Глава 35

ЭКОНОМИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ ИНДИИ (1918—1939 ГГ.)

1. Экономические последствия первой мировой войны. В годы первого этапа общего кризиса капитализма Индия оставалась ко­лонией Англии. Это принесло ее народам неисчислимые страда­ния, самым отрицательным образом сказалось на характере и темпах экономического развития. К началу первой мировой войны Индия являлась аграрной страной. Сельским хозяйством было занято свыше 70% ее трудоспособного населения. В стране суще­ствовало три типа поземельно-рентных отношений. На севере, где земля находилась в руках крупных помещиков, сохранялась сис­тема заминдари. На юге и западе преобладала аренда государ­ственных земель крестьянами (система райятвари). Наконец, на северо-западе было распространено мелкое крестьянское земле­владение (махальвари).

Долги, налоги, высокая арендная плата разоряли тружеников деревни. Во всех районах число крестьян — собственников земли неуклонно сокращалось. Помещики своего хозяйства не заводили, вели паразитический образ \жизни. Ростовщики и торговцы, арен­дующие у них землю, часто передавали ее более мелким субарен­даторам, а те в свою очередь — крестьянам. Индийское крестьян­ство опутывалось феодальными и полуфеодальными связями, дол­говой и поземельной кабалой.

И все же экономика Индии постепенно развивалась, эволюцио­нировала. В таких промышленных центрах, как Бомбей, Калькут­та, Мадрас, Ахмадабад, Шолапур, значительное развитие получил капиталистический уклад. Молодой рабочий класс насчитывал уже несколько сот тысяч человек. Но политика английских коло­ниалистов обусловила ущербное, однобокое развитие индийской промышленности. Основные фабрично-заводские предприятия существовали лишь в сфере производства предметов потребления и переработки сельскохозяйственного сырья (текстильная, джуто­вая промышленность). Горное дело было развито слабо. Метал­лургия находилась в зачаточном состоянии. Собственное машино­строение отсутствовало, что означало абсолютную зависимость Индии от ввоза иностранного оборудования. Английские власти продолжали грабительскую политику, направленную на эксплуата­цию Индии как аграрно-сырьевого придатка промышленной Англии.

Первая мировая война оказала заметное влияние на дальней­шую эволюцию индийской экономики. Если в довоенный период колониальная эксплуатация осуществлялась прежде всего част­ным английским капиталом, то в военное время усилилась роль колониального аппарата. Принудительным путем было мобили­зовано в армию почти полтора миллиона индийцев. По фиксиро­вано низким ценам скупалось и вывозилось ценное сырье: шелк-сырец, пенька, чай, шкуры и т. д. Проводилась и реквизиция зер­на, которым администрация, не считаясь с интересами голодав­шего населения, снабжала свои войска. Практиковались также де­монтаж и вывозка средств речного и железнодорожного транспор­та. Паразитизм английского империализма сказывался в методах финансового ограбления Индии. Во время войны более чем напо­ловину повысились многочисленные налоги. Путем займов из страны было выкачано сначала 100, а затем еще 45 млн. ф. ст. Позднее этот грабеж был оформлен в виде безвозмездного «дара» на военные нужды Англии. Грабительский характер колониаль­ного режима влиял и на деятельность созданного в 1917 г. Индий­ского управления по военному снабжению. Будучи органом госу­дарственного регулирования, оно ориентировало индийскую эко­номику прежде всего на обеспечение военных поставок.

Война и связанный с ней фискальный гнет подорвали слабое сельское хозяйство Индии. Снижались урожаи. В 1918—1919 гг. дефицит продовольствия достиг ужасающей цифры в 19 млн. т. В эти годы от голода и страшной эпидемии гриппа умерло более 12 млн. индийцев. Британские власти ничего не сделали для пре­сечения деятельности спекулянтов, использовавших национальное бедствие в целях наживы.

Вместе с тем война ускорила развитие индийской промышлен­ности. Воспользовавшись военными заказами и сокращением им­порта из Англии, увеличили выпуск тканей владельцы хлопчато­бумажных фабрик. Производство тканей фабричной выделки вы­росло почти на 1/3.

