Доли иностранного сектора в общенациональной экономике

Отрасли экономики РФ	в %
Промышленности, в т.ч.	27,8%
строительных материалов	45,7%
пищевой промышленности	52,0%
лесной и деревообрабатывающей	62,9%,
черной металлургии	75,2%
торговле и общественном питании	28,2%
коммерческой деятельности	42,3%
отрасли связи	47,5%

М.Портером (Профессор кафедры делового администрирования Гарвардской бизнес-школы, признанный специалист в области изучения экономической конкуренции, в том числе конкуренции на международных рынках, конкуренции между странами и регионами.) сформулирована теория международной конкуренции, в которой подробно описывается отношение иностранного капитала к существующему в стране бизнесу и его развитию: приходя в страну за счет инвестиций копируются конкурентные преимущества низшего порядка (размещение более эффективного производства либо применения механизма демпинга, характерного для подавления табачной, фармацевтической и других отраслей отечественного бизнеса, как это было в 90 годах) и ликвидируются конкурентные преимущества высшего порядка, основанные на высоких технологиях.

Так, например, произошло с Воронежским заводом полупроводникового машиностроения, производящего телевизионные трубки. Скупив контрольный пакет акций этого завода под предлогом модернизации для выпуска современных телевизионных трубок, фирма «Филипс» остановила его, а заодно и с десяток телевизионных заводов страны. Затем демонтировала и отправила на свалку производственные мощности, разогнав квалифицированный персонал, то есть, ликвидировав, таким образом, конкурентные преимущества высшего порядка и покинула объект под предлогом несоответствия их ожиданиям деловой среды в этом регионе России. В общем, оставив регион у «разбитого корыта», а заодно и Россию в целом, ликвидировав в стране телевизионное производство [4-5]. Там теперь льют пивные бутылки, а в корпусе института полупроводникового машиностроения расположились торговые центры под брендом автомобильного центра «Форд».

Согласно данным табл. 2.10 за 10 лет структура поступающих в страну инвестиций радикально трансформировалась в сторону усиления в ней оффшорного присутствия, за счет вытеснения из числа иностранных инвесторов стран с более высокой финансовой репутацией. Данные табл.2.10 отражают географическую структуру поступающих в Россию иностранных инвестиций [109].

Географическая структура поступающих в Россию иностранных инвестиций

Регионы и страны	1995	2006
Всего, %:	100,0	100,0
Оффшорное ядро - Кипр - Люксембург - Виргинские острова	2,0 1,3 0,1 0,6	32,3 17,9 10,7 3,7
США	27,9	3,0
Германия	10,3	9,1
Прочие страны	59,8	55,6

Приток капитала из оффшорных зон является менее желательным вариантом для регулирующих органов.

Анализируя динамику инвестиций в РФ, возрастание роли оффшорных зон аналитиками делается предположение, о возможной репатриации российского капитала, т.к. в 90-х годах только через подставные компании, имевшие счета на Нормандских островах было изъято, отмыто и сброшено в «Bank of New York» 7 млрд. долларов. А в начале 2000-х гг. российские криминальные организации только на Кипре контролировали большую часть 48 тыс. зарегистрированных там «почтовых ящиков», из которых 47 тыс. не имели ни помещения, ни телефона, ни почтового адреса.

"Почти все, что в прошлые годы было построено нашими отцами и дедами, досталось новым собственникам менее чем за 1% балансовой стоимости. При этом большая часть присвоенной таким образом народной собственности сегодня принадлежит компаниям, зарегистрированным в оффшорах", - заявил Сергей Миронов (лидер партии «Справедлиывая Россия») журналистам. 70% российской собственности находится в оффшорах. Классический пример – с нашей угольной промышленностью. Большая часть российского угля продается компаниями, которые работают здесь, в России, своим же «дочкам», которые находятся в оффшорах, по цене (это – официальные данные Счетной палаты) на 30-54% дешевле мировой. «Дочка» же, получив, простите, по дешевке российский уголь, уже выходит с этим углем на мировой рынок и продает по мировым ценам. Налоги платит маленькие, в оффшор, прибыль кладет себе туда, а здесь российская экономика лишается нормальных прибылей, чтобы эти деньги работали на российскую экономику. Плюс понятно, что за счет таких схем формируются и деньги для будущих откатов и будущего подкупа чиновников в виде наличных денег, не платятся налоги в российскую экономику. И, что является очень печальным, когда у нас происходит (к сожалению, очень регулярно) то или иное ЧП, то потом днем с огнем не найти собственника. Помните, как искали после теракта в Домодедово, кто же там вообще владеет этим терминалом и этим аэропортом?.. Для сравнения: после 15 лет успешной борьбы с вывозом капитала в США и Евросоюзе, сейчас не более 10 % компаний этих стран работают в оффшорах. А в России оффшорные структуры сегодня контролируют практически всю черную и цветную металлургию, большую часть угольной промышленности. Даже водоканалы у нас управляются из оффшоров".

Первое предложение: в РФ все налоги в обязательном порядке платятся на той территории, на которой производится товар либо услуга.

Второе предложение: необходимо ввести специальный налог на вывоз любого капитала за границу. Я напомню, что (я, кстати, об этом тоже говорил на встрече с президентом) в 1997 году, накануне дефолта, Малайзия установила 30-процентный налог на вывоз капитала. После 1997 года Малайзия сделала бешеный скачок в экономическом развитии. 30% – много, мы предлагаем 15-20%.

