Социальное государство

Утверждение правового государства как политической реальности не оз­начало «завершения» исторической эволюции государственности, как таковой. Несмотря на провозглашение гуманистических ценностей, реальная социальная и политическая динамика выявила ряд истори­ческих ограничений, существенных противоречий и даже определен­ную нереализуемость тех норм и принципов, которые были заложе­ны в основание правового государства. Утверждение принципов ин­дивидуальной свободы, создание условий для равной конкуренции, а также формирование правовых условий, поддерживающих взаим­ную ответственность государства и общества, выведя общество на новый уровень его социального и политического развития, тем не менее не привело к всеобщему счастью и благополучию граждан.

Роль государства как политического института, не вмешивающе­гося в дела гражданского общества, не смогла предотвратить издерж­ки реального неравенства сил и способностей людей. Формально-правовое равенство индивидов не спасло общество от порой весьма существенной экономической дифференциации доходов его граж­дан, снижения социальных позиций групп населения, кризисов, ухуд­шающих материальное положение людей. Своеобразным ответом на эту историческую ограниченность правового государства явилось воз­никновение в развитых индустриальных странах нового типа государ­ственности – государства социального.

Теоретический образ этого государства «всеобщего благоденствия», устанавливающего новые стандарты в социальном обеспечении граж­дан, развивался на протяжении 70-80-х гг. XX столетия параллельно с практикой утверждения его политических порядков. Предлагавшаяся обществу политическая модель установления социальной справедли­вости предполагала обеспечение каждому гражданину не только при­близительно равных шансов на самореализацию, но и тех минималь­но необходимых условий, которые обеспечили бы ему достойное су­ществование, должный уровень защищенности от общественных катаклизмов, соучастия в управлении делами общества и государства. Устанавливаемые принципы деятельности государства предполагали сознательное выравнивание реальных социальных условий жизни граж­дан, формирование той духовной и общественной среды, в которой люди чувствовали бы себя не только самостоятельными и активными гражданами, но и защищенными от наиболее жестких общественных противоречий. Такая переориентация деятельности государства отра­зилась не столько на системе организации власти, сколько на моди­фикации стиля деятельности его структур и органов власти, потребовав усиления ресурсного обеспечения их целей.

В целом социальное государство, возникшее в наиболее эконо­мически развитых странах (Швеция, Германия, США), проводило политику формирования такой социальной среды, в которой карди­нально повышался бы уровень социальной безопасности. В рамках этой стратегии оно предлагало адресную помощь наиболее нуждающимся слоям общества, предоставляя им источники существования (рабо­ту, социальную помощь), налаживая социальные контакты, обеспе­чивая реализацию индивидуальных жизненных планов. Это предпо­лагало перераспределение государственного бюджета в пользу наи­менее обеспеченных слоев населения, изменение политики занятости и переподготовки работников, установление новых отношений с ча­стным сектором, направленных на усиление социального страхова­ния, поддержку безработных, молодежи, неквалифицированных рабочих, престарелых и инвалидов.

В идеале стратегия социального вспомоществования была направ­лена не столько на обеспечение минимально необходимых условий для полноценной жизни человека, сколько на его самореализацию, пробуждение творческих сил, раскрепощение его общественной ини­циативы. Решение этих задач одновременно кардинально подняло уро­вень общепринятых стандартов жизни в обществе, изменило пред­ставления о престижной работе и стиле проведения досуга.