18. Как наука гип-

это система знаний, понятий, положений и выводов о явлениях ГИП.

Предметом науки является действующее гражданское исполнительное законодательство, практика его применения, история развития и зарубежный опыт.

Как учебная дисциплина ГИП имеет предметом изучения науку ГИП.

Система ГИП подразделяется на 4 части

1.содержит общие положения по ГИП как отрасли права, принципы, нормы, источники.

2.содержит положения об исполнительном праве и его участниках .

3.Содержит положения о действиях по исполнению исполнительных документов.

4.содержит положения об ответственности за нарушения исполнит законодательства.

Существует 3 точки зрения определения отраслевой принадлежности:

1. ГИП-часть ГПП, то есть институт ГПП.

2. ГИП -часть админ права.

3. Самостоятельная отрасль права.

19. ГИП как самостоятельная отрасль права-

это самостоятельная отрасль права которая представляет собой совокупность норм институтов регулирующих общественные отношения, которые складываются между судебным исполнителем, сторонами суд производства, судом и иными участниками исполнительного производства по вопросам своевременного и полного фактического исполнения требований, содержащихся в исполнительных документах и юрисдикционных органов на основе императивных начал, властных требований исполнителя и использованием метода принуждения.

20.Современные подходы к определению отраслевой принадлежности

гражданского исполнительного права.

Отрасль права представляет собой совокупность обособленных юридических норм, регулирующих качественно однородную группу общественных отношений, то есть объективно сложившуюся внутри единой системы права в виде ее обособленной части группу правовых институтов и норм, регулирующих качественно однородные общественные отношения на основе определенных принципов и специфическим методом, в силу чего приобретающую относительную самостояте6льность, устойчивость и автономность функционирования.

Является ли гражданское исполнительное право (исполнительное производство как

не совсем корректно называет эту совокупность норм и институтов ряд авторов)

самостоятельной отраслью права или же нет – вопрос далеко не праздный и, даже, как

верно отмечает проф.Ярков, имеющий «сугубо прикладной характер, поскольку определяет содержание и характеристику мер принудительного исполнения».

В литературе сложилось три основных точки зрения является ли ГИП самостоятельной отраслью или нет.

Наиболее распространенной точкой зрения, господствовавшей на протяжении

советского периода российской истории, является включение гражданского

исполнительного права в гражданское процессуальное право, а, точнее, отнесение стадии

исполнительного производства к правосудию , вследствие чего гражданское

исполнительное право (исполнительное производство) понимается как институт

гражданского процессуального права, в лучшем случае – комплексный институт,

поскольку в ходе исполнительного производства осуществляется принудительное

исполнение приговоров судов в установленной законодательством части.

Во-вторых, ввиду бесспорности подлежащего принудительному исполнению акта юрисдикционного органа. В-третьих, в силу отсутствия при производстве принудительного исполнения тех фундаментальных начал, которые свойственны гражданскому процессуальному праву (в том числе, принципов гражданского процессуального права, например принципа состязательности и т.д.).

Принудительное исполнение сегодня осуществляется в жестких рамках исполнительного процесса. Верно и то, что суд является важным субъектом исполнительного производства, принимая, например, решения о приостановлении исполнительного производства и т.п.

Тем не менее, указанные выше «узкие места» в позиции авторов не позволяют нам

согласиться с ними в вопросе самоопределения гражданского исполнительного права не

как стадии правосудия, либо комплексного института, но как самостоятельной

полноценной отрасли права.

Другая точка зрения является закономерным следствием полного непринятия

предыдущей. Ее сторонники до революции, отталкиваясь от внепроцессуального (в

смысле именно правосудия по гражданским делам) и бесспорного порядка действий по

принудительному исполнению акта юрисдикционного органа, указывали, что

исполнительное производство следует определять как часть «полицейского права».

Принудительное исполнение осуществляет судебный пристав-исполнитель –

должностное лицо органа исполнительной власти. Требования судебного пристава-

исполнителя к должнику и некоторым иным субъектам исполнительного производства

императивны и обязательны. За их неисполнение предусмотрена ответственность.

Такая трактовка привела к тому, что в настоящее время заметны попытки отдельных

исследователей обосновать место исполнительного права в качестве института

административного права.

Однако, такой подход также порочен и, к сожалению, далек как от воли

законодателя, так и от условий правовой действительности. У сторонников названного

подхода закономерно должны возникать многочисленные вопросы (например, как быть с

ролью суда в качестве достаточно активного субъекта исполнительного производства; что

делать с равноправием сторон исполнительного производства, что совершенно чуждо

административному праву; что делать с принципом диспозитивности в гражданском

исполнительном праве, который не может быть объяснен в рамках административно-

правовой концепции и т.п.), ответы на которые до настоящего времени не даны и вряд ли

могут быть даны в будущем.