Однако дело в том, что не только частные, но и государственные компании имеют свои финансовые "представительства" в оффшорах. К примеру, компания Rusnano Capital гоcкорпорации "Роснано" зарегистрирована в Швейцарии, а первый фонд "стоимостью" 500 млн. долларов, прописан на Британских Вирджинских островах. Делается все это, якобы, для того, чтобы обеспечить более широкие возможности по привлечению средств международных инвесторов в российские нанотехнологии. Дескать, зарубежные инвесторы боятся напрямую заводить свои денежки в "тихую гавань" российского бизнеса.

Впрочем, "Роснано" далеко не первая корпорация, доверившая свои деньги оффшору. Вспомнить хотя бы "Газпром", финансовая компания Gazprom Finance B.V. которого находится по соседству – в Голландии. Или "Роснефть", которая имеет финансовый "офис" на острове Джерси. Но у них хотя бы производство в России работает, а "Роснано" занимается исключительно инвестициями. Как поясняли в корпорации, Rusnano Capital займется формированием финансовой инфраструктуры нового рынка и трансфертом передовых технологий в Россию. Но на деле может получиться наоборот: она будет выводить государственные средства из страны.

Выкачивание денег из российской экономики в оффшоры подрывает финансовую стабильность нашей страны, делает уязвимой нашу национальную валюту, полагает лидер "Справедливой России" Сергей Миронов. Сохраняя условия для ведения оффшорной экономики, мы лишаем Россию всякого шанса на развитие. Вывод денег в оффшоры почти всегда связан с "серыми схемами", а нередко оффшорные сделки на самом деле скрывают более неблагозвучное понятие, как элементарное воровство.

http://esc.vscc.ac.ru/file.php?module=Articles&action=view&file=article&aid=1704 – металлургия –оффшоры.

2012 г. Недавняя история взаимоотношений Евросоюза и польской кораблестроительной промышленности (в лице Гдыньской, Щецинская и Гданьской судоверфи) весьма поучительна. А произошло там буквально следующее. В разгар мирового финансового кризиса польское правительство предоставляет государственную поддержку своим крупнейшим промышленным предприятиям. Однако вдруг этим вопросом заинтересовались европейские чиновники, которые, в лице Европейской Комиссии, признали такую государственную поддержку нелегальной и противоречащей принципу свободной конкуренции. По «справедливому» мнению Европейской комиссии, эти средства не направлены на долговременное выживание этих предприятий, а обеспечивают им «нечестное» преимущество над своими европейскими конкурентами (очевидно, это касается дважды банкрота – Гданьской верфи). Еврокомиссар по конкурентной политике Нелли Кроэс уверена, что решение Еврокомиссии гарантирует здоровую экономическую деятельность (!) того, что будет на месте этих верфей. Вместе с тем, в Европе всем очевидно, что за позицией Еврокомиссии стоят лоббисты, представляющие интересы судостроителей Германии и Великобритании. В результате принятого решения Комиссия обязала верфи вернуть деньги в госбюджет, чего, очевидно, предбанкротное предприятие сделать не может. Также стоит уточнить, что судостроение является отраслью с длительным производственным циклом (2-5 лет), из чего следует, что вернуть деньги оно сможет только после постройки судна, а до времени их будет только тратить. Так вот, такое решение в отношении вышеуказанных судоверфей повлекло необходимость продажи их имущества с целью возврата средств господдержки. Гдыньская и Щецинская судоверфи уже ушли в историю. Их имущество распродано, работники уволены (около 50 тыс. человек), территория расчищена. Вместе с заводами встал вопрос дальнейшего существования социальной и обучающей сферы. Это Гданьская политехническая школа и Щецинская морская академия. Их выпускники теперь своей стране не нужны. В качестве батраков их смогут принять только в Норвегии. В позиции европейского сателлита У польских властей отсутствует вменяемая позиция в отношении кораблестроительной отрасли. Какой-либо программы, направленной на поддержку польского судостроения, вообще нет, поскольку это противоречит принципам свободного экономического пространства. Глава казначейства Польши Александр Град от лица польского правительства выразил удовлетворение решением Еврокомиссии о распродаже имущества верфей в Гдыне и Щецине. По его мнению, эти меры являют собой компромисс, который хорош как для Польши, так и для верфей, и позволяет Польше спокойно идти по пути приватизации. При этом правительства других стран ЕС, таких, как Германия или Финляндия, вопреки и под носом у еврокомиссаров предпринимают шаги по поддержке своих судостроительных предприятий. «Помиловать, нельзя казнить», – решили в Еврокомиссии только про Гданьскую судоверфь. По решению Еврокомиссии, верфь получит субсидию с условием продиктованной ей реструктуризации, предусматривающей сокращение каждого пятого из оставшихся двух тысяч (при штате в 17 тысяч) сотрудников. В рамках этой реструктуризации верфь вынуждена будет запустить новые производства на месте 2 из 3 существующих стапелей. На одном из них будет производство башен для ветроэнергетики, на другом – производство стальных конструкций. Но не кораблей! План реструктуризации «позволяет» верфи производить не более 6 судов в год, при существующих мощностях – до 30. Вместе с тем, по мнению профсоюзов, закрытие 2 из 3 стапелей не сможет обеспечить оставшихся рабочими местами, и сделает предприятие нерентабельным и отсрочит гибель последней польской судоверфи на год-два Подробнее: http://academ.info/news/20942 Academ.info