Индийская буржуазия быстро обогащалась. Но нищета рабо­чего класса была ужасающей. Когда в Индии под влиянием Вели­кой Октябрьской социалистической революции произошел подъем национально-освободительной борьбы, рабочий класс принял в ней самое активное участие. Однако индийский пролетариат был еще малочислен и плохо организован. Поэтому борьбу за националь­ное освобождение возглавили представители национальной бур­жуазии, объединившиеся в партию Индийский национальный конгресс (ИНК). Лидер этой партии М. Ганди был убежденным противником колониального режима. Но он выступал также про­тив любых форм революционного насилия. Вместе с тем гандизм как патриотическая, антиимпериалистическая идеология способ­ствовал вовлечению народных масс в борьбу с колонизаторами.

2. Колониализм и капитализм в 20-е гг. Развитие экономики в послевоенные годы характеризовалось усилением капиталисти­ческого уклада. Напуганные ростом освободительной борьбы, анг­лийские власти не решались применять к индийской промышлен­ности прямые ограничительные меры. Более того, опасаясь подры­ва своих позиций со стороны иностранных конкурентов и. задаб­ривая местную буржуазию, они ввели протекционистские пошлины на ряд промышленных изделий. Но это не могло помешать про­никновению на индийский рынок более дешевых товаров из Япо­нии, Германии и США. Доля Англии в индийском импорте неук­лонно снижалась. Она составляла 64% в 1913 г., 40 — в 1920 г. и только 35% — в 1931/1932 г. Тем не менее на развитие мест* ного производства протекционистские меры оказали стимулирую­щее воздействие.

Сразу после окончания войны в Индии началась «учредитель­ная горячка». За несколько лет число акционерных компаний вы­росло почти вдвое, во столько же раз увеличился и принадлежа­щий им капитал. Широкий размах приняло строительство новых хлопчатобумажных фабрик. Увеличилась доля индийского капи­тала в джутовой промышленности. Были построены два неболь­ших металлургических завода. Однако общая отсталость индий­ской экономики сохранялась. В 1923 г. на одного жителя прихо­дилось в среднем менее 2 кг чугуна и менее 0,5 кг стали, тогда как в Англии — 174 кг стали.

Сельское хозяйство Индии испытывало тяжелые последствия мирового экономического кризиса 1920—1921 гг. Он привел к рез­кому сокращению вывоза индийской пшеницы. Сократился экспорт риса и других продовольственных культур.

Но промышленность продолжала развиваться. За период 1921 —1927 гг. количество фабрично-заводских предприятий уве­личилось с 4059 до 7515, а число занятых на них рабочих выросло с 1266 тыс. до 1533 тыс. человек. Усилились позиции текстильной монополии Бирла, металлургического концерна Тата. Несколько поднялся уровень концентрации производства. Период 20-х гг.

выявил в промышленном развитии Индии целый ряд особенностей. Главная из них заключалась в том, что в годы промышленного подъема здесь сохранялись и даже численно росли низшие формы капиталистической промышленности, (простая кооперация, ману­фактура). Значительную роль в промышленном производстве продолжали играть мелкотоварный и докапиталистический укла­ды. Но все же в 1921 г. хлопчатобумажные фабрики Индии про­извели для внутреннего потребления в 1,5 с лишним раза больше товарной продукции, чем ткачи-ремесленники вместе с капиталис­тическими предприятиями мануфактурного типа. Но на хлопча­тобумажных фабриках в том году было занято всего 332 тыс. че­ловек, тогда как в ручном ткачестве — 2407 тыс. К 1931 г. это соотношение несколько изменилось (395,5 тыс. занятых на фабри­ках и 2113,5 тыс. — в ручном ткачестве).

Ремесленники и кустари держались ценой мизерного потребле­ния, изнурительного труда, некоторого усовершенствования руч­ных орудий. Ручное ткачество было специфической формой скры­того перенаселения Индии. Оно страдало от неразвитости капи­тализма и само усиливало эту неразвитость. В годы промышлен­ного подъема не было создано ни одного станкостроительного предприятия. Напротив, вынуждены были прекратить свою дея­тельность несколько автосборочных мастерских и большинство паровозостроительных компаний, созданных в военное время. Следовательно, промышленность Индии, как и прежде, полностью зависела от импорта английского оборудования и сохраняла ти­пично колониальный характер.

