…Вся голубая лужа, и солнце в ней, и мы с Горкиным, маленькие , как куколки, и белые штабеля досок , и зеленеющие берёзы сада, и круглые снеговые облачка»( там же: с. 236).

Столь же наглядно, осязаемо реально воспринимается капель («за окном, как плачет»), снег (как толчёные орехи или халва), лёд – «сахар», «золотое и голубое утро». Чудо, что «запел-зажурчал» чижик зимой. Чудо, что старая кобыла Кривая сама останавливается там, где много лет назад останавливалась умершая бабушка. Чудо – воробьи («хочется покачаться сними»). Даже тараканы –прусаки вызывают интерес ребёнка. «С пузика они буренькие и в складочках, а сверху чёрные, как сапог, и с блеском. На кончиках у них что-то белое, будто сальце, и сами они ужасно жирные. Пахнут, как будто ваксой или сухим горошком» ( 6: с. 238).

Юный герой ощущает своё родство с миром , единство людей, зверей, природы. По Шмелёву, именно в чувстве такого всеединства важнейшая особенность русского национального характера.

Церковные праздники воспринимаются героем (и самим писателем) не как исторические воспоминания об ушедшем прошлом, а как сегодняшняя жизнь. «Пойдёт завтра Господь, во Святой Троице, по всей земле. И к нам зайдёт», - внушает мальчику старик Горкин. «Кажется мне, - подхватывает рассказчик, - что и на нашем дворе Христос. И в коровнике, и в конюшнях, и на погребице, и везде. В чёрном крестике от моей свечки – пришёл Христос. И всё для него, что делаем… Мне теперь ничего не страшно, потому что везде Христос» (6: с. 240).

Отец мальчика Сергей Иванович, приказчик Василий Васильевич Косой, праведник старик Горкин при всей разнице их индивидуальностей и социального положения, в совокупности – единый национальный тип русского человека-христианина. Эта типичность подчёркнута введением в книгу десятков персонажей из народа (как и главные герои), наделённых широкой душой и щедрым сердцем.

Писатель показывает, как участие в церковных праздниках преображает людей, даёт им подлинное счастье. «Духотрясение», «нищелюбивый», «залюбованье», «радование», «чвокать зубом» - эти слова говорят о состоянии души человеческой.