Приверженцы третьей, наиболее приемлемой и по нашему мнению точки зрения

говорят о самостоятельности гражданского исполнительного права в качестве отрасли

права. Такая точка зрения не нова. Вопрос больше стоит о пределах самостоятельности

гражданского исполнительного права как отрасли права.

Прежде всего, исполнительное производство не состязательно по своему характеру.

Иной характер имеют принципы исполнительного права, права и обязанности его

участников. Во-вторых, проф.Ярков правильно говорит о сложности предмета правового

регулирования исполнительного законодательства, в связи с чем исполнительное

производство представляет собой целую систему определенных производств по

исполнению конкретных юрисдикционных актов.

Если возбуждение исполнительного производства определяется, главным образом, волей заинтересованных лиц, то остальная часть процесса достаточно

формализована с точки зрения реализации правомочий судебного пристава-исполнителя

по осуществлению принудительного исполнения. Наконец, сами действия судебного

пристава-исполнителя относятся к сфере действия не судебной, а именно исполнительной

власти.

Вопросы самоопределения исполнительного права рассматриваются, главным образом, в контексте возможного отделения исполнительного производства от гражданского процесса. При этом даже не обсуждается вопрос о правовой природе и отраслевой принадлежности норм, регулирующих вопросы принудительного исполнения актов других, помимо суда, юрисдикционных органов. Там же, как известно, гражданского судопроизводства вообще не наблюдается.Для правильного решения вопроса об отраслевом самоопределении гражданского

исполнительного права следует, хотя бы в самых общих чертах, разрешить вопрос о его

предмете и методе, наличие специфики которых и позволяет говорить о гражданском

исполнительном праве как некой отраслевой правовой общности, то есть совокупности

достаточно однородных и обособленных юридических норм и институтов

21.Предмет правового регулирования является первым системообразующим фактором

в правой системе. Он выступает главным материальным критерием разграничения норм

права по отраслям, поскольку он имеет объективное содержание и предопределенх

характером данных общественных отношений. Под предметом отрасли права в теории

права понимаются определенные виды общественных отношений, которые представляют

собой сложную и многоаспектную категорию.

В структуру предмета правового регулирования входят: а) субъекты – индивидуальные и

коллективные; б) их поведение, поступки, действия; в) объекты (предметы, явления)

окружающего мира, по поводу которых люди вступают во взаимоотношения друг с

другом и к которым проявляют свой интерес; г) социальные факты (события,

обстоятельства), выступающие непосредственными причинами возникновения или

прекращения соответствующих отношений.

Гражданскому исполнительному праву присуще наличие

специальных субъектов, основными из которых выступают судебный пристав-

исполнитель и стороны исполнительного производства (взыскатель и должник). Отдельно

рассматриваются иные участники исполнительного производства, например, кредитные

организации и налоговые органы, понятые и работники органов внутренних дел и т.д.

Материальный интерес в производстве исполнительных действий имеют взыскатель

и должник (наиболее ярко выражен интерес взыскателя), а также, частично, судебный

пристав-исполнитель в тех случаях, когда речь идет о его вознаграждении. Но, в целом,

судебный пристав-исполнитель – должностное лицо органов исполнительной власти,

государственный служащий. Если взыскатель «запускает» механизм принудительного

исполнения обращая исполнительный документ к принудительному исполнению, то

судебный пристав-исполнитель осуществляет этот процесс, пользуясь правами в

отношении как сторон исполнительного производства (главным образом, в отношении

должника), так и иных участников исполнительного процесса. Суд, с одной стороны,

является участником исполнительного процесса и принимает ряд важных процессуальных

решений (например, о приостановлении исполнительного производства). С другой

стороны – это контрольный орган, куда могут быть обжалованы действия (бездействие)

судебного пристава-исполнителя. Суд также заинтересован в своевременном и

правильном исполнении требований актов юрисдикционных органов (тем более, что

большинство таких актов исходят именно от суда), однако не контролирует весь ход

исполнительного процесса, решая лишь отдельные вопросы, прямо отнесенные законом к

его компетенции. В данном случае, единственный правовой интерес сторон –

своевременное и правильное исполнение требований исполнительных документов,

выданных юрисдикционным органом.

Таким образом, предмет исполнительного права представляет собой совокупность

общественных отношений, складывающихся между специальным субъектом (судебным

приставом-исполнителем), сторонами исполнительного производства (взыскателем и

должником), судом, иными участниками исполнительного процесса по вопросу

своевременного и полного фактического исполнения требований, содержащихся в

исполнительных документах юрисдикционных органов. Из данного определения мы будем

исходить и в дальнейшем.