Несмотря на появившуюся в послевоенный период тенденцию к увеличению самостоятельности национальной буржуазии, анг­лийский капитал продолжал удерживать в своих руках господст­вующие позиции. Главной формой его контроля над индийской экономикой сделались так называемые «управляющие агентст­ва» — своеобразные формы колониализма.

С «управляющими агентствами» была тесно связана деятель­ность филиалов крупнейших английских банков. Для укрепления английского господства в финансово-кредитной сфере большое значение имело создание в 1921 г. центрального Имперского бан­ка, который активно кредитовал предприятия, связанные с про­изводством и первичной обработкой сырья, но воздерживался от финансирования индийской промышленности. Несмотря на то что в период 20^!х гг. индийские банки развивались быстрее англий­ских, на долю последних приходилось около 70% всех вкладов. По некоторым оценкам, общий объем английского капитала, функционирующего в Индии, достиг к 1927—1928 гг. огромной суммы в 1 млрд. ф. ст. Деятельность «управляющих агентств» и английских банков усугубляла паразитизм колониального ре­жима. Ежегодная дань, которую вынужден был уплачивать Анг­лии индийский народ, включая обязательные отчисления из бюд­жета и пенсии английским чиновникам, составляла около 150 млн. ф. ст.

Таким образом, народные массы Индии находились под двой­ным гнетом: колониализма и местного капитализма, даже феода­лизма. Рабочий класс, как и прежде, жил на нищенскую заработ­ную плату, ютился в лачугах, голодал. Но особенно тяжелым было положение индийского крестьянства. Эксплуатируя Индию в качестве сырьевого придатка, английские империалисты были заинтересованы в удешевлении экспортной сельскохозяйственной продукции. С этим был связан наблюдавшийся в послевоенный период рост площадей, занятых под технические культуры, быст­рое развитие торгового земледелия. Однако колониалисты не хо­тели ломать отжившие полуфеодальные отношения в деревне, ори­ентировались на союз с князьями, помещиками, ростовщиками. В итоге сельскохозяйственное производство продолжало дегради­ровать. В 1921 — 1931 гг. среднедушевая площадь обрабатываемой земли уменьшилась с 0,88 до 0,82 акров, урожайность риса в 1922—1929 гг. сократилась с 14,7 до 14,2 ц, пшеницы — с 7,9 до 6,8 ц с га.

3. Последствия мирового экономического кризиса. Катастро­фой для индийского сельского хозяйства стал мировой кризис 1929—1933 гг., когда цены на основные сельскохозяйственные культуры упали в 2, на пшеницу — в 3 раза. Ненамного меньше снизились цены на основную техническую культуру — джут. Нуж­да и бедствия крестьян усугублялись тем, что при катастрофи­ческом снижении выручки от продажи сельскохозяйственной про­дукции им приходилось платить те же, а часто и более высокие налоги и ренты. Со взиманием поборов был связан резко возрос­ший вывоз в Англию индийских золотых и серебряных изделий. Эти «украшения нищеты» в силу вековых традиций хранились в каждой крестьянской семье, даже самой бедной, и переходили из поколения в поколение. Чтобы погасить задолженность, кресть­яне вынуждены были продавать имевшиеся у них украшения рос­товщикам, различного рода скупщикам. Всего с 1931 по 1937 г. из Индии было вывезено золота на 241 млн. ф. ст. Народ назвал его «золотом слез», «золотом отчаяния». О крайне тяжелом поло­жении народных масс говорил и тот факт, что в годы кризиса средняя продолжительность жизни индийцев уменьшилась с 25 до 22 лет.

Снижение покупательной способности сельского населения во многом обусловило спад в хлопчатобумажной и горнодобывающей промышленности.

Кризис 1929—1933 гг. способствовал развитию новых индуст­риальных отраслей. Сремясь ослабить последствия кризиса, ко­лониальные власти ввели повышенные пошлины на сахар, чем стимулировали строительство сахарных заводов. Если в 1931 — 1932 гг. в стране действовало лишь 32 завода по производству сахара, то в 1934/35 г. их число достигло 130. Особенность новой отрасли заключалась в том, что она с самого начала возникла на базе крупного национального индийского капитала.

Рост сахарной промышленности усилил развитие торгового земледелия. Расширились посевы сахарного тростника. Но выгоду из этого смогли извлечь лишь помещики, а в районах системы райятвари и махальвари — верхняя прослойка крестьянства. Большинство же крестьян продолжало влачить жалкое, полуго­лодное существование. Империалистическая и помещичья эксплу­атация, долговая кабала привели сельское хозяйство Индии в сос­тояние глубокого упадка. Во второй половине 30-х гг. произошло дальнейшее сокращение посевных площадей с 232 до 209 млн. ак­ров. Уменьшилось производство почти всех сельскохозяйственных культур. В конце 30-х гг. Индия из экспортера зерна превратилась в его импортера.

Тяжелое положение страны усугублялось неблагоприятным соотношением цен на мировом рынке. В индийском импорте по-прежнему преобладали готовые промышленные изделия, а в экс­порте — сырье и полуфабрикаты. «Ножницы цен», существовав­шие между этими группами товаров, усиливали неэквивалентный обмен во внешней торговле. Финансовой эксплуатадии Индии способствовал сохранившийся с 20-х гг. завышенный курс рупии: при ее обмене на фунт стерлингов английские промышленники и торговцы получали дополнительную «премию».

4. Экономика Индии в 30-х гг. Эти неблагоприятные факторы отрицательно сказывались на развитии индийской экономики, но полностью остановить его они не могли. За 1934—1939 гг. общее число фабрик (с количеством рабочих от 20 и выше) выросло с 8658 до 10 466, а численность занятых — с 1 487 тыс. до 1 751 тыс. человек. В целом еще более упрочились позиции нацио­нальной индийской буржуазии. В 1934 г. 95% новых сахарных заводов принадлежало индийцам и управлялось ими. По имею­щимся данным, от 25 до 30% основанных в 1936—1937 гг. ком­паний действовали независимо от английских «управляющих агентств». Увеличилась доля индийской буржуазии и в совокупном капитале акционерных обществ, в банковском деле.

Перед второй мировой войной имелся уже целый ряд индий­ских монополий. Наиболее известным и влиятельным был кон­церн Тата, имевший инвестиции не только в металлургической, но и во многих других отраслях. Затем шли монополистические объединения Бирла, Далмия, Сингхания, Валчад, Гоэнка, Гупта и др. В 1937 г. образовался «Индийский сахарный синдикат», объ­единивший 92 завода. В цементном тресте «Ассошиейтед симент компани» (сформировался в 1936 г.) вместе с капиталом Тата участвовали и английские капиталы. В правления индийских мо­нополий входили также представители феодальной знати, разбо­гатевшие ростовщики, торговцы. Формирующаяся финансовая олигархия была весьма пестрой по социальному составу. ,

Противодействуя усилению роли местного капитала, англий­ские колонизаторы делали все возможное, чтобы удержать гос­подствующее положение в индийской экономике. После введения в 1932 г. имперских преференций доля Англии в индийском экс­порте поднялась с 35 до 41% и после некоторого падения держа­лась на уровне 38%. О масштабах колониального засилья гово­рит тот факт, что в 1939 г. на территории Индии действовали 827 иностранных компаний, в основном английских, с капиталом в 741 млн. ф. ст.

Экономическая политика колонизаторов по-прежнему созна­тельно задерживала промышленное развитие Индии. К концу колониальной эпохи ее промышленность давала лишь 17,1% на­ционального дохода. При этом на долю крупной фабрично-завод­ской и горнодобывающей промышленности приходилось всего 41,2% объема промышленной продукции. Остальные 58,8% сос­тавляла продукция низших, ремесленно-кустарных форм промыш­ленности. В общем числе занятых в промышленности на долю ремесленно-кустарного производства приходилось 77,1%, а на долю заводов и фабрик — только 22,9%. В легкой промышленнос­ти было 92% занятых. Собственное машиностроение по-прежнему отсутствовало. Все это свидетельствовало о том, что к концу ко­лониального периода в Индии не был завершен промышленный переворот. Империалисты удерживали индийскую экономику в состоянии крайней отсталости, в ее структуре преобладал аг­рарный сектор, промышленность была развита однобоко и пол­ностью зависела от внешнего рынка.

Нормальное экономическое развитие Индии было немыслимо без упразднения колониального ига. За это боролся весь индий­ский народ. В 1930—1931 гг. в стране вновь развернулась кампа­ния гражданского неповиновения. Под руководством коммунисти­ческой партии Индии ширилось рабочее движение.